Итак, я отвлекся. Многие тогда, считали военпредов бездарями и бездельниками, зря жующими свой хлеб. Знаменитая армейская прибаутка - «У военных три счастливых периода в жизни - детство, кадетство и военпредство». Пословица, не лишенная смысла. Грешен, сам так считал. Но это, господа, весьма, одностороннее мнение.
И пришло время сказать мне свое, слово о настоящих военпредах и настоящем военпредстве. Так, как знаю это я.
В те достославные времена, в Военные представительства, рекрутировали офицеров с богатым опытом корабельной службы и строго по военно-учетным специальностям. Без всяких «или» и «запятых». Здесь, лейтенанты и командиры групп - не в счет. Обычно, должности младших военпредов или помощников ведущих инженеров - испытателей заполнялись бывшими командирами дивизионов, а то и боевых частей кораблей. Но мы, командиры трюмных групп, имели специализацию – «военный кораблестроитель». А кораблестроители нужны всегда, нужны везде, и чем моложе (в пределах разумного, конечно), тем лучше.
Почему? Отвечаю. В восьмидесятых годах, на всех верфях Советского Союза резко возросло количество кораблей, находящихся в производстве. Новые корабли, корабли модернизации и переоборудования, корабли ремонта. Одних только атомных подводных ракетоносцев на стапелях СМП стояло шестнадцать штук: «БДРМы», «Акулы», «Антеи». В корпусо-сборочном производстве, помимо перечисленных, «собирали, крутили, варили» блок - секции и конструкции новых, доселе не виданных, кораблей - «Барс» и «Афалина», «Кедр» и «Меркурий». У причальных стенок - своя песня: модернизация ракетоносцев проектов 667 БД и БДР.
Через «речку», на СРЗ «Звездочка», планово ремонтировались ракетный подводный флот первого и второго поколений, переоборудововались лодки – 667АН и АТ. И это только в Северодвинске. А возьмите Питер, Горький, Комсомольск на Амуре и так далее по списку. И это только подводный флот. А какую силищу представлял собой надводный флот? Громада!
И всю эту армаду контролировал, проверял и принимал военпред.
Каждый сварной шов на стальном полотне корпуса, каждая вварка или приварка деталей, весь объем работ, касающихся прочного корпуса, прочных переборок и цистерн, вварышей, комингсов, ракетных шахт, «стаканов» и «стульев» и далее по «Ведомости насыщения прочного корпуса…» - все они подвергались сплошному контролю производственными и контрольными мастерами ОТК, мастерами неразрушающих методов контроля: гамма – графирования и ультрозвукововой дефектоскопии, лабораторным проверкам и анализам и в завершении гидравлические испытания полностью изготовленных прочных корпусов на предельное гидростатическое давление. И всю эту цепь проверок завершала - приемка военпреда – кораблестроителя. Продолжительностью где час, где два где сутки и недели. Я уж не говорю про пооперационные приемки на железе.
Военпред - корабел нес всю полноту ответственности за эти приемки. Его подпись была последней. А главным экзаменатором для него были море да совесть его моряцкая.
---------------------------------------------
А вот и оно, Его Величество, Море. Ходовые испытания. Военпреды - в составе сдаточной команды. На первом погружении в пучину корабел - в центральном посту. Это его день.
Сегодня, его корпус в первый раз полностью уйдет под воду, в тиски нешуточного давления. Погрузится на глубину, где вода будет искать малейшую трещинку, свищ, червоточинку, чтоб смертоносным вихрем ворваться внутрь подводной лодки, чем подтвердить, что море – это стихия, далеко недружественная человеку.
«Я знаю, что опять без приглашения, Ваше Величество, но я здесь не для игры в «кошки – мышки» и не для доказательства того, кто изворотливей и хитрее, мы сейчас погрузимся, проверимся, всплывем и уйдем, прими нас и отпусти, Ваше Величество, - обыденно подумал военпред.
- Смотри, «слово вяжет». Ты уверен?
