Япония полна тайн. Часть 29

Все совпадения имен и наименований - случайны и являются сплошной фантазией автора

           Кунгоро с трудом протиснулся через толпу на улицу, где оставил свою машину,  и задумчиво осмотрелся вокруг. Вдали гремели барабаны, свистели сякухати, раздавались крики носильщиков паланкинов, но это далекое эхо уже не так волновало кровь, было почему-то грустно и хотелось вернуться в детство, когда не было никаких забот, и жизнь казалась долгой и прекрасной.
           И всё-таки хорошо, что есть такие праздники. Можно выйти на улицу в любой одежде, даже и без неё, с одной только повязкой на бёдрах. Помогать двигать микоси и разговаривать с незнакомыми людьми без опасения показаться невоспитанным. Присесть на крошечный стульчик возле тележки с якитори, съесть несколько шашлычков, запить некрепким пивом и почувствовать себя маленькой частью большого целого – древней и прекрасной страны Ниппон, которая сохраняет свои тысячелетние традиции и помогает  современным японцам помнить и беречь свою героическую историю.
         В обычной-то жизни такие вольности, как ни с того ни с сего хлопнуть прохожего по спине и сказать ему: «Чудесный день, правда?» - будет воспринято, как жест сумасшедшего. Прикасаться к другому человеку нельзя, разговаривать с незнакомыми нельзя, смеяться громко нельзя, смотреть прямо в глаза нельзя. Есть незыблемые правила, которые вбивают в головы послушных японцев с детства, и они следуют им, не задумываясь хорошо это или плохо.
           Никто не удивляется физическим законам или правилам геометрии: прямой угол это всегда 90 градусов, так и правила, принятые давным-давно не обсуждаются и не меняются. Это как на подводной лодке, с которой никуда не деться: всё должно быть по инструкции и соблюдению железной дисциплины, даже если она не нравится. Тогда лодка не потонет,  и люди останутся живыми….
         В машине он включил телевизор и краем глаза смотрел на праздник, слушал новости, потом переключился на музыкальную станцию и вдруг услышал русскую «Катюшу». И тут же вспомнил о Верочке и о том, что она ему сказала.
Возможность стать отцом в пятьдесят лет была для него приятной неожиданностью.
        Какому мужчине в этом возрасте не хочется похвастаться своей мужской силой и услышать: «Да ты еще орёл!». Однако стать мужем молодой девушки со сложным характером, притом  иностранки,  и жить с ней по правилам, которые приняты в непредсказуемой России, а не в строгой и дисциплинированной Японии, вряд ли возможны для Кунгоро, человека с устоявшимися привычками и постоянным одиночеством углубленного в себя  художника.
         Он еще раз подивился метаморфозам, которые произошли с ним за последние несколько недель,  и решил посоветоваться с Харуми. Она – женщина взрослая, у неё опыт, и ей он может доверять.
Не доехав до дома, он остановился на улице возле большого магазина, достал телефон и позвонил Харуми.
         - Конитива, дорогая Харуми-сан! Извини, что беспокою, мы можем встретиться сейчас? У меня есть кое-какие новости, и я бы хотел их обсудить с тобой. Прости еще раз.
          - Кунгоро-сан? Вот неожиданность? У тебя что-то срочное? Я здесь уборку затеяла, но это может подождать. Говори, куда приехать, я только переоденусь.
         - Я сам за тобой заеду, приглашаю тебя в «Мурасаки», посидим, поговорим. У меня есть новость, с которой мне самому не справиться.
         - Ооо, это интересно! Уже ищу своё красивое кимоно! У меня нет фиолетового, но я могу накинуть сиреневую шаль, которую мне подарила Надя-сан, так что буду соответствовать названию кафе. Ждуууу.
          Через десять минут Кунгоро подъехал к дому Харуми и подождал, пока она усядется в машину. Его задумчивое сосредоточенное лицо настроило подругу на серьезный лад.
          - Надеюсь, ничего плохого не случилось? Ты – здоров? С картинами всё в порядке?
          - Да, - коротко ответил Кунгоро, не отвлекаясь  на вопросы. Харуми замолчала и решила, что нет смысла говорить о чем-то в машине. Надо набраться терпения и подождать, пока они не сядут за стол.
           Маленький ресторанчик находился в глубине старого района. Небольшие домики в два-три этажа теснились кучкой испуганных утят перед надвигающимися, как хищные ястребы, небоскребами,  почти у каждого за оградой зеленел крошечный садик с бонсай.
         В кафе никогда не было толпы туристов, приходили только свои, окрестные жители, и все друг друга знали. Хотя и здоровались церемонно не по имени, а по профессии: «Охаё годзаимас – доброе утро, молочник-сан, здравствуйте водопроводчик-сан, приятного дня, продавец-сан….» Так было принято с незапамятных времен,  и никто не удивлялся и не пытался изменить старые привычки.
         -  До:зо охаирикудасай – входите, пожалуйста! - услышали они, переступив через  порог. Ирассяимасэ – добро пожаловать!
            - Гомэнкудасай – разрешите войти, ответил Кунгоро,  и то же самое тихо повторила Харуми.
           Они сняли обувь и прошли к круглому столику, недалеко от окна. Тут же подошла молодая официантка, присела на корточки и спросила:
          - Вы хотите наши традиционные блюда или что-то предложите своё, любимое? Мы можем приготовить по вашему заказу любой обед. Нам только что привезли свежую рыбу: кацуо, магуро и тай. Вы любите сашими?
           - Хорошо, давайте сашими, что-то с  рисом  и пиво. Можете принести еще салат по вашему выбору. Аригато – больше ничего не надо!
Девушка ушла. А Кунгоро посмотрел на Харуми и со вздохом сказал:
         - Похоже, что я стану папашей на старости лет.
         - Ты шутишь! – воскликнула Харуми и тут же зажала ладошкой рот. Потом наклонилась к нему и тихо переспросила, - папашей? Ты имеешь ввиду, что кто-то из твоих знакомых женщин родит от тебя ребенка? Это какая-то японка? Нет? Только не говори, что это Надина дочка! Этого просто не может быть!
         - Почему это не может быть, - обиженно протянул Кунгоро, думаешь, я такой старый, что ничего уже у меня не получится?  Да, это Вера мне позвонила и намекнула, что я в скором времени стану отцом.
            - Намекнула? То есть точно еще не известно? Ты меня прости, пожалуйста, но ты уверен, что это будет твой ребенок?
        - Да я тоже об этом думал. Но она сказала – Кунгоро-сан, мне кажется, я беременна и поэтому звоню вам, чтобы вы не удивлялись потом, что у вас в России родился ребенок.
           - Смелая девушка! А вы эээ… ээээ много раз спали вместе? Прости за вопрос, но я, как женщина, могла бы поточнее сказать, насколько вероятно, что именно ты – папаша.
          - Я понимаю. Наверное, поэтому и решил с тобой поговорить, потому что ты женщина опытная и можешь как-то прояснить неожиданную новость. Мы были вместе всего две ночи. И не пользовались никакими …мммм… средствами. Просто потому что были немного пьяными, страсти так разгорелись, что было не до того. Я сам удивляюсь, как  легко я смог потерять голову. Но ни о чем не жалею. Это и в самом деле было феерично!
