Первые сутки в Нью-Йорке

      В Нью-Йорк  с Ваней, коллегой по Академии Наук, я прибыл на поезде из Торонто. Июль 1990 года в Канаде выдался прохладным и заставил все десять дней Всемирного научного Конгресса не вылезать из свитера. На улицах, съёжившись под мелко рассыпающимся дождиком, зябли продавцы черешни. Она была крупной, сладкой и весело переливалась изумрудами прозрачных капель, сверкающих на изредка выглядывающем солнце. Казалось только эту ягоду и радует своими украшениями эта сырая прохладная изморось...
      На вокзале Нью-Йорка , напротив , несмотря на полночь, висела липкая июльская жара...
      Встречал нас Сэм , он же Сеня, Сенечка, Семён Абрамович, бывший администратор одного из немногочисленных кишиневских театров. Он весело помахал рукой, безуспешно попытавшись сразу вырвать у нас хотя бы один из чемоданов.
      - Нам , Сеня, по тридцать пять, а тебе уже седьмой десяток, пора себя и поберечь,- Ваня, хоть как-то, пытался урезонить гиперактивность нашего встречающего.
      - Всего час езды, и мы на месте! Очень порядочная семья! Они только пару дней как из Одессы, но приехали навсегда,- восторженно заявил Сэм. Я вас устрою так, что пальчики оближете, совершенно бесплатно , - насторожила меня его слишком уж  бодрая интонация...
      - Сеня, поверь, денег у нас достаточно, можно и в хорошую гостиницу,- я тщетно старался  уговорить  возбужденного встречей бывшего Кишиневца...
      - Откуда у советского учёного деньги?,- удивился Сэм. Этого просто не может быть,- заявил он настолько безапелляционно, что заставил меня на всякий случай ещё раз потрогать в кармане увесистую пачку стодолларовых купюр.. Внедрение собственных изобретений начало приносить мне довольно ощутимые доходы...
       - О ночевке в отеле не может быть и речи! Вы обидите хороших людей. Да и мы, вот-вот , уже почти совсем...
       В начале второго ночи Сэм быстро поднял из постели семью из дедушки с бабушкой, мужа с женой и двоих детей, представил нас и мгновенно испарился, сославшись на грядущий утренний аврал в банке. Там  Сеня  служил вице-президентом.
       Позволив  не очень поверить в его высокое положение, мы с товарищем обнаружили себя стоящими посреди  "шикарной" подвальной квартиры без окон, состоящей из одной большой комнаты с кроватью и четырьмя очень низкими раскладушками...
       - Для вас мы приготовили отличную постель,- громким, хорошо поставленным для одесских трамвайных скандалов голосом, заявила бабушка, почему-то показывая рукой на стену. Невольно я загляделся на сверкающие толстые перстни, количество которых превышало число ее пальцев.
       - Меня зовут Эмма!, - довольная произведённым эффектом, представилась молодящаяся, избыточно раскрашенная рыжеволосая толстушка.
       -  Только благодаря МИНЕ и удалось вывезти все золото, шо было нажито непосильным трудом,- гордо заявила она.- Пока этот лох и бездельник, она гневно сверкнула глазами на своего вздрогнувшего зятя, прохлаждался в кресле главного инженера радиозавода, я взвешивала, взвешивала и взвешивала на пляже Ланжерон целые центнеры народа и таки, таки ж, сделала себе пару копеек..!
       - Они, эти шлимазл, она кивнула на молодых, ещё собираются  учить язык, потом платить за какие-то курсы ! А я ?! Я уже завтра выхожу  торговать колбасой в Бруклине !,-громовым голосом вещала Эмма, презрительно оглядывая испуганно выстроившихся "во фрунт" мужа, дочь и зятя...
       По-наполеоновски уверенно, она взобралась на кровать, приоткрыла в стене какую-то дверцу, напоминающую печную, и скупо, сквозь зубы, похвалила своего испуганного, очевидно многими годами третируемого, мужа:
       - Вот Аркаша Вам все внутри хорошо приготовил. Раз десять туда лазил под моим руководством !  Аж голова у МИНЕ закружилась. Так ШО , раздевайтесь, гости дорогие, и залазьте, залазьте прямо туда. Там мягко и уютно, как у Вашей беременной мамы в животике...
       Да! Туалет здесь, за занавесочкой. Но, постарайтесь, если шо приспичит по крупному, то только завтра, у Сени в банке...
       Все,все..! Тушу свет...
       Нет, чтобы уйти сразу, немедленно! Гнилая интеллигентская сущность заставила смириться с грубым напором бесконечной одесской энергии, тихо раздеться и быстренько забраться вдвоём в темную, тесную и невыносимо душную нишу. После того как за нами захлопнули дверцу и щелкнули засовчиком, мне стало совсем не по себе. Безуспешно попытавшись сесть, - ниша была устроена капсулой  очень малой высоты, - я постарался расслабиться. Молодость и 12 часовое путешествие из Канады сделали своё дело. Удалось , кое-как, забыться прерывистым беспокойным сном. Незнамо, через какое время,но разбудило сильное желание сходить по маленькому...
