* Сказки-Пересказки «ZirkaBaby»
* http://proza.ru/2017/09/24/765
Хитрая лягушка и тщеславная цапля (детская сказка)
В одном зелёном-презелёном пруду жила-была лягушка — озорная, весёлая и на редкость находчивая. Каждое утро она выпрыгивала на берег, грелась на солнышке и напевала:
Ква;ква;ква, день хорош,
Ква;ква;ква, мир пригож!
Но однажды на берегу появилась цапля — высокая, важная, с длинным клювом и горделивой походкой. Заметила она лягушку и прищурилась: «Вот бы к обеду!»
Первая встреча
Лягушка, хоть и испугалась, но не растерялась. Отвесила глубокий поклон и защебетала:
— О, какое чудесное утро, сударыня! Как ярко светит солнышко, как ласково шепчет ветерок!
— Гм;гм, — кивнула цапля, поточив клюв о песок.
— А облака;то, облака! Словно пушистые кораблики плывут… — продолжала лягушка, кося глазом на воду. — Жаль только, что мне некогда любоваться этой красотой!
Не успела цапля и клюв раскрыть, как лягушка — прыг! — и уже на дне пруда, сжалась в комочек.
«Хорошо тому, кто привык смолоду не лазить в карман за словом!» — подумала она с улыбкой.
Вторая встреча
В полдень лягушка снова вышла на берег — с зонтиком от солнца, важная, как барышня. Гуляла, перебирая лапками, и вдруг — шелест крыльев! Цапля!
Лягушка опять поклонилась ниже прежнего:
— Ах, сударыня, как припекает солнышко! Хоть бы чуточку прохлады, хоть бы дождичка…
— Гм;гм, — согласилась цапля, но глаз её уже блестел недобрым огоньком.
— В такую жару лучше сидеть в тени, — вздохнула лягушка и, собрав все силы, двумя прыжками добралась до воды, а третьим — бултых! — на дно.
Там, под водой, она снова подумала: «Хорошо тому, кто привык смолоду не лазить в карман за словом!»
Третья встреча
К вечеру лягушка осмелела. Надела нарядное платье (ведь у лягушек тоже бывают платья — из тонких водорослей!) и вышла прогуляться.
Но не тут;то было! Цапля подлетела незаметно и опустилась прямо рядом.
Лягушка набралась храбрости, поклонилась так низко, что носом в песок уткнулась, и сказала:
— Привет вам, сударыня! Какой чудесный день, как хорошо, что он закончился… Теперь можно и спать идти.
— Спать ты, сударынька, не пойдёшь, — строго ответила цапля. — Я тебя своим деткам отнесу!
Схватила лягушку клювом и взмыла в небо — выше елей, выше облаков!
Последняя хитрость
Лягушка поняла: дело плохо. Но и тут не сдалась! Начала сладко ворковать:
— Золотая ты моя птица! Я так мечтала попасть к тебе в гости, увидеть твоих чудных деток! А твой клюв — словно у горного орла! Перья — как у павы! Глазки — бархатные, как у горлицы! А голос… Говорят, даже соловей тебе завидует!
Цапля так и расцвела от похвалы:
— Это мо;о;ожно! Это мо;о;ожно! — разинула клюв и закричала во всю мощь: «Кур;рук! Кур;рук!»
А лягушка — кувырком вниз! Шлёп! — и уже в ручье, на дне, съёжилась от страха.
«Ой, как хорошо, что я не растерялась! — подумала она. — Хорошо тому, кто привык смолоду не лазить в карман за словом!»
Чем всё закончилось
Цапля вернулась домой, нацепила очки и решила: «Надо и мне научиться хитрости!» И до сих пор учится — где только может.
А лягушка по;прежнему гуляет по берегу, поёт свои песенки и знает: смекалка и вежливость спасают лучше любой силы.
Конец.
Мораль:
Даже маленький может перехитрить большого, если не теряет присутствия духа.
Лесть — опасное оружие, но иногда спасает жизнь.
Вежливость и находчивость — лучшие друзья в трудной ситуации.
ALEX ZIRK
______________________________________________
P.S.:
Под впечатлением сказки Якобсона "ХИТРАЯ ЛЯГУШКА И ТЩЕСЛАВНАЯ ЦАПЛЯ"
Якобсон, Аугуст Михкелевич (1904-1963) - эстонский советский писатель http://proza.ru/2021/10/22/1747
Сказки народов мира.
Эстонские сказки http://proza.ru/2021/10/22/1745
ХИТРАЯ ЛЯГУШКА И ТЩЕСЛАВНАЯ ЦАПЛЯ
В ранний утренний час лягушка вышла погулять на берег пруда и попалась на глаза цапле. Лягушка отвесила глубокий поклон, скосила глаза на воду и, поздоровавшись, сказала:
— Прекрасное утро, сударыня, на редкость прекрасное утро.
