* «АФОРИКОН АЛЕКСА ЗИРКА»
* http://proza.ru/2022/04/30/1589
Цикл новелл «ДОРОГА»
Новелла первая. Первый шаг
«Путешествие в тысячу миль начинается с первого шага.» — Лао-цзы
Он сидел на краю крыльца и смотрел, как тропинка, начинающаяся у самых ступеней, теряется в березовой роще за околицей. Босые ноги касались холодной утренней земли. Ему было сорок три, и он ни разу не уходил дальше районного центра — разве что однажды, в армии, когда поезд увёз его за тысячу километров, но там тоже был периметр, забор, казарма — та же крыльцо, только в другом климате.
— Ты чего вскочил? — спросила жена из дверного проёма. — Чай стынет.
— Тропинка, — сказал он, не оборачиваясь. — Тропинка, которая начинается у крыльца. Она ведь, если подумать, дальше ведёт. За рощу. За районный центр. Дальше.
— Куда дальше-то?
Он не ответил. Допил чай, поставил кружку на перила, встал и пошёл — сначала по тропинке, потом по грунтовой дороге, потом по асфальту, который через двенадцать километров перешёл в большак. Жену не разбудил. Тёщу не предупредил. Собаку привязал, чтобы не увязалась.
Через четыре месяца он прислал открытку из Тюмени. Через год — из Иркутска. Через два — из Владивостока. На открытках не было ничего, кроме строчек: «Жив. Иду.»
Жена показала открытки соседке. Соседка покрутила пальцем у виска. Тёща заплакала. А он к тому моменту уже был на Сахалине, смотрел на пролив и думал о том, как это странно — что понадобилось сорок три года, чтобы заметить тропинку у собственного крыльца.
Потому что тропинка, начинающаяся у крыльца, на самом деле дорога, а дорога бесконечна. И всё, что нужно, — просто подумать. Лишь стоит подумать, и уже видно начало пути.
Дорогу осиливает идущий. А идти — это синоним «что-то делать». Всегда есть смысл начать свой путь, потому что без пути нет вас.
Он не вернулся. Не потому что не хотел — а потому что нельзя вернуться во вчерашний день и увидеть, что там мы совсем другие.
Новелла вторая. Закал
«Дорога, которая раньше была почти непроходимой, теперь кажется лёгкой: все препятствия, однажды преодолённые, нам уже не страшны.» — Бернар Вербер
Мастер Фёдор ковал. Тридцать лет — один и тот же молот, одна и та же наковальня, одна и та же дорога от дома до кузницы: четыреста метров по грязи, через овраг, мимо заброшенного колодца. Зимой овраг замерзал, и нужно было идти в объезд — лишних шестьсот метров через поле, где ветер резал лицо, как наждак.
Первый год он проклинал этот овраг. На пятый — перестал замечать. На десятый — стал ходить через овраг даже зимой, по льду, наискось, коротким перебежным шагом, который выработался сам собой, без размышлений. Ноги знали дорогу лучше головы.
Однажды в кузницу приехал ученик — городской парень, руки мягкие, взгляд цепкий. Фёдор показал ему дорогу. Ученик прошёл четыреста метров за двадцать минут, весь в грязи, задыхаясь, и сказал: «Это невозможно. Каждый день — невозможно.»
— Возможно, — сказал Фёдор. — Ты просто ещё не прожил этот овраг.
Через месяц ученик привык. Через три — перестал замечать грязь. Через год поехал в город, рассказал друзьям о кузнице, и они спросили: «Как ты там ходил? Ведь грязь, холод, овраг?» Он пожал плечами: «Обычное дело.»
Но обычным оно стало не от того, что овраг изменился. Овраг не меняется. Изменился он сам.
Прошлые препятствия так нас закаляют, что живя в огне, мы не горим. И признаём это обыденным. А другие, попадая в нашу среду, сразу сгорают. Дорога закаляет так, что уже не вернуться во вчерашний день.
Фёдор ковал до семидесяти. Когда он умер, ученик взял молот и пошёл тем же путём — через овраг, наискось, коротким перебежным шагом. Ноги знали дорогу лучше головы.
Новелла третья. Миражи
«А сегодня ты снова в Дороге, и с тобой снова Тревожность. И не лги себе: без неё ты не можешь. Любовь и покой — это только мираж, без которого не бывает Дороги.» — Леонид Енгибаров
Они встретились на вокзале в Ашхабаде. Она ехала в Мешхед. Он — никуда. У него был билет до следующей станции, и дальше он не знал.
— Куда едешь? — спросил он.
— К любви, — сказала она, и это не было ни метафорой, ни кокетством. Она ехала к человеку, которого любила три года по переписке. Ни разу не видела. Ни разу не слышала голоса — только текст. Только буквы. Но буквы складывались в такое тепло, что она собрала вещи и поехала через границу.
Он проводил её до поезда. Она дала номер. Он не позвонил — не потому что не хотел, а потому что его дорога шла в другую сторону. Но весь следующий месяц думал о ней.
Через два года они случайно встретились снова — на рынке в Бухаре. Она торговала специями. Он узнал её по смеху — тот же смех, что на вокзале в Ашхабаде.
— Ну как? — спросил он. — Любовь?
Она рассмеялась:
— Любовь оказалась коротким человеком с усами и тремя детьми от первого брака. Я прожила с ним восемь месяцев. Он оказался добрым, но не тем. Не тем, что я придумала по буквам.
— И что?
— Что — ушла. Теперь торгую специями. А ты?
— Я шёл. Шёл и шёл. Думал, дойду до чего-нибудь. Дошёл до Бухары.
Она налила ему чай из самовара, стоявшего прямо на прилавке между мешочками с куркумой и зирой. Они сидели на ящиках, пили чай, и город вокруг них гудел и дышал, и дорога, которая привела их сюда, была живой и настоящей — в отличие от миражей, которые они за ней гнали.
Любовь и покой — это только миражи на вечном пути. Но без миражей не бывает дороги. Любовь присутствует везде, куда мы держим путь — как внутри, так и вне нашего восприятия реальности. Она — не пункт назначения. Она — то, что заставляет встать и пойти.
Он остался в Бухаре на неделю. Потом ушёл. Она не просила остаться. Он не предлагал. Дорога продолжалась.
Новелла четвёртая. Голодные
«Где дорога к успеху, там всегда полно народу, который хочет откусить от вашего успеха кусочек. А когда они пожирают удачу, им мало. И они голодают кости ваших надежд.» — Алекс Зирк
Андрей открыл пекарню на углу Садовой и переулка, который не имел названия даже на картах. Вывеску сделал сам — белой краской на фанере: «Хлеб». Больше ничего. Первые три месяца приходили три человека в день. Он пёк, выбрасывал, пёк снова. Жена молчала и подавала на стол то, что не продавалось.
На четвёртый месяц кто-то написал в интернете: «На Садовой есть пекарня, где хлеб tastes like childhood». Андрей не знал, что значит «tastes like childhood», но на следующий день в очереди стояли двадцать человек.
Через полгода — очередь до угла. Через год — статья в журнале, а потом ещё одна, и внезапно все, кто год назад не знал о его существовании, начали приходить. Но приходили не за хлебом.
Пришёл бывший одноклассник: «Слушай, а ты мне не дашь в долг? У нас же дружба». Пришла дальняя родственница: «Андрюш, мы же родня, а у меня ремонт». Пришёл человек в костюме: «Я могу сделать из тебя бренд. Тебе просто нужно изменить рецептуру и упаковку». Пришёл сосед: «Ты шумишь по утрам, я подам в суд. Или компенсируй».
Им всегда мало. Им мало зависти, мало куска, мало того, что ты отдал, — потому что голодны не хлеба, а твоего. Они голодают кости ваших надежд. И нет предела насмешкам тех, кто лишился предмета зависти.
Андрей выдержал два года. Потом закрыл пекарню. Не потому что разорился — прибыль позволяла жить. А потому что перестал чувствовать тесто руками. Тесто стало товаром, а руки — инструментом, и дорога, которая была его, превратилась в дорогу чужих аппетитов.
Он уехал. Открыл пекарню в другом городе, под другим именем, без вывески. Хлеб покупали местные — тихо, без очередей, без статей. Иногда он узнавал в покупателях ту тишоту, ради которой начинал. Иногда — нет.
Но он помнил: знай, что пока тебя хвалят, ты ещё не на своей дороге, а на дороге, угодной другим.
Новелла пятая. Рай под ногами
«Люди пытаются найти рай, пройдя долгий путь. Вместо того чтобы построить рай на своём пути. Ведь строительная глина у него под ногами.» — Алекс Зирк
Старик лепил из глины птиц. Не тех птиц, что летают, — тех, что стоят. Он ставил их вдоль дороги, ведущей от села к реке, через kilometр глинистого обрыва. Каждую весну дорогу размывало, и каждый год он лепил новых птиц и ставил их снова — не как указатели, а как компанию.
— Зачем? — спросил его однажды мальчик, проезжавший на велосипеде.
— Чтобы было куда идти, — сказал старик.
Мальчик не понял. Проехал. Через десять лет вернулся из города — взрослый, усталый, с пустыми глазами. Дорога к реке всё ещё была глинистой, и птицы всё ещё стояли — только теперь их было не двенадцать, а сто сорок. Старик умер три года назад, но птицы стояли, потому что глина в этих местах прочная. Дожди брали по одной-две за зиму, но остальные держались.
Молодой человек шёл вдоль дороги и читал птиц, как книгу. Каждая была немного другой — крылья, хвост, поворот головы. Он вдруг понял: ни одна не повторяется. Старик лепил не copies — он лепил каждый день новую. Это было не украшение дороги. Это и была дорога.