        - Может, там уже утро?,- обнадежила мысль. В кромешной тьме разглядеть циферблат часов было нереально, но богатырский храп, доносившийся дуэтом из постели за дверцей,оставлял мало надежд дождаться, дотерпеться, дожить, не потревожив экзотическую семейку...
         Придвинув ноги поближе к дверце, я, сначала тихо, потом все громче и истеричнее, стал долбить ногами по глухой и тяжелой металлической дверце. Но храп-храпище от этого совсем не прекращался, а становился, казалось, намного сильнее...
         Пришлось и Ваню растолкать. Собравшись силами, мы пошли на последний, как мне казалось, решительный штурм. Отступать было некуда. Внутри  плескалось целое море, грозившее цунами.. Нечеловеческим усилием мы сорвали засовчик и вывалились на кровать, заоравшую, вдруг, благим матом..! И засовчик, отскочив, видимо, успел кого-то хорошенько приложить...
          Эмма кричала нечеловеческим голосом...
          - А смотрелись как приличные люди!,- орала она. Пусти козлов в огород!...
          Этот твой знакомый привёл невесть кого ! , - неистово наезжала она на забившегося в угол Аркашу...
           Мы лихорадочно сунули ноги в брюки и в туфли без носков и, прихватив чемоданы, вывалились во двор. Было четыре утра. После наступившего гигантского облегчения, свежего утреннего воздуха, после моргообразной душегубки, весь мир казался прекрасным...
           Только через  часа два мы, груженные четырьмя тяжеленными чемоданами, с трудом добрались до конечной станции подземки. А в семь утра, за три часа до встречи с Сэмом, были уже на пятой авеню, у дверей банка. Предстояло слоняться ещё очень долго...
           После бессонной ночи в подвальной нише спать хотелось зверски. Уныло, но упорно мы стали наворачивать бесконечные круги у высотного офиса. Пара великих учёных  в невыносимо советских галстуках и пиджаках, обливаясь потом, тащили неподъемные чемоданы, набитые тушенкой и рыбными консервами... "Знающие" люди ещё в Кишиневе посоветовали запастись " на всякий случай"...
           На втором кругу нас начали останавливать полицейские, которые быстро отставали , получив исчерпывающие сведения из емкой и гордой  фразы: " Ай эм а совиет саентист!" Красноречивыми жестами они пытались как-то предупредить нас от слишком плотного сближения и громких объяснений. Но нам искренне казалось, что, чем громче и ближе к ушам жертвы мы объясняем, тем английский становится понятнее...
            Жара нарастала неумолимо.  Июльское солнце и высокая влажность, смешанные с тоннами выхлопных газов, увеличивали раздражительность. До встречи с Сэмом оставалось долго. Обессиленные,  мы присели посреди тротуара на тяжелеющие с каждой минутой чемоданы и, поедая мороженое, стали зорко следить за нашим скарбом и проходившей мимо толпой. Вскоре привлекли и нездоровое внимание агрессивной стаи молодых нег..., извините, афроамериканцев... Этому слову, с благоговейным придыханием пытались нас сразу же научить многоопытные эмигранты...
            Бывшие африканцы стали кривляться, пытаться ухватить чемоданы и, вообще, вели себя все агрессивнее...
            - Как цыгане, - подумал я, и , медленно, чтобы преждевременно не распугать, снял пиджак и галстук. Передал все это Ване и резко рванул за самым наглым и злобным...
            Ребята оказались на редкость проворными ! Но первого умника я, правда со второй попытки, все же достал  старым добрым студенческим ударом по копчику. Видавший виды дипломат угодил ему в самую точку...
            Афроамериканец взвыл неожиданно громким и обиженным криком, а вся стая быстро растворилась в толпе. Полицейские, на удивление, как-то очень оживились и стали,  радостно жестикулируя, показывать на меня, что-то азартно объясняя  друг другу...
            - Они же могли тебя свободно зарезать,- возбужденно комментировали мой рассказ опытные эмигранты . Но я до сих пор абсолютно уверен, что против советского учёного с дипломатом на пятой авеню выстоять невозможно...
            Уже  менее чем через час, уютно устроив нас за чашкой чая, Сэм начал своё занимательное повествование...
            - Попал я на работу в банк на второй день после приезда из Союза,- бодро сообщил Сэм, угощая нас замечательным печеньем из металлической банки. Оказавшись в мягких креслах его прохладного кабинета, мы с удовольствием внимали рассказчику...
            Бывшего администратора театра возрастом за 60, не знающего английский, друзья по синагоге  смогли устроить в банк только временно и только на должность курьера. Лифтом ему пользоваться запретили, и он с трудом перетаскивал с этажа на этаж кипы банковских документов. Отдыхать научился, присаживаясь на ступеньки лестниц между этажами, куда никто не заглядывал. Но уже через неделю его застукал там его непосредственный начальник - молодой вредный парнишка лет 20 . При этом, он подленько поинтересовался, чем это в мокрой от пота рубашке занимается Сэм, сидя на ступеньках в рабочее время...