Военпред потер пальцами по ладони, будто стирая с них железные иголки - опилки.
- Уверен, - уверенно ответил он.
Сдаточный капитан ищет глазами один единственный взгляд, который поддержит или отклонит его решение. Глаза встречаются. Взгляд уверен и спокоен.
- По местам стоять к погружению! - ровным голосом командует командир.
Качнувшись, на пределе чувства, чуть ощутимым сдвигом, палуба уходит из - под ног. От напряжения стальной набор корпуса щелкает, скрипит и утробно вздыхает, будто расправляет железную шкуру.
Учащенно бьется сердце, но не от страха, а от волнения, все-таки первое погружение. За годы строительства корабел и лодка сроднились. Их души проросли друг в друга. Построенная тобой лодка – твой ребенок. Когда волнуется лодка, волнуешься и ты.
Слушая, как потрескивают конструкции корпуса, он мысленно возвращался в цех, где он сотоварищи пропустил через свои руки каждый квадратный сантиметр прочного корпуса. Габариты, наплывы, чешуйчатости, ферриты - аустениты и прочее, прочее, прочее.
- Пять метров, десять метров, пятнадцать метров.
- Держать глубину двадцать метров.
- Есть, держать глубину двадцать метров.
- Товарищ командир, глубина, двадцать метров.
- Есть. Осмотреться в отсеках.
………………………………………………………………………………
- Центральный! Первый осмотрен, замечаний нет.
-Третий отсек осмотрен, замечаний нет.
- Второй?
- Второй осмотрен. Замечаний нет!
………………………………………………………………………………
А сколько по указанию военпреда было «распущено» швов? Сколько дефектных участков было «выстрогано», исправлено и заварено вновь, а после подвергнуто повторному циклу проверок? Достаточно.
Судя по итогам, все было сделано правильно
………………………………………………………………………………
- Боцман! Всплывай!
- Есть!
- Приготовиться к продуванию «средней».
- Есть. БП -25, открыть кингстоны цистерн номер….
- Кингстоны цистерн открыты.
- Есть. БП-35?! Спишь?
- Кингстоны ЦГБ открыты! - гаркнул молодой лейтенант, мигнув кнопкой «закрытого положения арматуры».
- Акустик. Горизонт чист.
- Есть.
Командир «крутанулся» вместе с новым, еще тугим перископом:
«Есть, Товсь».
- Продуть среднюю
(Если кто-то хочет получить гамму звукового вдохновения, прослушайте знаменитый саундтрек фильма Стенли Кубрика «Космическая одиссея 2001 года». Там есть все: и движение под водой и позывы к всплытию, «команды» и само всплытие. Прочувствуйте взрыв эмоций. Это того стоит).
………………………………………………………………………………
Лодка возбужденно качнулась на волне. Всплыли. Команда: «Открыть верхний рубочный люк!». Свежий морской воздух врывается в чрево корабля, и пару сотен ртов с облегченьем вдыхают солоноватый, с вкусом озона, насыщенный воздух.
Всё. «Сделано». Это означает, что брака в его работе не было. Военпред внутренне рад, но невозмутим.
После удачного погружения все обнимаются, поздравляются: командиры, конструктора, проектанты, штабные (те, особые «герои»). Громкие возгласы, типа: «Мы сделали это! Мы – молодцы! Мы - лучшие! Конструллер! Молодца! Хорошо сконструировал! Строитель! Молоток! Крепко построил!». Редко, кто вспоминает о герое дня, военпреде – корабеле. Подавляющее большинство военных и штатских, мало вникают в область компетенции военпреда, а посему не представляют степень его знАчимости. Ему нет надобности выпячивать свое «я». Находясь как бы в тени, он больше наблюдает, оценивает, фиксирует, своим видом дисциплинируя некоторых наиболее рьяных флотоводцев и заводчан. Опытные сдатчики никогда не преминут акцентировать внимание счастливых мореходов на персоне военпреда. Потому что знают - случись на испытаниях какая-нибудь «бяка» - мнение и вердикт военпреда перевесит мнение многих искромётных моряков.
