Как Мышка Шустрик и Воробей Звонко урожай делили
В старом доме на краю деревни жила мышка по имени Шустрик. Она была шустрая, аккуратная, всё в чуланчике раскладывала по полочкам, но вот беда — воздух там стоял затхлый, пыльный, и Шустрик всё чаще вздыхала: «Эх, бы мне ветра глоток да неба кусочек!»
А рядом, на коньке крыши, жил воробей по имени Звонко — весёлый, голосистый, вечно что-то высматривал, что-то напевал. Они с Шустрик давно дружили: она ему крошки из чулана приносила, он ей новости с полей рассказывал.
Однажды Шустрик прибежала к Звонко и сказала:
— Друг мой, не могу я больше в чулане сидеть. Воздух там тяжёлый, сердце от него грустит. Скажи, какую работу мне найти, чтобы и польза была, и чтобы на свежем воздухе всё время быть?
Звонко взмахнул крыльями, подумал и воскликнул:
— Давай станем пахарями! Будем землю пахать, овёс сеять, урожай собирать. И ты на воздухе будешь, и дело у нас общее.
— Давай! — обрадовалась Шустрик. — Только ты показывай, а я стараться буду.
И принялись они за дело. Звонко летал над полем, высматривал, где земля мягче, а Шустрик, хоть и маленькая, но упорная, копала, рыхлила, старалась изо всех сил. Вместе посеяли овёс — зёрнышко к зёрнышку, аккуратно. И вырос овёс на славу: стебли высокие, тяжёлые, шелестят, будто шепчут: «Урожай будет добрый!»
Когда пришло время, Шустрик косила стебли крошечными зубками — старалась, чтобы ни одно зёрнышко не пропало. А Звонко, хоть и устал, но честно обмолотил каждый колосок — стучал клювом, выбивал зерно, пока все зёрна не оказались на земле.
Сложили они урожай в кучу — жёлтую, душистую, такую большую, что в чулане у Шустрик места не хватило бы, да и на крыше у Звонко тоже.
— Теперь надо поделить поровну, — сказала Шустрик. — Чтобы никому обидно не было.
Села она считать зёрна — аккуратно, по одному. А Звонко встал рядом, чтобы всё было честно. Долго считали, старательно, и наконец получилось: у каждого — целая горка. Только одно зёрнышко осталось. Лишнее. Без пары.
Шустрик посмотрела на него, вздохнула и сказала:
— Ладно, это зерно я себе возьму. Ведь это я косила, силы тратила.
— Как так? — возмутился Звонко. — А я молотил! У меня клюв до сих пор ноет, косточки устали. Это зерно моё — я следил, чтобы ты считала честно!
— Но я же делила! — не сдавалась Шустрик.
— А я помогал! — настаивал Звонко.
Так и спорили они семь дней и семь ночей: то Шустрик кричала, что без неё урожая бы не было, то Звонко доказывал, что без него зерно бы так и осталось в колосках. Никак не могли договориться.
Наконец Шустрик сказала:
— Надо судью позвать. Пусть рассудит.
— Пусть будет так, — согласился Звонко. — Но пусть судья будет справедливый.
Пошли они к Медведю Борисычу — он в лесу жил, важный, спокойный, все его уважали. Рассказали всё как есть: и как пахали, и как сеяли, и как урожай собирали, и про то, как одно зёрнышко лишним оказалось.
Борисыч выслушал, почесал бок, посидел, подумал. Потом сказал:
— Так. Лишнее зерно — разломите пополам. Пусть у каждого будет половинка. А весь остальной урожай — сложите в мою тележку. Я его возьму — за то, что слушал вас, думал, судил.
Шустрик и Звонко переглянулись. Спорить не стали — Борисыч был строгий, но справедливый. Разломили они то самое зёрнышко — каждому по половинке. А весь урожай сложили в тележку медведю.
Хоть и остались без запасов, но зато поняли главное: когда работаешь вместе, делить надо не только урожай, но и усталость, и старание, и даже последнее зёрнышко.
