Куда идёт караван. Часть первая

Сергей Корольчук
Это случилось тогда, когда я работал на одного серьезного человека, Босса. Босс был настолько серьёзным, что его знали и c ним считались все: от пингвинов до белых медведей. Но в тот период у него были проблемы по обе стороны океана, c ним был весь мир в разладе: и пингвины, и белые медведи; и он решил отсидеться, переждать недельку-другую, пока буря уляжется. В те времена, если кому-нибудь нужно было отсидеться, он направлялся в одну арабскую рыбацкую деревню, потому что там не работала мобильная связь, не было банкоматов, не было видео наблюдения,  интернет не работал, и человека трудно было отследить.  И мы находились под защитой Али.
 
Я сказал, арабскую, но это могла быть и совсем не арабская деревня, гриф секретности с неё ещё не снят. Хотя в известных кругах все, кому надо, о ней знают. Поэтому я не могу быть с вами откровенен. Я имею в виду, до конца откровенен. И, тем не менее, попытаюсь вам её описать.

У самого моря находилось несколько небольших домиков, бунгало по-нашему, построенных для тех, кому нужно было отсидеться. Мы занимали один из них. Остальные пустовали, кроме самого крайнего. В нём жили какие-то ученые. Трудно сказать, сколько их там было, иногда их было двое, иногда трое, а иногда и все пятеро выходили погреться на солнце. Они занимались изучением моря, все об этом знали, но никто не видел, чтобы они этим занимались. У них ещё были рыбацкие сети, заброшенные в море у самого берега, и в этих сетях всегда была рыба. Но её почему-то никто не вытаскивал.

Немного поодаль находилась рыбацкая деревушка, я говорю поодаль, но на самом деле, всё было очень рядом. В ней жили рыбаки. Их все называли рыбаками, но никто и никогда не видел, чтобы они ловили рыбу. Нет, они, конечно, утром уходили в море на своих лодках, а к вечеру возвращались. А иногда уходили вечером, а возвращались утром.  А что они делали в море? Может действительно ловили рыбу, а может быть играли в кости. Рыбаки любят поиграть в кости.

В деревушке был вождь. Или король, кто-то очень важный. И он следил за порядком. Потому что порядок - это такая штука, что если за ним не следить, то больше вы его можете не увидеть. Никто не видел, чтобы он ходил по земле своими ногами. Его всегда носили на носилках четверо крепких обнаженных до пояса зулусов. И у зулусов были такие суровые лица, что никто и никогда не осмеливался короля ослушаться. Зулусы, если кого-то рады видеть, говорят: "Я вижу тебя...". Но никто никогда не слышал, чтобы наши зулусы так говорили. Хотя сам король быль добрейшим человеком. К нам он относился с уважением, и мы к нему с уважением.
 
Был там ещё китаец  Ли. Это был невысокий человек с круглым лицом, квадратным туловищем и лысой головой. Небольшое количество волос сохранилось у него на затылке, и он заплетал их в короткую косичку. Это был не современный китаец, такие китайцы водились сто или даже двести лет назад, казалось, что он попал в эту деревушку в те давние времена и так там и остался. И он всё время попадал в какие-то переделки, и король всё время призывал его к порядку.

Сразу за деревушкой в небольшом рыбацком домике с плоской крышей жил кто-то ещё, кто непонятно, а спрашивать там было не принято. Но не рыбаки, это точно. Какие-то серьезные люди. Двое или трое. Занимались ли они серьёзными делами, никто не знал. Серьёзными делами можно заниматься незаметно.

Да, чуть не забыл. Был ещё бар. Хозяина бара звали Али, у Али все питались, то есть питались, те у кого дома не было хозяйки, и кому некому было приготовить обед. Али принадлежали все домики. Али был человеком средних лет, высоким и степенным. Али знал всё, но он умел молчать. У него работали три человека. Один из них занимался выпечкой, он все время лепил что-то их теста, какие-то маленькие изделия и чем-то эти маленькие изделия всё время украшал. Второй варил кофе, кофе по-турецки. Он так ловко орудовал медной туркой в горячем турецком песке, что ему не было равных даже в Турции. Третий протирал бокалы и обслуживал клиентов. Наверное, на Али работал кто-то еще, но мы об этом не знали. Али всегда стоял у входа и бесстрастно наблюдал за происходящим. Он всегда общался с клиентами, при этом он всегда произносил одну лишь фразу. Но какая это была фраза. Я думаю, что когда я уйду в отставку, я вернусь в рыбацкую деревушку и буду записывать фразы Али, а потом издам их, прославлюсь и возможно попаду в книгу Гиннеса.

Моего босса, как вы помните, звали Босс, меня зовут Алекс, но это моё ненастоящее имя, и был ещё Петруччо. Но это тоже его ненастоящее имя. Петруччо, мне кажется, из Шекспира, но я не уверен, Шекспира я не читал. Да, и мы не бандиты. Мы немножко политики. Хотя, кто сможет провести грань между политикой, бизнесом и … криминалом. Поверьте мне, я эту грань переходил не раз. Там нет контрольно - пропускных пунктов и паспорта не там проверяют.

Среди политиков могут быть честные люди. Это допустимо. Честные, но не наивные.  Ты можешь быть честным, но не пытайся изменить мир. Мой Босс попытался, теперь весь мир ополчился против него. Даже пингвины, хотя кажется, им то какое дело.
Вот и все, кто там на тот момент находился. То есть все, кому там было положено находиться. А если появлялся кто-то ещё, значит, это был посторонний кто-то ещё, и ему там находиться было не положено. И появился он там с какой-то целью. Возможно нехорошей. Поэтому появление посторонних всегда настораживало и заставляло всех держать ухо в остро.


 Продолжение следует http://www.proza.ru/2020/03/02/1692