День рождения

        рассказ

Мы три года просим Женю приехать на дачу и помочь с обрезкой деревьев. И он три года едет. Поскольку он человек обязательный, иногда просто очень обязательный, то мы знаем, что он скоро приедет. Может быть, мы ждем его не три года, а даже больше, лет десять. И за это время уже приезжал друг Геша, который живет в Германии, и помогал обрезать деревья. Германия это немного дальше, чем живет от нас Женя. Несколько раз я сам обрезал деревья. Но это все чепуха, потому что мы все равно ждем Женю. И дело, может быть,  не в Жене, а в нас с Галей. Потому что она хочет обрезать деревья весной, когда они еще спят, то есть стоят в снегу и к ним трудно подобраться, потому что снегу просто по колено. Но для Гали это все равно, ей лишь бы деревьям было не больно пусть даже кому-то будет трудно. Зимой и ранней весной деревья спят и значит к ним можно подкрасться и потихоньку, то есть безболезненно, обрезать. Барахтаться по уши в снегу, обрезая деревья, это занятие как для ее мужа. Но мне не хочется заниматься обрезкой по колено в снегу. Тогда она предлагает обрезать деревья осенью, лучше поздней, потому что ранней осенью они не спят и стоят, утопая в золоте листвы. И их лучше не трогать. И ранней осенью у нас еще работы на огороде хватает. Вследствие чего ей и нужно обрезать деревья поздней осенью, когда начинаются дожди. Чтобы опять мужу, то есть мне,  по уши в воде барахтаться с пилой у деревьев и чертыхаться. Я ей все время предлагаю обрезать деревья летом, когда солнышко, когда ветви берез можно вязать в веники для бани. Но она против, потому что деревьям плохо и слишком просто - без всяких трудностей и затей. И потом она обязательно хочет с Женей. Это такая притча во языцех: «Обрезать будем весной или осенью и при Жене. Эти три условия у нас никак не совпадают. Иногда я не выдерживаю и летом лезу  обрезать деревья, когда жены на даче нет. Она в командировке или   работает. По воскресным дням она иногда любит работать. Но, когда я обрезаю деревья без нее, жена меня ругает.
И вот, наконец, в этот раз что-то, куда-то  сдвинулось.
Дело  шло к ночи. Я уже почти засыпал. То есть во рту зевота, глаза сами закрываются. В голове полное отсутствие мыслей и темнота. Вдруг в  дверь звонок. «Кто это так спозаранку, то есть, на ночь глядя?» - думаю. Не иначе ограбление. Сейчас войдут и скажут: «Спокойно! Всем оставаться на местах – это ограбление». Думаю, нужно самому дверь открыть, чтобы не ломали. У жены на всякий случай спрашиваю, кто там. Она отвечает, не знаю. То есть, ни причем и грабежа на мой день рождения не заказывала. Иду, открываю. Стоят двое. Дон-Кихот и Санчо Панса. Он такой совсем не длинный, а даже наоборот невысокий и приятно округлый и даже слегка шарообразный. Зато загорелый, как испанский идальго. И с ним  она, стройная и вся в кучеряшках.  Гладиаторы современного мира иллюзий. И он стоит, как и положено Дон-Кихоту, с огромной пикой. Смотрит на меня и говорит голосом Винни-Пуха:
- Кажется, у кого-то сегодня день рождения. И это точно не у меня.
И Санчо Панса тоже говорит человеческим голосом какого-то неизвестного сказочного персонажа с именем Превосходная Кучеряшка:
- Да, кажется у кого-то сегодня день рождения. И это точно не у меня. 
И пока они так разговаривали с кем-то, сам я не знал с кем, я начал засыпать прямо в дверях, не зная, чем это все закончится: что они выяснят и что затеют.  И тогда они, Дон-Кихот с пикой и Санчо Панса вся в кудряшках заметив, что в дверях кто-то в моем лицо заснул и не собирается их впускать, начали ломиться прямо с пикой, прямо  в квартиру и прямо мимо меня. И когда они вломились прямо в квартиру, прямо мимо меня, прямо с пикой,  то сказали:
- Поздравляем с днем рождения. Кажется, кое у кого сегодня день рождения.
И тут я проснулся окончательно и вспомнил, что это у меня день рождения, о котором я за вечерними заботами после рабочего дня с поздравлениями, уже забыл.
- Вот это тебе, - сказал Дон-Кихот голосом Винни-Пуха и протянул мне свою пику.
- Радуйся жизни, - сказал Санчо Панса голосом неизвестной сказочной персонажины по имени Превосходная Кучеряшка.
- Что это? – спросил я. – Что это за пика?
- Это инструмент, - сказал Дон—Кихот Ламанчский. – Для обрезки деревьев.
