Чужие письма. Глава 11. Загадка дамы пик

  Дредноут «Мальборо» набирал ход. За стеклом иллюминатора таяли очертания родной России, которую уже никогда не суждено увидеть. Странное чувство - потеряно всё: имя, богатство, власть. Впереди неизвестность. Осталась только жизнь, которую положат на алтарь революции, если не уехать сейчас…

  Феликс сидел в каюте один. Жена Ирина вышла на палубу, её укачивало, и там ей было легче. В глазах Феликса стояли великолепные очертания Архангельского и вековая сосна на высоком обрыве над Москвой-рекой. Вспоминалось лицо мамы в дивном кокошнике, украшенном жемчугом и бриллиантами. В голове всё время почему-то звучали стихи тёти, написанные незадолго до смерти.

         «Их парус - апреля сияющий свет,
          Звезда его путь охраняет.
          Мой парус, напитанный влагою слез,
          В далеких волнах исчезает...
          Их чаши искрятся напитком любви,
          Моя опрокинулась чаша...
          Тот факел, что ярко горит для других,
          Я лилией белой украшу!»
 
  Почему они вспомнились именно сейчас, он не знал.  Как и не знал, что ему делать с этим письмом. Да и теперь было поздно, всё уже случилось, а могло бы быть и иначе. Сколько раз за свою жизнь Феликс пытался прочесть его, но язык предков был непонятен, и он никак не мог осознать заложенный в нём смысл. Только сейчас, найдя словари, поясняющие древнюю лексику, и, улучив время, он разобрал письмо по полочкам и записал его перевод.

  «Обращаюсь к вам ,мои потомки,  и надеюсь, что это письмо поможет сохранить наш род. Наши предки были властителями на востоке, в Антиохии и Дамаске, а потом, по воле судьбы, перебрались под крыло Тамерлана. Я первый из Юсуповых, пришедший на службу к русскому царю. Отец мой был убит своим же братом. Власть заставляет кровных родственников идти друг против друга, брату убивать брата. В Орде так было испокон веков. Чтобы прекратить это безумие, мне пришла в голову мысль, и я пустил слух, что когда мы приняли на Руси христианство, то были прокляты татарской колдуньей. Суть проклятия вы знаете. Смысл этой идеи был в том, что родители, зная о проклятии и боясь потерять своё дитя, будут стремиться иметь одного сына, и тогда ему не с кем будет делить власть после их кончины.
 
  Это письмо адресовано на много поколений вперёд, когда просвещение достигнет такого уровня, что исчезнут и сами помыслы об убийстве родственника, когда самопожертвование ради жизни ближнего своего станет нормой. Тогда и отпадёт нужда скрывать то, что это проклятие всего лишь выдумка предков для сохранения человеческого облика их потомков.

  Крепите наш род, крепите и умножайте. Он всегда был великим, наши предки и раньше, и сейчас - приближённые властителей государств. А колдунья, на самом деле, предсказала, что один из далёких наших потомков станет властителем и вернётся с войском на исконную родину, чтобы спасти свой народ.

  И помолитесь за меня, если я смог помочь вам».

  Перечитав, Феликс долго смотрел в иллюминатор на бегущие по морю волны, размышляя, почему его прапрадед Николай Борисович не передал это письмо сыну, почему не раскрыл эту тайну, а схоронил её под сосной? Может, было рано? А  может, это кому-то было выгодно?  Пойди сейчас разбери. Сколько жизней спасло бы это письмо. Получается, что выдуманное проклятие наоборот вредило и разжигало ненависть друг к другу внутри семьи.

  Значит, наш род сам был виновен в своём исчезновении. Зная проклятие, всегда был соблазн изменить ситуацию в свою пользу. И если так происходило, то, выходит по замыслу предка, предшествующие поколения не были готовы к самопожертвованию, а значит и к раскрытию тайны этого письма. И в то же время, если бы раньше прочли это письмо, то, скорее всего, Николай был бы жив, а может и ещё кто-то. В голове не укладывается, как несколько столетий наши предки, боясь этого проклятия, цеплялись за свою жизнь и стремились выжить за счёт смерти другого. Кошмар. Страшный кошмар…

  «Теперь я один продолжатель рода Юсуповых. Да и то по маме. Как всё перемешалось. И этот князь Витгенштейн, как он разглядывал меня. Неужели искал сходство, и эти слухи, что он мой отец, неужели тоже правда? Боже, какой позор! Какой бесславный конец рода и Юсуповых и Сумароковых.

  Да что там рода, России…»


 *     *    *


   1942 год, Франция.

  В гостиной сидел за карточным столом Феликс и раскладывал пасьянс на колоде «Русский стиль». Вошёл почтальон. Феликс отложил колоду, так и не перевернув последнюю взятую из неё карту. Почтальон вручил телеграмму о том, что родилась внучка. Феликс сильно обрадовался, и было хотел всё-же посмотреть, на какой карте пришло счастливое известие. Рука потянулась к колоде, но потом замерла. Феликс немного подумал и, не переворачивая её, перемешал все карты…

Внучку назвали Ксенией.


Рецензии