Четыре цвета океана

Как же я люблю океан!
Жаль, что заочно.
Я его никогда не видела.
Каждое лето я езжу на море.
Это такое знакомое чувство с детства::встреча с морем!
Волнение,радостное предвкушение первого погружения, ненасытность общения с ним.
Я люблю море, как люблю саму жизнь.
Но любовь к океану это другое.
Это страсть,страх и трепет.
Перед его величием и мощью.
Так девушка юная мечтает оказаться в объятиях сильного парня.
Так женщина мечтает о сильном плече рядом.
Так старушка ищет спасение в объятиях подросшего внука.
Так и я мечтаю о своем океане.

Глава 1.
Тихий, самый Тихий океан.
-Виола,детка, не забирай у мальчика формочки.он ими куличики лепит.
Виола сделала вид,что не слышит маму и продолжила отбирать формочку.
Лепить куличики из песка эта пятилетняя особа не хотела. Она хотела дразнить мальчика.
Мальчик был такой тихий и спокойный.
Он протянул Виоле формочку.
-На , лепи куличик.
-Не хочу.
-А зачем ты отбираешь формочку?
-Не знаю. Хочу и отбираю.
-Глупо.
-Сам дурак!
Виола топнула ножкой и пошла к маме.
-Мама,а меня этот мальчик обзывает.
-Как?
-Он назвал меня глупой!
-Какой невоспитанный мальчик!
Пойдем домой. Не стоит с таким плохим мальчиком играть.
Мама с Виолой ушли в свой двор. А тихий мальчик продолжил лепить куличики.

-Виола,что ты копаешься? Опоздаешь в школу!
-Не опоздаю!
Виола посмотрела в зеркало и осталась довольна собой.
Она выпускница,красавица и умница!
И самая красивая девочка в классе.
Вчера в класс пришел новый мальчик.
Тихоня,в очечках и немодной одежде.
Его посадили рядом с Виолой за одну парту.
-Дай списать задачу.
-Надо самой решать. Зачем тебе списывать?
-Хочу и списываю.
-Глупо же.
-Сам дурак!

-Виола,ты что там у зеркала крутишься?
 В институт опоздаешь?
-Успею.
Виола,первая красавица курса, полюбовалась собой и осталась довольна увиденным.
В институт на пару она пришла последняя.
Все места в аудитории были заняты.
Лишь одно место пустовало рядом с неказистым парнем. Он сидел и тихо записывал лекцию.
-Дашь списать?
-А почему опоздала?
-Захотела и опоздала.
Так дашь списать?
-Мне не жалко. Списывай.
Но ты и сама можешь приходить вовремя и писать.
Виола посмотрела на этого тихоню и отвернулась. Списывать расхотелось.

-Виола,детка,ты опоздаешь на работу!
И это в свой первый рабочий день!
-Мама,не нуди! Не опоздаю!
Виола посмотрела в зеркало. Оно не подвело.
Виола опоздала.
-Виола,Вас вызывает начальник.
Виола вошла в кабинет начальника и замерла.
В кресле сидел "тихоня".
Его спокойствие наполняло кабинет, офис и все здание.
Тихое спокойствие, как спокойствие самого Тихого океана.

