Иоанн Грозный

ПРАВДА ИОАННА ГРОЗНОГО


     Стереотип, сложившийся в школьные годы о русском царе, Иоанне Грозном, показывает нам человека жестокого, немилосердного и взбалмошного. Обязательный сопутствующий критерий в оценке первого русского самодержца и царя – опричнина. Другой критерий – многоженство. Историки рисовали портрет Ивана Грозного в основном черными красками. Но мы попробуем просветлить этот образ, потому как при всех его недостатках он явно не заслуживает множества темных тонов.
     И действительно. Прочитав небольшую книгу, составленную Манягиным В. Г. «Правда Иоанна Грозного», соприкоснувшись непосредственно с первоисточниками; моё воображение нарисовало совершенно иной образ Иоанна Грозного.
     Опричнина, многоженство, загадочные их (жен)смерти и все те недостатки, которые присущи были, пожалуй, всем правителям, уходят на второй план; они растворяются и исчезают, когда перед нами предстает Великий муж, самодержец, управитель княжества Московского, царь Иоанн Васильевич Грозный – сохранитель и собиратель земли русской. История свидетельствует, что за время царствования Грозного им были присоединены царства Казанское, Астраханское, Сибирское, Ногайская Орда и Пятигорье
(Северный Кавказ).
     Опричнина является самым темным пятном в царствование Ивана Грозного. Что же побудило царя пойти на столь жесткие меры в отношении своих как близких, так и дальних соотечественников; народа совершенно разночинного – от думских бояр до холопов самого низшего ранга? К этому, на мой взгляд, его подвигла внутренняя неустроенность и озлобленность, закравшаяся в его нутро с раннего возраста. Когда после неожиданной кончины его отца, Великого князя Василия, он остался сиротой. Сиротой неприкаянной и обижаемой всё теми же боярами и всеми тем, кто не взлюбил его сызмальства, быть может, уже предвидя в этом строптивом и гордом мальчишке правителя беспощадного и жесткого. Вот что он пишет в своем послании к князю Андрею Курбскому: “…Сколько напастей я от вас перенес, сколько оскорблений, сколько обид и упреков. И за что? В чём была вина моя перед вами с самого начала? Кого и чем я оскорбил? Сколько было мне от вас бед – не исписать”.
     Другой причиной, послужившей к принятию крутых мер явилось элементарное боярское неповиновение. Расшатывание прежних устоев, кои крепко сохранялись при его отце, Великом князе Василии. И теперь, по его смерти, наступило время безвластия. Управление государством взяла на себя Боярская дума. Но при отсутствии единоначалия и жёсткой руки всё их правление постепенно превращалось в смуту, грабеж и анархию.
     “Было мне в это время восемь лет; подданные наши достигли осуществления своих
желаний – получили царство без правителя, об нас, государях своих, заботиться не стали,
бросились добывать богатство и славу и напали при этом друг на друга. И чего только они не делали! Сколько бояр и воевод, доброжелателей нашего отца, перебили. Дворы, села и имения наших дядей взяли себе и водворились в них… Казну матери перенесли
в большую казну и при этом неистово пихали её ногами и кололи палками, а остальное
разделили между собой…”
     Но, думается, не личная месть Ивана Грозного к своим утеснителям и обидчикам
заставили его взяться за кнут, а именно сохранение миропорядка и человеческого сосуществования в государстве. А также и сохранение самого государства в целостности
и непоколебимости. А предпосылок, как мы убедились из описаний тех событий, было
более чем предостаточно.
     Характерно, что когда повзрослевший царь, крепко взял власть в свои руки, многим
это не понравилось, и они бежали в земли чужестранные. Но царь в таких случаях был непреклонен. Изменников и воров он ненавидел и казнил. Для него двойных стандартов не существовало. Или абсолютно-исключительное служение царю и Отечеству, или
