Клавка не спала всю ночь. Как только она начинала дремать, перед глазами тут же всплывали картинки из жизни отца. Вот он валит лес где-то там, далеко, за тысячи километров от дома. А вот он с бригадой тащит тяжёлую рельсу, потому что техника замёрзла на морозе. А вот он после работы ужинает дома, где всё не мило. Да и не дом это вовсе: так, временное пристанище, общежитие. Старенький обогреватель поломался, а нового нет – так и спали в тулупах… А каково ему было узнать, что ребёнок, мальчик Гришенька, которого он считал своим, был вовсе не его родной кровинушкой, и что вся его жизнь там, в Сибири, была сплошным обманом…
«Почему же ты сразу после случившегося не приехал?» - спросила Клавка отца.
«Не знал, как вам на глаза покажусь. Могилка Гришина держала. Всё же, сыном он мне был. Да и винил я себя в его смерти. Галина попросила меня Гришаню в садик свезти на санках, а за мной машина, понимаешь, приехала. Второго транспорта до обеда не будет, а самому на вырубку как попасть? Это же не город, попутки не ходят. Вот она, Галина, и повезла его на санках… А по дороге остановилась с соседкой переговорить и не заметила, как Гришенька из санок выбрался и на дорогу. Дорога в этом месте поворот делала, грузовик и занесло. А мальчик мой даже крикнуть не успел… Галина услышала скрип тормозов и сказала соседке: «Смотри, Дуня, грузовик котёнка задавил…»
«Дед, не плачь. Он же не твой был, по большому счёту», - произнёс Серёжа.
«Знаешь, Серёга, по моему разумению чужих детей-то не бывает. Я принял его, радовался, когда он пошёл, шаги первые видел, папкой он меня звал. Как же не мой? И оплакивал я его, как своего… Знаешь, Серёга, мы все там одной семьёй были. У нас чужих детей не было. Все наши были…» - тихо вымолвил отец.
Заснула Клавка в пять часов утра, а проснулась от звонка в дверь.
Софка уже упорхнула куда-то, и Клавка вспомнила, что ей чьи-то родственники передали передачу из Израиля для кого-то из общины. Точно, Софа вечером сказала, что утром договорилась с ними встретиться. Может, она вернулась? Сколько же я дрыхла?, подумала Клавка, глядя на часы. Не так-то и много – всего пять часов. Нет, это не Софа - Клавка ей ключи от квартиры дала. В дверь ещё раз позвонили. Клавка встала и, набросив на плечи халат, подошла к двери. Глянув в глазок, она увидела нетерпеливо подпрыгивающего Лёву.
- Клавдия, ты вообще что о себе думаешь? Я в свой день рождения делаю тебе подарок, везу в магазин, а ты спишь?
- Лёвочка, прости-прости-прости! Поздравляю! От всего сердца! Подарок вечером подарю. Или сейчас? Я всю ночь не спала!
- Вечером удивишь. Это после вчерашней встречи с отцом не спала?
- Ага.
- Поехала бы ко мне, спала бы как королева. А то у тебя здесь общага настоящая. Подруга не уехала?
- Нет. Через три дня уезжает. Лёва, я быстро соберусь! Совсем забыла, что в магазин нужно. Может, я что-нибудь из своего подберу?
- Клава, бекицер, не дури мне голову. Где отпрыск? Тоже дрыхнет небось?
- Ага. Лёва, я же просила тебя не называть моего сына отпрыском.
- Фу ты, ну ты! Принц крови, блин.
- Лёва, ещё одно слово, и ты пойдёшь в ресторан один.
- Да ладно! Это ты меня сейчас пугаешь, что ли? – засмеялся Лёва, обняв Клавку.
- Прекрати. Серёжка здесь.
- Как всегда, впрочем… Слушай, Клава, давай быстро. Ну, правда, нет времени совсем. Я бы тебе денег дал, но боюсь, что ты повторишь Джулию Робертс из «Красотки».
- А ты не забыл, что героиня Джулии Робертс была проституткой, на минуточку? А будут приличные женщины? - спросила Клавка из ванной комнаты.
- Где?
- В ресторане?
- И да и нет, - сказал Лёва и засмеялся. – Смотря что ты понимаешь под словом «порядочные». Но одеты они будут от кутюр, я тебя уверяю.
Клавка включила душ, а в комнату, где сидел Лёва, вошёл Серёжа.
- О, Лёва, это вы? А чего в куртке?
- О, Серёга, а это ты в трусах и майке?
- Вы хоть раз можете не ответить вопросом на вопрос?
- А ты знаешь, что это чисто по-еврейски?
- Мама говорила, у вас день рождения сегодня?