Глава 2
Тепло Атлантики.
-Лиза, смотри внимательно. Это Атлант.
Он поддерживают небо.
-Такой большой!
А ему не больно?
-Конечно,нет!Он же могучий!Он титан!
Лиза посмотрела на иллюстрацию в книге о богах и титанах повнимательнее.
Кларк увлекался историей древней Греции.
И это увлечение передалось Лизе.
Они сидели в читальном зале  университетской библиотеки .
Осень в Англии выдалась на редкость теплой.
Солнце днем прогревало каменные здания и согревало души.
Лиза познакомилась с Кларком недавно.
Он жил на побережье,а она-в Лондоне.
Он казался ей загадочным,как сама Атлантика.
Смотришь на него: суровый на вид парень.
А приглядишься: внутри Гольфстрим.
Лиза родом из семьи,покинувшей Америку в 1933 году, после знаменитой" Ежевичной зимы".
Семья долго приживалась в Англии.
Холодный прием этой страны наложил отпечаток на характеры.
Мать Лизы, женщина властная и эмоционально холодная,заботилась лишь о том, чтобы девочка была сыта,одета и обута.
Ее не беспокоили ее переживания и волнения.
Отец Лизы,простой клерк, в воспитании дочери участие не принимал и вовсе.
Бабушка по линии матери жила отдельно, редко писала и никогда не звонила.
Дедушка читал газеты и поливал любимые гиацинты.
Жили они в каменном доме с камином, где в спальнях было не выше 18 градусов.
Прохлада в доме поддерживалась холодом взаимоотношений.
Последствия "Ежевичной зимы" дали свои результаты.
Лиза с детства представляла себя маленькой фиалкой. Ни розой,ни гортензией, ни астрой, а именно фиалкой.
В саду у бабушки росли пышные цветы до поздней осени. Благоухали, набирали цвет.
Бабушка за ними трепетно ухаживала.
А в доме в скромном цветочном горшке росла фиалка.
Ей явно не хватало любви и тепла.
Она была почти безжизненная.
Отчего-то бабушка ее не любила.
Но и не избавлялась от несчастного цветка.
Когда Лиза поступила в университет, то почувствовала очень остро свою отчужденность от девушек в группе.
Они были похожи на цветы из бабушкиного сада.
И лишь одна она была...фиалкой.
И здесь ее настигал холод.
С Кларком она столкнулась случайно,выходя из библиотеки.
Он шел и на ходу что-то читал.
И случайно задел девушку.
-Прошу прощения,если я сделал Вам невольно больно.
-Нет проблем. Не беспокойтесь.
-Меня Кларк зовут. А вас?
-Лиза.
-Как нашу королеву.
Кларк улыбнулся своей теплой улыбкой.
Ледышки в душе Лизы начали таять.
Так и тепло течения Гольфстрим согревает огромные океанические воды.
Это тепло заполняет собой пространство, окутывает и отогревает.
Оно подобно Атланту, который держит небесный свод над головой.
Тепло держит любовь в замерзающих сердцах.


