Чудесный солнечный день 2. Глава 3

...Не слышу привычного гонга, но, кажется, бой начинается.

Только что нагрубивший вожак минибанды стоит в одном метре прямо передо мной. Рыжий в паре метров слева, тот что со шрамом в паре метров справа.
Придумываю в голове план боя.

Вожак наносит удар кулаком мне в лицо. На что-то другое вряд ли у него хватит ума. Да и поднять ногу выше пояса, думаю, никто из них не в состоянии.
Немного отклоняюсь в сторону, пропуская кулак мимо головы. Когда рука противника полностью выпрямляется, хватаю его за локоть обеими руками, и, используя своё плечо как упор, резко рву в области локтя вниз, ломая руку посередине. Раздается хруст ломающегося сустава и рвущихся сухожилий, который не раз уже доводилось слышать во время просмотра боёв.
Не дожидаюсь пока он заорёт и начнёт брызгать во все стороны кровью из повреждённой руки, тут же наношу удар раскрытыми ладонями по ушам противника. Не знаю: выдержит ли череп, потому бью не в полную силу, а только чтобы оглушить и вырубить. Нет желания испачкаться его мозгами.
Оглушенное тело вожака не успевает упасть на землю, как делаю большой шаг вправо, в сторону того, что со шрамом, и левой рукой мощно бью в область солнечного сплетения. Специально не в лицо, чтобы обойтись без крови и не запачкаться другими возможными выделениями соперника.
Тело вожака падает на землю. Тело того, что со шрамом находится в полёте, отброшенное ударом на несколько метров.
Делаю два больших шага влево и наношу удар также в солнечное сплетение рыжему.
Всё. Бой окончен. Принимайте: два трупа с проломленными грудными клетками и одно тело без сознания, истекающее кровью из сломанной руки, жить ему не более десяти минут.