         - Ишь ты, какие слова ты вдруг вспомнил. Да, приключения не в твоих привычках, но как говорят русские – и на старуху бывает проруха или по-японски – и старый конь иногда спотыкается. Ну, что я могу тебе посоветовать: принимай жизнь такой, какая она есть и ничего не загадывай наперед. Если она родит и увидит, что получился японец, то это хорошо! Ты станешь отцом, у тебя будет наследник,  и ты сможешь передать ему свой опыт и знания. Даже если ребенок не будет всё время жить в Японии, ничего тебе не мешает заботиться о нем и поддерживать Веру. Не думаю, что она приедет в Японию и станет тебе женой. Мне Надя рассказывала о ней. У Веры слишком независимый характер для традиционной тихой жены японца,  она не сможет здесь приспособиться, поэтому живи спокойно, думай о хорошем, продолжай рисовать,  и всё у тебя будет отлично! Я уверена!
           - Спасибо, Харуми-сан. Ты меня успокоила. Я знал, что ты найдешь правильные слова и всё мне объяснишь. И в самом деле – что я теряю? Ничего! А вот получить неожиданно наследника, - это и в самом деле просто замечательно! Честно говоря, я уже подумывал, не усыновить ли мне какого-нибудь молодого художника и передать ему мои знания. Ты ведь знаешь, у нас есть такой закон: если в семье нет сына, которому можно передать дела, то можно усыновить кого угодно - зятя, друга, соседа, сослуживца, просто хорошего знакомого, в ком уверен и будешь знать, что он продолжит семейное дело и не подведёт. Я специально ходил на выставки молодых, разговаривал с ребятами, но так и не нашел человека, который был бы мне близок по взглядам на жизнь и творчество. 
             Дааа, вот как жизнь иногда поворачивается, совсем не так, как ждешь от неё.
        - На первое время просто посылай ей деньги, ведь для женщины главное в такой ситуации – поддержка, особенно финансовая. Ей важно, что ты хочешь этого ребенка, что будешь помогать. А иначе начнется депрессия и мысли, зачем ей всё это надо. Женщины в таких сложных ситуациях иногда решаются на операцию, а ведь это – настоящее убийство! И потом горько раскаиваются, да только дело уже сделано,  и ничего не вернешь! Ты это понимаешь?
        - Да. Я понял твой намёк. Моя бывшая жена несколько раз так избавлялась от ненужных детей. Даже не спросив меня. Говорила, что  ей не потянуть еще одного ребенка, но потом стала болеть по-женски и обвиняла меня во всех грехах. Поэтому мы и развелись так странно, без объяснений и разговоров. Просто дочь поступила в Бостонский университет и жена уехала к ней. А потом прислала по почте Свидетельство о разводе.
         - Да я помню, ты мне рассказывал. Мне тоже было странно, что вы перед этим не поговорили, не выяснили, почему так произошло, но мне кажется, она просто тебя не любила, поэтому и бросила здесь одного. Но, как говорится, всё, что не делается, всё к лучшему!
           Давай теперь поедим! Смотри, какую красивую еду нам принесли!
Харуми ела с аппетитом, а Кунгоро съел салат и рис, выпил две кружки пива и почти не притронулся к нарезанному тунцу. Настроение было странным, как будто он спал, видел сон и не мог проснуться,. чтобы стряхнуть с себя магию непонятных событий.
            Через полчаса молчаливого обеда, они попрощались с хозяином ресторанчика традиционно сказали Домо аригато годзаимас, и Кунгоро отвез Харуми домой, пообещав ей написать сразу же, как только ответит Вера.
             … Он вернулся к себе, проверил телефонные звонки и сел писать письмо Вере. Хотелось как-то деликатно выяснить подробности, но он не знал, как это лучше сделать. В конце концов,  получилось две фразы: «Добрый день, Верочка, я рад, что стану отцом. Если нужна помощь, напиши мне, я готов  прислать денег.» Коротко и ясно! Он берет ответственность на себя, поэтому ей не надо беспокоиться о будущем.
           Если она захочет приехать в Японию, он пришлет ей приглашение и поселит у себя. Пусть здесь рожает, у него хорошая страховка, Веру положат в самую лучшую клинику, и  всё пройдет отлично! А пока она будет ходить здесь с животом, он пошлет её на курсы японского,. или  познакомит  с Харуми, и они могут поехать в горы отдохнуть или отправиться на какую-нибудь экскурсию. А он уедет на Хоккайдо, ненадолго, на месяц или два, порисует там, подумает о будущем, о том, что жизнь иногда дарит подарки, от которых невозможно отказаться, даже если они кажутся странными  и непостижимыми.
            Он отправил СМС-ку, потом позвонил директору галереи и уточнил даты приезда покупателей и  подробности  поездки на северный остров. Директор подтвердил, что уже послал приглашения русским гостям, но так как картины Кунгоро считаются достоянием нации, придется всё оформлять через министерство, а это всегда долго. Поэтому Кунгоро может спокойно уезжать на месяц,  в ближайшем будущем ничего экстраординарного не предвидится.
Художник еще позвонил нескольким своим друзьям, объяснил, что уезжает, и что они смогут встретиться через четыре недели, потом включил телевизор, узнал последние новости и прогноз погоды на месяц и пошел спать.
……………

               ……Надя и Кику доехали без приключений домой, забежали еще в магазин и купили сметаны и творог для утренних сырников. Японка была от них в восторге и с удовольствием гладила себя по животику после завтрака, приговаривая: «Давно хотела поправиться хотя бы на килограмма на два, а тут и все четыре смогу набрать!» И смеялась при этом тоненьким детским смехом. А Надя улыбалась и подкладывала забавной Хризантеме еще парочку маленьких румяных сырников.
          Когда они вошли в дом, Надя услышала звонок домашнего телефона, это была Вера.
           - Мама, я не приду сегодня домой, мы с Сергеем погуляем по городу, потом поужинаем, и я останусь в гостинице. На работе я договорилась, чтобы меня отпустили на два дня. Так что ты не волнуйся, у меня всё хорошо.
           - Хорошо, Верочка, я поняла. Отдыхай, дорогая.
           - Ээээ, я хотела спросить, как тебе Сергей? Правда, интересный мужчина? - Вера это спросила как бы равнодушным голосом, но ей, конечно, было интересно узнать мамино мнение. В прошлый раз, когда Вера привела Фрица домой знакомиться и представила его, как официального жениха, мама отвела её на кухню и прямо сказала: «Разбежитесь очень быстро. И будь готова, что он может и руку на тебя поднять!»
             Но тогда Вере было важно уехать в Германию, почему-то ей казалось, что в другой стране всё будет по-другому, начнется новая фееричная жизнь и она забудет о своих неудачах и в музее, и в личной жизни. И Фриц обещал ей перспективную работу журналистом-обозревателем в местной газете. Он говорил, что у него много знакомых в театральной среде и среди художников. Вера выучит немецкий, будет разъезжать по городам, ходить на спектакли и выставки, а потом описывать это на страницах газеты. У Веры ведь искусствоведческое образование, ей легко будет найти язык с богемой. В общем, перспективы были очень радужными.
          Но… как говорится, там хорошо, где нас нет. Они приехали в Бонн, место обозревателя в газете уже было занято. Немецкий почему-то не пошел, и Вера ушла с курсов со скандалом, потому что руководитель после занятий оставил её в классе и стал лапать. Фриц не поверил, назвал её истеричкой и запер в доме. Однажды,  когда он пришел вечером пьяный и стал упрекать её в том, что она ведет себя, как обычная русская путана, то есть кокетничает, вынуждает тратить на неё деньги, а потом динамит, она не выдержала и высказала всё, что она о нем думает. Не стала ждать, пока он на неё набросится, и убежала.
          До этого она смотрела на форумах, куда могут уйти женщины от домашних насильников, и ушла в этот центр. Там ей нашли место тренера по плаванию в детском бассейне, но и там она долго не продержалась. Фриц нашел её, стал просить прощения, и она снова к нему вернулась. От нечего делать пристрастилась к пиву и стала толстеть не по дням, а по часам.