 Глава 3.
Лазоревые воды Индии.
Самолет оторвался от серой бетонной полосы и прорезал свинцовое небо Санкт-Петербурга.
Лайнер покидал унылую серость прекрасного города.
Он спешил туда, где царствует буйство красок,где солнце золотит яркие одежды,где в океане плавают радужные рыбки.
А вода в этом океане чистая,прозрачная и удивительно красивая.
Темно-голубая и даже лазоревая.
Марка была красива в своей нелепости.
Ее далеко посаженные глаза цвета спелой сливы смотрели немного в разные стороны,
Но и это косоглазие делало Марку забавной.
Она родилась нелепой, с плотными черными волосами. Напоминала маленькую старушку.
Широкий нос  должен был бы подчеркнуть некрасивость женщины.
Но природа милосердна.
Она некрасивость возвела в миловидность.
Марка была дьявольски привлекательна.
Но... с полным отсутствием вкуса и пристрастием к серому цвету.
И сейчас на ней была одежда "серая мышь ".
Марка закрыла глаза и представила, как она снимает это серое обличье и являет океану свое молочно-белое тело.
Она так явственно это представила.
Но,как мы знаем, во время взлета расслабляться бывает опасно.
Один из пассажиров обнаружил, что сидит не на своем месте,и ему срочно приспичило искать свой ряд.
Словно медведь сквозь валежник он пробирался к своему месту у иллюминатора.
И единственным препятствием служили ноги Марки.
На них он благополучно и наступил.
-Мужчина, а нельзя поаккуратнее?
-А как? Если ты свои копыта расставила!
-Это ноги, а не копыта. Медведь неуклюжий.
Мужчина плюхнулся на свое кресло.
-Слушайте, а может Вы у окошка хотите сидеть? Лететь еще долго. А мне бы с краю сподручнее.
-А зачем Вы перлись к окошку тогда?
-Так это мое место. 8F.
-И сидите на своем месте.
-Так я пиво попил. Мне в туалет надо.
-А пиво обязательно пить перед вылетом?
-Так я летать боюсь, а с пивом легче.
  А Вы ничего не пили перед вылетом?
-Я летать не боюсь. И пиво не пью.
-А что пьете?
-Водку!
Марка и сама испугалась сказанного. Она пила только красное сухое, да и то редко. Но этот медведь достал уже, да и пальцы на ноге болели.
-Молодец! А какую водку? Холодную с огурчиком или теплую с жюльенчиком?
-Всякую!
-Уважаю! Меня,кстати ,Марк зовут!
Марка засмеялась. Какой он Марк?!
Он Миша, в лучшем случае.
-Чего ты смеешься? Мама любила актера Марка Бернеса.Вот и назвала в его честь.
А Вас как зовут?
-Марка.
У медведя глаза стали еще круглее.
-Иди ты! Вот это финт! Давай на ты,тезка!
-Давай.
-Садись к окошку, чтоб я чего не отдавил, туда-сюда шастая.
Марка согласилась. Встала в проход и пропустила медведя. Если вторую ногу отдавит, то совсем беда. И обувь неудобная, но новая. И пальцы будут болеть.
Наконец-то они уселись.
Самолет набрал высоту.
Марк первым рванул в туалет.
Марка подумала, что с таким соседом полет будет беспокойным.
Но самое удивительное, что он  ее не раздражал. Скорее наоборот.
В его неуклюжести было какое-то очарование.
Одет он был тоже неуклюже. Широкие брюки и узкая рубашка с попугаями.
Ботинки на толстой подошве. Пиджак серый, льняной и мятый. По виду видно, что человек обеспеченный. Но вкуса нет.
-Такой туалет узкий. Еле вместился! А ты не хочешь? Лететь далеко. Ты не стесняйся. Я ж понимаю, что дамы постоянно в туалет бегают. То нос пудрят, то колготки поправляют, то по нужде.
-Я не хочу пудрить, не хочу по нужде и у меня нет колготок под брюками. Я хочу побыть в тишине.
-Вот это ты зря сердишься. В тишине на кладбище побудешь. А в самолете лучше общаться. Не так страшно лететь, да и не скучно.
-Мне не страшно и не скучно.
-А ты чего разволновалась? Я ж по доброму.
Марка устыдилась. Действительно, ну чего кипятится на пустом месте? Медведь этот вовсе не противный. Можно и пообщаться.
Дома-то она общается только с пауком Кузей, который в углу у окна постоянно висит. Это и домовой, и собеседник, и охотник за мошками. Кузя ей не мешает, она ему тоже.
Еще есть подруга Аглая. То добрая.то злая.
Такая же коллега-училка. У нее кот. И полная безнадега. Был кавалер.
Тоже педагог. Математик Павел. Но его шустрая лаборантка окрутила и до ЗАГСа довела. Он и сам не заметил, как статус поменял.
Марка в школе преподавала ИЗО.
Не основной предмет, но все же дети чего-то в альбомах криво-косо рисовали. И зарплату за эти шедевры Марке платили шедевральную. По остаточному от основного образованию принципу.
Но она не унывала. Ела мало, одевалась без фанатизма и мечтала. А мечты у нас еще налогом не облагаются.
А тут повезло. Бабуля денег подкопила и Марке это путешествие на день рождения и подарила.
-Марка, а ты не училка часом?
-Училка.. Так заметно?
-Угу. Я в школе троечник был. Только по рисованию пятерка. Уж больно я красивую лошадь нарисовал. Да и училка по рисованию самая добрая была. А самая злая -по математике.
Ты не по математике?
-Нет. Я по рисованию.
Марк на миг замер.
А потом так раскатисто расхохотался, что некоторые пассажиры обернулись и тоже заулыбались.
-А сам-то ты кто будешь? Актер, как Марк Бернес?
-Ну,зачем сразу актер?
Я строитель. Прораб я.
-У тебя и дом есть?
-Есть. На берегу Финского залива. Не так чтобы большой. Но деревянный и с печкой.
Это от радикулита хорошо.
-А у тебя радикулит?
-Пока нет. Но ведь будет. Надо все заранее предвидеть.
-Какой предусмотрительный!
-Бабуля научила. Она меня растила. Родители на Севере работали. а я с бабулей.
-А меня тоже бабуля вырастила. Родителей уже не было. Геологами были. Не вернулись из экспедиции.
-Вот судьба!Соболезную.
А ты в каком отеле будешь?
Марка назвала отель.
-Иди ты! И я в него лечу.
Разноцветные попугаи на рубашке радостно закивали головами. Интрига намечается.
Тут разнесли напитки и еду.
После перекуса сон подкрался незаметно.
-Марка, а ты клади мне голову на плечо. И подремли.  А я тебя охранять буду.
Марка положила голову на плечо соседа. Голове было удобно.
Глаза слипались, мысли уносились в сторону океана. Разноцветного с пестрыми рыбками.
Марк тоже закрыл глаза.
Попугаи последовали вслед за хозяином.
Салон провалился в дрему.
Ангелы-хранители сидели на крыле самолета, посматривали в иллюминатор и улыбались.
Красиво нарисованная лошадь , которая висела в комнате бабули, загадочно улыбнулась.