Он сел на глинистую обочину и заплакал. Не от горя — оттого что понял. Он десять лет искал в городе то, что старик строил под ногами. Рай не находят в конце пути. Рай строят из того, что под ногами. Строительная глина — вот она. Главное — не идти мимо.
На следующий день он попросил у сельсовета пустующий участок. Открыл гончарную мастерскую. Лепил посуду, лампы, фигурки. Лепил плохо — первые два года. Потом лучше. К нему стали приходить люди — не за товаром, а за тем, чтобы посидеть рядом и посмотреть, как из глины под ногами рождается что-то, чего не было.
Заблуждение думать, что все дороги идут вникуда. Дорога приближает вас к вам самим.
Новелла шестая. Кривизна
«Прямая дорога на эллипсоидной Земле всегда искажена кривизной планеты. Сама планета противится прямому пути. Ибо такой путь заведомо ложный.» — Алекс Зирк
Инженер Сергей Петрович проектировал мост через реку. Мост должен был быть прямым — так сказано в техзадании, так красиво на чертеже, так логично с точки зрения расчётов. Он рассчитал прямую. Она прошла через болото, через древнее кладбище и через сад, принадлежавший старой женщине по имени Марфа.
— Мост нельзя строить прямо, — сказал он на совещании.
— Почему? — спросил начальник.
— Потому что Земля круглая. Не в метафорическом смысле. В буквальном. Прямая на плоскости — не прямая на сфере. И ещё — потому что она пройдёт через кладбище и через Марфин сад.
— Обойдите. Кривой мост — это некрасиво.
Сергей Петрович сделал кривой. Изогнул его плавной дугой, огибая кладбище, сад и болото. Мост получился дороже, длиннее и сложнее. Но он стоял.
Через двадцать лет «прямой» мост в соседнем районе, построенный по тому же проекту, но без учёта кривизны и без уважения к тому, что на пути, — рухнул. Не из-за кривизны Земли, конечно. Из-за болота, которое не вписали в расчёт, потому что на прямой дороге болото «не помещалось».
А кривой мост Сергея Петровича стоял. По нему ходили люди, проезжали машины, и никто не знал, что он кривой по уважительной причине. Просто — хороший мост.
Прямая дорога на эллипсоидной Земле всегда искажена кривизной планеты. Сама планета противится прямому пути. Ибо такой путь заведомо ложный. Часто правильной дорогой оказывается та, на которую трудней всего вступить. И, как говорил Станислав Ежи Лец, не ходи проторенными дорожками — поскользнёшься.
Новелла седьмая. Осилит
«Сделай шаг, и дорога появится сама собой.» — Стив Джобс
Девочка шла первый раз в школу — без матери. Мать провела её до угла, дальше сказала: «Сама».
Дорога от угла до школы — четыреста метров, два перекрёстка, один двор с собакой. Девочка шла медленно. На первом перекрёстке остановилась — не знала, переходить или ждать. Перешла. На втором перекрёстке встретила девочку постарше, которая шла в ту же школу. Поздоровалась. Дошли вместе.
Собака во дворе не залаяла. Она спала на солнце, и девочка прошла мимо, затаив дыхание, — на цыпочках, с рюкзаком, который был больше, чем нужно.
У входа в школу она обернулась. Дороги назад не было видно — только деревья, заборы, углы. Она поняла, что прошла четыреста метров, и мир от этого не рухнул, и мать не исчезла, и собака не проснулась.
Она сделала шаг, и дорога появилась сама собой.
Вечером она рассказала матери: «Я нашла дорогу».
Мать спросила: «Какую дорогу?»
— Ну, в школу.
— Её и так знали.
— Нет. Я — нашла. Сама. Это другая дорога.
Мать не поняла. Но девочка знала: одна и та же улица — разная дорога, если идёшь сам. И все дороги всё равно идут в никуда — значит, весь смысл в самой дороге, как по ней идти. Если идёшь с удовольствием, значит, это твоя дорога.
Новелла восьмая. Тлен
«В конце дороги не обязательно всех ждёт смерть. Потому что ещё никто не возвращался обратно таким, каким был при жизни. Плоть тленна и выгорает в нашем пути. Но мы остаёмся.» — Алекс Зирк
Он умирал спокойно — в больнице, с окном на закат. Дочь сидела рядом и держала руку. Он был сухой, лёгкий, почти прозрачный — как бумага, на которой написано всё, что нужно, и осталось немного пустого места.
— Пап, — сказала дочь, — тебе страшно?
— Нет, — ответил он. — Я уже прошёл. Я прошёл так много, что осталось только оглянуться. А оглядываться некуда — я везде уже был. В смысле — я везде был собой. И везде был немного другой. Тот, который шёл — выгорел. А тот, который остался, — он не тот, что шёл.
— Я не понимаю.
— Это нормально. Я сам не понимаю. Только чувствую. Плоть — это тлен. Она выгорает в пути, как костёр. Но тепло остаётся. Тепло — это мы.
Он замолчал. Закат был красным, длинным, как дорога. Дочь держала руку и чувствовала — рука ещё тёплая. И в этом тепле было всё: и овраг, который он прошёл в детстве, и женщина, которую любил, и дом, который построил, и слово, которое не успел сказать, и хлеб, который пёк, и глину, которую лепил, и мост, который криво прошёл, но прямо стоял.
Дорога — это вечное, что нас всех роднит. То единственное, что никогда не изменит. Та борьба, которая позволяет жить и выживать, несмотря ни на что. Она живёт надеждами на любовь и покой.
Он закрыл глаза. Дочь не отпустила руку. Рука осталась тёплой.
Новелла девятая. Перекрёсток
«Дороги и перекрёстки. Говорят, Бог создал дороги, а Дьявол — перекрёстки.» — Анхель де Куатье
Два путника сошлись на перекрёстке. Один шёл с востока, другой с запада. Оба несли за спиной мешки, оба были дороги пылью, оба были дороги дорогой.
— Куда идёшь? — спросил первый.
— Не знаю, — сказал второй. — А ты?
— Тоже не знаю.
Они стояли на перекрёстке. Дорога уходила на север — в горы, где холодно и ясно. Дорога уходила на юг — в степь, где жарко и пусто. Дорога на восток и запад была уже пройдена — каждой своей стороной.
— Давай бросим монету, — предложил первый.
— Зачем? — спросил второй. — Монета не знает.
— Знает. Монета не выбирает — она падает. А выбор — это падение.
Второй достал монету. Бросили. Монета упала орлом — на север. Они постояли. Первый шагнул на север. Второй — на юг.
— Ты куда?! — крикнул первый. — Монета сказала — север!
— Монета сказала тебе. А я услышал другое. Она сказала «иди», а не «куда». Важно, что идёшь, а не куда.
Первый ушёл в горы. Через год он добрёл до перевала, увидел долину, в которой цвели яблони, и остался там — стал садовником. Через десять лет у него был сад, семья, дом и тишина.
Второй ушёл в степь. Через год он добрёл до моря — степь обрывалась в него внезапно, как край стола. Он стал рыбаком. Через десять лет у него была лодка, сеть, хижина и тишина.
Они никогда больше не встретились. Но если бы встретились — узнали бы друг друга не по лицам, а по тишине. Потому что тишина у обоих была одинаковая — тишина человека, который нашёл свою дорогу. А дороги, которые мы выбираем, рисуют линию жизни.
Движение не бывает бесцельным. Там, где движение, — там всегда присутствует цель и дорога к достижению желаемого. Формы её могут быть совершенно разными. И счастье — это сама дорога, а не то, куда она приведёт.
Новелла десятая. Строители
«Будущее — это не то, куда мы идём, а то, что мы создаём. Дороги следует не искать, а строить. Сам процесс строительства меняет как самого творца, так и его судьбу.» — Джон Шаар
Их было четверо. Они пришли на пустошь — четыре друга, четыре парня, которым некуда было идти, потому что все дороги вокруг были чужие. Не плохие — чужие. Проторенные, истоптанные, с указателями, которые вели в места, где уже кто-то был.
— Будем строить, — сказал первый.
— Что строить? — спросил второй.
— Дорогу. Отсюда — куда-нибудь.
— Куда-нибудь — это куда?
— Не знаю. Мы построим дорогу, и она покажет.
Они строили два года. Ломали камень, засыпали ямы, клали насыпь. Дорога шла на запад — потому что запад был единственным направлением, где ничего не было. Ни сёл, ни городов, ни троп. Только пустошь и горизонт.
На третий год по дороге пошли люди. Сначала — по одному. Потом — группами. Дорога вела к реке, которую никто не знал, потому что никто не ходил на запад. У реки оказалась глина — хорошая, белая, жирная. Начали строить дома. Потом — мост. Потом — школу.
Четверо друзей стали стариками, не заметив этого. Дорога, которую они построили, привела к городу, которого не было. Они не планировали город. Они планировали дорогу.
Старший из них, умирая, сказал младшему: «Видишь? Мы строили дорогу. А построили город. Потому что дороги не ведут — дороги создают. Строительство меняет творца. Мы пришли на пустошь четырьмя безработными. А уходим — четырьмя строителями. Будущее — это не то, куда мы идём, а то, что мы создаём».
Младший кивнул. Он понял. И на следующий день взял инструменты и пошёл дальше — на запад, где снова не было ничего.
Мы найдём дорогу, но если нам это не удастся, мы проложим её сами.
Новелла одиннадцатая. Свидетель
«Странно, как много думает человек, когда он в пути. И как мало, когда возвратился.» — Эрих Мария Ремарк
Он вёл дневник. Каждый день дороги — запись. Дорога была длинной: он шёл пешком от Москвы до Стамбула. Четыре месяца. Сто двадцать три записи.