И тут я понял, что Женя, находящийся в образе Дон-Кихота,  к нам на обрезку деревьев не приедет и нам придется управляться своими силами, то есть, без него.
- Вот вы все читаете художественную литературу, а я читаю правильную. И поэтому покупаю нужные вещи, - сказал он. 
Я смотрел на пику, не зная, как к ней подойти, куда деть  или куда временно приставить.
- Арансон как увидит, так сразу захочет себе такую купить. А у вас уже есть. Шесть метров телескопической раздвижимости с режущим наконечником.
Я подумал, что у Арансона все фруктовые деревья карликовые не выше его самого. И ему с этой штукой будет управляться негде. И к тому же, чтобы ей управляться нужно будет нанимать человек пять узбеков. И сам он сможет разве что дома пыль с потолка ей собирать. Я  взял пику и куда-то понес. Потом понял, что несу не туда. Понес в другое место и снова понял, что несу не туда. Как я оказался с ней на балконе, не помню. Но там я ее приставил к стене. И она, чудом не падая, замерла по стойке смирно.
В это время Женя в образе Дон-Кихота сказал голосом Винни-Пуха:
- Я кажется что-то услышал про банкет? Или я ошибаюсь. Или все-таки было сказано – банкет.
- Да, - сказала Санька в образе Санчо-Панса голосом пока еще неизвестного  сказочного персонажа Превосходная  Кучеряшка. – Я тоже слышала что-то про банкет. Не помню где и от кого. Но точно что-то слышала.
- Что же вы ничего не сказали,  - сказал я, услышав, как на балконе что-то громыхнуло. – Я побежал на балкон и поднял упавшую пику. - А то бы я купил котлет, -   продолжал я метаться с пикой по квартире, не зная, куда ее пристроить и которую снова понес  на балкон, потому что она никуда больше не помещалась. 
- Но мы на вас и не рассчитывали, - сказал Женя в образе Дон-Кихота голосом Винни-Пуха. – У нас праздничный банкет всегда с собой. Так что спасибо нам.
И тут они с Санькой пошли на кухню и стали выкладывать откуда-то, то ли из карманов, то ли из сумок что-то вкусненькое.
- Вот вы все читаете художественную литературу, а я только нужную техническую литературу и поэтому я знаю, как нужно резать вафельные торты. Их нужно резать елочкой, - сказал Женя в образе Дон-Кихота голосом Винни-Пуха и с аппетитом стал резать раскрытый вафельный торт. Торт у него действительно не крошился. И резал он его наискосок и так, чтобы лезвие не шло по волокнам, а пересекало их.
В это время вся кучерявая Санька рассказывала что-то про работу и так заразительно похохатывала, что мы смеялись вместе с ней. Хотя я этих персонажей с ее работы, которых она пародировала, в глаза не видывал. Но зато их видывала Галя. Женя, не переставал резать торт и тут же его поедать с проворством наидобрейшего персонажа из сказки про Винни-Пуха. И Санька тоже заразилась поеданием торта и начала его тоже поглощать. И все что-то говорили. Женя говорил про несправедливость  и с аппетитом умял таки торт вместе с Санькой весь незаметно для себя.  Правда, потом оказалось, что торт съеденный целиком восстановился наполовину. А тогда поздравляльщики поняли, что торт закончился на их половине и съесть весь будет не слишком порядочно по отношению гостеприимным хозяевам и еще они поняли, что пора уезжать.
В коридоре Женя голосом Винни-Пуха спросил:
- А где это важное, с чем я приехал сюда?
И я понял, что он хочет забрать свою пику Дон-Кихота и понял, что он хочет незаметно с пикой поехать на дачу и незаметно там обрезать все деревья не только на нашем, но и на соседних участках. Чего там, догадался я,  делать, так делать.  И я побежал уже было за пикой для обрезки деревьев на балкон, которая снова грозила с грохотом навернуться. И тут Женя сказал голосом Винни-Пуха.
- Я, кажется, забыл свои важные мысли где-то возле торта… - Он подумал и сказал. – А, нет, теперь я, кажется, все свое взял себе. Пока…
- Мы поехали, - сказала Превосходная  Кучеряшка.
И мы стали прощаться. И тут я подумал:
- Нет, все-таки деревья мне придется обрезать самому…

Но Женя все-таки приехал к нам. И тут я узнал, что он, кругленький и полненький лазит по деревьям не хуже Винни-Пуха, который захотел мёда. До этого я ветви умеренной толщины обрезал с помощью подаренного приспособления. Толстые же ветки Женя отпиливал пилой сам. В этот момент я первый раз увидел, как  Винни умело пилит сучки и, конечно, порадовался за него.   


Рецензии