Сказка. Волк и олень
Как Олень Ветрогон и Волк Хруст лапы спасали и правду искали
В густом северном лесу, где сосны шепчутся с ветром, а тропы петляют, будто сами не знают, куда ведут, жил Олень по имени Ветрогон. Он был лёгким на ногу, быстрым, а рога у него росли так красиво, что даже зайцы останавливались посмотреть. А неподалёку, в тёмной чаще, бродил Волк по прозвищу Хруст — не злой от природы, но вечно голодный и потому резкий на слово.
Однажды Ветрогон шёл по опушке, прислушивался к шорохам, и вдруг услышал жалобный вой — такой, что даже листья на кустах будто съёжились. Пошёл он на голос и видит: огромная ель, которую ветер повалил ещё ночью, лежит поперёк лесной поляны, а под её тяжёлой верхушкой застрял Хруст. Лежит, вытянувшись, не может ни выбраться, ни вздохнуть спокойно.
— Ох, беда-то какая! — покачал головой Ветрогон. — Как же тебя так угораздило, сосед?
— Да кто ж знал, что эта ель решит упасть прямо на меня! — простонал Хруст. — Будь добр, помоги! Поддень рогами ствол, приподними хоть немного — я выскочу!
Ветрогон засомневался:
— Тяжёлая ведь, эта ель… А вдруг я не справлюсь?
— Попробуй, прошу! — взмолился волк. — Хоть на полшага приподними — и то дело!
Подумал Ветрогон, вздохнул, собрал все силы, упёрся рогами в ствол и потянул вверх. И правда — ель поддалась! Не сильно, но достаточно, чтобы Хруст смог выскользнуть из-под неё.
Выбрался волк, отряхнулся, осмотрел свою серую шубу — нигде ни царапины, всё цело. Но стоило ему встать на все четыре лапы, как взгляд у него сразу стал другим — острым, хищным.
— Стой! — рявкнул он, глядя на Ветрогона. — Ни шагу дальше!
— Это ещё почему? — удивился олень. — Я же тебе жизнь спас!
— А это к делу не относится, — процедил Хруст. — Ты — добыча. И сейчас я тебя съем.
Ветрогон даже рогами встряхнул от обиды:
— Да как же так? Я тебя из беды вызволил, а ты мне — зубы скалишь?
— Голод не тётушка, — буркнул волк. — Добыча есть добыча.
Спорили они долго, кричали, друг на друга фыркали, но ни до чего не договорились. Наконец Ветрогон сказал:
— Давай третьего найдём, пусть рассудит, кто тут прав.
Хруст только хмыкнул, но согласился: «А вдруг, — подумал он, — пока будем искать, ещё кого-нибудь встречу…»
До самого вечера бродили они по лесу. Уже солнце садилось, тени становились длинными, а они всё шли. И наконец встретили Медведя по имени Топтун. Он шёл не спеша, ворчал себе под нос — собирался наведаться к пасеке, чтобы раздобыть немного мёда для своей молодой жены.
— Эй, Топтун! — окликнул его Ветрогон. — Будь судьёй! Мы тут с соседом поспорили, а никак не решим.
Топтун остановился, почесал бок, посмотрел на обоих и сказал:
— Рассказывайте. Только коротко, а то у меня ещё дело есть.
Рассказали они: как ель упала, как Ветрогон помог, как Хруст потом на него набросился. Топтун слушал, кивал, а потом вздохнул:
— Тут на словах не разберёшь. Надо на место идти, своими глазами посмотреть.
Согласились и олень, и волк. Пошли все трое обратно к поваленной ели. Топтун обошёл дерево кругом, понюхал кору, потрогал ветки, потом поднял глаза и сказал:
— Ветрогон, поддень-ка рогами ствол. Покажи, как ты его поднимал.
— Легко! — гордо сказал олень, упёрся и приподнял ель ровно так, как в тот раз.
— Хорошо, — кивнул Топтун. — А теперь ты, Хруст, залезь-ка под ветки. Покажи, где ты лежал, как там было тесно.
— Да запросто! — фыркнул волк и юркнул под тяжёлые ветви.
Едва он устроился, как Топтун спокойно сказал:
— Теперь, Ветрогон, опусти ствол на прежнее место.
Олень нахмурился, но сделал, как велено. Ель снова легла, и Хруст опять оказался в западне — там же, где и был.
— Вот, — сказал Топтун, глядя на волка. — Видишь? Ты мог погибнуть. И Ветрогон тебя спас. А ты вместо благодарности — зубы.
Волк заёрзал под ветками, хотел что-то сказать, да только слова застряли в горле.
— И запомни, — добавил Топтун строго, — добро не бросают в ответ злом. Иначе в следующий раз никто не станет тебе помогать, даже если ты будешь выть на весь лес.
С этими словами он кивнул Ветрогону:
— Подними ещё раз. Пусть вылезет. Но пусть запомнит.
