За камнем. Глава 21. Названная дочка

               

Дни начала лета длинные, а ночи коротки.  Поэтому в пути подолгу не останавливаясь к полудню следующего дня, они были уже в городе.
Аграфена лишь успела войти домой в двери, выходящие прямо в сад, которыми до этой весны довольно редко пользовались и то только прислуга.  В это время к парадному крыльцу подкатила крытая коляска хозяина.  А через минуту Степан появился в прихожей, держа ребёнка за руку.  Там же его жена отдавала какие-то распоряжения старой служанке.  Груня вроде бы дернулась ему на встречу, но тут же отчего-то, взглянув на ребёнка замешкалась.
- Добрый день всем, произнёс хозяин дома.  Знакомьтесь, это Таня, будет жить с нами.  Прошу относиться к ней, как к нашей дочери.
- Ой, говорил же мне батюшка, что заведёшь ты здесь кучу любовниц и наплодят они тебе детишек. – Заголосила вдруг Аграфена, и слёзы брызнули у неё из глаз.
Ребёнок вздрогнул и испуганно прижался к ногам Степана.  Тот, прищурившись, сжал челюсти, казалось, он вот-вот взорвётся, но сдержался, и ласково положив руку на головку девочки произнёс:
- Ты Танечка не бойся, никто тебя тут не обидит.  А тётя, она хорошая, просто ей очевидно голову солнышком напекло, вот и несёт разную глупость. – Он обернулся к служанке. – Прасковья, в бане, я надеюсь, есть горячая вода, возьми ребёнка и вымой его хорошенько, смой дорожную пыль, а с ней и все невзгоды.
Когда двери за служанкой и девочкой закрылись, лишь тогда мужчина дал волю своим эмоциям:
- Ты чего дура истерику закатываешь при дитё.  Ты хотя бы своими глупыми мозгами можешь сообразить или нет, как у меня, проживающего здесь менее полутора лет, могла оказаться пятилетняя дочь, скороспелок что ли.  Ребёнок год назад мать потерял, ещё двух недель не прошло как отец погиб.  Да если не его самоотверженность, то похоронили бы тогда вместо него нас с Никоном.
- Ой, Стёпушка прости, ревность окаянная, - залепетала сквозь слёзы и захлопала глазами Груня.
- Приспичило же мне на этой дурище женится. – Улыбнулся вдруг Степан. – И как не странно за что-то я всё же люблю её такую, а она после долгой разлуки своего мужика, похоже, даже и обнять не хочет.
Наконец-то вновь всхлипнув, она бросилась в объятия к мужу.
- Ну, всё, всё успокаивайся, - прижав её голову к груди, нежно ворковал Степан.  - А где ребятишки? – чуть позже спросил он.
- В саду играют, им сейчас там раздолье, Ефиму с Кузьмой помогают, мелкие веточки в кучки носят, чтобы осенью, когда они подсохнут, в кострах сжечь.
- Вот  и Таню прими, словно дочку. - Слегка отстранился Степан. - Я тебе позже всё подробно расскажу, а пока возьми Ванюшкины штаны и рубашку, Настина одежда  мала будет, да снеси в баню, не стоит грязное платье на чистое тело девочки надевать.  Завтра же нужно позаботиться об одеждах для неё. Ну, беги, не век ведь они там размываться будут.
Прихватив одежду, Аграфена направилась к бане.  По пути заглянув в  сад, она крикнула детям, что отец вернулся домой.  В бане помывка уже подходила к концу.  И вскоре пожилая женщина вывела ребёнка в предбанник.
Отправив служанку готовить стол к обеду, Груня вытерла, всё ещё слегка испуганную девочку, ласково приговаривая:
- Худенькая-то, какая ты, но ничего, скоро поправишься.  Вот сейчас наденем чистенькие штанишки, рубашку.
- Тётенька, так они мальчишечьи, а я девочка, - осмелела вдруг от добрых слов Таня.
- Ну, ничего, день-другой походишь в них, не надевать же обратно грязное, а дочкины платьица тебе малы будут.  Завтра тебе постараемся новую одежду сшить.  Не всё же сразу.  Правда?