          Но однажды позвонила мама и сказала: «Вера, я знаю, что тебе там плохо, возвращайся. Как-нибудь проживем здесь. И ты – молодая, найдешь хорошую работу, да и замуж тебе пора! Приезжай, я тебя жду».
И если бы не эта дурацкая история с Кунгоро, наверное, с мамой можно было бы подружиться. А так – опять между ними черная кошка пробежала. Эээх! И почему мне природа дала такой несносный характер.
          - Мама, ты меня слышишь? Ты ведь познакомилась с ним?  Поговорила? Как ты думаешь, это у него серьезно?
         - Верочка, Сергей, конечно, мне понравился. Мне кажется с таким обаянием он может даже английской королеве понравиться. Но насчет серьезности не знаю. Смотри сама! Ты… ему сказала?
          - О чем?
          - Ну… об этом…
         - О чем - об этом?
          - Ну что ты эээ будешь мамой…
         - Ой нет! Не хочу пугать заранее. Мужчины в этом вопросе абсолютно непредсказуемы. Один закричит «Урра» и подарит кольцо с бриллиантом, а другой скажет: «Ты чё? С дуба рухнула? Какие дети?!» Так что подождем, тем более, - Вера понизила голос и почти прошептала, - Кунгоро согласился и обещал денег прислать. Так что скоро бабушкой станешь, как ты и мечтала!
          - Ну, Верка, ты даёшь! Но эта новость мне нравится! Давай, рожай двойню, как я и предлагала, распределим между мужиками, и будут у детей два отца!  Так что сможем вырастить деток без проблем!
         - Ой, тебе бы всё шутить. Ну, ладно, до завтра! Сергей пошел за сигаретами, но я больше курить не буду, раз у нас теперь есть каменная японская стена, за которую мы все спрячемся. Буду беречь здоровье.
         - Вот это правильно! Счастья тебе, Верушка! А мы с Кику сейчас будем шанежки печь. Я вчера смотрела по интернету, чтобы такое еще придумать, чего в Японии нет, вот нашла рецепт, тесто уже готово, если хочешь и для вас напеку. Завтра заедете, пообедаете дома.
           - Отлично! Ты знаешь, я люблю всё, что ты готовишь. И Сергея угощу, а то он в Москве один живет, не хватает ему домашней кухни. Пусть хоть здесь оторвется!
         - До завтра, дорогая!
        - До завтра!
                            ….. Надя положила трубку и пошла на кухню раскатывать тесто и готовить шанежки. Кику уже умылась и сидела за столом в ожидании интересного кулинарного представления. Надя достала тесто, слегка его обмяла и из пухлого шара стала отщипывать кусочки, потом насыпала на доску немного муки и раскатала из небольших комочков круглые лепешки, в каждый из них положила пюре с жареными грибами и луком, Потом стала пальцами прижимать края шанежек по кругу. Получились такие симпатичные ватрушки с кружевными украшениями, она еще раз показала Кику, как правильно это делать, потом достала противень и смазала его маслом. Заставила Кику разложила шанежки  в рядок и поставила пирожки в духовку.
           - Ну что теперь заварим чайку? Или ты хочешь пива выпить, как говорится, расслабиться и подумать о хорошем?
            - Я не знаю… от пива я именно расслабляюсь, мне хочется лечь в кровать и спать. Может быть, лучше сейчас чаю.
           - А хочешь, я сварю компотика? Яблоки есть, варенье черносмородиновое есть, можно еще лимончика добавить. 
           - Я не знаю, о чем ты говоришь, но думаю, что это вкусно. Давай твоего комипочика!
          - Ой, смешная ты у меня. Ладно, пусть будет комипочик. Надо будет запомнить и при случае блеснуть знанием японского языка!
Надя взяла кастрюльку, нарезала яблоки и лимон, из баночки  достала три больших столовых ложки варенья, добавила воды из чайника и быстро всё вскипятила.   К тому времени, как испеклись шанежки, компот был готов, разлит по большим кружкам и  ждал своего часа, источая по всей кухне потрясающий аромат черной смородины.
            Шанежки пролетели на ура. Кику хотела даже записать рецепт, но, подумав, решила, что вряд ли у неё в Японии будет такая возможность возиться с картошкой, грибами и тестом, Поэтому она просто сфотографировала всю красоту, которая была на столе, заодно улыбающуюся Надю с блюдом пирожков и себя с большой кружкой компота в руках. Они опять шутили и смеялись на д тем, как Кику смешно перевирала слова и буквы, но потом решили не терять даром времени и заняться домашкой.
            В этот раз тема была – гости и приготовление праздничного обеда. Всё это было близко сердцу и желудку подруг, поэтому они быстро справились и придумали десять предложений, как и было велено. Потом еще почитали текст из учебника, Надя поправила ошибки в произношении. И через час девушки разбрелись по комнатам.
             Надя  включила компьютер и стала смотреть почту. Ничего особенного не было, поэтому она переключила на канал рукоделия, чтобы увидеть модные тенденции бисероплетения. История с браслетами очень её вдохновила, и она решила попробовать себя в новом стиле «модерн», потому что именно эти изделия пользовались большим успехов. Она уже придумала, как потратит триста заработанных долларов, и эта мысль приятно согревала сердце и кошелек.
           А Кику писала своим подругам в Кобе, как ей повезло с русской подругой. Какая она сердечная и как ей помогает. И про шанежки написала, и про сырники, и про кошачье кафе. Послала фотографии, потом посмотрела на часы и увидела, что в Японии еще ночь, поэтому не стала ждать ответа, а разделась и легла в мягкую постель. Просто полежать, просто отдохнуть, ведь до ужина еще два часа. Но незаметно для себя заснула крепким сном, поэтому пропустила и ужин, и вечерний традиционный разговор с Надей о житье-бытье.
          Проснулась только утром, в шесть часов. Вначале не поняла, почему за окном темно и в квартире так тихо, но посмотрела на часы. Увидела странную цифру 6  и немного испугалась: неужели она так долго спала?!  В Японии она могла себе позволить заснуть часов на семь, а здесь почти десять получилось! Однако голова была светлой, настроение легкое, поэтому она тихонечко встала, сходила в туалет, потом в ванной встала под душ и вышла свежая, как огурчик. Так иногда говорила Надя, и эта фраза Кику очень нравилась.
             Надя спала, поэтому японка самостоятельно включила чайник, посмотрела, что шанежки еще остались, погрела их в микроволновке и села пить чай. Конечно, в Японии не принято, чтобы гость расхаживал по кухне и тем более командовал тарелками, кастрюлями и едой, но Надя, глядя прямо в глаза Кику, в самый первый день сказала: «Ты сейчас живешь здесь, а не в Японии.  У нас не приняты церемонии и дворцовые расшаркивания. Если я сплю, а тебе захочется попить чаю или позавтракать – иди на кухню и делай то, что ты обычно делаешь дома. Не жди, пока я проснусь-потянусь и начну за тобой ухаживать! Как говорится, у нас слуг нет!
          Поэтому Кику со смущением в сердце и чувством вины за отступление от правил хорошего воспитания всё-таки сделала то, за что в Японии её бы отругали – съела парочку пирожков и выпила своего зеленого японского чаю. Потому опять стала смотреть СМС-ки в телефоне и с гордостью увидела, что все её подружки с ахами и охами оценили  райскую жизнь, в которую ей посчастливилось окунуться. Она написала им еще несколько писем, потом пошла приготовить учебники и тетрадки для школы и встретила заспанную Надю в коридоре.