— Гм-гм, — кивнула головой цапля и поточила клюв о песок.
— Как светит солнышко! Как плывёт облачко! Какой веет ветерок! — воскликнула лягушка.
— Гм-гм, — снова кивнула головой цапля и уже приготовилась напасть на лягушку.
— Да… Жаль только, что мне некогда любоваться в твоём обществе этой красотой и этим великолепием! — вздохнула лягушка и, прыгнув в воду, тотчас опустилась на дно. Опустилась на дно, сжалась там в комочек и подумала: «Хорошо всё же тому, кто привык смолоду не лазить в карман за словом».
В полдень лягушка, держа над головой зонтик, снова вышла погулять на берег пруда — она была уверена, что прожорливый враг уже давно ушёл своей дорогой. Гуляла-гуляла, кокетливо перебирая лапками, вдруг в воздухе послышался громкий шелест, она оглянулась и даже вспотела от страха: из леса торопливо летела цапля. Приблизившись, она опустилась на землю почти рядом с лягушкой.
Лягушка отвесила ещё более глубокий поклон и, увидав, что расстояние до пруда немалое, поздоровалась и сказала:
— Солнышко стало припекать, сударыня, ой-ой, солнышко стало припекать!
— Гм-гм, — кивнула в знак согласия цапля.
— Хоть бы немножко прохлады! Хоть бы чуточку дождичка… — сказала лягушка.
— Гм-гм, — снова ответила цапля и, лукаво скосив глаза, начала приближаться к лягушке.
— Ох, боже мой! В такую жару нашему брату лучше не покидать тени! — вздохнула лягушка и, собрав все свои силёнки, двумя длинными прыжками скакнула к берегу, а третьим — в воду, прямо на дно. Бултыхнулась на дно, сжалась там в комочек и подумала: «Хорошо тому, кто привык смолоду не лазить в карман за словом».
На этот раз лягушка просидела в пруду до позднего вечера — лишь время от времени высовывалась из воды глотнуть свежего воздуха, не смела даже оглядеться как следует. Лишь перед заходом солнца одела она длинное платье и снова вышла пройтись по берегу пруда — она была уверена, что злой птицы поблизости нет.
Разгуливала лягушка долго, совсем уже осмелев, и сама смеялась над своими былыми страхами. Гуляла-гуляла и вдруг услышала в воздухе сильный шелест. Улизнуть было уже невозможно: цапля опустилась как раз рядом с ней.
Лягушка ещё раз набралась храбрости, отвесила такой низкий поклон, что ткнулась носом в песок, и сказала почтительно:
— Привет вам, сударыня. Вот и этот день миновал спокойно и счастливо. Кончился денёк, наступает вечерок. Ничего больше не остаётся, как идти спать.
— Спать ты, сударынька, не пойдёшь, я тебя своим деткам отнесу, — строго сказала цапля.
Сказав это, она сцапала клювом лягушку и взлетела высоко-высоко, выше самых высоких елей.
Бедная лягушка была ни жива, ни мертва, она ясно понимала: близился конец, наступал её последний часочек. И в этом отчаянном положении она ещё раз прибегла к хитрости, промолвив медовым голосом:
— Золотая ты моя птица, я бы ни в жизнь не поверила, что мои мечты и надежды так скоро сбудутся. Я уж давно только о том и мечтаю, как бы к тебе в гости попасть, как бы твоих чудных деток повидать. Смотрела я на тебя ранним утром и удивлялась: какой клюв — словно у горного орла! Какие перья — словно у павы! Какие бархатные глазки — словно у горлицы… Если бы мне давеча не было так жарко и душно, я бы сама тебя попросила, сударыня, взять меня с собой. Если б мне ещё довелось услышать твой божественный голос, которому, как говорят, завидует даже великий музыкант — соловей…
— Это мо-о-ожно! Это мо-о-ожно! — воскликнула цапля, которой лесть пришлась по душе, и, разинув клюв до отказа, крикнула во всю мочь: «Кур-рук! Кур-рук!»
Но хитрая квакушка уже не слышала этого пения. Она кубарем полетела вниз, шлёпнулась в ручей и сразу бросилась на дно. Бросилась на дно, съёжилась там вся и вспотела от пережитого страха. Вспотела и подумала: «Хорошо, в самом деле, тому, кто привык смолоду не лазить в карман за словом! Ой, как хорошо! Ой, как хорошо!»
А цапля прилетела домой, нацепила на клюв очки и тоже принялась учиться хитрости да уму-разуму. И поныне ещё этому учится, где только может.