Единая Россия

         Ни слова о политике. Потому прежде, что занятие этим делом, может быть и представляет интерес, да только болезненный, впрочем и заразный: некие информационные черви проникают в организм через наши технологически функциональные отверстия - глаза, уши, разумеется рот ( имея ввиду язык); а один американец, по имени Курт  так тот высказался как-то по другому поводу вообще чисто конкретно. Мол, человек пользовался нестерильными унитазами, вот зараза и проникла в него через анальное отверстие, да перегрызла всю его проводку. Ну, американец, чего от них хорошего можно ожидать? Однако же результат, как говорится, на лицо. Хотя не лицо-то  - основное пострадавшее в этом деле. Не буду здесь уточнять - что да как. Сами знаете, не хуже меня.
Короче, жил человек далеко от Москвы. Так далеко, что вроде бы как на другой планете. Не инопланетянин, нет. А  - русский по происхождению - волею судеб да игрою случая, потомок столыпинских переселенцев, и родился-то в таёжной приамурской деревне, считай рядом с еврейской областью, что на берегу Амура. Был он человеком не столько бессознательно русским генетически, сколько глубоко советским школьником. Им и остался от детства и на веки вечные, хотя восьмилетку закончил в положенный срок, а дальше уж жил и работал в колхозе, даже и тогда когда колхозов уж не стало, а появилось что-то такое, чему деревенские ещё не нашли название.  Чего голову себе забивать, ещё может снова что-то переменится. А им тут жить. А где же ещё? Хотя была одна возможность повидать мир, но в армию его не взяли по какой-то болезненной статье, хотя не только впоследствии был женат, но и детей вырастил не хуже других. Так что  другой жизни он и не знал, события в стране его мало коснулись - как было тяжело жить, так и легче не стало. Да это постоянство условий проживания его мало волновало - обычное дело:  родиться, жениться, нарожать детей и умереть. Все в округе так живут. Так бы и умер без приключений. Да только случилось получить весточку от дальних и далёких родственников. Что там случилось - свадьба ли. похороны, но - Приезжай срочно! - была весточка. Людей приглашающей стороны  мужику видеть не доводилось, но тут взыграло ретивое, какие-то зашевелились чувства ли, черви ли паразитные. Который уж час ходит сам не свой.
- Ты чё, это, однако, отец - господь с тобой! - поезжай уж. Порылась хозяйка в комоде да шкафу, принарядила мужика; деньги все, которые были, выложила на стол, да ещё и подзаняла у соседей по такому случаю.
Оказался человек в хабаровском аэропорту, а билетов-то на Москву и нет (а в обход её, первопрестольной, других путей у Родины не существует) - на ближайшие дни все места выкуплены ( И куда это люди всё летают?).
- И что совсем нет? Мне срочно надо!
- Ну, вот есть один в бизнес-классе.
-Дак вот, давай его мне.
-Так он стоит дорого. И назвал цифру, от которой мужик очумел.  - Да таких-то  денек мы с женой и за год не заработаем!

    И надо же было так случиться, что нашёлся один билет на сегодняшнее число по цене, хоть и сумасшедшей, но всё-таки, как говорят нынче, в рамках бюджета. С билетом на руках мужик умудрился найти себе попутчика, а уж тот не только довёл деревенщину до самолёта, но и в самой Москве передал в руки сердобольному знатоку другому, уж который помог ему добраться до поезда. А там самому пришлось действовать - не без ума же совсем наш человек. Так что дебри Шереметьево и самой столицы отразились в сознании нашего путешественника весьма мимолётно и не оставили своего следа, как видения фантастические, не реальные.
Хорошо и сердечно было в гостях на земле, где даже яблоки и настоящий виноград растёт, и вино своё - хоть залейся.  Да, в общем-то, какой нам интерес живописать, да и читать тоже о российском народном застолье?  Вряд ли найдётся в нашем народе хотя бы один человек, избежавший благоприятного воздействия праздника на все органы чувств, и саму душу, о которой-то и вспоминаешь разве что только в горе или в радости. Тем и жив наш человек - из горя в радость, да такую, что хоть бы и без берегов - что из того - разве надлежит нам отчитываться перед кем-то высокоморальным? Нет! И поэтому, если есть повод - а нет его - так и без повода обойдёмся - гуляет русская душа, так, что любого научит радоваться вместе.
Но, однако же - пора и честь знать. Засобирался и Мужик домой. Набежала тут,  открывшаяся ему  в этих местах родня,  да каждый - с гостинцем. Да куда же столько?!  А отказываться будешь - обидятся. Ну, уж это ни к чему - доведётся ли когда увидеться снова - велики наши просторы и труден путь ( в какие времена ты бы себя ни перемести)?
Так что прибыл Мужик в столицу  весь обвешенный сумками и пакетами, как новогодняя ёлка. Но крепок был наш герой и телом и умом. Перемещая  багажные места, он уже не рассчитывал на случайного проводника по московским лабиринтам, а прокладывал себе курс самостоятельно.  Действуя решительно и находчиво, он благополучно  высадил себя из аэроэкспресса у терминала Е в Шереметьево;  и даже удачно  нашёл начало перехода в терминал D.
Проблемы у Мужика  начались именно в переходе.  Нужно было решать: идти ли с гирляндой багажа пешком, или же рискнуть нацелиться на бегущую дорожку.  С трудом сохраняя самообладание,  мужик без  травм добрался- таки до  зала регистрации  терминала D.  Со школьной поры приученный  читать  надписи на заборах, он ошеломлённо заметил, что информация, относящаяся непосредственно к  пассажирским перевозкам, спряталась  в зале куда-то за изобилие рекламы о том, о сём, связанном с вытряхиванием  денег из карманов простодушных россиян. Разумеется, информационные стойки существовали - да только попробуй, найди хотя бы одну из них, да умудрись понять, о чём там пишут умные разработчики программ совершенствования  способов обработки пассажиропотока. Так что оставалось только догадываться - что да как. Сунулся было бедолага в одно из мест, и сразу же получил отлуп.  Багаж, оказывается, нуждается в упаковке.
- Где?
-Там - махнул рукой в неопределённость  какой-то живой сотрудник аэрокомплекса.

