Предыдущая глава здесь: http://proza.ru/2021/03/28/480
9
Нечто вроде эпилога
Вот и всё. Перед отлётом из России господин Кляйн полностью, насколько это возможно, «распатронил» свою шапку, но ничего таинственного в ней так и не нашёл. На родине он сразу же сдал проклятый подарок властям. Но и те, как ни старались, не могли разгадать русского фокуса. Шапку просвечивали какими-то секретными лучами, травили уксусом и ещё чем-то ядовитым в надежде отыскать тайные знаки. В результате она частично облысела и покрылась подозрительными зелёно-лишайными пятнами, но секреты свои так и не выдала.
Господин Кляйн понемножку отошёл от случившегося с ним в Совдепии и уже не вскрикивал ночами, пугая супругу: «Аллес гут!» Он даже полюбил время от времени рассказывать друзьям о своих приключениях у коммунистов. Рассказ бывал наполнен тонкой самоиронией и мудрой снисходительностью к этим неразумным «иванам», которых ему не составило труда обвести вокруг пальца и избежать «гулага».
- Представляете, у них все стены «гулага» исписаны странной надписью: «Убахоб*- казёл». Ну, со временем я разобрался, что невинное название этого несчастного животного с сознательной ошибкой: «а» вместо «о» сразу делает его смертельно обидным оскорблением. А вот кто такой этот «Убахоб» - не знаю до сих пор. Может быть начальник того самого «гулага»?
Впечатлительные дамы сразу же бросались в вопросы:
- Как, вы были в этих ужасных застенках?
Господин Кляйн, как настоящий мужчина, умеющий пренебречь в нужную минуту собственной безопасностью, но не считающий допустимым бравировать этим, предпочитал не отвечать. Он только грустно улыбался своей мужественной улыбкой, заставляя дамские сердца замирать от страха.
Не отвечал он и на логично следовавший за этим вопрос:
- Господи, как же долго вам пришлось страдать?
Та же печальная улыбка только и была ответом. Дело в том, что со временем господину Кляйну и самому стало немножко казаться, что он и действительно провёл некоторое время в этом страшном «гулаге», и что это его рука гневно чертила на стене незабвенную надпись про страшного «Убахоба».
______________
* Убахоб. - Если вы ещё не догадались, прочитайте фамилию «UBAHOB» на латинский манер.
***
В отличие от героического немца дежурный Воронин никаких дивидендов от этой истории не получил. Наоборот, он ещё долго вздрагивал, когда в отделение прибывало вышестоящее начальство. Ему всё казалось, что вот-вот начальство проницательно посмотрит в его глаза и спросит ехидно:
- Так где же твой служебно-розыскной медведь, товарищ старший лейтенант?
А ведь он-то здесь совершенно никаким боком, ни-ни!
Душевное спокойствие в конце концов ему принёс тот, кто его и нарушил – всё тот же Иванов, задав как-то дежурному простой вопрос:
- Толян, а ты бы поверил в эту галиматью?
Дежурный решительно отмежевался.
- И никто не поверит! – успокоил его Иванов.
И на душе у Воронина стало полегче. Да Иванов и ещё спокойствия добавил. Он дружески приобнял сотоварища и душевно спросил:
- Вот ты думаешь, нашему начальству нужна эта заморока с ограблением иностранца? Пусть даже этот грабёж и раскрыт по горячим следам?
И сам же ответил:
- Да ни в жисть!
И то верно, успокоенно согласился с ним Воронин.
***
Больше всего досталось «на орехи» в этой в общем-то немудрёной истории Юрке Корецкому. Свирепый отчим оттрепал его за все неуды в дневнике и неудачи с добычей шапок. Юрка сидел в туалете и хлюпал носом, совершенно не зная, что всего через несколько дней шапкой, которую он так необдуманно сорвал с головы какого-то толстяка, будут на полном серьёзе заниматься важные дядьки из далёкой страны, отставив в сторону все свои дела.
***
Прочитав этот рассказ, вы, дорогие читатели, может быть, заподозрите автора в очернительстве и заявите, что по понедельникам советские люди пить в те годы не начинали, даже в милиции. Я не стану спорить и даже поддержу вас в своем негодовании. Но!
Вы помните дату, когда произошла эта занятная история? Двадцатого декабря. А теперь посмотрите на календарь, ну, или в Википедию хотя бы. Двадцатого декабря – День чекиста. Разве могли участники таинственной сходки пройти мимо этой даты, не замочив горла? Да ни в какую! И хотя, если по-честному, это не совсем их, а если быть точным, совсем не их праздник, как же, скажите мне, пожалуйста, не поднять бокалы за «содружество родов войск»?
Предвижу и ещё один упрёк. Так не бывает, скажете вы. А я вам сошлюсь тогда на незыблемый авторитет Марка Твена, утверждавшего, что жизнь порой удивительней вымысла. Тем более, что седовласый подполковник в отставке Николай Иванович Иванов после прочтения этого рассказа и моего вопроса, можно ли в этой истории оставить его настоящее имя, решительно и бесповоротно заявил:
- Валяй!
Имеется у меня и ещё один ма-а-ленький козырь. Я сам и есть очевидец этой забавной истории. Помните незаметного участкового, дежурившего в ПМГ? Так вот, это я и есть! И я вам со всей ответственностью заявляю: всё это – было, и любые совпадения – не случайны. А уж кто как запомнил, это его личное дело. И поэтому остаётся сказать только словами бывшего опера Баринова:
- Аллес гут!
Ну, и всё остальное…