В записях было всё: и страх перед собаками в Болгарии, и запах хлеба в молдавском селе, и женщина в Бухаресте, которая дала ему зонт и сказала: «Вернёшь — не мне, другому». И дождь, который не кончался три дня, и поля, которые пахли мёдом, и одинокий попутчик, который прошел с ним двести километров и ушёл, не попрощавшись.
Он вернулся домой. Открыл дневник. Прочитал. Потом закрыл и не мог вспомнить ни одной записи — целиком. Только обрывки: запах, рука женщины, силуэт попутчика на фоне заката.
Странно, как много думает человек, когда он в пути. И как мало, когда возвратился. Как будто дорога — это мышление ногами. Когда ноги останавливаются, мысли сжимаются в точку, и из ста двадцати трёх дней остаётся три образа и один запах.
Но он знал: это не мало. Это — всё, что нужно. Дорога не учит — она очищает. Она убирает лишнее, и остаётся только то, что было настоящим. Запах хлеба. Рука, дающая зонт. Силуэт на фоне заката.
Погрустить в начале пути — это оставить грусть и отправиться в путь без сожалений. А грустить в конце — это понять, что грустить не о чем. Потому что дорога была, и ты был в ней, и этого достаточно.
Новелла двенадцатая. Свобода
«Где ещё мог почувствовать себя свободным житель этой вечно несвободной страны? Лишь в дороге, где ни барина, ни начальника, ни семьи.» — Борис Акунин
Он был бухгалтер. Тридцать лет — в одной конторе. Стол, стул, калькулятор, окно на парковку. Каждый день — одинаковый, как кирпичи в стене. Кирпичи складывались в стену, стена — в здание, здание — в жизнь. Жизнь получилась прочная, но без окон.
Однажды он вышел в обеденный перерыв и не вернулся. Не потому что устал — хотя устал. Не потому что несчастлив — хотя несчастлив. А потому что в дороге, только в дороге, не было стола и стула. Не было калькулятора и окна на парковку. Не было начальника, который каждый день говорил: «Как дела?» — и не слушал ответа.
Он поехал на электричке до конца ветки. Потом на автобусе до райцентра. Потом пешком — через поле, через лес, через деревню, где пахло дымом и хлебом. И впервые за тридцать лет подумал — не о работе, не о долгах, не о том, что приготовить на ужин, — а просто подумал. Ничего. Просто думал.
В дороге родится дружба и ярче проявляются способности человека. В дороге человек становится тем, кем он является, когда на него никто не смотрит.
Он вернулся через неделю. Сел за стол. Калькулятор, окно, парковка. Но что-то изменилось — не снаружи. Внутри. Он знал, что за окном — не парковка. За окном — поле, лес, деревня, дым, хлеб. Дорога.
И каждый обеденный перерыв он выходил. Не надолго — на пятнадцать минут. Но шёл. Не на парковку — в другую сторону. Туда, где дорога начиналась.
Хорошо быть в дороге, которую ты сам себе выбираешь.
Новелла тринадцатая. Возвышение
«Когда спускаешься вниз до конца, дорога может вести только наверх.» — Маргарет Митчелл
Марина потеряла всё за один месяц. Муж ушёл, работу сократили, мать попала в больницу, и квартира, в которой она жила тридцать лет, оказалась не её — документы, подписанные в другой жизни, в другом браке, в другой доверчивости.
Она сидела на чемодане в коридоре больницы и думала: дальше — некуда. Это дно. Но дно — это твёрдая поверхность. На дне можно стоять.
Она пошла работать. Не туда, куда «надо» — а туда, куда хотелось. Хотелось — в цветочный магазин. Не потому что любила цветы. А потому что в цветочном магазине пахнет живым, а она слишком долго пахла казённым.
Первый месяц она училась. Обрезать стебли под углом, менять воду, составлять букеты. Руки дрожали — не от горя, а от непривычки делать что-то живое. Тридцать лет она работала с таблицами. Таблицы не дышат.
Через полгода она стала лучшим флористом в магазине. Через год — открыла свой. Маленький, подвальный, с одной витриной и скрипучей дверью. Но цветы были живые, и люди приходили — не за цветами, а за тем, как она их выбирала. Каждому — свои. Не по случаю, а по человеку.
Мужчина в сером пальто хотел розы — она дала ему хризантемы. Он вернулся через неделю и сказал: «Мать плакала. Сказала, что хризантемы — её любимые. Откуда вы знали?»
— Не знала, — сказала Марина. — Просто увидела, что розы — не ваша дорога. Вы — хризантемный человек.
Когда спускаешься вниз до конца, дорога может вести только наверх. Но «наверх» — это не обязательно богатство или слава. Иногда «наверх» — это хризантемы вместо роз. Иногда — скрипучая дверь и живой запах. Иногда — просто твердая поверхность, на которой можно стоять.
Новелла четырнадцатая. Безымянные
«Не иди туда, куда ведёт дорога. Иди туда, где дороги нет, и оставь свой след.» — Ральф Уолдо Эмерсон
Он шёл по тропе, которая не была отмечена на карте. Тропа шла через ущелье, по краю обрыва, через ручей, через каменную осыпь. Он не знал, куда она ведёт. Он знал только, что она — есть.
В конце тропы, за осыпью, за ручьём, за обрывом, стояла стена. Гладкая, каменная, без трещин. Высокая — до неба. Тропа упиралась в стену и заканчивалась.
Он постоял. Потрогал стену. Стена была тёплая — нагретая солнцем. Он снял ботинок и прижал ладонь к камню. Потом — другую ладонь. Потом — лоб. Стена была тёплая, как живое существо.
Он не стал искать обход. Не стал возвращаться. Он сел у стены и остался. Через три дня нашёл щель — узкую, как книга, — между двумя плитами. Протиснулся. За стеной была долина, в которой nobody never been. Не потому что невозможно — а потому что nobody not искал. Все шли по дороге, которая вела в обход стены, к перевалу, к селению, к людям. А он не пошёл по дороге.
Долина была пуста и прекрасна. Река, луг, камни, покрытые мхом. Он построил шалаш. Посадил огород. Прожил там четыре года. Иногда приходил к щели и слушал — не идёт ли кто по тропе. Никто не шёл.
На пятый год он вышел из долины — через щель, по тропе, обратно — и принёс с собой корзину яблок, которые вырастил сам. Он дал яблоки первому встречному — мальчику на тропе. Мальчик укусил яблоко и сказал: «Откуда?»
— Из-за стены.
— Там ничего нет. Дорога упирается в стену.
— Нет. Дорога упирается. А если не идти по дороге — за стеной долина. И яблоки.
Мальчик не поверил. Но яблоко съел.
Не иди туда, куда ведёт дорога. Иди туда, где дороги нет, и оставь свой след. Нормальность — это асфальтированная дорога: по ней удобно идти, но цветы на ней не растут.
Новелла пятнадцатая. Возвращение
«Дорога приближает вас к вам самим.» — Алекс Зирк
Старик вернулся в село, из которого ушёл сорок лет назад. Село было почти пустое — несколько домов, пара старух, магазин с одним окном. Его дом стоял, но без окон и без дверей — рамы вынули, двери сняли, пол провалился.
Он обошёл дом, потрогал стену — стена была тёплая. Нагретая солнцем, как та стена в горах, о которой он не рассказывал никому. Он постоял. Потом сел на крыльцо — то самое крыльцо, с которого когда-то встал и пошёл.
Сорок лет он шёл. Был грузчиком, сторожем, пастухом, пекарем, рыбаком, гончаром. Был влюблён и разлюблен. Был богат и нищ. Был молод и стар. Всё это — на дороге. Дорога была единственной, что не изменяла: она просто была.
Он сел на крыльцо и понял: он вернулся. Не в село — к себе. Дорога, которая начиналась здесь и уходила в неизвестное, вернулась — не замкнувшись в круг, а завершив спираль. Он сидел на том же крыльце, но был не тот. И село было не то. И стена дома была не та — тёплая, как живая.
Он закрыл глаза и услышал тишину. Тишина была — дорога. Не звук тишины — а её отсутствие. Тишина, которая бывает только в конце пути, когда идти больше некуда, потому что ты пришёл.
Не туда, куда думал. А к себе.
Заблуждение думать, что все дороги идут вникуда. Дорога приближает вас к вам самим. И в конце дороги не обязательно всех ждёт смерть — потому что ещё никто не возвращался обратно таким, каким был при жизни. Плоть тленна и выгорает в нашем пути. Но мы остаёмся.
Он остался. Не в селе — в себе. А село — осталось вокруг него, как декорация, как обстановка, как дом, в который возвращаешься, когда дорога завершена. И крыльцо было то же. И тропинка начиналась у ступеней и уходила — в рощу, за околицу, дальше.
Но идти по ней — не нужно. Достаточно знать, что она есть.
«Дорога — это жизнь.» Джек Керуак
«Счастье — это дорога. Это также выбор, который ты делаешь.» Робин Шарма
«Дорогу осиливает идущий.» Народная мудрость
— Алекс Зирк, цикл «Дорога».
Новелла шестнадцатая. Указатели
«Дорожные знаки могут превратить шоссе в лабиринт.» — Станислав Ежи Лец
Он привык доверять знакам. Всю жизнь: стрелка направо — значит, направо; красный — стой; жёлтый — готовься; зелёный — иди. Даже в детстве, когда мама говорила: «Не беги через дорогу», он не бежал — он ждал зелёного. Ему казалось, что мир устроен как светофор: если следовать сигналам, всё будет правильно.