С тех пор Шустрик больше не искала работу, чтобы «на воздухе быть». Она поняла: воздух — он везде, а вот дружба — она только там, где честно делят и труд, и споры, и даже крошечное зёрнышко.
Иногда, когда Шустрик выбегает во двор, а Звонко садится на забор, они смеются и вспоминают:
— Помнишь, какой овёс вырос?
— Ещё бы! — отвечает Звонко. — И помню, как Борисыч нас рассудил.
— Да, — кивает Шустрик. — Главное не урожай, а чтобы рядом был тот, с кем его честно поделить можно.
А если увидишь на поле мышку и воробья, что сидят рядышком и о чём-то тихо шепчутся, знай: это Шустрик и Звонко снова вспоминают ту историю — и улыбаются, потому что дружба оказалась дороже целой горы овса.
__________________________________________
P.S.:
Пересказка сказки:
Якобсон, Аугуст Михкелевич (1904-1963) - эстонский советский писатель http://proza.ru/2021/10/22/1747
Сказки народов мира.
Эстонские сказки http://proza.ru/2021/10/22/1745
__________________________________________
МЫШЬ И ВОРОБЕЙ
У мыши в чулане расстроилось здоровье — она нуждалась в чистом и свежем воздухе. Подумала мышь, подумала, чем же ей дальше жить, побежала к своему старому другу воробью и сказала:
— Живя в чулане, слаба я здоровьем стала — мне нужен чистый и свежий воздух. Как ты думаешь, какая работа мне больше всего подойдёт?
— Станем-ка настоящими пахарями, — решил воробей.
— Станем! — сказала мышь.
И стали.
Дружно вспахали поле, посеяли овёс, начали ждать урожая.
Овёс вырос на диво — стебли шелестели, как лес, зёрна были крупные, чуть не с колобок. Мышь скосила урожай, воробей обмолотил его, как полагается. И когда жёлтое овсяное зерно было аккуратно сложено в кучу, друзья решили: теперь нужно разделить пополам урожай, чтоб никому обидно не было.
Мышь уселась отсчитывать зёрна, воробей встал рядом и наблюдал за тем, чтобы не вышло ошибки. Каждый получил столько, что в закромах места не хватило.
Но одно зёрнышко оказалось лишним — не было ему пары. И мышь сказала:
— Ладно уж, я это зерно себе возьму.
— Как так, себе? За что? — воскликнул воробей.
— А разве не я овёс косила?
— А разве не я его молотил? И работёнка была трудная и тяжёлая, косточки и сейчас ещё болят.
— Нет, я всё-таки возьму это зерно себе, — сказала мышь. — Ведь я делю урожай!
— Зерно моё — это я наблюдал за тем, чтобы ты делила правильно, — рассердился воробей.
Так проспорили добрые старые друзья семь ночей и семь дней, а договориться всё не могли. И наконец решили, что нужно обратиться к судье — медведю.
Медведь был добрым господином, сел в коляску и поехал творить суд праведный. Он выслушал терпеливо обе стороны, потом лёг отдохнуть до вечера в тени ольшанника, где думал так усердно, что над полями и лугами стоял храп. А потом было вынесено решение:
— Что касается этого лишнего зерна, то его нужно поделить между вами поровну. Что же касается остальных зёрен, то вы их погрузите в мою коляску — это я возьму себе в награду за хлопоты.
Мышь и воробей были послушными гражданами, всё сделали точь-в- точь так, как приказал медведь.
Хоть пахарей из них и не вышло, друзьями они всё же остались. И когда они иногда случайно встречаются, воробей кричит уже издалека:
— Кума, кума, а ты помнишь, какой мы урожай овса сняли?
— Отчего же нет, хорошо помню, — отвечает мышь. — А ты помнишь, как мудро медведь рассудил нашу ссору?
— Я это хорошо запомнил! — говорит воробей.