            - Да вот размышляю,-  не моргнув глазом, Сеня продолжал,- ты мне сказал вчера, что я перетаскиваю все время ежедневную отчетность, так?
            - Да, так, - раздраженно подтвердил мелкий клерк, у которого появился, судя по всему, слишком умный подчиненный.
            - А почему бы Вашему банку не перейти на еженедельную , или, скажем ,  на ежемесячную отчетность?,- выпалил Сэм, опасаясь, что его за провинность могут выставить с работы немедленно.
            - Мне бы пришлось таскать в разы меньше бумаг!, - не совсем удачно добавил Сэм.
            - Ладно!Ладно ,- закончил так и не начавшуюся выволочку начальник, - ещё раз увижу сидящим, будешь уволен немедленно..!
            Примерно через неделю, когда Сэм уже было совсем поуспокоился, решив, что об инциденте забыли, начальничек  огорошил его прямо утром...
            - Тебя вызывает к себе Гарри. Иди прямо сейчас...
            - Тяжело работается? Устаёшь ?, - Рыжеволосый и краснолицый Вице-Президент Гарри Шор , налившись кровью, сразу взял быка за рога.
            - Я уволен?,- упавшим голосом проблеял Сэм...
            - Теперь легко не отделаешься,- криво улыбнувшись, съязвил Гарри. Через два дня у тебя презентация на Совете Директоров нашего банка, причём на английском языке.
            - У нас в банке с самого основания такой порядок: если подчиненный задаёт вопрос, а начальник не знает ответа, то он обязан сообщить  уже своему руководителю, и так далее. Твой дурацкий вопрос всех, снизу-доверху, поставил на уши. Никто, никто не может на него ответить. Поэтому ты и выступаешь в четверг...- Он внимательно посмотрел в глаза растерянного подчиненного и добавил:
             - Черт с тобой!, - Дам тебе переводчика. Впервые за всю историю посыльный выступает с презентацией на Совете Директоров! Добьёт нас эта чёртова демократия..!
             Вердикт Совета Директоров огорошил всех. Сам Сеня ничего нового там не сказал, а вот вице-президент по финансам скучным голосом сообщил, что центральный регулятор требует обязательной ежемесячной отчетности, а ежедневная отчетность была введена сто лет назад, когда банк состоял только из одного отделения. В данное время экономия бумаги в тысячах отделений банка составит  совершенно астрономическую цифру, не говоря уже о гигантской экономии трудозатрат.
             Сэма поздравляли все. Слов он не понимал, но объятия известных миллионеров растрогали его до глубины души...
             - Ну ты и остолоп! Таких лохов надо по телевизору показывать!,- кричала в их крохотной квартирке раскалённая Бася. - Пусть перевернётся в гробу Мойше, который нас тогда познакомил. Всю жизнь терпела твоих бл*дей-артисток, а теперь нищей меня хочешь сделать? Почему сразу не попросил повышения ..?!
             Эта выволочка заставила Сеню, сцепив зубы, решительно направиться прямо с утра к кабинету Гарри с жесткой Басиной установкой. Было необходимо потребовать,как минимум, трудоустройства сроком на один год и, если повезёт, прибавку к зарплате с 9 до 10 долларов в час..!
             Но Гарри не дал сказать Сэму ни слова. Переводчица Катя, говорившая с ним до презентации сквозь зубы, была сама лояльность и привлекательность. Она торжественно озвучила предложение владельцев банка о пожизненном присвоении Сэму почетного звания вице-президента банка с окладом полмиллиона долларов в год!
             - Вам, также, в качестве офиса  на верхнем этаже банка выделяется отдельное помещение и секретарь..!
             Теперь, да, именно теперь Сеню сразу признала не только Бася ..! Вся шайка-лейка,  говорившая в Америке с выраженным русским акцентом и без оного, заговорила о нем..!
             Глаза у нас, несмотря на интересный рассказ, начали слипаться. Сеня, занудно уговаривая отобедать, самолично доставил уставших путешественников в неплохую гостиницу Бора Парка, где мы, впервые отведав массу кошерных разносолов, блаженно отключились...
             Первые сутки в Нью-Йорке завершились благополучно ...


    


Рецензии
Весело написано, прочитал с интересом. Хотя, конечно, история с посыльным, ставшим в миг вице-президентом банка, очень похожа на urban legend, из тех, что бытуют в эмигрантской среде. :)

Абсолютный Угар   20.10.2017 13:35     Заявить о нарушении
Спасибо большое!

Эмануил Бланк   21.10.2017 01:14   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.