        - Охаё годзаимас, Надя-сан!
        - Охаё, дорогая! Ты вчера так неожиданно заснула, что я еще пару раз приходила в твою комнату посмотреть, как ты. Что это так тебя сморило? Армянский коньячок? Или слишком много событий за один раз? Хотя я понимаю, у вас-то была ночь. за три дня организм еще не привык к смене часов.
           - Надюша-сан, я сама удивилась, но проснулась сегодня в шесть, как огуручик! И сейчас чувствую себя на все сто! Я правильно сказала?
          - Правильно, умница моя! Сейчас я приведу себя в порядок и приготовлю сырнички! Иди пока собери вещички для школы.
          - Хорошо! Но я уже пила чай, с шаниж… шанигами… забыла, как их называют.
        - Да можно просто пирожки. Не парься! В русском языке столько синонимов, что можно любое слово произнести по-разному по меньшей мере раз пять! Шаньги, пирожки, ватрушки, беляши, булочки с начинкой…. Вон сколько получилось! Отдохни немного, а сырники – это легкая еда, она шаньгам не помешает. Да и потом ты до двух часов будешь сидеть на занятиях, устанешь от напряжения, а если еще и голодная будешь, так совсем плохо может быть – голова закружится, начнешь запинаться и забудешь всё, что учила. Сейчас сядь спокойно и повтори диалог. На свежую голову это всегда лучше, чем вечером учить.
         - Аригато, Надя-сан. Пойду поучу.
         И Кику пошла в комнату прибрать постель, приготовить одежду, а потом сесть за стол и повторить вчерашний диалог.
         Надя на скорую руку нажарила сырников, позвала Кику и они принялись за завтрак по-русски – с вареньем, сметанкой, маслицем и кофе с молоком. И хотя такое сочетание было не очень привычно для Кику, она мужественно решила пробовать всё, что предлагает ей Надя. Ведь именно для этого она и приехала в Россию – подучить язык и познакомиться с русской кухней. А вдруг пригодится в Японии! Например, открыть при музее маленькое кафе с вкусными пирожками и блинами. Тогда точно от русских туристов не будет отбоя! И саке – бесплатно, и знакомая еда! 
           За столом Кику неожиданно спросила:
         - Надюша-сан, а почему Вера нет домой? Она уехала?
         - Да понимаешь, Кикуша, к ней жених приехал на два дня, поэтому она сегодня и завтра с ним, а потом опять будет дома ночевать.
          - Коибито? Любимый человек? А ты видела его? Он хороший?
          - Да, он приезжал вчера, видный мужчина!
          - Видный – это что?
          - Ну такой – большой, красивый, умный. Москвич, одним словом. Они там все – видные! И с большим самомнением. Наши-то поскромнее держатся. Хоть мы и бывшая столица.
          - Ага, понятно! У нас тоже в Кобе говорят, про токийцев, что они видные!
          Надя рассмеялась, хотела еще пошутить, но взглянула на часы и сказала:
          - Хватит разговаривать, по дороге еще поболтаем, а сейчас пора собираться, а то можем опоздать!
         И через пять минут они отправились по уже проложенному маршруту в школу.
…………

                  ……….….Сергей поймал такси и коротко сказал: «В центр! На Дворцовую» Шофер согласно кивнул, и они поехали по набережной, потом  свернули к Биржевой площади и медленно в большом потоке машин стали подбираться к Зимнему дворцу. Налево не было поворота, поэтому такси свернуло направо и, отъехав от Дворцового моста, остановилось. Сергей расплатился, и они медленно пошли к Эрмитажу. Сам музей уже был закрыт, но народ собирался потихонечку на площади у арки Главного штаба, приготовившись смотреть световое шоу.
             Ровно в семь вспыхнули цветные прожектора,  и началось невиданно и неслыханное путешествие в историю прекрасного музея. На фасаде появились световые картины залов Дворца, его великолепные коллекции картин и скульптур, прекрасные интерьеры и богато украшенные лестницы. Всё это сверкало и переливалось,  и было полное ощущение, что ты попал в сказку. Да еще музыка Прокофьева, Равеля, Хачатуряна. Вера с гордостью поглядывала на Сергея, а тот достал телефон и снимал праздничное представление, как заправский кинооператор.
           Через пятнадцать минут огни погасли, народ начал расходиться, но, оказывается, через полчаса будут всё повторять снова. Вера посмотрела на Сергея, но тот коротко сказал: «Ладно, хорошего помаленьку! Пойдем погуляем еще где-нибудь! Веди меня, Иван Сусанин, я в полной твоей власти!»
Так они вышли к Мойке, обогнув Главный штаб, и пошли к Невскому. Вера притихла, ей всё время не давала покоя мысль, что эта фееричная встреча закончится так же, как в сказке про Золушку. Пробьют часы, карета превратится в тыкву, кучер в крысу, прекрасное бальное платье – в лохмотья, и она опять останется одна.
           Сергей вроде что-то заподозрил, но не спрашивает ни о чем, шутит и подкалывает. А ведь может задать щекотливый вопрос, и что тогда отвечать? Намекнуть, что это возможно или отделаться общими фразами и перевести разговор на другие, более приятные темы.
           Неожиданно телефон в кармане заиграл марш, и Сергей с каким-то напряженным лицом нажал на кнопку и сказал: «Слушаю».
            Разговор был коротким, но после него всё вдруг изменилось, как  это делается обычно в кино. Только что мы видели счастливые лица влюбленных, а уже в следующих кадрах – буря, взлетающие в небеса крыши домов и огромное цунами, которое смывает всё на своём пути.
          То же самое произошло и с Сергеем. Лицо побледнело и стало жестким.
         - Вера, - мне надо срочно вернуться в Москву. Подробностей не будет, но я обещаю, что позвоню… не знаю когда….. Если я в течение двух-трех месяцев не объявлюсь… значит… в общем… даже не знаю, как это сказать. Но я постараюсь вернуться, и тогда мы с тобой всё обсудим по-серьезному.
          Вера буквально обомлела. Вот ведь и правду мысли материальны! Не успела она подумать, что сказка скоро закончится, как она и в самом деле прервалась на самом интересном месте.
         - Сережа, - робко сказала она, - что значит «не объявлюсь»? Ты уезжаешь? Опять в Японию? Это опасно? Ты мне напишешь потом? Ну, когда всё закончится? Я понимаю, что спрашивать бесполезно, но у нас так всё хорошо началось, и вдруг…
           - Вера, объяснять ничего не буду. Такая у меня работа. Ты, по-моему, уже догадалась. Но ты мне нужна, не знаю, как это словами пересказать, но у меня такое впечатление, что ты меня привязала к себе какими-то невидимыми нитями,  я их ощущаю просто реально. Но это мне нравится. И ты мне нравишься, очень. Ну,  всё! Я побежал.  Вот здесь я тебе приготовил на первое время немного баксов, надеюсь, что хватит до моего возвращения. Молись за меня!
        - Сережа, - уже со слезами обратилась к нему Вера, - ну нельзя так! Ты что меня прямо здесь бросишь? И домой не отвезешь? А в гостиницу тоже не вернешься?
         - Не вернусь. Мне надо в аэропорт, за мной выслали самолет, так что у меня в распоряжении всего час с небольшим. К тебе домой я не успею, но зайти в магазин и купить для начальства петербургский сувенир смогу. Только ты не плачь! Я не собираюсь бросаться на амбразуру и закрывать своим телом бешеный пулемет! Давай, улыбнись. И дай я тебя поцелую. Я чего-то разнервничался, но на самом деле, всё не так страшно.