Потом он стал взрослым, и знаки стали сложнее. «Карьерный рост», «Стабильность», «Семья к тридцати», «Ипотека — это база». Он шёл по этим указателям, как по дорожным знакам, и к сорока годам оказался в квартире с видом на парковку, с графиком, который знал наизусть, и с чувством, будто он всё делает верно, но куда-то не туда.
Однажды он поехал в отпуск — не по путевке, не по туру, а просто сел в машину и поехал туда, где не было ни одного знакомого указателя. Дорога шла через лес, потом по грунтовке, потом вообще без дороги — по следам чьих-то колёс, которые вели в никуда или, наоборот, куда-то очень далеко.
На развилке стоял старый знак: стрелка влево — «Деревня», стрелка вправо — «Лесхоз». А прямо — ничего. Просто поле, уходящее за горизонт, и ни одной таблички.
Он остановился. Посмотрел на навигатор — тот молчал. Потом посмотрел на поле. И поехал прямо.
Через десять километров дорога кончилась. Дальше была тропа, потом просто направление. Он шёл пешком, неся с собой термос и бутерброд, и вдруг понял: он впервые за много лет не сверялся с указателями. Не потому что их не было — потому что перестал их искать.
К вечеру он вышел к озеру. На берегу сидел старик, чинил сеть.
— Ты откуда? — спросил старик.
— Ниоткуда, — сказал он. — Просто ехал.
— Значит, пришёл, — кивнул старик. — Кто едет без указателей, тот приходит туда, куда надо.
Они пили чай из жестяной кружки, смотрели, как садится солнце, и он вдруг почувствовал, что усталость — не от дороги, а от того, сколько лет он шёл по чужим стрелкам.
Обратно он ехал другой дорогой. Не той, что вёл навигатор, не той, что была на карте, а той, которую подсказал старик: через старую деревню, мимо заброшенной церкви, по мосту, который уже почти развалился, но ещё держал.
И когда он вернулся домой, квартира с видом на парковку не стала другой. Но он стал другим. Теперь он знал: дорожные указатели стоят на месте, но дорога — живая. Она меняется. И иногда самый верный путь — это тот, на котором нет ни одного знака.
Обычной дорогой иди необычно.
Новелла семнадцатая. Груз
«Глупо быть жадным в преклонном возрасте: что может быть абсурдней путника, который всё увеличивает свои запасы на дорогу, всё ближе подходя к её концу.» — Марк Туллий Цицерон
Она собирала вещи. Не для переезда — для дороги. Но каждый раз, собираясь, она добавляла ещё один свитер, ещё одну книгу, ещё одну коробку, ещё один пакет. Ей казалось, что без этого она не выживет.
В итоге рюкзак стал тяжелее её самой. Она едва могла его поднять. Но всё равно брала — потому что боялась, что чего-то не хватит.
Она вышла на трассу. Первый километр шёл тяжело. Второй — ещё тяжелее. На третьем она села на обочине и заплакала. Не от боли в спине, а от обиды на себя: она столько лет копила, чтобы быть готовой ко всему, а теперь не могла даже идти.
Мимо проезжали машины. Одна остановилась. Водитель — мужчина лет пятидесяти, с лицом, которое знало дороги, — вышел и молча посмотрел на рюкзак.
— Тяжело, — сказала она.
— Да, — согласился он. — Но не потому что вещи тяжёлые. Потому что ты их тащишь одна.
Он помог ей открыть рюкзак. Они вынимали по одному предмету и клали на траву. Свитер — слишком тёплый. Книга — которую она всё равно не читает. Коробка — непонятно с чем. Пакет — запасной. Ещё один пакет — тоже запасной.
Когда рюкзак опустел наполовину, он застегнул его и протянул ей.
— Попробуй теперь.
Она подняла. Стало легко. Так легко, что она даже удивилась: как она вообще ходила с тем грузом?
— Спасибо, — сказала она водителю.
— Не за что, — ответил он. — Я просто напомнил тебе, что дорога не требует всего. Дорога требует только того, без чего ты не можешь идти. Остальное — оставь на обочине.
Она пошла дальше. Рюкзак был лёгким. Ветер дул в лицо, и она вдруг поняла: она столько лет боялась, что ей чего-то не хватит, что набрала лишнего. А на самом деле, чтобы идти, нужно совсем немного. Иногда — даже меньше, чем кажется.
Груз, который мы несём, не всегда состоит из вещей. Иногда это страхи, ожидания, чужие советы, старые обиды — всё, что мы решили взять с собой «на всякий случай». Но «на всякий случай» делает дорогу невыносимой.
Она шла и чувствовала, как с каждым шагом становится легче. И когда солнце село, она остановилась, достала из рюкзака только самое нужное — термос, плед и одну книгу — и села у костра, который разожгла сама.
И поняла: дорога — это не про то, сколько ты взял. Дорога — это про то, сколько ты можешь нести и при этом оставаться собой.
Новелла восемнадцатая. Поворот
«То, что кажется концом дороги, может оказаться просто поворотом.» — Роберт Шуллер
Он думал, что это конец. Дорога обрывалась у старого моста, который разобрали на металл. Дальше — только река, широкая, быстрая, и противоположный берег, до которого не доплыть.
Он стоял и смотрел на воду. В голове крутились фразы: «Всё, тупик», «Дальше не пройти», «Пора возвращаться». Но возвращаться не хотелось. Возвращаться — значит признать, что он зря шёл.
Рядом остановился велосипедист — парень лет двадцати, в кепке, с рюкзаком, в котором гремели банки.
— Чего стоишь? — спросил он.
— Дальше некуда, — сказал он.
— А ты уверен? — парень кивнул на тропу, которая шла вдоль берега, вниз по течению. — Там брод. Вода по колено. Я только что прошёл.
Он посмотрел на тропу. Она была едва заметна, заросла травой, и казалось, что она никуда не ведёт. Но парень не врал: следы на земле были свежие, мокрые.
Он пошёл по тропе. Вода действительно была по колено, холодная, прозрачная, с камешками на дне. Он перебрался, отряхнул ноги, и на том берегу увидел то, чего не видел с моста: дорогу, которая шла дальше — не прямо, не так, как он хотел, а в обход, по склону, через лес, к холму, на вершине которого стоял дом с красной крышей.
Парень догнал его.
— Видишь? — сказал он. — Это не конец. Это поворот.
Дом на холме оказался гостиницей. В ней пахло деревом и чаем. Хозяйка — женщина с добрыми глазами — налила ему чашку и сказала:
— Многие думают, что если дорога не такая, как они хотели, значит, она никуда не ведёт. А она просто ведёт иначе.
Он остался на ночь. Утром вышел на крыльцо и посмотрел на дорогу, которая уходила дальше, за холм, в долину, к горам. И понял: он столько лет искал прямую дорогу, что не замечал поворотов. А повороты — это тоже дорога. Иногда даже лучшая.
То, что кажется концом, может оказаться поворотом. И если ты не видишь дороги, это не значит, что её нет. Это значит, что ты стоишь не там, откуда её видно.
Новелла девятнадцатая. Следы
«Лишь тот, кто идёт своей дорогой, никогда и никем не будет обогнан.» — Марлон Брандо
Они шли вдвоём по снегу. Один впереди, другой следом. Первый прокладывал путь, второй шёл по его следам. Снег был глубокий, и идти по следу было легче, чем пробивать новый.
Но постепенно второй начал замечать: след ведёт не туда. Он огибает овраг, который можно было перейти, срезает поворот, который был нужен, и уходит в сторону, где дорога становилась длиннее.
Он догнал первого.
— Слушай, — сказал он, — твой след ведёт не туда.
— Туда, — ответил первый. — Я так хожу.
— Но мы можем быстрее.
— Быстрее — не значит лучше.
Они пошли дальше. Но второй всё чаще смотрел не на следы, а вперёд. И однажды он сошёл с тропы. Шагнул в сторону, в снег, который был глубже, и начал идти сам.
Первый крикнул:
— Куда ты? Здесь же нет дороги!
— Зато есть направление, — ответил он.
Снег был тяжёлый, идти было трудно. Но он чувствовал, что идёт туда, куда нужно. Его собственные следы ложились на снег, и каждый шаг был его.
Через час он вышел на поляну, где стоял старый дом, о котором он читал в детстве. Дом, который он искал. Первый догнал его, тяжело дыша, весь в снегу.
— Ты нашёл, — сказал он.
— Да, — ответил второй. — Потому что я шёл не по твоим следам, а по своему пути.
Первый посмотрел на свои следы, которые уходили в сторону, и вдруг улыбнулся.
— Знаешь, — сказал он, — я столько лет прокладывал дорогу, что забыл: дорога — не для того, чтобы по ней шли другие. Дорога — для того, чтобы ты сам по ней прошёл.
Они вошли в дом. В нём пахло пылью и временем, и казалось, что он ждал именно их. Но не как двоих, идущих по одному следу, а как двоих, которые нашли свой путь.
Следы на снегу исчезают. Но путь остаётся. И важно не то, кто шёл перед тобой, а то, куда ты идёшь сам.
Новелла двадцатая. Компас
«Кто мыслит самостоятельно, думает добровольно и правильно, — у того есть в руках компас, чтобы попасть на настоящую дорогу.» — Артур Шопенгауэр
У него не было карты. Не было навигатора. Не было даже бумажного плана. Только старый компас — латунный, тяжёлый, с треснувшим стеклом. Он купил его на барахолке, не зная зачем. Просто потому что стрелка внутри всё время дрожала, как живая.
