Принц и нищий для русской золушки - 6

ГЛАВА 6


МОЯ МАМА - ЛЮБОВНИЦА


Партнёр так ничего и не сказал, а когда романс закончился, отвёл меня к ресторанному столику. Возле моего стула, скрестив руки на груди, величественным монументом застыла Шумилина.
- Белые танцы не предвидятся? – умело соорудив ангельское личико, ласково пропела она.      
- Не знаю, - растерялся Стас и поискал глазами тамаду. – Я оставляю вас, спасибо, - а это уже мне.
Я вздрогнула… Голос…. Голос как две капли воды походил на бархатный баритон Скворцова.

Склонив в поклоне красивую голову, холёный сыночек хозяина заведения медленно пошёл к сцене.
И тогда Ирка дала волю гневу.
- Руки прочь, - шипела она и брызгала слюной. – Он мой. Уяснила? Если не уяснила, в порошок сотру, кислотой опрыскаю, машиной перееду. Всё, что угодно, но будешь растением на постельке валяться.
Передёрнув плечами, я развернулась на сто восемьдесят градусов и затерялась в толпе возбуждённых гостей.

На улице моросил дождь, я застегнула на куртке молнию, накинула капюшон и побрела к остановке общественного транспорта. Денег на такси не было.
- Довести? – остановился на обочине дороги молодой человек на «Жигулях». – Не отказывайтесь, пожалуйста. Ваши туфельки не предназначены для осени.
- Сколько возьмёте за проезд? – устало поинтересовалась я.
- Нисколько не возьму, - улыбнулся парень и открыл дверцу. – Куда ехать?

Я назвала адрес и села в салон, в котором убаюкивающе играла тихая музыка.
- Любите сладкое? – поинтересовался водитель и протянул мне шоколадную конфету.
Я машинально взяла её, развернула фантик и отправила презент рот.

- Спи, моя радость, усни, - неожиданно донеслось из приёмника, -
  В доме погасли огни.
  Птички затихли в саду,
  Рыбки уснули в пруду.

Захотелось спать, я закрыла глаза и отдалась приятным ощущениям. Ирка перестала существовать. Так прошло минут десять.
- А вот и ваша остановка, - возвестил молодой человек.
- Спасибо, - улыбнулась я и заторопилась на выход.
Квартира встретила меня пустотой. Я переоделась, побродила по комнатам и тут позвонила мама.

- Где ты, доченька? - волновалась она.
- В родных пенатах, - ответила я.
- Станислав хочет тебя видеть.
- Но я не хочу видеть его, - воспоминания об Иркиных угрозах атаковали мой напряжённый мозг.
- Что ты говоришь! – возмутилась Валентина Васильевна. – Грозовский-младший – это не бомж Скворцов, он способен сделать тебя счастливой!
- Пусть делает счастливой Ирину Геннадьевну Шумилину, - съехидничала я.

Родительница издала негодующий звук и отключилась, а я упала на диван и заплакала. Но плакать не дали, заверещал мобильник.
- Оксана, - послышался из него голос Руслана. Или Стаса?  – Оксана, я не приду сегодня ночевать, много дел.
- Каких дел? – вздохнула я.
- Хочу тебя обрадовать, на следующей неделе получу паспорт и полис, так что собираюсь взять кредит в банке и открыть новую фирму.

- Можешь обойтись и без кредита, - мой язык функционировал сам по себе.- Я тебе материально помогу.
- Даже так? – удивился Скворцов. – Но, мне не нужна твоя помощь, Оксана, мужчина не должен жить за счёт женщины.
- Как хочешь, - пробубнила я и отключилась.
А потом приняла душ и завалилась спать.

Утро пришло неожиданно, и я поразилась болотной глубине своего сна. Рядом посапывала мама. Я внимательно вгляделась в её лицо, скользнула взглядом вниз и обнаружила небольшой синяк на шее рядом с сонной артерией.
«Похоже на засос, - озадачилась я. – Кстати, кто на днях был в нашей квартире? Ясно, что это мужчина и ясно, что засос поставил тоже мужчина…. Кто»?
И тут внезапная догадка ошеломила меня настолько, что я опустилась на пол. В горле запершило.

- Оксаночка, - пробудилась родительница, – что с тобой, Оксаночка?   
- Что это? – отодвигая с её шеи прядь волос, холодно поинтересовалась я.
Мама вскочила с тахты и подбежала к трюмо, а потом вернулась и опустилась рядом со мной.
- Доченька, я же ещё молодая, - жалобно всхлипнула она. – Он меня любит, я люблю его.
- Кто – он?
- Грозовский, - покрываясь пятнами, прошептала Валентина Васильевна.

- Ясно, - я встала с пола и пошла умываться.
У Юрия Николаевича уже давно умерла жена, он воспитывал сына в одиночестве и, говорят, сторонился женщин. С чего бы вдруг ему понадобилась моя мать? И почему Скворцов так похож на Грозовского? Неужели это брат-близнец, выкраденный из роддома какой-нибудь бездетной семьёй? Или красавчика Руслана продали налево за приличную цену предприимчивые медработники?

- У Станислава есть брат? – умывшись, подошла я к матери, хлопотавшей на кухне.
- Нет, - вздрогнула она.
- Неужели не видишь, что бомж и принц на одно лицо? – удивилась я.
- Не вижу, - соврала мама.
- С каких пор ты научилась обманывать? – покачала головой я и отхлебнула глоток изумительного по вкусу чая из подаренной кем-то красивой металлической баночки.   

Родительница промолчала, и тут раздался звонок. Подскочив от неожиданности, я побежала в коридор, рывком распахнула дверь и… передо мной стоял…. Я не поняла, кто стоял передо мной, потому что у него не было бороды.
- Можно войти? - минуя паузу, произнес незваный гость.
- Можно, - силясь разглядеть в темноте цвет глаз пришельца, растерянно проронила я.

- Кто там? – крикнула из кухни мама.
- Рус… Стас…, - невнятно пробормотала я.
- Руслан, - отозвался некто.
- Ты сбрил бороду? – фальшиво изумилась мама, привидением появляясь в коридоре.
- Надо интегрироваться в новое общество, - широко улыбнулся Скворцов, его синие глаза заискрились, – я ведь теперь не бомж. Так ведь? 

Продолжение: http://www.proza.ru/2017/10/04/795


Рецензии
Рисковала Оксана здорово, приняв предложение незнакомого водителя подвести её до дома, да ещё, вдобавок, неосмотрительно откушала предложенную конфету. Недавно поймали водителя, который занимался извозом, предлагавший пассажирам газировку, в которую заранее подмешивал снотворное, грабил пассажиров, выбрасывая тела по дороге...

Анатолий Бешенцев   21.10.2017 04:14     Заявить о нарушении
На этот раз её проверяли.
Спасибо за отклик, Анатолий Васильевич.
Здоровья Вам!

Лариса Малмыгина   21.10.2017 10:41   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 22 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.