           Сергей обнял Веру, крепко прижал к себе и поцеловал.
           Потом они зашли в сувенирный, он выбрал несколько больших матрешек, по подолу которых были нарисованы петербургские пейзажи и архитектурные ансамбли, а внутри спрятаны бутылки с водкой, и еще несколько янтарных браслетов. Один из них он надел на руку Верочки и сказал: «Это будет тебе память обо мне! Как наденешь, так и подумаешь о своем рыцаре!»
           Вера держалась изо всех сил, но слезы закипали и не проливались только потому, что она запрокидывала голову назад и старалась не моргать.
На улице Сергей поймал такси, посадил Верочку в машину, на прощание обнял её еще раз и снова поцеловал.
          Она забилась в уголок и зарыдала навзрыд. Шофер поехал по Невскому, потом всё-таки спросил:
          - Куда ехать-то? Далеко? Понимаю ваши чувства, но скажите хотя бы, в какую сторону.
          - На Ивановскую, - коротко сказала Вера и стала вытирать слезы и растекшуюся тушь.
                     …. Через полчаса она была дома, открыла своим ключом дверь и тихонечко вошла в квартиру. Ей не хотелось ни разговаривать, ни видеть маму, а тем более иностранку. Хотелось броситься на кровать и выть по-бабьи, пока хватит сил.
           Однако Надя услышала стук дверей в коридоре и вышла встретить неожиданно вернувшуюся дочку. Она не успела и слова сказать, как Вера, быстро скинув туфли, вбежала в свою комнату и плотно закрыла за собой  дверь.
Не надо быть слишком умной, чтобы понять, что случилась ссора, что Вера, не сдержав характер, наверняка сказала сгоряча что-то обидное, и Сергей  повернулся и ушел. Никто не будет терпеть стервозный женский бзик, даже если обладательница его красавица-блондинка.
           Надя тяжело вздохнула и пошла на кухню готовить ужин. Сегодня день прошел без особых приключений, она встретила Кику в три часа, подруги немножко погуляли по Лиговке и Невскому, но никуда надолго не заходили,  просто смотрели на витрины, разговаривали о том о сём, купили несколько матрешек и чебурашек, которых в Японии обожают и всегда покупают в России. Эти смешные зверьки с большими ушами, благодаря купленному японскими продюсерами  мультфильму,  давно уже стали национальным талисманом и, как говорят, приносят удачу в делах.
         Еще они выпили в уличном кафе по чашечке кофе с длинными по новой моде сэндвичами и поехали домой делать домашние упражнения и придумывать, какие новые русские блюда можно попробовать, не заморачиваясь на долгую и трудную готовку. Решили, что сделают суп из ёжиков, а на второе рыба, запеченная с грибами и картофелем с сырной корочкой. Кику заранее облизывалась, а Надя смеялась и шутила.
             Настроение у них сложилось  чудесное. Тем более, что уже четыре дня не было дождя, а в Петербурге осеннею порой это казалось даже странным. Солнца спряталось за плотные тучи, но иногда ветер разгонял их, и оно появлялось не четким желтым шаром, а  большим мутным пятном. Однако и это радовало глаз, хотелось думать о приятном вечере, о вкусном ужине и необременительной домашке.
           И вот на тебе! Тучи с улицы заползли в квартиру и сделали воздух таким же плотным и тревожным, как это обычно бывает перед бурей
Кику осторожно вышла из своей комнаты и спросила глазами: «Что-то случилось?»
Надя пожала плечами и тихо сказала: «Приходи на кухню минут через пять, будешь помогать мне, а потом сядем за тетрадки.» Кику кивнула и скользнула за дверь, почти как ниндзя, которые, как известно, обладали способностью растворяться в воздухе и исчезать, как призраки.
            Надя пришла на кухню, помыла руки, достала из холодильника фарш, вареный рис,  лук, грибы, картошку, масло, молоко, сыр и приправы. Всё это она разложила на столе, потом достала большую миску и стала смешивать фарш с рисом, добавила соль, специи и мелко порезанный лук, потом включила газ и поставила кастрюлю с водой. Чтобы бульон был вкуснее,  добавила  куриный кубик, а потом стала бросать в кипящую воду колобки из фарша. Кику помогала ей -  катала по столу шарики и подкладывала Наде под руку, чтобы было удобно сразу брать и опускать их в кастрюльку. Они и в самом деле теперь были похожи на ёжиков – рис вылез из мясного колобка и «ощетинился» мелкими белыми иголочками.
            - Ну,  всё, теперь закроем крышечкой, сделаем огонёк поменьше, и подождем, пока сварится.  А пока займемся рыбкой. Она называется судак – запомни! Это очень вкусная белая рыба, в ней мало костей, поэтому она идеально подходит для запеканки.
           - Судак? Она в реке или море?
           - Наша – речная рыбка, но, говорят, есть и морская. Например, в Черном море. А для нас это не имеет значения, мы ведь купили уже готовое филе, то есть просто рыбное мясо без костей. Смотри, берем фольгу, кладем нашего судачка, сверху лучок, потом картошечку, немножко майонезику, сольки и петрушку. Заворачиваем таким рулетиком и отправляем в духовку, ждем пятнадцать мину, а потом раскроем и посыплем сырочком. Видишь, как просто!
           - Вижу. Но для меня это невозможно! Я прихожу с работы в восемь, стираю свою одежду, убираю в комнате, разогреваю готовую еду в микроволновке, ужинаю, читаю книги по истории или еще что-нибудь, что может пригодиться на работе и валюсь спать, потому что надо встать в шесть, сделать пробежку, быстро позавтракать и мчаться на работу. Готовить нет времени. Но у нас всегда свежие обеды и ужины, так что я не страдаю. Тем более, в Японии нет таких сложных блюд на каждый день, всё просто, но очень вкусно.
           - Да я видела в интернете фотографии ваших закусок: на  столе  было сорок маленьких пиалок с какими-то кусочками и хвосточками. Красиво, но странно. Я  была в японском ресторане  здесь, в Петербурге, не могу сказать, что меня это поразило. Неплохо, но дорого. Я делаю намного вкуснее. Все так говорят!
          - Я верю. Мне всё нравится, что ты делаешь, Надя-сан. Ты хорошая куринарка! Я это срово вчера прочитара, и оно мне понравирось.
          - Кикуша! Где у нас «л»? Скажи – понравилось! Кулинарка!
           - Ой, прости, Надюша-сан, я иногда сбиваюсь. Тем более, здесь так хорошо и густо пахнет. Я просто летаю в этих запахах! А Верочка спит? Мне показалось, что она устала, нет?
           Надя вздохнула, покачала головой и развела руками, потом наклонилась к Кику и сказала шепотом:
          - Любовь! Сегодня ты скачешь, а завтра плачешь!
          - У нас говорят:  кои ва неши ясуку самэ ясуи – любовь, которая легко вспыхивает, так же быстро гаснет.
         - Да, наверное, и у нас так! Но она очень переживает, так что не будем её ни о чём спрашивать. Может быть, немножко пострадает и придет на ужин. Ты  делай вид, что ничего не знаешь! Пусть успокоится.
           - Да, да. Я поняла.
