История одной болезни

От автора: к сожалению, иногда мистические истории бывают реальнее реальных.


Заболела Инна неожиданно. Утром, после вчерашнего посещения кладбища, проснулась от сильной боли в правой руке, в той руке, которой убирала чужую могилку. Тогда муж побрёл вглубь квартала мёртвых, чтобы найти место захоронения бабушки, оставив жену одну. Инна покрутила головой по сторонам, увидела пушистого серого кота, деловито обнюхивающего чью-то оградку, летающую стаю орущих ворон, почувствовала пристальный взгляд из ниоткуда, опустила глаза к ногам и вздрогнула – на поржавевшем металлическом памятнике с чёрно-белого фото на неё внимательно смотрела старушка в платочке, а перед старушкой кучей валялся всевозможный кладбищенский мусор. Вот тогда женщина и услышала этот начальственный голос, распорядившийся незамедлительно браться за работу. Он был глухой, будто пробивался из-под земли, и он принадлежал мужчине.

В этот день странности настойчиво преследовали Инну. Во-первых, властный приказ невидимки, во-вторых, гипнотизирующий жертву огромный жирный кот, остановившийся недалеко от неё, в третьих, внезапно выросший до двух метров мраморный памятник папиной мамы, хотя Инна отлично помнила, что он был в два раза ниже. Снимок бабушки тоже поразил, на нём она значительно  помолодела, лёгкая улыбка играла на пухлых губках, в серых глазах плясали искринки. 

- Что-нибудь понимаешь? – оторопело поинтересовался у жены Вадим.
- Ты про памятник? - поморщилась она. – Заменить его некому, все родственники тут же покоятся.
И тоскливо огляделась по сторонам. Так получилось, что на попечении их семьи оказалось четырнадцать покойников: восемь здесь и шесть в другом городе. Так получилось.

***

Рука ныла, дёргающая боль пронизывала насквозь, но Инну больше беспокоил вчерашний день с выросшим в два раза памятником папиной мамы. Что это было? Галлюцинация? Колдовство? Вмешательство потусторонних сил?
- Немедленно отправляйся к врачу, - велел муж и отвернулся, чтобы скрыть смущение. Он тоже ничего не понимал.

И началось хождение по мукам. Хирург отослал больную к ортопеду, ортопед предложил вколоть в сустав гормональный препарат, от которого Инна отказалась - ещё мама наставляла её, чтобы не связывалась с гормонами, а мама была терапевтом. Рентгенограмма ничего не выявила, а потому медики выпроводили пациентку, прописав той ядовитые анальгетики и бесполезные обезболивающие мази. К болям присоединилась сильная, валящая  с ног слабость, а к ней пристроилась тахикардия, перешедшая в мерцательную аритмию. Казалось, у Инны не осталось ни одного здорового органа, но врачи ничего не находили, и она стала готовиться к смерти.

- Кот, говоришь? Выросший памятник? Постоянно прячущаяся покойница? Значит, именно в этом секторе проживает хозяин кладбища, который заставил взять чью-то болезнь на себя, - как-то высказалась семидесятилетняя соседка Мария Андреевна. – Возможно, пожалел кого-то. Или его подкупили.
- А меня не пожалел, - всхлипнула умирающая.
- Или чёрная магия, - минуя паузу, выдохнула тётя Маша. – Порою колдуньи принуждают загробное ведомство к сотрудничеству. В церковь надо.

Церковь помочь не смогла, в мучениях прошёл год, женщина уже еле ходила, но в одну из суббот настояла на посещении здешнего погоста – надо было проститься с родными захоронениями.
- Осилишь? – удивился муж и прикусил язык, увидев слёзы на щеках любимой.
- Осилю, - мотнула головой она.

И вновь кладбище. И вновь в последнюю очередь они отправляются искать папину маму. Вернее, отправляется Вадим, а Инна, приблизившись к нужному сектору, останавливается, чтобы отдышаться. И снова голос, тот самый, властный и глухой. Голос куда-то приглашает, и от этого приглашения начинает сжиматься сердце. Кот, серый и жирный, подкрадывается к ногам пришелицы из мира живых и прижимается, чтобы потереться о них. Она трусливо отдёргивает ступню и опускает взгляд в поисках могилки, которую убирала когда-то. Её нет. И тогда, не в силах устоять перед искушением,  медленно разворачивается на непрекращающийся зов.

Чёрный гранит проявился сразу, будто возник из воздуха.  Глаза на граните, как два кинжала, больно проткнули двумя стылыми энергетическими потоками, это были мужские глаза. Они требовали заговорить с их властным владельцем.  Растерявшись, Инна зачем-то полезла в сумочку, нащупала там горсть карамелек, вытащила их и опустила на деревянный столик перед оградкой, за ними последовала тысячная купюра.
- Поняла, ты  и есть хозяин кладбища, - жалобно произнесла умирающая. – Не отпирайся, пожалуйста. Купи себе водки, а я жить хочу! Понимаешь, я жить хочу! У меня дети, внуки, муж! Отправь чужие хвори назад!