- Поздравить хочешь?
- Трудно просто сказать «Да, сегодня»?
- Вот ты уже тоже, практически, становишься евреем: тоже отвечаешь вопросом на вопрос.
- А я и не отказываюсь от своего еврейства.
- Что, мать расстроенной вчера была из-за деда?
- Да нет. Хотя и это тоже. На работе её зав отчитал.
- Борюсик, что ли?
- А вы что, знаете его?
- Нет. Мать рассказывала, что он кусачий. Может с ним это, по-мужски поговорить? Что скажешь?
- Не стоит. Он хирург от Бога. А вы что, можете его убрать?
- В каком смысле, юный вундеркинд? Я мокрухой не занимаюсь. Купить, продать, поменять, напугать, в конце концов, - это да, моё. Но чтоб кровь пустить - уволь. Мы - евреи, Серёга. У нас к крови отношение так себе. Да и сидеть не хочу. Жизнь прекрасна, Серёга!
- Чья, ваша жизнь?
- Жизнь вообще.
- Да ну! Просто вы, Лева, - бандит. Поэтому у вас и денег много, и напугать можете. Мама с вами жить не будет.
- Это ещё почему? Ты не дашь?
- Она сама поймёт, что вы ей не пара.
- А это не тебе решать.
- Ещё как мне. Я - единственный мужчина в нашей семье.
- А по-моему ты маленький и гнусный шлемазл. Тебе не хочется счастья для своей матери? Откуда такой эгоизм? Это возраст в тебе орёт или нерастраченное семя давит? Сбрасывать нужно, Серёга…
Серёжка хотел разозлиться, но не успел, потому что вошла мама.
- Вы не поссорились, мальчики?
- Нет. Чего нам делить? Правда, Серёга? – поспешно сказал Лёва, вставая с дивана.
Серёжа развернулся и, не прощаясь, пошёл в свою комнату…
Этот магазин Клавка знала очень хорошо: путь на работу проходил как раз мимо бутика со странным названием «Герда @ К». Но, проходя мимо, у женщины даже мысли не возникало зайти в этот магазин. То есть бутик. Чем отличается бутик от магазина Клавка не знала, но предполагала. Магазин – это что-то повседневно-промтоварное. А бутик – это дорого и не для всех. Это для избранных, -считала Клавка.
Проходя мимо этого бутика каждый день, она видела, какие женщины поднимаются по лесенкам, держась за изящные, кованые перила. Оксана, медсестра, рассказывала, что один раз они с подругой зашли в эту «Герду», но выскочили, как ошпаренные, увидев первый же ценник.
«Там цена – как номер паспорта», - сказала Оксанка, и Клавка поняла, что побывать в этом магазине ей не светит. Оказалось, что светит.
Когда они подъехали к магазину, Клавка вся сжалась.
- Лёва, почему именно сюда? Есть же и другие магазины…
- Потом поймёшь, почему. А чем тебе этот не нравится?
- Я никогда не одевалась в таких магазинах. Да и размеров на меня у них, наверное, нет.
- Тебе же не плащ-палатка нужна, Клавдия. Ты сегодня должна выглядеть на все сто! Я тебя обществу представлять буду. А общество, как ты понимаешь, не простое.
- Не простое, а золотое, - грустно заметила Клавка, и в этот момент Лёве позвонили. Он вытащил из портмоне деньги, и, пересчитав, дал их Клавке.
- Ни в чём себе не отказывай, дорогая. Я поговорю и приду.
Клавка неуверенно поднялась по ступенькам и вошла в магазин. Две продавщицы в строгих костюмах были похожи на стюардесс и чем-то напоминали больших кукол. Девушки стояли возле кассы и, услышав звон колокольчика над дверью, с удивлением уставились на Клавку. Видимо, она никак не вписывалась ни в интерьер магазина, ни в размеры, ни в ассортимент. Но, быстро справившись с удивлением, к ней подошла одна девушка и, вежливо поздоровавшись, спросила:
- Вы к нам конкретно за чем-то, или просто посмотреть?
- Конкретно за чем-то. Я могу посмотреть?
- Конечно! Может, вам что-то порекомендовать? Вам для какого-то важного события? Или для романтического свидания?
«Где-то это я уже слышала», - подумала Клавка.
- Да… У моего… друга юбилей, и мне нужно что-то подобрать для этого случая.
- Что-то сексуальное?
- Спасибо, пуш ап я уже покупала, - и Клавка вспомнила, как она ходила в похожий бутик за бюстгальтером.
Знакомое слово «пуш ап» заставило обернуться и вторую красотку. С каким-то проблеском уважения девушки по-новому посмотрели на Клавку.