Он шёл по лесу, и компас показывал на север. Но север был везде: и впереди, и слева, и даже, казалось, под ногами. Лес был одинаковый, деревья стояли рядами, как солдаты, и не было ни одной приметы, по которой можно было понять, где ты.
Он сел на пень и посмотрел на компас. Стрелка дрожала, но не сбивалась. Она всё время возвращалась к северу, как будто знала что-то, чего не знал он.
Тогда он понял: компас не показывает дорогу. Компас показывает направление. А дорогу нужно искать самому.
Он встал и пошёл не по стрелке, а туда, где между деревьями было светлее. Где пахло водой. Где слышался шум, похожий на ручей.
И вышел к реке. Река текла на юг, и вдоль неё шла тропа. Тропа привела его к деревне, где люди знали его деда и сказали:
— Ты пришёл. Мы ждали.
Он не понял, как они его узнали. Но они просто улыбнулись и сказали:
— У тебя глаза деда. А он всегда шёл туда, где светло.
Компас остался у него в кармане. Он больше не смотрел на него. Он понял: самый верный компас — это не стрелка. Это то, что внутри тебя. То, что заставляет тебя идти туда, где светлее, где пахнет водой, где слышно жизнь.
Дело не в дороге, которую мы выбираем. Дело в нас, в том, что заставляет её выбрать.
Новелла двадцать первая. Мост
«Или найди дорогу, или проложи её сам.» — Латинская пословица
Мост рухнул ночью. Никто не видел, как это случилось. Просто утром люди пришли к реке — а моста нет. Только сваи торчат из воды, как зубы, и вода шумит, и никто не знает, как перейти.
Одни говорили: «Надо ждать. Приедут, починят». Другие: «Надо искать брод». Третьи: «Надо вернуться».
А один человек взял верёвку, привязал её к свае, перекинул на другой берег, где тоже была свая, и сказал:
— Держитесь за верёвку. Я пойду первым.
Он перешёл. Вода была по грудь, течение сильное, верёвка натянулась, как струна. Но он держался. И когда ступил на другой берег, обернулся и крикнул:
— Теперь вы! По одному! Держитесь!
Люди переходили. Кто-то плакал, кто-то смеялся, кто-то шептал молитвы. Но все переходили. Потому что появился путь. Не идеальный, не удобный, не безопасный — но путь.
А потом пришли рабочие, привезли доски, начали строить новый мост. Но пока они строили, люди всё равно держались за верёвку. Потому что знали: мост — это хорошо. Но верёвка — это то, что ты сделал сам, когда моста не было.
Иногда дорога — это не готовый путь. Иногда дорога — это верёвка, которую ты привязываешь к свае и говоришь: «Держитесь. Я пойду первым».
Мы найдём дорогу, но если нам это не удастся, мы проложим её сами.
Новелла двадцать вторая. Отражение
«Счастье не валяется на дороге. Счастье и есть дорога.» — Боб Дилан
Она стояла на мосту и смотрела в воду. В воде отражалось небо, облака, деревья, и её собственное лицо — чуть размытое, как на старой фотографии.
Ей казалось, что счастье где-то там — за мостом, за рекой, за следующим поворотом. Что стоит перейти, и всё изменится.
Но вода не менялась. Облака плыли, деревья качались, её лицо оставалось тем же. И вдруг она поняла: счастье не ждёт её на другом берегу. Счастье — это момент, когда ты стоишь на мосту и смотришь в воду, и видишь, как всё движется, и ты — часть этого движения.
Она не пошла дальше. Не потому что испугалась, а потому что поняла: дорога — это не средство добраться до счастья. Дорога — и есть счастье.
Она села на край моста, сняла ботинки, опустила ноги в воду и почувствовала, как холодная вода обнимает её. И улыбнулась. Не потому что случилось что-то хорошее. А потому что хорошее — это она сама, её ноги в воде, её отражение в реке, её дыхание, её тишина.
Счастье — это дорога. Это выбор, который ты делаешь: остановиться и почувствовать, или бежать дальше, думая, что счастье впереди.
И она выбрала остановиться. И в этом выборе было больше счастья, чем во всех дорогах, которые она прошла.
Новелла двадцать третья. Голос дороги
«В дороге и в тюрьме всегда рождается дружба и ярче проявляются способности человека.» — Лопе де Вега
Они ехали в поезде. Двое незнакомых мужчин, в одном купе, на верхней и нижней полке. Один читал книгу, другой смотрел в окно. Молчали.
Поезд шёл через ночь, и стук колёс был как голос дороги. Он говорил что-то важное, но никто не понимал слов.
Потом один сказал:
— Странно, правда? Мы едем, а мир за окном не двигается. Он просто проходит мимо.
Второй поднял голову от книги.
— Да, — сказал он. — Как будто мир — это кино, а мы — зрители.
— Или как будто мы — актёры, а мир — зритель.
Они засмеялись. И разговор пошёл. О жизни, о дорогах, о том, куда они едут и почему. Оказалось, что один едет к матери, которую не видел пять лет, а другой — к бывшей жене, чтобы подписать бумаги.
Они говорили всю ночь. Рассказывали истории, вспоминали детство, спорили о пустяках и соглашались в главном. И к утру стали почти друзьями.
Когда поезд остановился, они вышли на перрон, и один сказал:
— Ну, бывай.
— Бывай, — ответил другой. — И спасибо.
— За что?
«В дороге и в тюрьме всегда рождается дружба и ярче проявляются способности человека.» — Лопе де Вега
Они ехали в поезде. Двое незнакомых мужчин, в одном купе, на верхней и нижней полке. Один читал книгу, другой смотрел в окно. Молчали.
Поезд шёл через ночь, и стук колёс был как голос дороги. Он говорил что-то важное, но никто не понимал слов.
Потом один сказал:
— Странно, правда? Мы едем, а мир за окном не двигается. Он просто проходит мимо.
Второй поднял голову от книги.
— Да, — сказал он. — Как будто мир — это кино, а мы — зрители.
— Или как будто мы — актёры, а мир — зритель.
Они засмеялись. И разговор пошёл. О жизни, о дорогах, о том, куда они едут и почему. Оказалось, что один едет к матери, которую не видел пять лет, а другой — к бывшей жене, чтобы подписать бумаги.
Они говорили всю ночь. Рассказывали истории, вспоминали детство, спорили о пустяках и соглашались в главном. И к утру стали почти друзьями.
Когда поезд остановился, они вышли на перрон, и один сказал:
— Ну, бывай.
— Бывай, — ответил другой. — И спасибо.
— За что?
— За то, что был рядом. В дороге это важно.
Они разошлись. Один пошёл к матери. Другой — к бывшей жене. И больше не встречались. Но каждый помнил ту ночь в поезде, когда стук колёс был как голос дороги, говорящий: ты не один. Пока ты в пути — ты не один.
Тот, что ехал к матери, приехал и постучал в дверь. Мать открыла. Она постарела, но узнала его сразу — по глазам, по тому, как он стоял, по тому, как не решался войти.
— Мам, — сказал он.
— Входи, — сказала она. — Чайник уже греется.
Она всегда знала, что он придёт. Не сегодня — но однажды. Потому что дорога, если она настоящая, всегда приводит туда, куда нужно.
Он вошёл. Сел за стол. Мать поставила перед ним чашку и хлеб — тот самый, из детства, который она пекла по средам. И он заплакал. Не от горя. От того, что дорога закончилась там, где началась.
А тот, что ехал к бывшей жене, подписал бумаги. Она была спокойна и вежлива. Он был спокоен и вежлив. Они попрощались на крыльце, и он пошёл обратно — на вокзал. Билетов не было. Он сел на лавку, закрыл глаза и услышал: стук колёс. Тот самый. Голос дороги. И подумал: дорога не закончилась. Дорога не может закончиться. Она просто делает поворот — туда, где ещё ничего не было.
Он купил билет до следующей станции. Потом — до следующей. И поехал.
В дороге рождается дружба — но не только дружба. В дороге рождается человек. Тот, которого не было, когда ты садился в поезд. И тот, который останется, когда ты выйдешь.
Новелла двадцать четвёртая. Колючки
«Разве дорога становится хуже от того, что по краям её в изгороди торчат колючки? Путник идёт своей дорогой, а злые колючки пусть себе торчат на своих местах.» — Стендаль
Нина шла по просёлку, и с обеих сторон дороги стояла изгородь — старая, ржавая, вся в колючках. Колючки цеплялись за одежду, царапали руки, оставляли тонкие красные линии на коже. Она ругалась, останавливалась, пыталась отцепить рукав, порвала куртку, испортила настроение, и в итоге села прямо на обочину, опустив ноги в пыль.
— Что ты сидишь? — спросил старик, шедший позади.
— Колючки, — сказала Нина. — Весь путь в колючках. Я исцарапана. И не могу пройти.
Старик прошёл мимо. Его одежда тоже цеплялась за колючки, но он не останавливался — просто шёл, и колючки сами отпускали его, потому что он не сопротивлялся.
Он обернулся:
— Девочка, дорога не виновата в колючках. Колючки — это изгородь. Изгородь — это чья-то граница. Ты идёшь по дороге, и дорога — твоя. А колючки — чужие. Не обращай внимания.
— Но они царапают.
— Царапают — да. Но не останавливают. Останавливаешь ты сама — когда садишься и ругаешь их.
Нина встала. Подобрала куртку ближе, опустила голову и пошла. Колючки всё ещё были — они никуда не делись. Но она перестала на них смотреть. Она смотрела на дорогу.
Через полкилометра изгородь кончилась. Дальше было поле, открытое, светлое, без единой колючки. И она поняла: всё это время она боролась с колючками, а нужно было просто пройти мимо.
