Ров

Дачный посёлок располагался у большой реки, где был чудесный пляж.
А хорош этот пляж был не тем, что имел волейбольную площадку, ажурные беседки, качели-карусели для малышей,  скамеечки вдоль реки и удобные раскладные кресла, хотя всё это и замечательно, и комфортно.
Пляж был хорош покатым спуском к реке, заросшим невзрачной, суховатой травкой и низеньким шиповником, разбросанным островками и цветущим до глубокой осени яркими, розовыми цветами; хорош мягким золотым песочком на берегу и вековыми ивами, склонившимися в поклоне; хорош этими коренастыми, смешными и любимыми старыми пнями около реки, вдруг ожившими и пустившими целую поросль молодых, сочных ветвей - каждый находил в этом чУдном уголке свою прелесть.

Отсюда, с поселкового пляжа открывался величественный вид на широкую, полноводную реку, на лес и окрестности на том берегу, на теплоходы и баржи, и на изменчивое, неповторимое небо.
Жители посёлка любили прийти в час заката на берег, постоять и помолчать, глядя, как падает солнце за кромку леса на той стороне, как незаметно тает сверкающая солнечная дорожка на поверхности воды, как темнеет небо, и появляются звёзды.
Тимофей Петрович ждал эти особенные вечерние часы, когда, сидя на скамеечке около реки, в его душе царила такая доброта и благость, что казалось, только так и должно быть на всей земле.
Зимой на льду замёрзшей реки сидели рыбаки, они, оставаясь на ночь, ставили разноцветные палатки, подсвечивая их изнутри фонариками, и виделось, будто спящая река словно в утешение от ледового плена украшена ёлочной гирляндой.
А весенний ледоход на реке, неотвратимый, решительный и бурный!

Жители посёлка любили свой пляж, берегли его, заботились о нём, проводили здесь милые семейные праздники вроде дня рождения или дня Нептуна - открытие купального сезона, здесь встречались влюблённые, здесь дети строили из песка вначале куличики, а потом и свои замки, часто смываемые беспощадной волной; здесь появлялись и исчезали следы на песке.

У пляжа не было ни границ, ни ограждений, как будто он был всегда, лишь со временем немного обустроился и стал комфортнее для отдыха.
Но однажды появился высокий забор.
Он начинался у дороги, за которой кончался реденький лесок, и шёл дальше, разделяя территорию пляжа, разделяя песчаный берег и вонзаясь далеко вглубь реки. Теперь нельзя было пройти вдаль по берегу.
За забором, где-то в глубине большой огороженной территории, мелькала крыша высокого коттеджа, который никто не мог видеть. Забор влез не только на пляж и берег реки, но и в заповедный лес, отняв у него большой кусок. А на огороженной территории вдоль реки был построен узкий деревянный причал, по которому весь день ходили суровые охранники.
 
Шло время, и жители посёлка смирились с забором, перегородившим берег.
Но наступил момент, когда по причинам, неизвестным дачникам, нижнюю четверть забора, уходившую в реку, снесли,
как бы устранив преграду на берегу. Но не прошло и месяца, как появился экскаватор, который вырыл вдоль всего забора спускающийся к реке ров глубиной около трёх метров. А поскольку берег был покатый, то и ров получился такой же. Жители посёлка насторожились. Ответ они получили быстро.

Однажды утром Тимофей Петрович шёл в местный магазинчик за продуктами, вдруг он остановился, потрясённый увиденным - перед ним медленно проехала колонна из огромных красных машины с такими же огромными прицепами-платформами, на которых в специальных контейнерах стояли большие деревья и кустарники с зелёной листвой.
Тимофей Петрович знал о том, что можно сажать взрослые деревья, но для этого нужна особая технология посадки, особые условия, и это очень дорого. Но зато день, два - и готовый лес в чистом поле!
Тимофей Петрович был так удивлён, что забыл посчитать, сколько же было этих огромных машин.

Впрочем, это было неважно, потому что вскоре все эти деревья и кустарники были посажены вдоль рва на стороне коттеджа, и над этим трудилась большая бригада рабочих, которая не только посадила растения, но и поливала, и ухаживала за ними несколько месяцев, и в итоге все они прижились.
В первом ряду, крайнем со стороны пляжа, росли кусты шиповника редкой породы, отличающейся длинными и острыми шипами, и ещё какие-то неизвестные Тимофею Петровичу колючие кустарники, они были посажены непроходимой стеной, выставляющей вперёд свои шипы и колючки.
Вторым рядом шли тоже неизвестные большинству дачников кустарники и деревья, растущие плотно, как крепость.
 
Тогда же поперёк причала, в том месте, где он граничил с пляжем, появилась широкая металлическая лента с шипами. Глядя на неё, дачники ужасались - не дай Бог, кто-нибудь по незнанию захочет из воды залезть на причал.
Или вечером случайный прохожий вдруг оступится на краю трёхметрового рва.
В довершении образа вдоль рва натянули тонкую верёвку с прикреплённой к ней табличкой "Осторожно, опасная зона!"
Вначале дачники тешили себя надеждой, что ров засыплют, что уберут с причала металлические шипы, что снесут весь забор, и можно будет снова, как раньше, пройти вдоль всего берега, когда видно далеко, далеко.

Прошло три года. Ров оброс растениями.
Его обрывистые склоны летом были украшены белыми соцветиями таволги, розовыми кистями кипрея и скромными ромашками, здесь росли лопух и череда, и множество разных мелких цветочков, отчего ров выглядел живописно.
Тимофей Петрович вспомнил, что зимой ров был завален снегом так, будто его и не было, но снег таял, и обнажалась пропасть.
Он стоял около рва, окрашенного в осенние, охряные, золотые цвета, и, вспоминая лето, размышлял, что вся эта лёгонькая и несерьёзная травка, все эти скромные и нежные лютики-цветочки, тем не менее, образуют и укрепляют почву по откосам и дну рва, заселяя и заполняя его.
Налетевший ветер сметал с деревьев старые пожелтевшие листья и сыпал их в ров, незаметно равняя его с берегом.


Рецензии
Нет, страшен черт как его малюют, но ужаснее всего набросок ангела в исполнении мазилы!

Олег Рыбаченко   13.10.2017 14:53     Заявить о нарушении
Спасибо, Олег, за Ваше мнение!

Галина Кузина   14.10.2017 12:29   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.