- Да.  А вам, правда, как дядя Степан сказал, головку солнцем напекло? -  С детской непосредственностью выдала вдруг кроха.
Неожиданно молодая женщина рассмеялась весёлым звонким смехом:
- Наверно правда, неожиданно и без причины нам, женщинам, иногда голову напекает.  Ты не сердись, мы же теперь одна семья, если захочешь, можешь называть меня мамой.
И в порыве нахлынувшей нежности, она прижала ребёнка к своей груди.  Наверно в те минуты растаяли между ними последние льдинки отчуждённости.
Следуя к дому и доверчиво держась за руку Аграфены, девочка увидела валяющуюся у дорожки тряпичную куклу.
- Можно мне её взять, - спросила она у своей спутницы.
- Конечно милая, - ответила та.
Хозяина дома, с повисшими на нём радостными ребятишками, они обнаружили в одной из комнат первого этажа.  Дети, оставив в покое отца, устремили свои взгляды на незнакомую девочку.  Недовольно надув губки, Настя вдруг подошла к ней и, выдернув из руки тряпичную игрушку, заявила:
- Это моя игрушка.
Тут же раздался обиженный голос её брата:
- А почему она мои штаны и рубашку надела?
Девочка вся сжалась и ещё крепче сжала руку Груни.
- Ваня, Настя, как вам не стыдно, - воскликнула растерявшаяся женщина. – У тебя Настя со вчерашнего дня кукла валялась у дорожки, не нужна тебе была, и тут вдруг понадобилась.  А у Вани мало одежды оказывается в сундуке лежит, что он пожалел рубашку для своей будущей названной сестрёнки день-другой поносить. 
Слова матери, похоже, не смутили ребятишек.  Они так же стояли с сердитыми лицами, уверенные в своей правоте.  Степан нахмурился:
- Ладно, сейчас мыть руки и за стол, а когда закончится обед, Таня пойдёт отдыхать после дальней и тяжёлой дороги, а нам с вами детки предстоит очень нелёгкий разговор.
Окончив трапезу, Аграфена пошла, готовить ко сну уставшую девочку.  А отец со своими детьми закрылся в своем кабинете.  Хозяин прошёл через комнату и сел в кресло за стол, а ребятишки, насупившись, остались стоять у порога.
Степан сурово взглянул на уверенных в своей правоте деток и неторопливо заговорил:
- Может, расскажете мне, почему вы позорите нашу фамилию Кузнецовых.  Я что-то не припомню, чтобы в нашем роду, в ближайших поколениях были жадные скряги.  У вас наверно игрушек и одежды мало, коль не захотели поделиться с сиротой.  А её папа, свою жизнь не пожалел, чтобы я живой вернулся к вам.  Вот представьте на минуту, что делали бы вы, кабы не стало рядом с вами ни мамы, ни папы, а все окружающие вас люди отказались вам помогать.
У ребятишек выступили слезинки на глазах, и они зашмыгали носом.
Мужчина не спеша начал подробно рассказывать о тяжёлой  жизни девочки, как буквально год назад у неё умерла любимая мама, а совсем недавно у малютки погиб отец, спасая жизнь их папы.  К середине рассказа слёзы ручьём катились у малышей из глаз, а к концу повествования они рыдали навзрыд.
- Идите и подумайте над своим поведением, - промолвил напоследок отец, - надеюсь, больше мне не будет совестно за своих детей.
Обливаясь горючими слезами, крохи покинули кабинет отца.
После ужина, ко времени которого разбудили Таню, к ней подошли брат с сестрой.  Настя протянула, насторожившейся было девочки, куклу и пролепетала:
- На, возьми, пусть она будет твоей.
- А пойдёмте в сад играть, - предложил вдруг Ваня. – Мы с Настей тебе все интересные места в нём покажем.
Через несколько минут из-за дома доносились весёлые детские голоса и смех.


Рецензии
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.