Ветрогон снова приподнял ель, и Хруст выскочил — уже не с грозным видом, а с виноватым. Он стоял, опустив уши, и не знал, куда девать глаза.
— Прости, — наконец выдавил он. — Я… я просто привык думать только о себе. Спасибо, что не бросил меня там.
Ветрогон посмотрел на него, потом на Топтуна, потом снова на Хруста — и вдруг улыбнулся:
— Ладно. Главное, что теперь ты знаешь: есть те, кто подаст рог, когда тяжело.
С тех пор Хруст стал осторожнее — и не только с поваленными деревьями. Если встречал кого-то в беде, уже не думал сразу: «А не добыча ли это?» А сначала спрашивал: «Чем помочь?»
А Ветрогон понял, что сила — это не только про то, чтобы поднимать тяжёлые ели. Сила — ещё и про то, чтобы не отвечать злом на неблагодарность.
И если увидишь в лесу оленя, который спокойно идёт по тропе, и рядом с ним волка, который не скалит зубы, а будто прислушивается к шагам, — знай: это Ветрогон и Хруст. Они теперь ходят одной дорогой и помнят урок старого Топтуна: добро не должно быть глупостью, но и зло не должно быть привычкой.
__________________________________________
P.S.:
Пересказка сказки:
Якобсон, Аугуст Михкелевич (1904-1963) - эстонский советский писатель http://proza.ru/2021/10/22/1747
Сказки народов мира.
Эстонские сказки http://proza.ru/2021/10/22/1745
__________________________________________
ВОЛК И ОЛЕНЬ
Олень гулял по лесу и вдруг слышит — кто-то зовёт на помощь. Пошёл он на голос, видит: ветер опрокинул большую ель, верхушка ели на волка упала. И волк лежит, вытянувшись, под елью, не может никак выбраться, воет жалобным голосом.
Олень покачал головой, спросил:
— Как же это, сосед, приключилась с тобой такая беда?
— Ох и не спрашивай, дорогой друг, того и гляди, конец мой придёт. Будь добр, поддень рогами ствол, помоги!
— Я помочь бы помог, но разве я осилю, — усомнился олень.
— А ты попробуй, попытайся хоть! — воскликнул в отчаяньи волк.
— Попытаться, конечно, можно, — решил олень, поддел ель рогами, понатужился, собрал все свои силы и приподнял тяжёлый ствол настолько, что волк смог выбраться из-под него. «Ого, и могуч же я в самом деле!» — удивился олень сам своей силе и, гордо покачивая головой, направился дальше.
Волк поднялся на ноги, оглядел свою драгоценную шубу — она нигде не была порвана, все швы были целы и в полном порядке. Тогда он тотчас подбежал к оленю, топнул ногой и злобно закричал:
— Стой! Стой! Ни шагу дальше!
— Ого! Почему же это ни шагу дальше? — спросил олень.
— Потому что я сейчас тебя съем. Разве не знаешь, что ты моя добыча! — воскликнул волк.
— Постой-ка, постой. Разве не я тебя от смерти спас? — спросил олень.
— Это к делу не относится, — ответил волк.
— Глупости ты говоришь. Постыдился бы, сосед.
— Нечего тут стыдиться. Шкуру долой и больше никаких.
Долго двое добрых соседей спорили-спорили, ссорились-ссорились, но ни к какому соглашению не пришли. Наконец олень предложил:
— Поищем третьего, пусть он нас рассудит и скажет, кто прав.
— Ладно, поищем третьего, — сразу же согласился волк, а сам, хитрец, подумал, что этак он, может быть, и другого зверя поймает.
Волк и олень до вечера бродили по лесу, искали-искали, нашли, наконец, третьего: папаша-медведь, ворча, шёл в деревню, чтобы добыть немножко мёда своей молодой жене. Он терпеливо выслушал жалобы обеих сторон, сунул в рот лапу и задумался. Думал-думал, а через некоторое время изрёк:
— Сейчас я не сумею дать вам совета. Нужно пойти на место происшествия и основательно всё взвесить.
Волк и олень согласились, все отправились на место происшествия. Медведь обошёл вокруг ели, снова призадумался и, наконец, сказал:
— Олень, поддень-ка рогами ствол, сумеешь ли ты его приподнять?
— Сумею, сумею, отчего не суметь! — сказал олень и сделал, как велел медведь.
После этого медведь сказал волку:
— Волк, заберись-ка теперь туда под ветки, покажи, поместишься ли ты в таком узком месте.
— Помещусь, помещусь, отчего не поместиться? — сказал волк и сделал, как велел медведь.
Тогда медведь снова сказал оленю:
— Так, олень. Опусти теперь ствол на прежнее место.
Олень опустил ель на прежнее место, волк, как и раньше, вновь оказался в западне.
Был в западне и остался в западне — кто же решится помогать такому жадюге.