У них нет ни единого шанса, а они об этом и не догадываются.
- Ща я тебе эту ухмылку в глотку забью, - злобно цедит сквозь зубы вожак.
Вижу, как заносит кулак для удара.
Всё равно жизни этих подонков ничего не стоят.
Он бьёт мне в лицо, как я и предполагал.
Они не представляют никакой опасности для моей жизни или здоровья. Да и солдат ребёнка не обидит, даже мерзкого и плохого ребёнка.
Отклоняюсь в сторону, не давая попасть по себе.
Он промахивается и с удивлением смотрит на меня. Бьёт ещё раз. Чуток приседаю и подставляю лоб под удар, при этом резко подаваясь головой навстречу кулаку. Громкий хруст выбитых костяшек надолго врежется этой троице в память. Противник, скуля и тряся поврежденной кистью, падает на колени. Да, согласен, выбитые из суставов кости пальцев - это больно.
Двое других ещё ничего не успели осознать. Делаю шаг вправо, в сторону того, что со шрамом. Наношу левой ногой удар по правому бедру соперника. Удар получается такой силы, что ноги соперника в секунду оказываются параллельно земле, и он падает набок. Стараюсь бить так, чтобы не сломать кости. Мышцу бедра я ему "отсушил", дня два вообще ходить не сможет, ну да и поделом.
Третий, видя, что происходит запричитал:
- Парень, парень, спокойно, мы же пошутили.
Подхожу к нему. Вставляю два пальца в нос труса, который от страха даже убежать не попытался:
- Ещё раз увижу, голову оторву.
Резко дёргаю пальцы вверх, рвя ноздри, отрывая нос от лица. Кровавый ошмёток, что был недавно носом, остаётся на лице, прикреплённый только у переносицы. Кровь течёт по лицу соперника. Ничего страшного, это не смертельно. В больничке зашьют, а урок на всю жизнь запомнит.
Рыжий орёт от боли и хватается за поврежденное место.
Не оборачиваясь, покидаю место мелкого происшествия.
Настроение по-прежнему хорошее. Этой ночью спать не буду, хочу налюбоваться на звёздное небо.
Прохожу метров двести через лес и выхожу к дороге. Через дорогу начинается город. Обыкновенный город с улицами из серых многоэтажек, с магазинами, наряженными в яркие вывески, пешеходами, идущими по своим делам. По дороге проезжают автомобили. Как же громко шумят их моторы! Давно привык к бесшумным аэромобилям. Пешеходов мало. Вечером на окраине района гулять небезопасно.
Вдруг около меня останавливается старая тойота. У автомобиля открывается дверь и выходит молодой парень. Я знаю его. И не просто знаю, а очень хорошо знаю.
- Андрюха, ты? - с удивлением разглядывает меня.
- Здарова, братан, - улыбаюсь в ответ.
- Андрюха! - кидается ко мне и обнимает. - Ты где был?! Почему не предупредил?!
Я тоже рад его видеть. Лучшего друга, с которым вместе организовали первый бизнес - маленькую автостоянку. Затем пристроили к ней автомойку. А когда дела пошли в гору решили расширяться, и стали подыскивать места под новые стоянки.
- Садись в тачку, - кивает в сторону автомобиля.
Садимся в машину.
- Так куда ты пропал всё-таки?! - понимаю как ему интересно, в один миг пропадает твой друг и компаньон без звонка и записки.
- Сложно объяснить, - не могу же рассказать всё как есть.
- Ну ты уж постарайся, - не унимается.
- Меня типа похитили, как-то так...
Он на пару секунд поворачивает голову и смотрит на меня. Затем возвращает взгляд на дорогу.
- Серьёзно что ли? А кто? Ты сбежал от них получается?
- Давай потом на эту тему, - пытаюсь прекратить разговор, - поверь, уже всё ровно в этой ситуации. Ты скажи: как вы тут, как там мама моя? Как бизнес идёт?
Он отвечает не сразу:
- Мама твоя, когда ты пропал, сильно переживала... Заболела и... месяц назад умерла...
Его слова бьют железными кувалдами поддых. Внутри всё сжимается от горечи утраты. Становится трудно дышать.
Дальше едем молча, он знает, что та для меня значила, и всё понимает.
Через какое-то время немного становится полегче и нарушаю тишину:
- Куда едем?
- Я домой направлялся пока тебя не встретил. А сейчас вот даже и не знаю куда.
- Давай тачку поставим и в какой-нибудь бар завалимся? - предлагаю свой вариант.
Ночь всё равно свободная, хоть с другом посидеть.
- Андрюха, у меня ещё дела вечером да и с деньгами проблемы.
- За деньги не переживай, - проверяю на ощупь пачку наличности в кармане, - а что за дела?
Он мнётся:
- Ладно, давай в бар, там и поговорим.
Ставим машину на стоянку. Берем такси и едем в бар. Заказываем бутылку хорошего вискаря и закуску. Наливаем и выпиваем за маму. Наливаем и выпиваем по второй.
- Давай рассказывай, что у тебя за дела вечером, - начинаю расспрашивать друга.
- Не поверишь, как в старые добрые времена мне стрелку забили.
- Ничего себе. Кто? За что?
Наполняю рюмки.
- Да появился непонятный какой-то. Юрием Семецким зовут. Сколотил банду из таких же как сам отморозков и решил, что они снова в девяностых живут: ходят по мелким предпринимателям и крышу предлагают.
- Юрий Семецкий? А клички уже отменили что ли?
- Да у него бзик, говорят, какой-то насчёт этого. Не в том дело, он и мне встречу назначил: сегодня в одиннадцать вечера на нашей стоянке.
Нужно помочь другу в сложившейся ситуации:
- Тогда бухать надо кончать, раз ещё разговор предстоит. Сколько там времени сейчас?
- Так у тебя же у самого вон какие модные часы, - кивает в сторону таймера на моём левом запястье.
- Не, это другое. Так сколько там?
Он достаёт смартфон и смотрит в него:
- Восемь почти.
- Нормально. Тогда можно ещё по одной накатить и часок полтора посидеть поговорить.
- Не возражаю, - улыбается мне в ответ.