Глава 4.
Северный Ледовитый или глобальное потепление.
Экспедиция подходила к концу.
Олег зачеркнул на календаре последний день. Завтра прилетит самолет. Доставит его на Большую землю.
А там и домой, к семье.
На метеостанции он уже три месяца. Очень соскучился. Да и белое безмолвие стало надоедать под конец командировки.
Захотелось на юг, к теплому морю с разноцветьем газонов и садов.
Хотя он любил Север. С родителями помотался  по нему. Отец служил военным врачом. Вот им по судьбе и выпало Заполярье. В Заполярье прошло детство Олега,
В Сибири  -юность.
Затем был Ярославль.
Но Север манил к себе и звал вернуться.
Олег любил и белый снег, и холод.
Но с возрастом стал тянуться к югу.
Хотелось отогреться.
Возле жены и маленькой дочки.
Завтра, завтра он их увидит.
А сегодня прощание с Арктикой.
С белой медведицей Аришей.
Она приходила сама и приводила детенышей. За десертом, за сгущенкой.
Олег ее не ел, а скармливал Арише.
Та делилась с медвежатами.
Только он подумал о доме, как в сердце кольнула льдинка.
Эта льдинка появилась лет пять назад и разрасталась,постепенно заполняя все пространство.
Эта льдинка имела имя.
Роман. Дед Олега.
Отставной военный, человек суровый и немногословный, авторитарный, прошедший войну, жил один в небольшом городке.
Гостей особо не жаловал. Сам никуда не ездил.
Жил бирюком, попивая кровь у приходящей помощнице по хозяйству.
Разговоры вел только о своем самочувствие и политике.
Лелеял одно, ненавидел другое.
От родственников отгородился стеной, которую сам же и воздвиг.
Если кто-то приезжал в гости, то с порога огорошивал вопросом:"Когда уезжаете?".
Когда он из весельчака превратился в "Угрюм Бурчеева", не могла вспомнить даже домработница.
Не дом , а холодное безмолвие Арктики.
И никакой надежды на глобальное потепление.
Олег позвонил деду и сообщил, что хочет приехать.
Дед выяснил в первую очередь, как надолго?
Олег заверил, что максимум на три дня.
"Деду эти три дня покажутся вечностью!"-подумала Татьяна, домоправительница и терпеливица.
Она была женщина одинокая,бездетная.
Детей и внуков деда любила по-своему. Скучала без них.
Жалела и деда.
Всех жалела вселенской жалостью.
Той, которая в России и есть любовь.
Женщина, сделав укол деду и оставив его дремать, пошла на рынок.
Надо прикупить все самое вкусненькое.
Такой гость едет!
Дед , услышав как за Татьяной захлопнулась дверь, встал.
Прошел в свой кабинет, достал пухлый фотоальбом , сел в удобное кресло-качалку и начал рассматривать фотографии.
Рассматривал их медленно, еще раз проживая те мгновения.
От этих воспоминаний лицо разглаживалось, душа теплела.
Он вспоминал себя прежним, без болезней и политики, окруженным семьей и заботами.
Глаза начинали слезиться, рука дрожать, участилось сердцебиение.
Как все это было давно! И было ли вообще?
Воспоминания прорвали плотину отчуждения.
Хлынули с такой силой, что стучало в висках.
Резкая боль пронзила старый мотор, бьющийся в груди, наполнив его горячей кровью.
Мотор захлебнулся...и затих.
Рука уронила фотографию с внуком на руках на ковер, альбом съехал на коленях.
Часы с боем пробили полдень.
Солнце заглянуло в окно кабинета.
  Олег почувствовал внезапное теснение в груди.
Ариша долизывала сгущенку.
По поверхности Северного Ледовитого океана дрейфовали айсберги и льдины. Последствия глобального потепления.
Льдинка ожила, уколола и начала свой путь .
Олегу стало тепло и почему-то очень грустно.
Завтра, уже завтра его ждет Большая земля.

  Эпилог.
 Проходят через жизнь
 моря и океаны
Страстей,покоя и любви.
Мы все,конечно, капитаны
своей судьбы,
Своей тоски.
Своих побед и поражений,
Своих надежд и огорчений.
Пусть путеводная звезда
нам светит с ночи до утра.
 














 


Рецензии
Лариса, Вы законченный романтик. Наверное, это хорошо. Но я профессионал. У меня иной взгляд. А рассказ Ваш хорош. Наивен, немного, но хорош. Нажму зелёную.
http://www.proza.ru/2015/04/20/1904
http://www.proza.ru/2016/01/15/722

Сергей Маслобоев   03.06.2018 19:55     Заявить о нарушении
Сергей, спасибо за отзыв.
Романтика во мне живет и процветает))).
С улыбкой, Лариса.

Лариса Василевская   04.06.2018 10:39   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.