И она заплакала. Сначала тихо, с подвываниями, затем бурные рыдания начали сотрясать худенькое тело несчастной. Казалось, всё вокруг застыло, ошеломлено прислушиваясь к человеческим воплям; метнулось за набежавшую тучу растерявшееся солнце, и фотографии усопших повернули потрясенные лица в сторону намечающейся жертвы. Даже вороны замерли в полёте, и тогда мужские глаза потеплели, в них мелькнуло сожаление, сочувствие, понимание.
- Иди с Богом, - прошелестело где-то рядом. – А деньги мне здесь не нужны.
- Дорогая! – неожиданно раздался обеспокоенный голос мужа. – Я бабушку нашёл. А ты чего плачешь?

- Иду, иду, - вытерев слёзы тыльной стороной ладони, отозвалась Инна и, кинув прощальный взгляд на Хозяина, поспешила на встречу с папиной мамой.
Памятник Клавдии Ивановны за год будто осел, скорбное выражение лица окаменело на чёрно-белом снимке.  Возле оградки истуканом высился Вадим, во всём его облике сквозил ужас.
- Я жить хочу, - опустившись на колени, словно заклинание, повторила умирающая и тонко завыла, призывая небеса в свидетели. – Помоги, защити меня!
- Ничего себе! – неожиданно присвистнул Вадим. – У неё слёзы на глазах!    

- Девочка моя, - услышала Инна дрогнувший знакомый, родной голос бабули, - девочка моя, я попрошу, обязательно попрошу. А теперь ступай…. Постой! В могиле моего сына, твоего отца, зарыта сожжённая вещь, она когда-то принадлежала тебе. Поезжай, и пока не истлела, выкопай её.

***

На следующее утро Инна проснулась абсолютно здоровой, захотелось есть. Ничему не удивляясь, она встала, поставила на конфорку чайник, сделала бутерброды с колбасой и, не дожидаясь чая, стала жадно их поглощать. В голове крутились мысли о вчерашнем дне, но лидирующей среди них являлась мысль о сожжённом и закопанном в могилку неизвестном предмете. Кто осквернил захоронение, она догадывалась, но верилось в такую подлость со стороны родственницы с трудом.  Тем не менее, факт оставался фактом, и в следующий выходной они с мужем поедут на погост соседнего города.   

В изумительном здравии женщина дождалась субботы, а когда после долгой дороги ступила на заросшую репьём кладбищенскую землю, сразу же поспешила к отцу.  За ней последовал Вадим.  Секция следовала за секцией, но Инниного папы нигде не было.
- Это невероятно, - не уставал повторять мужчина и раздражённо отдирал от одежды липучие колючки, - мистика какая-то.

А однажды, когда муж убежал вперёд, Инна вновь почувствовала на себе чей-то внимательный взгляд. Резко обернувшись, она узнала глаза, испытывающе наблюдающие за ней с чёрной гранитной плиты.
«Этого не может быть, - вихрем пронеслось в голове. – Он остался в моём городе».
- Почему не может быть? – удивился усопший и его глухой голос дрогнул. – На неделе вы общались с моим братом-близнецом.

- Вероятно, вы тоже хозяин кладбища? – осторожно осведомилась женщина и прислушалась к себе. Страх улетучился.
- Тоже, - подтвердил незнакомец.
И тогда гостья из мира живых, не раздумывая, воткнула половину принесённого букета в могильный цветник, принадлежащий Хозяину. Казалось, мертвец улыбнулся, но его цепкие зрачки продолжали пронизывать окружающее пространство мёрзлой энергией.

- Помогите, пожалуйста, найти папу, - поёжившись, жалобно попросила Инна и поискала взглядом супруга. Он сновал между рядами заросших репейником захоронений и, раздвигая сорняки, вглядывался в лица покойников.  – Меня хотят испортить, а я так хочу жить и быть счастливой.   
- Пройди дальше, - наконец, смягчился усопший, и ласковое тепло проникло в душу пришелицы.  – Ноги сами приведут тебя к нему.

Через минуту женщина уже звала мужа, а на дочь с щемящей тоской смотрела сброшенная со стелы фотография её любимого отца. В углу оградки валялись полуторалитровые пластиковые бутылки из-под газированной воды, а под ними, из земли, выглядывал лоскут красной материи. Потянув за этот лоскут, Инна выудила из тайника прожжённые местами трусики. По всей вероятности, ритуал чёрной магии был проведён месяца два назад, так как они истлеть не успели.

- Отнесу на помойку, - выхватив трофей из трясущихся пальцев жены, скривился Вадим.
- Отнеси, - заплакала женщина и, наконец, ощутила невероятную лёгкость в душе и теле. 
- Скоро та, что заказала  тебя, получит обратный удар, пусть готовится, я сам встречу её, - вдруг послышался знакомый глухой голос Хозяина.

Инна оглянулась. На соседней стеле пристроилась крупная чёрная ворона. Кося любопытным глазом, она размеренно подолбила клювом белый мрамор и взмыла вверх. Неожиданно кто-то мягкий и тёплый, громко урча, потерся о ноги, это был огромный серый кот. И тут низкие свинцовые облака внезапно разорвало торжествующее солнце.    


Рецензии
Теперь у Инны должно все наладиться. В отличие от заказавшей ее. Люди иногда настолько жестоки, что используют черную магию.
Сильный рассказ, Лариса! Настоящий мистический. Но, может, и на самом деле все описанное произошло в реале?
С уважением и самыми добрыми пожеланиями

Алексей Большаков   21.10.2017 14:26     Заявить о нарушении
Благодарю за отклик, Алексей.
С ответным уважением,

Лариса Малмыгина   21.10.2017 14:58   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 42 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.