Дорога не всегда бывает гладкой. По краям стоят колючки — зависть, насмешки, чужие ожидания, чужой страх. И всегда найдутся те, кто хочет откусить от вашего успеха кусочек. Те, кому всегда мало. Те, кто голодает кости ваших надежд.
Но колючки не определяют дорогу. Они определяют лишь то, насколько сильно вы на них реагируете. Путник идёт своей дорогой, а злые колючки пусть себе торчат на своих местах.
Если ты направился к цели и станешь дорогою останавливаться, чтобы швырять камни во всякую лающую на тебя собаку, то никогда не дойдёшь до цели.
Нина вышла на поле. Ветер дул в лицо. Колючек не было. Но даже если бы были — она бы не остановилась. Она знала: дорога важнее изгороди. Дорога важнее того, что по краям.
Новелла двадцать пятая. Песня
«Мы идём этой дорогой только потому, что и другие идут той же дорогой. Мы ободряем себя тем, что в кромешной тьме слышим чей-то свист в ответ на наш собственный.» — Эрих Фромм
Он насвистывал. Тихо, себе под нос, без мелодии — просто звук, чтобы не было страшно. Дорога шла через тёмный лес, фонари не горели, луна спряталась за облаками, и единственное, что оставалось — свист. Свой собственный голос, возвращающийся эхом от деревьев.
Он думал, что один. Что дорога пуста. Что ночь вымерла. Но вдруг — далеко впереди, за деревьями — услышал ответный свист. Не эхо. Настоящий. Чужой.
Он остановился. Свист повторился. Он ответил. И пошёл на звук.
Через двести метров увидел женщину. Она сидела на корточках у обочины, обхватив колени, и насвистывала — ту же бессмысленную мелодию, что и он.
— Ты тоже заблудилась? — спросил он.
— Нет, — сказала она. — Я не заблудилась. Я просто шла. Но стало темно, и я стала свистеть. Не для того, чтобы позвать. А для того, чтобы не молчать.
— Я тоже, — сказал он.
Они пошли вместе. И свистели — по очереди, а потом одновременно, и получалось что-то вроде песни. Без слов, без ритма, без смысла — просто два голоса в темноте, которые говорили друг другу: ты не один.
Потом лес кончился. Вышли на поле, и оказалось, что облака ушли, и луна светит, и дорога видна — белая, ясная, уходящая за горизонт.
Они остановились. Женщина сказала:
— Знаешь, что самое странное? Я шла по этой дороге, потому что думала — одна. Что никто больше не идёт. Что я выбрала этот путь, и он мой, и мой один. А потом услышала твой свист. И поняла: дорога не моя. Дорога — общая. Просто каждый свистит по-своему.
Он кивнул. Потому что думал то же. Он шёл этой дорогой, потому что она была его. А оказалось — она была и её. И не потому что они выбрали одинаково. А потому что дороги, если они настоящие, ведут в одном направлении, даже если идущие не знают друг друга.
Мы идём этой дорогой только потому, что и другие идут той же дорогой. Мы ободряем себя тем, что в кромешной тьме слышим чей-то свист в ответ на наш собственный. И в этом свисте — больше дороги, чем во всех картах и указателях.
Они дошли до конца поля. Дальше дороги расходились — одна на восток, другая на запад. Они не стали бросать монету. Просто пожали друг другу руки и пошли — каждый в свою сторону.
Но свист остался. Каждый, идя своей дорогой, насвистывал — тихо, себе под нос. И если бы кто-нибудь прислушался — в кромешной тьме, в ночном лесу, в пустом поле — он бы услышал: два голоса. Далёких. Не сливающихся. Но отвечающих друг другу.
И этого достаточно. Чтобы идти.
«Дорога — это жизнь.» — Джек Керуак
«Дорогу осиливает идущий.» — Народная мудрость
_________________________________
ДОРОГА (цитаты и афоризмы. Как мои, так и известных людей)
____________
* Извечная фраза что "Дорогу осиливает идущий". А идти это синноним что то делать. Всегда есть смысл начать свой путь т.к. без пути нет вас. Чаще мы забываемся что путь уже начат т.к. мы осознаём себя своей мыслью. Лишь стоит подумать и уже видно начало пути.
* Дорога — это вечное, что нас всех роднит. То единственное, что никогда не изменит. Та борьба, которая позволяет жить и выживать не смотря ни на что. Она живёт надеждами на любовь и покой.
* Любовь и покой — это только миражи на вечном пути. Без пути не бывает дороги. Любовь присутствует везде куда мы держим путь как внутри, так и во вне нашего восприятия реальности.
* Наши прошлые препятствия так нас закаляют что живя в огне мы не горим. И признаём это обыденным. А другие попадая в нашу среду сразу сгорают. Дорога закаляет так что уже не вернуться во вчерашний день. И не увидеть что там мы совсем другие.
* Где дорога к успеху там всегда полно рядом народу который хочет откусить от вашего успеха кусочек. А когда они пожерают удачу то им мало. И они голодают кости ваших надежд. Им всегда мало только зависти. И нет предела насмешкам тех кто лишился предмета зависти.
* Вы всегда будете на пути тех кто впереди вас и тех кто стремится пройти по пути ваших ошибок.
* Движение не бывает бесцельным. Там где движение там всегда присутствует цель и дорога к достижению желаемого. Формы её могут быть совершенно разными.
* Погрустить в начале пути это оставить грусть и отправиться в путь без сожалений.
* В конце дороги не обязательно всех ждёт смерть. Потому что ещё никто не возвращался обратно таким каким был при жизни. Плоть тленна и выгорает в нашем пути. Но мы остаёмся.
* Люди пытаются найти рай пройдя долгий путь. Вместо того чтобы построить рай на своём пути. Ведь строительная глина у него под ногами.
* Заблуждение думать что все дороги идут вникуда. Дорога приближает вас к вам самим.
* Прямая дорога на элипсоидной Земле всегда искажена кривизной планеты. Сама планета противится прямому пути. Ибо такой путь заведомо ложный.
ALEX ZIRK
_______________________________
Цитаты извесных людей про дороги со смыслом представлены в этой подборке.
* Дорога, которая раньше была почти непроходимой, теперь кажется легкой: все препятствия, однажды преодоленные, нам уже не страшны.
(Бернар Вербер)
* Дорога к успеху переполнена женщинами, которые толкают перед собой мужей.
(Томас Дьюар)
* Воспоминаний много, а вспомнить нечего, и впереди передо мной — длинная, длинная дорога, а цели нет… Мне и не хочется идти.
(Иван Сергеевич Тургенев)
* Извините за опоздание, я заблудился на дороге жизни.
(Наруто)
* Меня охватила грусть перед дальней дорогой. Не правда ли, мессир, она вполне естественна, даже тогда, когда человек знает, что в конце этой дороги его ждет счастье?
(Михаил Афанасьевич Булгаков)
* Нужно идти туда, куда хочется, а не туда, куда якобы «надо». Идти себе, идти и ничего не бояться. У тебя все получится, правда.
* А какой смысл покупать машину, чтобы разъезжать по асфальту? Там, где асфальт, ничего интересного, а где интересно, там нет асфальта.
(Аркадий и Борис Стругацкие)
* Дело не в дороге, которую мы выбираем; то, что внутри нас, заставляет нас выбирать дорогу.
(О. Генри)
* Нельзя прийти старыми дорогами к новым горизонтам.
Кто идет медленно и не спеша, тому не длинна никакая дорога; кто терпеливо готовится в путь, тот непременно приходит к цели.
(Жан де Лабрюйер)
* Человек с ясной целью будет продвигаться даже по самой тяжкой дороге. Человек безо всякой цели не продвинется и по самой гладкой дороге.
(Томас Карлейль)
* Независимо от дорог, которые мы выбираем, наша суть приведет нас к одному концу.
(О. Генри)
* Дорога к счастью не всегда асфальтовая.
(Трумен Капоте)
* Даже если эта дорога ведет в ад, мы найдем рай!
(Волчий дождь)
* Не ходи проторенными дорожками — поскользнешься.
(Станислав Ежи Лец)
* Кому открыты все дороги, тот у многих стоит на пути.
* Не важно сколько тебе лет, важно лишь то, сколько дорог ты прошел.
(Джими Хендрикс)
* Не иди туда, куда ведет дорога. Иди туда, где дороги нет, и оставь свой след.
(Ральф Уолдо Эмерсон)
* Неумелый водитель до тех пор в безопасности, пока ему не попадется навстречу другой неумелый водитель.
(Фрэнсис Скотт Фицджеральд)
* В чужих дорогах нет твоей, в твоей — есть все дороги…
(Виталий Гиберт)
* Ковыляющий по прямой дороге опередит бегущего, который сбился с пути.
(Фрэнсис Бэкон)
* Если ты направился к цели и станешь дорогою останавливаться, чтобы швырять камни во всякую лающую на тебя собаку, то никогда не дойдешь до цели.
(Федор Михайлович Достоевский)
* Кто сбился с прямой дороги, того вернуть на нее можно только окольным путем.
(Марк Фабий Квинтилиан)
* Обычной дорогой иди необычно.
(Японские пословицы и поговорки)
* Дорога в «когда-нибудь» ведет в никуда.
(Энтони Роббинс)
* Тот факт, что многие ищут истину и не находят ее, объясняется, вероятно, тем, что пути к истине, подобно дорогам в ногайской степи, ведущим от одного места к другому, столь же широки и длинны.
(Георг Кристоф Лихтенберг)
* Следуй своей дорогой, и пусть люди говорят что угодно.