опала и вечное изгнание. Не случайно многие бросились в бега. В числе первых Андрей Курбский, бывший и самый ближний сподвижник царя. В последствии изменническая и продажная суть Курбского полностью подтвердилась*.
     Категорически не согласен с версией о том, что Иоанн Грозный после болезни 1553года стал патологически бояться своей смерти. И якобы в силу этой причины стал крушить «врагов» налево и направо. Не может человек, горячо верящий в Бога, страстный молитвенник и радетель Божий (А Иоанн был именно таким)бояться смерти. Может быть, он мог бояться покушения на его жизнь т.е. боятся самого покушения, но никак не смерти. Хотя как сказать. С чисто человеческой точки зрения его можно понять; и ему было чего бояться. Наверное, немало было таких, кто желал бы его смерти и кого ему стоило бояться. К тому же были и явные предпосылки и провокации по этому поводу. “Как пленника, посадив в судно, взяли с малым числом людей сквозь безбожную и невернейшую землю. Если бы рука Всевышнего не защитила меня, наверняка бы я жизни лишился. Вот каково доброжелательство тех людей*, про которых ты говоришь, что они душу за нас полагают, хотят выдать нас иноплеменникам”.
   К тому же первую жену царя Ивана Анастасию отравили. Сын царицы Анастасии Романовны  утонул в возрасте девяти месяцев при невыясненных обстоятельствах. Как после таких трагических событий не убоятся и за свою жизнь.
     После взятия Казани между царем Иоанном и некоторыми военноначальниками,
близкими к Избранной Раде* возник спор. Последние убеждали царя остаться в разоренной Казани на всю зиму – вдали от Москвы, жены и только что родившегося сына. Когда Иоанн настоял на своём и вернулся в столицу, то неожиданно тяжело заболел. Во
время его болезни была предпринята попытка государственного переворота  с целью
возведения на престол князя Владимира Старицкого.
     Иоанна Грозного и по сей день политики, историки, писатели и публицисты
обвиняют в неисчислимых безвинных жертвах. Но при более близком рассмотрении этого вопроса на поверку выходит, что за все правление (царствовал с 1538 по 1584 год)
Грозного было казнено около пяти тысяч человек, включая уголовные элементы.
Тогда как в том же 16 веке во Франции всего за три дня католики без суда и следствия
уничтожили более тридцати тысяч протестантов, в том числе стариков, женщин и детей –
только за их религиозные убеждения. В Англии за бродяжничество за первую половину
шестнадцатого века были повешены более 70 тысяч человек. Вот это тот случай, про который говорят, что соринку в чужом глазу замечают, а в своем сучец не видят.
     В образе и действиях Ивана Грозного мне импонирует то, что он не был словоблудом и пафосником. Его речь строга, проста и деловита. Конечно же! Нашим нынешним низкопадшим правителям он не чета. Да уж! Он-то не пресмыкался и не продажничал.
Не отдавал тайно другим государствам земель нажитых и политых русской кровью.  А изменников, воров и предателей обличал как есть – беспощадно и сурово. За словом в карман не лез. Любимое назидательное и часто употребляемое слово в адрес людей непотребных было – собака.  Из послания к князю Курбскому: “Писал ты свое письмо, выступая как бы судьей или учителем, но ты не имеешь на это права, ибо повелеваешь с угрозами. Как все это напоминает коварство дьявола. Он ведь то заманивает и ласкает, то гордится и пугает, так и ты: то, впадая в безмерную гордость, ты воображаешь себя правителем и пишешь обвинения против нас, то притворяешься беднейшим и скудоумнейшим рабом. Как и другие бежавшие от нас ты написал свое письмо собачьим неподобающим образом – в исступлении ума, в неистовстве, по-изменнически и по-собачьи, как подобает одержимому бесом”. “…Но ты не найдешь (в бегах) себе там утешенья, ибо там только каждый о себе заботится: «Кто избавит тебя от насилий со