Однако Верочка к ним  не вышла,  несмотря на заманчивые ароматы. Она свернулась клубочком, даже не накрыв себя одеялом. Положила под голову маленькую подушку и  старалась поскорее забыть странное и обидное прощание с Сергеем. Слезы текли тоненьким ручейком, она слизывала их с подбородка,  и вполголоса повторяла одно и тоже: «Ну, почему мне так не везёт? Что я делаю не так? Неужели он не мог побыть со мной хотя бы еще один день? Я так люблююю егооо»
           Постепенно всхлипы стали редеть, потом глаза закрылись, и она медленно опустилась в сон. Ничего ей не снилось, было холодно, руки и ноги как будто покрылись корочкой льда, но пошевелиться она не могла, лежала, как в коконе и только одно было желание – забыть обо всем и думать, что встреча с Сергеем ей приснилась. А утром она проснется, попьет кофе с мамиными сырниками, поедет на работу и всё будет хорошо. Ведь теперь ей не надо думать о будущем. Оно само как-нибудь устроится, тем более уже понятно, что с Сергеем они вместе  не будет. Остаётся Кунгоро и его ребенок. Или не его? Ну, родит и поймёт. Узенькие глазки, значит – японец, голубые, значит… будет воспитывать одна. И мама поможет.
          А Надя и Кику после вкусного ужина, убрали посуду со стола, разложили тетрадки, словари и учебники и приготовились делать домашнее задание.
         В этот раз тема была «День рождения».
          - Надя-сан, а как у вас отмечают день рождения? Я читала, что у вас это делают каждый год?  А у нас есть несколько значительных дат, когда родители собирают гостей, но они всегда строго определенные. Например: когда ребенку исполняется сто двадцать дней, то для него специально готовят «детский стол» и впервые дают палочки-хаси, чтобы приучить его есть рис. Ведь для нас рис – символ мужества и сильного характера. И самый первый день рождения – это больше праздник для родителей, иногда самому ребенку даже не дарят подарки.
          Потом у нас еще есть праздник Сити-го-сан» – «7-5-3», он всегда отмечается 15 ноября, независимо, в какой день и месяц родился ребенок. Это торжественная дата для пятилетних мальчиков, и девочек трех и семи лет. На это празднование шьются специальные кимоно, его отмечают в синтоистском храме, а священник дарит «новорожденным» «конфету тысячи лет»), после чего они считаются «маленькими мужчинами и женщинами». И уже после этого  дня мальчикам разрешается отращивать волосы, а девочкам подвязывать кимоно поясом-оби.
            Еще очень важным для нас остаётся «День мальчиков» 5 мая и «День девочек» 3 марта этот праздник отмечается по всей Японии. И это всегда весело и много подарков. Еще есть «День совершеннолетия», для тех, кому исполнилось двадцать лет. Его отмечают во второй понедельник января. Здесь всё «по-взрослому», разрешается даже алкоголь как реальный символ  взрослой жизни.
В каждом городе свои традиции, но это всегда - танцы, балы, шумные вечеринки до утра, угощенья и веселье. Так вся страна отмечает совершеннолетие своих детей.
            Есть еще один праздник. Наверное, тебе он покажется смешным, но для нас он не менее важен, чем самый первый день рождения: называется «Второе младенчество», его отмечают те, кто перешагнул 60-летний  порог.  И это - особая дата в жизни  у моих земляков. Приглашаются все друзья, родственники на пышный банкет в честь юбиляра. Почему это так важно? Потому что наш календарь имеет шестидесятилетний цикл, и, жизнь человека, прокрутив полный круг, к шестидесяти годам по личному календарю возвращается в отправную точку, то есть к рождению. Считается, что с этого юбилея жизнь начинается сначала.
             - Ух ты! Как интересно! А у нас отмечают  каждый год, особенно в детстве,  юности  и молодости. Чаще всего именно из-за подарков, потому что приглашают не только тех, кто приятен и кого хочешь увидеть, а просто так принято. Угощенье, конечно же, обильное, особенно много выпивки, и в конце празднования многие уже не помнят, зачем они пришли и чей день рождения празднуют – ребенка или его мамаши.
           Зато для хозяйки – это всегда бенефис. Можно приготовить что-то такое, чего ни у кого нет. Например, утку с яблоками и начинкой из гречневой каши с грибами или  многослойный салат из двадцати пяти ингридиентов, высотой чуть ли в полметра!  Сейчас, правда хозяйки почти не заморачиваются и покупают что-то готовое или просто приглашают в кафе-ресторан, но раньше это был именно семейный праздник. Дети учили стишки и песенки, мамы шили новые наряды, папаши готовили свои настойки и наливки, люди садились за столом и пели песни. Во всяком случае, так было в моём детстве. Сейчас-то никто не поёт. Если только в караоке.
           - Ааа, караоке.да, это у нас родилось сорок лет назад. Ты знаешь, мы, японцы, довольно стеснительные, но любим петь, особенно популярные песни. А здесь собирается веселая компания за столом, на экране видны слова, повторяешь их, тебя поддерживает хор и наступает … ой, подожди, я вчера записала одно слово, и оно мне очень понравилось… расслабуха! Правильно сказала? Да, именно расслабуха, то есть все перестают нервничать и переживать и поют в своё удовольствие.
           Надя рассмеялась в голос, так было неожиданно услышать от японки жаргонное словечко.
            -А ты знаешь, я могу тебе еще несколько таких словечек подсказать. Вы ведь любите сленг?!
           - Да, и он почему-то легче всего запоминается.
           - Вот именно! Плохое всегда легче прилипает. Но здесь ничего такого нет, просто эти слова – самые популярные у нас после праздников. Например, всё, что связано с выпивкой –такое вот  выражение – сушняк замучил!
          - Сусняк? Сосняк?
          - Нет! Сосняк – это лес, а сушняк – от слова сухой. Например на земле есть сухое место, а есть лужи. Когда человек накануне напьется водки, то утром у него в горле сухо, он не может глотать, и ему трудно. А есть еще «отходняк». Не понятно, да? Ну вот смотри, и Надя выходит из-за стола и  как артист на сцене, показывает, как страдает человек после усиленного празднования  какого-нибудь Дня любителей рыбалки:   Двумя руками держится за голову, закатывает глаза, подгибает ноги и делает вид, что сейчас упадёт. Получается очень живописно и доходчиво.
         Кику громко смеётся, но потом закрывает рот руками и показывает глазами на дверь в Верочкину комнату.
          После этих погружений в настоящий русский язык,  история про то, как отмечают в России День рождения,  проходит на особенном подъеме и с веселыми шутками. Они сочинили, как и положено, десять полных фраз, потом повторили правила употребления притяжательных и личных местоимений и разошлись по комнатам, чтобы отдать дань интернету.

             …. Вера проснулась от толчка,  ей показалось, что кто-то тронул её за плечо и даже слегка стиснул его, чтобы она поскорее пришла в себя. Она посмотрела на часы, было ровно десять. За окном – темно. Что это вечер? Утро? Долго ли она спала? Подушка всё еще была мокрой, значит сейчас ночь, иначе к утру она бы высохла.
           Вера спустила ноги на пол, встала, но голова так сильно закружилась, что пришлось снова сесть. Плакать уже не хотелось, но на сердце поселилась какая-то свинцовая тяжесть. Ничего не хотелось, ни есть, ни спать, ни двигаться. Попить водички… и снова лечь. Она ведь отпросилась на три дня, так что завтра не надо идти на работу. Потрогала лоб – температуры не было, но почему так стучит в висках и в глазах как будто тлеет огонь. Слишком много плакала? Или заболела? Наверное, придется пить лекарство или даже к врачу идти….
           Она опять попыталась встать, держась за стенку,  пошла на кухню и налила себе воды. После стакана холодной воды в голове прояснилось, глаза перестало щипать,  и Вера почувствовала, что приходит в себя. Села за стол, положила голову на руки и сказала себе: «То, что повторяется во второй раз, уже не так страшно, как в первый! Он уже оставлял меня одну так же внезапно, как и сейчас. И ничего! Я даже начала новую жизнь в цветочном магазине. И потом мне надо теперь думать о ребенке, так что нервничать нельзя, лекарства пить нельзя, надо себя беречь и перестать плакать, потому что слезами горю не поможешь. Хотя… еще можно кое-что поправить и отказаться…».