- Я бы хотела платье для вечера в ресторане.
- В каком стиле?
- Да-да, в стиле. То есть, стильное и современное. Но, чтобы без блестяшек. И чтобы стройнило.
- Это правильно, женщина, - томно ответила одна из кукол. - Современная девушка всегда должна носить то, что стройнит.
- Да, - согласилась Клавка. - А ещё она должна читать книжку, которая умнит…
- Что, простите? Вам книжку? В подарок? Книжный магазин за углом.
- Нет, мне платье. Скажите, а у вас скидки есть?
- Да вы что! У нас эксклюзив! Каждого вида по одной штуке.
- А каждой твари по паре, - пробубнила себе под нос Клавка.
- Что, простите? Вы хотите платье тигровой окраски?
- Нет, я хочу, чтобы было красиво и удобно. И на меня. И чтобы стройнило, и чтобы не блестело, и чтобы не обтягивало.
Клавка говорила и видела, как ломается компьютер в головах у этих девочек.
- И чтобы не длинное. Короткое тоже не нужно. И с декольте, но чтобы грудь была прикрыта. И рукава чтобы на пять пальцев были выше ладони…
У девочек округлились глаза.
- Да ладно, девочки, я шучу. Не пугайтесь. «Красотку» видели?
- Конечно! К нам красотки со всего города приходят, - уверенно сказала одна из девушек.
- Да нет, Джулию Робертс знаете?
- Нет. Это модель?
- Джулии Робертс - актриса. Она играла в Фильме «Красотка» проститутку.
- А… Простите, вы хотите, что-то из этого? Но мы не торгуем такой одеждой.
- Ладно, не парьтесь и тащите, девочки, всё, что есть на меня.
- Пройдите в кабину, пожалуйста. Давайте только с цветом определимся!
- Что-то чёрное. Он стройнит, мне кажется.
- Знаете, женщина, опыт мне подсказывает, что чёрный цвет стройнит только до 42-го размера. А дальше он бессилен.
- Я поняла: а дальше только леопардовые лосины, - вздохнула Клавка.
Через полчаса примерок Клавка выбрала строгое чёрное платье с блестящей чёрной каймой по подолу, рукавам и горловине.
Цена у платья была запредельной, но денег хватило ещё и на туфли.
Клавка вышла из магазина с двумя пакетами, подошла к машине, села рядом с Лёвой.
- Ты чего так долго? Купила что-нибудь?
- Да, спасибо. И на туфли хватило. Но знаешь, я всё равно как-то не спокойна, Лёва. Ну, не моё это всё. Какая-то пыль в глаза.
- Клавочка, я тебе сейчас подарю один секрет, после которого ты сразу успокоишься. Ты знаешь, что такое мантра?
- Слышала. Но не знаю. А должна?
- Совсем не обязательно. Мантра – это такая фраза, и её нужно повторять, чтобы сконцентрироваться на чём-то позитивном. Ну, если по-простому, то это фраза для обретения спокойствия.
- А ты знаешь такую мантру?
- Знаю, конечно! А как ты думаешь, я свой бизнес делаю? Произношу эту мантру, когда волнуюсь, и сразу становится легче!
- Ну, и что это за мантра?
- Итак: самая сильная в мире мантра для того, чтобы обрести спокойствие, - загадочным тихим голосом произнёс Лёва. - Готова?
Клавка кивнула.
- Нужно закрыть глаза, а потом громко и отчётливо произнести: «да насрать!»
- И что? – растерянно спросила Клавка.
- И всё. И ты спокойна, как танк. Давай любую ситуацию, которая тебе неприятна.
- Меня мой начальник терпеть не может.
- Да насрать!
- Мне трудно простить своего отца.
- Да насрать!
- Я тебя не люблю…
- Да… Ты это серьёзно? Совсем-совсем?
- Ну давай, кричи свою мантру!
- Не буду. И что дальше?
- Лёва, это шутка такая! Я тебя немножечко того…
- Клава, кто тебя научил так шутить? Поехали, отвезу тебя домой.
Ехали молча. Когда подъехали к дому, Клавка вышла из машины и помахала Лёве рукой.
- Я подъеду к семи. Будь готова, пожалуйста. Причёску, макияж, чтоб на все…
- Сто, - вздохнула Клавка и, послав Лёве воздушный поцелуй, вошла в подъезд.
Она каким-то десятым чутьём ощутила, что этот вечер будет последним в их с Лёвой жизни.
«Да насрать!» - почему-то пронеслось у неё в голове, и Клавка улыбнулась.
Продолжение: http://proza.ru/2023/07/31/1225