(Данте Алигьери)
* Главнейшая дорога человеческого воспитания есть убеждение.
(Константин Дмитриевич Ушинский)
* А сегодня ты снова в Дороге, и с тобой снова Тревожность. И не лги себе: без нее ты не можешь. Любовь и покой — это только мираж, без которого не бывает Дороги.
(Леонид Енгибаров)
* Где ещё мог почувствовать себя свободным житель этой вечно несвободной страны? Лишь в дороге, где ни барина, ни начальника, ни семьи.
(Борис Акунин)
* В жизни перед тобой всегда будет две дороги: одна верная, другая скользкая. Скользкая дорога всегда легкая, она будет притягивать тебя, но правильная дорога всегда трудна, на ней много трудностей и преград. Если ты выберешь скользкую дорогу, то может быть ты добьешься цели, будешь счастлив… но…. в конце ты проиграешь. Если выберешь верный путь, то вначале будет много трудностей, бед, проблем, неприятностей, но в конце ты обязательно выиграешь.
(Непохищенная невеста)
* Если черная кошка перебежала вам дорогу, значит она куда-то спешит.
(Граучо Маркс)
* Старость пролагает дорогу трусости, ибо страх есть охлаждение.
(Аристотель)
* Дружба должна быть прочною штукою, способною пережить все перемены температуры и все толчки той ухабистой дороги, по которой совершают свое жизненное путешествие дельные и порядочные люди.
(Александр Иванович Герцен)
* Путник, если ты идешь верною дорогой, будет верный друг тебе в том пути подмогой.
(Мухаммед Сулейман Оглы Физули)
* Аварии случаются потому, что нынешние водители ездят по вчерашним дорогам на завтрашних машинах с послезавтрашней скоростью.
(Витторио Де Сика)
* – Вы, парни, куда-то едете или просто едете? – Мы не поняли вопроса, а это был чертовски хороший вопрос.
(Джек Керуак)
* Большинство людей, стремящихся к цели, способны скорее сделать одно большое усилие, чем упорно идти избранной дорогой; из-за лени и непостоянства они часто утрачивают плоды лучших своих начинаний и дают обогнать себя тем, кто отправился в путь поздней, чем они, и шел медленней, но зато безостановочно.
(Жан де Лабрюйер)
* Великий человек идет впереди своего времени, умный идет рядом с ним на всяком пути, хитрый старается порядком использовать его, глупый становится ему поперек дороги.
(Эдуард Бауэрнфельд)
* Дороги, ведущие к искусству, полны терний, но на них удается срывать и прекрасные цветы.
(Жорж Санд)
* Ковыляющий по прямой дороге опередит бегущего, который сбился с пути. (Безногий, ковыляющий по верной дороге, обгоняет всадника, скачущего не туда.)
(Фрэнсис Бэкон)
* Будущее — это не то, куда мы идем, а то, что мы создаем. Дороги следует не искать, а строить. Сам процесс строительства меняет как самого творца, так и его судьбу.
(Джон Шаар)
* Можно наблюдать людскую глупость, можно смеяться над ней или чувствовать к ней сострадание, но не надо мешать людям идти своей дорогой.
(Герман Гессе. Кнульп)
* Это была длинная и сложная дорога. Но я рад, что она была долгой и сложной, потому что если бы я не прошел через это всё, то не усвоил бы свой урок.
(Как я встретил вашу маму)
* Благословенны дороги, по которым мы уходим в даль!
(Александра Бруштейн)
* Дело не в дороге, которую мы выбираем. Дело в нас, в том, что заставляет ее выбрать.
(Оррин Генри)
* Быть стильным — значит идти в одиночку там, где нет дороги.
(Жани Саме)
* У вас бывали моменты, когда вся ваша жизнь останавливается на распутье и вы оказываетесь перед выбором, но, даже выбирая одну дорогу, не сводите глаз с другой, уверенные, что ошиблись?
(Джоди Пиколт)
* «Дорога рано или поздно куда-нибудь да выведет…». Этот вымысел географов сгубил не одну жизнь. Дороги совсем не обязаны куда-либо выводить, им вполне хватает где-нибудь начаться, а дальше как все сложится.
(Терри Пратчетт)
* Помните, что счастье — это сама дорога, а не то, куда она приведёт.
(Сесилия Ахерн)
* Дорога, которая раньше была почти непроходимой, теперь кажется легкой: все препятствия, однажды преодоленные, нам уже не страшны.
(Бернар Вербер)
* Мы найдем дорогу, но если нам это не удастся, мы проложим ее сами.
(Ганнибал Барка)
* Счастье — это дорога. Это также выбор, который ты делаешь. Ты можешь изумляться бриллиантам, которые встречаешь на своем пути, а можешь нестись, не замечая дней, в поисках золотого ларца, который в конце концов окажется пустым.
(Робин Шарма)
* Тот, кто выбирает дорогу, выбирает и место, куда она приведет. Результат определяется средствами.
(Гарри Эмерсон Фосдик)
* У ума, как у проселочной дороги, есть своя проторенная колея.
(Оноре де Бальзак)
* То, что кажется концом дороги, может оказаться просто поворотом.
(Роберт Шуллер)
* Дороги, что мы выбираем, рисуют линию жизни.
(Сержио Бамбаренм)
* Дороги, которые никуда не ведут, заводят дальше всего.
(Жорж Вольфрам)
* Кто идет медленно и не спеша, тому не длинна никакая дорога; кто терпеливо готовится в путь, тот непременно приходит к цели.
(Жан де Лабрюйер)
* Каждый идет своим путем. Но все дороги всё равно идут в никуда. Значит, весь смысл в самой дороге, как по ней идти… Если идешь с удовольствием, значит, это твоя дорога. Если тебе плохо – в любой момент можешь сойти с нее, как бы далеко ни зашел. И это будет правильно…
(Карлос Кастанеда)
* Найти свою дорогу, узнать свое место — в этом все для человека, это для него значит сделаться самим собой.
(Виссарион Григорьевич Белинский)
* Жизнь человеческая похожа на дорогу, кончающуюся страшной пропастью: с первого же шага нас об этом предупреждают, но закон неумолим, надо идти вперед.
(Жак-Бенинь Боссюэ)
* Аварии случаются потому, что нынешние водители ездят по вчерашним дорогам на завтрашних машинах с послезавтрашней скоростью.
(Витторио де Сика)
* Кто-то считал дни до конца пути. Кто-то знал, что жизнь в дороге — лучшая из возможных жизней.
(Мария Фариса)
* Я буду тебе парусом в дороге, я буду сердцем бурю предвещать.
(Юнона и Авось)
* Так много богов и религий на свете, так много дорог, что кружат и петляют, и всё же единственное, в чём нуждается этот скорбный мир, — искусство быть добрым.
(Элла Уилкокс)
* Мои биографы говорят, что я начал свою дорогу к успеху, не имея абсолютно ничего. На самом деле это не верно. Все мы начинаем работать, что—то имея, и именно от того, как мы станем обращаться с тем, что имеем уже сейчас, и зависит наш будущий успех.
(Генри Форд)
* Странно, как много думает человек, когда он в пути. И как мало, когда возвратился.
(Эрих Мария Ремарк)
* Или найди дорогу, или проложи её сам.
(Латинская пословица)
* Продвигаясь по великой дороге жизни, ты все время делаешь одни и те же чёртовы ошибки. Точно могу сказать, что все свои ошибки ты повторишь в будущем.
(Гор Видал)
* Я верю в то, что в науке нет философской большой дороги с эпистемологическими указателями. Нет, мы находимся в джунглях и ищем свой путь методом проб и ошибок, строя в процессе позади себя свою дорогу.
(Макс Борн)
* Трудно с завязанными глазами выбиться на верную дорогу, приходится блуждать.
(Шолом-Алейхем)
* Счастье не валяется на дороге. Счастье и есть дорога.
(Боб Дилан)
* Дорога-то все равно в могилу; только для гордых она короче и ухабистей.
(Ирвин Уэлш)
* Знай, что пока тебя хвалят, ты еще не на своей дороге, а на дороге, угодной другим.
(Фридрих Ницше)
* Дорога к славе прокладывается трудом.
(Публилий Сир)
* Путь благородного человека рождается в нём самом, но проходит проверку у народа.
(Конфуций)
* Испытайте ваши сердца, примите то, что пошлет каждому из вас дорога.
(Джон Р.Р. Толкиен)
* Дорога цивилизации вымощена консервными банками.
(Альберто Моравиа)
* Карта нашей жизни сложена таким образом, что мы видим не одну пересекающую ее большую дорогу, но каждый раз новую дорожку с каждым новым разворотом карты. Нам представляется, что мы выбираем, а выбора у нас нет.
(Жан Кокто)
* Хорошо быть в дороге, которую ты сам себе выбираешь.
(Якуб Колас)
* К свободе ведет лишь одна дорога: презрение к тому, что не зависит от нас.
(Эпиктет)
* Путешествие в тысячу миль начинается с первого шага.
(Лао-цзы)
* Любить следует путь, а не грядущий конечный пункт, чем бы он ни был.
(Макс Фрай)
* Какой бы дорогой ни шел я в мире, она непременно приводила меня к тебе.
(Пауло Коэльо)
* Хочешь достигнуть цели своего стремления — спрашивай вежливее о дороге, с которой сбился.
(Уильям Шекспир)
* Жаль, что счастье не валяется на дороге к нему.
(Станислав Ежи Лец)
* Зачастую стать самим собой оказывается легче где-нибудь в пути или в чужом городе, но вовсе не дома.
(Ален де Боттон)
* Дороги — самый сильный наркотик, какой только есть на земле, а каждая из них ведёт к десятку других.