    Мужик - туда.  Надолго исчез  и снова появился, толкая впереди себя кокон, закутанный в скотч. Круто. Но зато теперь можно было приступить к регистрации и сдачу багажа  на  Хабаровский рейс. Только бы найти - где.
" В любой из стоек"  - воспринимает Мужик сумеречным уже сознанием обрывок промелькнувшей где-то информации.
    А стоек в терминале D целых 99 штук. Сразу же у перехода  и есть эти последние из 99. Удобно, станем в очередь сюда.
    Оказывается, " В любой..."  - это значит «не в любой».  Длинный хвост пассажиров в лабиринте ограждения привёл мужика на регистрацию - кто бы предупредил об этом! - международных рейсов. А хотелось бы домой, на Дальний Восток. Второй хвост был родной российский, но какой-то вообще непонятный. К третьему хвосту мужик добирался уже на последнем дыхании, но всё-таки ещё соображал. Выйдя в голову очереди,  он  попросил разрешения оставить здесь свой багаж, а уж сам-то он постепенно к нему подойдёт.
-Запрещено оставлять багаж без контроля. Одиночные брошенные вещи, сразу же становятся предметом особого внимания службы безопасности, и, как правило, подлежат  уничтожению специалистами-подрывниками.
- Да нехай подвзрывают! - подумал бы человек слабый духом, но не таков был Мужик, и оказался победителем. Ещё ему предстояло не потеряться в зале вылета, не пропустить посадку на свой рейс, удачно найти выход на него, попасть в самолёт и уж потом провалиться в беспамятство, убедившись в том что, перелёт Шереметьево-Хабаровск, действительно,  совершится без пересадок.
А, между тем, Мужика уже встречали;  так что подобрали земляка-путешественника и доставили в деревню живым. Два дня Мужик был сам не свой; и только женскими хлопотами удалось добиться, чтобы он начал пить. Козье молоко. Молоко не сразу, но подействовало, и под вечер хорошего дня вышел наконец, страдалец на крылечко и неспешно закурил свой любимый табачок, радуясь тому, что вот он дома. А, казалось бы, чего тут хорошего. Куры вон бродят,  козы  собираются на дойку, козёл их, Борька – он же не дойный - гуляет где-то на воле.

   Да, везде живут люди. Какой бы край ты ни взял, везде, хоть и по-своему, но всё настроено на единый, понятный  и близкий тебе лад. Только вот разделяет нас  жизнь другая, и, чтобы попасть от одних к другим, надо не только  потратить уйму денег, надо ещё одолеть эти аэропорты, эти метро,  эти толпы  спешащих куда-то людей, которым не до тебя, деревенщина ты этакая!  Это словно перепрыгнуть через жизнь другую, совсем не нашу. Вот ты и напрыгался, как твой козёл.
И, словно накаркал - через заборчик перемахнул Борька, и, остановившись насупротив Мужика, уставился на него  своим вечно презрительным взглядом.  Что было в нём: радость ли от встречи; или же, наоборот, ревность - это  зачем снова ещё один самец в усадьбе!; или вообще ехидство. Пойди, разберись!
-Бе-е-е! -  обидно высказался, наконец, козий вожак.
- Сам ты козёл - огрызнулся наш путешественник - уйди, Борька, на хер !


Рецензии