     *Андрей Михайлович Курбский (1528-1583), военноначальник, член Избранной рады, после предварительного сговора с польским королем перешел во время боевых действий на сторону противника, т.к. был замешан в сговоре против царя. Происходил из рода
князей Ярославских и в посланиях неоднократно называл себя «Ярославским владыкой».
Считал, что имеет больше прав на трон, чем Иоанн Грозный.

стороны обидчиков, если даже сироты и вдовы не находят правого суда?» – ибо вы враги христианства”.
     Употребление твёрдого ироничного стиля к оппонентам очень характерно для Царя
Иоанна Грозного. Вот как он пишет к другому своему оппоненту и визави.
     Из послания почетному дворянину Великого княжества Литовского, князю
Александру Ивановичу Полубенскому, дудке, вице-регенту бродячей Литовской земли и
разогнанного ливонского рыцарства, старосте Волемерскому, шуту. “А пишешь, что ты Палемонова рода, так ведь ты полоумова рода, потому что завладел государством, а удержать его под своей властью не сумел, сам попал в холопы к чужому роду. А что ты называешься вице-регентом земли Ливонской, правителем рыцарства вольного, так это рыцарство бродячее, разбрелось оно по многим землям, а не вольное. А ты вице-регент и правитель над висельниками: те, кто из Литвы от виселицы сбежал, вот кто твои рыцари!
А гетманство твоё над кем? С тобой ни одного доброго человека из Литвы нет, а все мятежники, воры да разбойники…”
     Из этих посланий видим, как горделиво, прочно и уверенно стоял у власти Святой Руси
Иоанн Грозный. И как он ненавидел и презирал этих изменников и бегунов, кичащихся
якобы своим высоким положением; удачным наместничеством и благоустройством.
Но чужбина есть чужбина. И в ней все ненадежно, шатко, что управлением и полноценной жизнью это навряд ли назовешь.
     Как известно, Иоанна Грозного личные враги и недоброжелатели, то же князь Курбский, уличали, как бы сейчас сказали, в неадекватности, или помешательстве. Но
я думаю, что и это не так. Потому что такой бы человек на его месте затворился, притих и молчаливо сосуществовал. Но Иоанн Грозный об этом открыто, скорбно и величественно говорит, вступая в бесскомпромисную полемику с Курбским. “Писал ты, что я растлен
разумом, как не встретишь и у неверных. Я же ставлю тебя самого судьею между мной и тобой: вы ли растлены разумом или я, который хотел над вами господствовать, а вы не хотели быть под моею властью, и я за то разгневался на вас. Или растлены вы, которые не только не захотели повиноваться мне и слушать меня, но и сами мною владели,
захватили мою власть и правили, как хотели, а меня устранили от власти: на словах я был
государь, а на деле ничем не владел. Сколько напастей я от вас перенес, сколько оскорблений и упреков. И за что? В чем была моя вина перед вами с самого начала? Кого и чем я оскорбил?..”
     Творческие люди склонны рассматривать личность Иоанна Грозного как талантливого литератора 16-го века. Он преуспел в жанре эпистолярном и молитвословии. Сам сочинил многие молитвы, стихиры, литии и кондаки. Судя по тому, как точно, вразумительно и объективно вставлял в свои тексты высказывания апостолов, пророков и других персонажей Святого Писания – прекрасно его не только знал, но и толковал.

*Избранная Рада, подменив собой Боярскую Думу, Законодательно ограничила
власть царя: лишила его права жаловать боярский сан, присвоив это право себе.






     В последнее время все чаще и чаще у нас на слуху такие имена, как Иоанн Васильевич Грозный и Иосиф Виссарионович Сталин. Случайно это или нет? Думаю, что нет.
Лично для меня ответ на этот вопрос однозначен и прост. Народ устал жить в нищете,
хаосе, бардаке и правовом беспределе. Нет стабильности, нет уверенности в завтрашнем дне. А значит, и нет у нас жизни полноценной, порядочной и благочестивой. И вот в таком состоянии мы живем уже более двадцати лет. И выхода из сложившейся ситуации пока не видно. И, надо сказать, у нас не все измеряется деньгами. Мне, например, не заткнут рот большой зарплатой и другими подачками, когда я вижу, что Дальний Восток отдают на откуп и заселение китайцам. Когда уже отданы (причем тайно) острова Большой Уссурийский и Тарабаров. Проведена демаркация нашей государственной границы в пользу других государств. Меня, признаться, такая политика коробит и возмущает. Тут поневоле вспомнишь и захочешь, чтоб к управлению нашим  истерзанным государством побыстрее пришел или “Иоанн Васильевич Грозный”, или “Иосиф Виссарионович Сталин”.

Литература: Царская правда/ Иоанн Грозный; составл. В.Г. Манягина. 320 с. – (Завещание
Иоанна Грозного).





СЕРГЕЙ АНКУДИНОВ


Рецензии
В Ваших рассуждениях есть немало разумного. Но в них, на мой взгляд, вкралась и ошибка.

Нет спору в том, Иван Грозный и Сталин как правители страны действовали вполне в методах своих времён и применительно к обстановке современных их времени и места.

Но когда Вы ждете на посту главы российского государства "нового Ивана Грозного" или "нового Сталина", то уже возникает анахронизм, так как Вы при этом вольно или невольно ожидаете, что глава Российского государства в первой половине XXI века в новой форме общества будет действовать методами второй половины XVI или первой половины XX века.
А это уже совершенно другого рода рассуждения. Вы абсолютизируете в истории понятия добра и зла. Если Иван Грозный сажал на кол, то не потому что в этом мудрость его как правителя, и не потому он побеждал в сражениях, что был жесток, а потому что по-иному тогда нельзя было, и он не мог поступить иначе.

В жестокости и насилии, в том числе государства над гражданами, нет ни добра, ни мудрости.
Совершенно другой вопрос, что в истории массовое насилие часто оказывается неизбежным, и неверно обвинять в этом исторические личности, так как не они движут историю, но история движет ими, определяя их государственные поступки

Когда применяем к событиям истории категории добра и зла, мы совершаем грехопадение, потому что мы не знаем истории и морально не созрели для того, чтобы есть такие плоды.

Дмитриев   14.11.2017 12:22     Заявить о нарушении