(Стивен Кинг)
* Всякий раз, выходя за дверь, надо быть очень осторожным, потому что тропинка, начинающаяся у крыльца, на самом деле дорога, а дорога бесконечна.
(Стивен Кинг)
* Разве дорога становится хуже от того, что по краям ее в изгороди торчат колючки? Путник идет своей дорогой, а злые колючки пусть себе торчат на своих местах.
(Стендаль)
* Каждый должен понять все сам, должен пройти свою дорогу самостоятельно, подняться выше или упасть на самое дно.
(Иар Эльтеррус)
* Никакой дорогой, даже самой правильной, нельзя проходить мимо того, кому нужен друг.
(Владислав Крапивин)
* Воспоминаний много, а вспомнить нечего, и впереди передо мной — длинная, длинная дорога, а цели нет.
(Иван Сергеевич Тургенев)
* Порой дорога вперёд вымощена чем угодно, но только не благими намерениями.
(Элизабеттаун)
* Когда спускаешься вниз до конца, дорога может вести только наверх.
(Маргарет Митчелл)
* Единственная честная дорога — это путь ошибок, разочарований и надежд. Жизнь — есть выявление собственным опытом границ добра и зла. Других путей не существует.
(Сергей Довлатов)
* По мере того как человеческое существо продвигается по дороге жизни, роман, потрясавший его в юности, и волшебная сказка, восхищавшая его в детстве, сами собой увядают и меркнут.
(Шарль Бодлер)
* Снег все лепит, и кругом белым—бело. И домишки в серебристых переливах. И понурилось в раздумьях сиротливых Среди стужи одинокое село. Глинобитные лачуги все подряд Стали мраморными — выступы пологи. И разглажены ухабы на дороге. И овчарки ослепленные скулят.
(Ваган Текеян)
* Мы идем этой дорогой только потому, что и другие идут той же дорогой. Мы ободряем себя тем, что в кромешной тьме слышим чей-то свист в ответ на наш собственный.
(Эрих Фромм)
* Тот, кто учит, что править должен не разум, а любовь, открывает дорогу тому, кто убежден, что править должна ненависть.
(Теодор Адорно)
* Дорога — это то, что доктор прописал.
(Джек Керуак)
* Жизнь – как Россия. Здесь нет дороги, только направление. И каждый ищет дорогу сам.
(Виктор Шкловский)
* Удивительное дело: вот так едешь, едешь по хорошо знакомой дороге, и вдруг встречаешь человека, который все понимает…
(Макс Фрай)
* Дорога к успеху переполнена женщинами, которые толкают перед собой мужей.
(Томас Дьюар)
* Дорога — это жизнь.
(Джек Керуак)
* Что у тебя за дорога, чувак? Дорога святого, дорога безумца, дорога радуги, дорога рыбки в аквариуме — она может быть любой. Она ведет кого угодно, куда угодно, как угодно.
(Джек Керуак)
* Что ждёт меня на дороге, по которой я не пойду?
(Джек Керуак)
* Независимо от дорог, которые мы выбираем, наша суть приведет нас к одному концу.
(О. Генри)
* Нормальность — это асфальтированная дорога: по ней удобно идти, но цветы на ней не растут.
(Винсент Ван Гог)
* Хорошо быть в дороге, которую ты сам себе выбираешь.
(Якуб Колас)
* Кто мыслит самостоятельно, думает добровольно и правильно, — у того есть в руках компас, чтобы попасть на настоящую дорогу.
(Артур Шопенгауэр)
* Дорога была живописна, но к передвижению совершенно непригодна.
(Терри Пратчетт)
* В жизни — как в пути: самая короткая дорога обычно самая грязная, да и длинная немногим чище.
(Фрэнсис Бэкон)
* Когда у человека нет тормозов, для него все дороги скользкие.
(Веселин Георгиев)
* Всему, что необходимо знать, научить нельзя, учитель может сделать только одно — указать дорогу.
(Ричард Олдингтон)
* Не покидайте никогда дороги долга и чести — это единственное, в чем мы черпаем счастье.
(Жорж Бюффон)
* Часто правильной дорогой оказывается та, на которую трудней всего вступить.
(Франсуа Мориак)
* Дорога к счастью — это когда вы ясно осознаете свои ценности и находитесь в гармонии с ними.
(Карлос Слим)
* Не иди туда, куда ведет дорога. Иди туда, где дороги нет, и оставь свой след.
(Ральф Уолдо Эмерсон)
* Голливуд — самая большая в мире игрушечная железная дорога.
(Орсон Уэллс)
* Прогресс проторяет прямые дороги, но гений выбирает непроторенные пути.
(Уильям Блейк)
* Дороги существуют для того, чтобы по ним идти.
(Эрих Мария Ремарк)
* Глупо быть жадным в преклонном возрасте: что может быть абсурдней путника, который все увеличивает свои запасы на дорогу, все ближе подходя к ее концу.
(Марк Туллий Цицерон)
* Дороги и перекрёстки. Говорят, Бог создал дороги, а Дьявол — перекрёстки.
(Анхель де Куатье)
* Дорога вниз имеет мало остановок.
(Теодор Драйзер)
* В науке нет широкой столбовой дороги, и только тот может достигнуть её сияющих вершин, кто, не страшась усталости, карабкается по её каменистым тропам.
(Карл Маркс)
* Дорожные указатели стоят на месте.
(Станислав Ежи Лец)
* Помните, что счастье — это сама дорога, а не то, куда она приведёт.
(Сесилия Ахерн)
* Природа является идеальным балансом в нашем мире, и если ты находишься с ней в гармонии, бережешь ее, то она обязательно подскажет тебе дорогу к счастью.
(Илья Дружинин)
* Когда мы уступаем дорогу автобусу, мы делаем это не из вежливости.
(Виктор Шкловский)
* Кажется, все искали кратчайшей дороги к деньгам и при этом обходили самую прямую — ту, которая ведет через труд.
(Генри Форд)
* Не бойтесь проигрывать. Победители не боятся проигрывать. Неудача — это часть дороги к успеху. Люди, избегающие неудач — избегают и успехов.
(Роберт Кийосаки)
* Как от слепцов скрыт солнца ясный свет,
Так для глупцов дороги к правде нет.
(Ибн Сина (Авиценна))
* Лишь тот, кто идёт своей дорогой, никогда и никем не будет обогнан.
(Марлон Брандо)
* Литераторы оставляют следы, а не прокладывают дороги.
(Вильгельм Швебель)
* Деньги — трусливая дорога к власти.
(Вильгельм Швебель)
* Моралисты учат, что на этом свете добродетель — прямая дорога к счастью, а порок — к несчастью. Теория благотворная и утешительная, против которой можно сделать только одно возражение, а именно: она не соответствует истине.
(Генри Филдинг)
* Дорожные знаки могут превратить шоссе в лабиринт.
(Станислав Ежи Лец)
* Чтобы найти верную дорогу, сначала надо заблудиться.
(Бернар Вербер)
* К высокому положению ведут два пути: протоптанная прямая дорога и окольная тропа в обход, которая гораздо короче.
(Жан де Лабрюйер)
* Дорога к славе прокладывается трудом.
(Публий Сир)
* Или найди дорогу, или проложи её сам.
(Латинские пословицы и поговорки)
* Человек с ясной целью будет продвигаться даже по самой плохой дороге. Человек безо всякой цели не продвинется и по самой гладкой.
(Томас Карлейль)
* Даже если вы на правильном пути, вас задавят, если вы будете просто сидеть на дороге.
(Уилл Роджерс)
* Разбойник с большой дороги, участвует ли он в шайке или грабит в одиночку, равно остается грабителем; и нация, затевающая неправедную войну, есть не что иное, как большая шайка грабителей.
(Бенджамин Франклин)
* Самая короткая дорога — это дорога знакомая и прямая. Так на улице… Но не так в жизни: она заставляет искать обходные пути.
(Анатолий Алексин)
* Порою, чем дальше уходит дорога жизни, тем с большим удивлением двое, идущие рядом, вспоминают начало пути.
(Анатолий Алексин)
* В дороге и в тюрьме всегда рождается дружба и ярче проявляются способности человека.
(Лопе де Вега)
* Когда ты угодил в шторм, обратной дороги нет.
(Аризонская мечта)
* Сделай шаг, и дорога появится сама собой.
(Стив Джобс)
* Ковыляющий по прямой дороге опередит бегущего, который сбился с пути.
(Фрэнсис Бэкон)
* В жизни — как в пути: самая короткая дорога обычно самая грязная, да и длинная не намного чище.
(Фрэнсис Бэкон)
* Есть угрюмая в осени проредь — как бы выношенность бытия: так просторно, что не о чем спорить и любая дорога — твоя. В этом призрачном тусклом пыланье, где возможности воспалены, исполняют любые желанья… Только не называют цены.
(Алексей Пурин)
* А люди, бывает, как Боги сияют, но не для тех, кто сбился с дороги.
(Серафим Саровский)
* Двигаясь по дороге жизни, вы сами творите свою Вселенную.
(Уинстон Черчилль)
* Наша жизнь как дорога с односторонним движением, и важно не пропустить свой поворот, ведь пути назад уже не будет.
(Уинстон Черчилль)
* Любовь слепа, и она способна ослепить человека так, что дорога, которая кажется ему наиболее надежной, оказывается наиболее скользкой.
(Маргарита де Валуа)
____________________________
P.S.:
* Дорога к свету греет душу
* http://stihi.ru/2008/02/04/77
* Дорога к храму
* http://stihi.ru/2009/03/25/3644
:-)
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.