Как же я соскучился по нормальному человеческому общению с эмоциями и подробностями. Пообещав всё рассказать о своём похищении, но только не сегодня, стал расспрашивать обо всем, что тут произошло без меня. Он рассказывает, а я слушаю и наслаждаюсь каждой минутой.
Время пролетело незаметно.
- Пора выдвигаться, - посмотрев на часы, говорит друг.
Расплачиваюсь. Выходим из бара, берём такси и едем на место встречи.
На улице уже темно. Фонари по периметру стоянки тускло освещают местность. Большинство людей уже поставили машины на ночь. Сторож выглянул из будки и поздоровался с моим компаньоном. Этого охранника не знаю, видимо принят на работу уже без меня. Автомойка тоже закрыта и работники ушли домой. Ждём на улице, когда приедут переговорщики.
Ровно в одиннадцать подъезжает тонированный чёрный джип японского производства. Из "крузака" выходят двое и подходят к нам.
Оба одеты в деловые костюмы с галстуками.
- Добрый вечерочек, - здоровается тот, что справа и окидывает нас изучающим взглядом.
- Привет, - отвечаю в ответ.
- Здарова, - произносит мой друг.
Тот что в костюме слева молчит.
- Меня зовут Юрий Семецкий, - не тратя зря времени продолжает незнакомец, - и я хочу, чтобы каждый месяц вы мне платили определенную сумму, тогда никаких проблем не возникнет ни у вас, ни у ваших сотрудников, а также всё имущество останется целым, - широкая улыбка озаряет его лицо.
Больно борзый тип. Так ведь напросится, сотру эту улыбку в раз.
- А если мы не согласимся, - отвечаю спокойно.
Типок смотрит мне в глаза:
- Тогда придётся вас наказать: для начала немножко побить, - продолжает улыбаться.
Ха! Во даёт, побить он нас хочет.
- Кишка не тонка? - спрашиваю с угрозой в голосе, также глядя ему в глаза.
Ни один мускул не дрогнул на его лице:
- Хочешь проверить?
- А если: да?
- Ну так проверь.
- Давай один на один внутри автомойки?
- Без проблем.
Прошу друга открыть дверь, ключи у него. Заходим внутрь, включаю свет. В помещении сыро. Стены и пол выложены кафелем. В полу решетка для стока воды. В углу стоит оборудование для мойки.
Второй в костюме и мой друг остаются снаружи.
- Не входи, пожалуйста, - обращаюсь к другу, - скажи своему человеку не входить ни под каким предлогом, - обращаюсь к обнаглевшему бандиту.
Он согласно кивает:
- Не входи, - кидает в сторону молчуна в костюме.
Прохожу в центр помещения. Семецкий следует за мной. Сильно калечить его не нужно, просто выбить спеси чуток и показать, что не надо себя так самоуверенно вести с незнакомыми людьми.
Стоим друг напротив друга. Он держит руки за спиной.
- Ну что, начнём? - спрашиваю.
- Начинай, - ухмыляется мне в лицо.
Тут же резко наношу удар в физиономию врага, побыстрей хочется стереть улыбку с его лица. Не убирая руки из-за спины, он делает шаг назад и чуток отклоняется назад, ровно столько, чтобы я не дотянулся.
Продолжает стоять и улыбаться, глядя на меня.
Ладно, сам напросился.
Бросаюсь вперёд, нанося серию из трёх ударов: два прямых в голову, один боковой в голову. Он, пятясь задом, уклоняется влево от первого прямого, затем вправо от второго прямого, затем корпусом глубоко назад от бокового. Ни разу не получается задеть его. Бью нижний удар левой ногой, целясь в голень. Он резко поднимает правую ногу, и, ступнёй навстречу, блокирует мою ногу, упершись в лодыжку. Чёрт, более слабый удар недавно в лесу снёс соперника с ног. Как же он может не уступать мне в скорости и силе?
Делаю шаг назад и встаю в боевую стойку. Соперник, продолжая держать руки за спиной, всё также нагло улыбается. Теперь я отчётливо чувствую запах крови, который исходит от него. Этот человек убивал. Он опасен, смертельно опасен.
- Золотые ладони - хороший выбор, - говорит противник, глядя на меня.
Что?! Откуда он знает?! Я понял - это один из тех не вернувшихся, кого посылали до меня. Чёрт! Вот это я попал. Значит, скорее всего, у него есть спецумение, но мне не известно какое.
Не знаю к чему в памяти всплыл тот чудесный солнечный день, когда читал Эйлин стихи.
Теперь так безрассудно в атаку идти нельзя. Нужно думать только об обороне...


Рецензии