Военпред покидает центральный пост и спускается вниз. В каюту. Не торопясь и основательно, одевается по - теплее. Ведь, даже, летом Белое море - холодное море, в ограждении прочной рубки хозяйничают пронзительные, как клинки, холодные сквозняки, а стылое железо буквально высасывает тепло через тонкую подошву тапочек. Поэтому опытные подводники, перед выходом «нАверх», покурить, одевают ватник, шапку, да на ноги - ботинки, а неопытные - в тридцать лет уже страдают радикулитом да синуситом.
В коридоре, на второй палубе слышно, как в ЦП о чем-то горячо и зло спорят. Особенно выделяется бас строителя по спецтехнике.
«Ох, уж мне эти спорщики», - подумалось военпреду, и он вспомнил свои баталии.
Сколько уговоров, окриков и угроз, апелляций к здравому смыслу, к опыту, мнению, к руководству, срокам, к Господу Богу. А сколько обвинений в дилетантстве, барстве и зазнайстве, поверхностности, глупости, выдвигалось против военпреда за период строительства?
И всё это надо было выслушать, сдержаться, отбить и мотивированно настоять на своем. Каждое замечание или претензию к качеству продукции надо аргументировать, изложить на основании стандартов, технических требований, и доказать свою правоту. Это хорошо если дефект на поверхности. А если он – «на грани фола». И сходятся в громогласном турнире: горлохваты - вертопрахи, грамотные специалисты, опытные ветераны или просто, нахалы - проходимцы. И надо устоять, и выдержать напор контраргументов: от великолепных знаний и остроумных интерпретаций до умения толковать документы в свою сторону, от простых провокаций до изощренных издевательств. Надо выстоять. С карандашом в руках и расчетами «наперевес» надо отстоять свои позиции. Не только грамотно ответить, но и точно сформулировать и правильно записать. И не забыть в пылу «баталий», что перед тобой не враги, а соратники, такие же как ты –демиурги.
Сказать: «Я не принимаю ЭТО!» и ответить на законное «Почему?» - «Не принимаю и все!» или «Это ваши проблемы!» - значит, ничего не сказать и не сделать. И потерять свое лицо.
Производство жестоко к неграмотным специалистам, безжалостно к хамству недоучек. Лучше взять тайм-аут, посоветоваться со старшими товарищами. Но не позорить «контору». И, неважно, струсил ты или схитрил.
Мало того, в «конторе» тебя поджидают твои начальники, которым уже позвонили начальники бракоделов и, конечно, обрисовали картину в свою пользу. «Мол, мы всей душой за качество, за сроки, готовы устранять, пахать да во вторую, да в третью смену, а он черствый, молодой, (кстати, недалекий), ленивый барчук формально придрался, и не хочет войти в положение орденоносного коллектива! Вспомни, Иван Лукич, как мы в молодости живота своего не жалели» и так далее. И уже ты оправдываешься, сбиваясь от волнения и несправедливости наветов, объясняешься со своим руководством. И как награждение орденом – командирское мнение: «Все правильно. Ваше решение подтверждаю. Идите, товарищ…».
Военпред поднялся в центральный пост. Там, контр-адмирал, командир 339 бригады, (еще тот матерый подводник) «сцепился» со строителем. Заметив корабела, комбриг позвал его к себе: «Вот, военпред, он знает, он тебе докажет». Военпред шагнул к спорщикам, и в центральном посту наступила тишина.
__________________________________________________________
* - Должности 1059 Ордена Красной звезды Военного представительства МО СССР образца до 1989 г.: младший военпред, военпред, руководитель группы, заместитель старшего военпреда, старший военпред – начальник Военного представительства. Так же, над нами и еще за пятью Военными представительствами северного региона надзирал Уполномоченный Главного управления кораблестроения ВМФ СССР. Первые две должности имели категорию – капитан 3 ранга, следующие две – капитан 2 ранга, последние две – капитан 1 ранга.
Фото из Интернета