В ту же минуту, как по волшебству,  из своей комнаты вышла мама.
           - Верочка, ты здесь? Я думала, ты будешь до утра спать. Хочешь, погрею тебе чего-нибудь? Или просто чаю заварю мятного, он хорошо снимает усталость и нервы успокаивает.
           - Ну, давай твоего чаю. Только есть я не хочу, попью чаю, а потом уже лягу.
          - Веруша, я понимаю, что тебе не хочется ничего рассказывать, но ты просто посиди со мной, отвлекись. Если хочешь, я в красках передам тебе, как мы с Кику домашку делали и как я ей объясняла некоторые жаргонные словечки. Это было очень смешно.
        - Нет, мама, я не хочу смеяться.  Я в каком-то отупении, Сергей внезапно уехал, его куда-то вызвали, и он меня бросил буквально на улице. И я опять одна…. Поэтому и настроение такое…. Слезливое.
          - Понимаю. Мне тоже показалось, что Сережа не так прост, как хочет показаться. Не удивлюсь, если он какой-нибудь хитрый разведчик.
          - Да? Ты думаешь, поэтому он так резко куда-то исчезает? А знаешь, может быть,  ты и права, - задумчиво протянула Вера, - он ведь мне рассказывал про какие-то космические кристаллы, что он их разыскивает по всему миру, поэтому в прошлый раз улетел в Японию и ничего не успел мне объяснить.
          - В Японию? А японцы-то причем?
          - Не знаю, он не стал рассказывать. Сказал только, что летел тем же самолетом, что и Кунгоро.
           - Опа! Даже Кунгоро  сюда приплели. Ну дела! Надеюсь, что наш художник не имеет отношения к кристаллам?
           - Вроде нет. А ты как думаешь?
           - Ой, Верочка, сейчас в этой непредсказуемой жизни всё так перемешалось, что я уже и не знаю, кому доверять, а в ком сомневаться. Но мой жизненный опыт говорит, что художник понятия не имеет, что такое космические кристаллы.
           - Мне тоже так кажется. Мама, у меня к тебе вопрос, только ты взвесь всё, прежде, чем отвечать:  как ты думаешь, оставить мне ребенка, или это уже ни к чему. Сергей, наверное, не вернется…. нет не так, я имею ввиду, что больше уже не будет со мной, а Кунгоро далеко. Он хоть и согласился стать отцом, но будет смешно, если родится ребеночек с голубыми глазами, совершенно непохожий на него. И он всегда будет страдать и подозревать, что это не его сын.
          - Верочка, я очень хочу, чтобы ты родила. Очень! В молодости кажется, что избавление от ребенка – это такая несложная операция, тем более под наркозом. И что через неделю ты и не вспомнишь, как это было. Но теперь, когда я прожила довольно долгую жизнь и много переоценила, скажу тебе, что ничего не бывает без последствий. Ничего! Во-первых, часто случается так, что после этого у женщины вообще не может быть детей, даже если она лечится в самых престижных клиниках. Во-вторых, это всё-таки психотравма, даже если женщина старается об том не думать, и это на всю жизнь! В третьих, маленькое существо, которое поселяется в теплом мамином животике всё прекрасно чувствует, даже если ему всего три-четыре недели от роду. Он представляет себе, как он появится на свет и как его будут любить, и как он вырастет и будет маме помогать и защищать её…. и вдруг врач берет скребок и превращает человечка в кусок мяса и выбрасывает его.  Представляешь, какая это трагедия. И ведь это самое настоящее убийство! Пусть и неосознанное. И это тоже – на всю жизнь.
            Вера смотрела на мать завороженно. Ей и в голову не приходило, что «простая хирургия» может иметь такую глубокую, почти философскую подоплёку. Многие подруги ходили на «это» легко и не задумывались о последствиях. Правда, в личной жизни почему-то случались сбои и драматические неудачи. Да у кого их нет?
          А ведь и правда, у Ольги нашли онкологию, и она долго лечилась, а у Тамары до сих пор нет детей, а ей уже сорок…. Неужели мама права? И всё это так серьезно?
          - То, что ты рассказываешь, ужасно! Но, наверное, так оно и есть. Ну что ж, оставляем! А если Кунгоро  будет спрашивать про глаза, скажем, что малыш пошел в дедушку.
            - Вот правильно! Тем более, мне Кику рассказывала, что в Японии принято усыновлять даже взрослых мужчин, если нет наследника. А тут, пожалуйста, готовый мальчик. И он может пожить с нами, а потом, когда  подрастет  поехать в Японию. И всем будет хорошо!
         - А если девочка?
         - Тоже неплохо! Девочка со светлыми волосами и голубыми глазами – копия ты! И вопросов не будет никаких! А в Японии они всеобщие любимицы, так что со всех сторон будет нам хорошо! Я успокоила тебя?
         - Разговор тяжелый, но, в общем, и вправду я успокоилась. Спасибо, мама. Давно мы с тобой так не разговаривали. Виноват мой характер, но я вижу, что ты меня любишь, поэтому не сердишься.
          - Да, моя девочка, мать есть мать, она всегда любит своего ребенка, даже если он слишком своенравный и портит некоторым жизнь.
Вера улыбнулась, Надя встала и обняла её. Потом налила чаю, и они, как в хороших книгах, где всё кончается хеппи-эндом,  сели  пить чай.
…………….

             …………Сергей доехал на такси до аэропорта, позвонил по телефону, который ему сбросил коллега. На экране появилось СМС –« 2-й вход слева, я вас встречу.». Через несколько минут Сергей подошел к стеклянной двери и тут же навстречу ему шагнул высокий мужчина в плаще. «Сергей? Будьте добры значок».
Это было ожидаемо, поэтому не вызвало никакого удивления. Сергей расстегнул куртку и отвернул лацкан пиджака, сверкнул значок, мужчина кивнул, и они пошли по летному полю к маленькому самолету, который уже выруливал по летной дорожке. Возле трапа мужчина пожал Сергею руку и пожелал хорошего полета и удачной посадки.
           В салоне не было никого, пилот тоже коротко кивнул, закрыл за собой дверь в кабину и тут же самолет резво покатил вперед, постепенно набирая высоту. Летчик разговаривал по микрофону с диспетчером, называл номер борта и высоту, слушал команды и отвечал коротко и спокойно. Ветра не было, поэтому никакой болтанки не предвиделось. Можно было бы и поспать часок, но как раз спать не хотелось.
            Расставание с Верой, такое спонтанное и резкое ему самому было неприятно. Но что делать? Сотрудник Центра сказал, что тот самый «журналист» пришел в себя после комы и понемножку начал рассказывать много интересного. Вся эта история со стороны казалась смешным фантастическим фарсом, если бы на этом не были завязаны какие-то тайные и важные эксперименты.
         Никто из сотрудников Сергея не знал точно, что это за кристалл, но тот человек, который то появлялся, то исчезал, наверняка знал достаточно, чтобы направить поиски по правильному пути. Однако ему пока нельзя было предъявить никаких обвинений, потому что подозрения одно, а улики – другое. А против него ничего серьезного не удалось «накопать», да и сам он еще был слишком слаб, чтобы раскрыть все подробности.
          И задача Сергея состояла в том, чтобы встретиться с «журналистом» и расспросить, что ему известно и какую роль играет он в этом странном деле. Почему решили послать  именно Сергея? Он единственный из всех сотрудников-аналитиков прошел в армии обучение специальному  гипнозу и мог за две секунды так очаровать человека специальными словами и движениями, что тот полностью подчинялся ему и мог рассказать даже то, о чем не знал никто и что сам  человек тщательно скрывал.
           Эта особенность уже несколько раз давала возможность аналитикам предупреждать разные преступления, в том числе и террористические. Однако иногда тайное становится явным, и эта сторона деятельности Сергея была замечена соответствующими службами противника, поэтому его редко теперь использовали в сложных делах.
         И вдруг этот звонок. Давай, парень, прилетай. Пока «журналист» еще жив, и постарайся выжать из него всё, что можно! Да, начальству всегда кажется, что работа у подчиненных легкая,  и  что справиться с ней может каждый дурак. Ну а если и не вернешься со «спецзадания»  что ж – и такое бывает. Как говорится, в бою потерь не считают, поэтому сам сто раз подумай, а потом уже делай!

         …. И как так получилось, что он студент хорошего университета, отслуживший армию, вдруг «распределился» не в какую-то дипломатическую организацию и не стал международником, а превратился  в «аналитика» в Экспертном Центре по  исследованию стран Азии. Еще студентом Сергей участвовал в составлении прогноза по политике и экономике двух азиатских стран на основе их открытых источников, то есть статей в газетах, передач по телевидению, встреч на уровне президентов и премьер-министров, дебатов в парламенте и в палате представителей.
          Его курсовые работы всегда отличал умный и глубокий подход к теме. Он не списывал готовые отчеты своих предшественников, как иногда делали «мажорные» студенты, которым нужны были  только престижные «корочки», а упорно сидел в библиотеке и перед телевизором, листал учебники и словари, и к пятому курсу был одним из самых перспективных выпускников университета.
Ему уже пророчили место пресс-атташе в посольстве в какой-нибудь азиатской столице, тем более, что он владел и китайским, и японским, и английским, и даже французским, и вдруг!
           Почти всегда жизненно-важные события происходят вдруг. И сейчас так было. Его пригласили в хороший ресторан и под грустную мелодию Мишеля Леграна предложили быть аналитиком в Экспертном центре, о котором он никогда и не слышал. Кто пригласил? И кто предложил? Сергей и сам не понял, но подумал, что здесь наверняка замешана служба, о которой или говорят неохотно и шепотом, или, наоборот, сваливают на неё все ужасы прежней истории.
         Как всегда вопросов не задают, но зато обещают очень даже приличную зарплату и возможность ездить по всему миру без проблем, а взамен просто быть аналитиком. Как в университете.
          Разве плохо? И потом… Вы будете служить Родине, а не какому-то начальнику. От вас будет зависеть будущее России. Вы ведь в армии служили? Приносили присягу, так что всё это для вас не ново. Соглашайтесь. И большая просьбы – не говорите никому о нашей беседе, даже жене. У нас слишком много поставлено на карту, чтобы рассказывать кому-то подробности, от которых будет зависеть успех всего дела. Мы ведь Родину защищаем!
          Никогда Сергей не задумывался над этими словами, а тут – пришлось. И он почувствовал себя Мужчиной. А это – всегда перевешивает любое карьерное устремление. Если, конечно, у человека есть совесть  и ответственность. А они у Сергея были.
         Так он и оказался в Центре. И пока что не жалел. Если не считать неудачи в семейной жизни и понимания того, что он себе не принадлежит. Но такова цена незаметного героизма. Это слово он произносил про себя с иронией, но… незримый фронт предполагает именно такой вид бесстрашия и служения стране.
           Сергей посмотрел еще раз в окно, но кроме россыпи огней внизу ничего особенного не увидел. Почему-то вдруг пришли на ум слова «С любимыми не расставайтесь». Перед глазами, как в кино, поплыли  картинки его прогулки с Верой по Невскому, её блестящие глаза, легкие руки, мягкие светлые волосы, тихий смех, её слёзы при расставании.
         Что случилось с ним, с серьезным человеком, который давно уже не верил ни в какую романтику и чудеса. Почему именно эта женщина так крепко привязала его к себе. И её неожиданная фраза, что ей нельзя теперь курить и пить алкоголь. Намёк? Или просто стечение обстоятельств. Интересная история. Готов ли он стать снова мужем, а может быть, и отцом? Или это просто его фантазии.
         Как там в этом стихотворении Кочеткова? Он запомнил его почти сразу, потому что оно поразило его своим трагизмом и пониманием настоящего смысла жизни.
— Как больно, милая, как странно,
Сроднясь в земле, сплетясь ветвями,-
Как больно, милая, как странно
Раздваиваться под пилой.
Не зарастет на сердце рана,
Прольется чистыми слезами,
Не зарастет на сердце рана —
Прольется пламенной смолой.
— Пока жива, с тобой я буду —
Душа и кровь нераздвоимы,-
Пока жива, с тобой я буду —
Любовь и смерть всегда вдвоем.
Ты понесешь с собой повсюду —
Ты понесешь с собой, любимый,-
Ты понесешь с собой повсюду
Родную землю, милый дом.
— Но если мне укрыться нечем
От жалости неисцелимой,
Но если мне укрыться нечем
От холода и темноты?
— За расставаньем будет встреча,
Не забывай меня, любимый,
За расставаньем будет встреча,
Вернемся оба — я и ты.
— Но если я безвестно кану —
Короткий свет луча дневного,-
Но если я безвестно кану
За звездный пояс, в млечный дым?
— Я за тебя молиться стану,
Чтоб не забыл пути земного,
Я за тебя молиться стану,
Чтоб ты вернулся невредим.
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он стал бездомным и смиренным,
Трясясь в прокуренном вагоне,
Он полуплакал, полуспал,
Когда состав на скользком склоне
Вдруг изогнулся страшным креном,
Когда состав на скользком склоне
От рельс колеса оторвал.
Нечеловеческая сила,
В одной давильне всех калеча,
Нечеловеческая сила
Земное сбросила с земли.
И никого не защитила
Вдали обещанная встреча,
И никого не защитила
Рука, зовущая вдали.
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
Всей кровью прорастайте в них,-
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
Когда уходите на миг!

           …Да, они простились слишком быстро, а ведь никто не знает, вернется ли он на самом деле. Ситуация не просчитывается, как это обычно бывает, потому что она сама по себе непонятна. Однако, в этой профессии нет понятия  «страх неудачи». Отрицательный результат тоже имеет положительную сторону: значит надо идти другим путем, только и всего! Так что будем надеяться, что мы найдем выход из положения и окажемся в выигрыше!
Он закрыл глаза и попытался отключиться… и не увидел, что самолет неожиданно стал крениться на левое крыло, потом  как-то странно задрожал, а в следующую минуту резко пошел вниз….На часах было ровно десять…

Продолжение: http://www.proza.ru/2018/04/15/729


Рецензии
Галина! Растягиваю удовольствие. Опять опасная интрига,
хочется все бросить и читать дальше, но я вытерплю до
завтра. Мне приходилось в полёте однажды испытать стресс,
и хорошо, что всё закончилось благополучно.
Доброй ночи,
Таня.
СПАСИБО за роман!

Пыжьянова Татьяна   07.06.2018 22:14     Заявить о нарушении
Танюша, я вижу, ты увлеклась... а для автора что может быть слаще такого увлечения? Обнимаю сердечно и желаю приятных эмоций.

Галина Кириллова   08.06.2018 08:35   Заявить о нарушении
На это произведение написано 10 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.