Начало здесь http://proza.ru/2024/08/31/817
Меж тем уголовное дело по обвинению пронсельванского экс-короля Гессора Грандескки в краже государственных денег в особо крупных размерах рассыпалось за недостаточностью улик. Следствие, открытое против него, зашло в тупик и приблизилось к выводу о необходимости отпустить подозреваемого на свободу. Но это порождало другие вопросы и проблемы, и в первую очередь то, что судьба невообразимой суммы денег из злополучного бункера оказалась подвешенной в воздухе. По всему выходило, что раз король – совсем не вор, то его имущество ему необходимо вернуть в целости и сохранности. Да только как это было сделать народному правительству, если все экспроприированные деньги оказались уже обещаны народу и отчасти даже потрачены? Лорд Мауэр по сему поводу был просто в бешенстве, а журналисты поспешили к экс-королю с волнующими их вопросами.
- Ну что вы, друзья! - сказал Гессор со свойственной ему безмятежностью и проявив небывалую широту души, – Вы можете прямо совсем не волноваться по поводу денег. Все свои средства я вознамерился оставит вам и вашему народному правительству. И вы можете распоряжаться ими по своему усмотрению. Мне они совсем не нужны.
Подобное благородство и щедрость души просто обескуражила и подкупила общественность. А народ переполнило чувство благодарности по отношению к свергнутому монарху. Провожать его на аэродром, поскольку освобождённый уже экс-король выезжал за границу к своей семье, пришли толпы плачущих от восторга граждан, а в глазах их светилась любовь и признательность.
Вот как описывали эту сцену журналисты:
«Вечерний воздух дрожал от света прожекторов. Они рассеивали сумерки, как лезвия, выхватывая из темноты лица людей, плакаты, вспышки камер. Толпа стояла плотной стеной вдоль ограждений – тысячи голосов, тысячи рук, тысячи взглядов, устремлённых к одному человеку. Гессор Грандескки вышел из чёрного автомобиля медленно, почти театрально, будто знал: этот момент – кульминация. Полы его одежды слегка колыхались от ветра, а шаги были уверенные, спокойные, как у человека, привыкшего к вниманию. Но сегодня внимание другое – не деловое, не официальное. Оно горячее, восторженное, почти фанатское.
Гессор шёл к трапу, но перед тем как подняться – остановился. Повернулся к толпе. Поднял руку в лёгком жесте прощания. И в этот миг шум в толпе стал оглушительным. Провожающие взорвались аплодисментами, как в финале фильма, где герой уходит, чтобы начать новую жизнь – или новую легенду.
И вот самолёт был готов к вылету. Но толпа не расходилась. Она провожала Гессора взглядами, как любимого актёра после премьеры, зная, что этот момент останется в памяти надолго».
Гессор Грандескки приветливо помахал им рукой и улетел, подобно Карлсону, но в отличие от него, совсем не обещал вернуться…. Впрочем, трудно до конца представить, что у свергнутого монарха могло твориться в голове, ибо душа его всегда была потёмками.
«Деньги-деньги, - бормотал, сбегающий восвояси, свергнутый монарх, наблюдая в иллюминатор за собравшимися толпами провожающих, поднимаясь в воздух вместе со своим самолётом. – Кому нужны ТАКИЕ деньги, господа? Нет уж, вы лучше оставьте их себе под ответственность своего народного правительства. А я уж как-нибудь сбегу за границу от греха подальше, чтобы не отвечать за последствия. Да уж, господа, если бы вы были хоть чуточку умней и не протоптались, как свиньи, своими нозьями по моей судьбе, не угрожали бы моей семье и не наговорили бы мне кучу неблагодарных гадостей, я, возможно, и сказал бы вам одну вещь, которую вам полезно было бы знать. Но ничего не даётся даром. Так что, прощайте, господа. Желаю счастья вам с ВАШИМИ деньгами».
А покуда происходили эти события, лорд Мауэр не мог прийти в себя от душащих его гнева и сомнений.
- Но чем вы не довольны-то, я не пойму, шеф? – спрашивал у милорда его помощник Лео Китесис, - Вроде бы у нас и нашей революции дела складываются совсем неплохо. Только за последнее время произошло столько всяких прекрасных событий. Во-первых, мы избавились от банды Кистона, которая просто не давала нам житья. И раз этот пройдоха застрелился по собственной воле, то огромные деньги, которые вы ему задолжали, тоже не нужно теперь ему выплачивать, а вредить он нам за это с того света всё равно не сможет. Во-вторых, экс-король по каким-то причинам отказался от бункерных денег…
- Вот это мне и кажется уж больно подозрительным, - посетовал милорд. – Сами подумайте, Китесис, кто же без какой-либо выгоды для себя отказывается от такой кучи лиоров?
- Так в чём вы подозреваете экс-короля, не пойму я никак?
- Да как вы не понимаете! Он подкупил народ своим подарком…
- А что, вы разве сами его не подкупили, когда призывали к вашей… то есть к нашей, конечно же, революции?
- Вот именно потому я прекрасно и понимаю, какими это может угрожать последствиями для правящей теперешней верхушки…
- То есть для вас, милорд?
- Конечно! И все граждане нашей страны просто плакали от умиления, провожая этого пройдоху Гессора Грандескки. А если завтра люди и вовсе решат, что при короле им жилось гораздо лучше и будут умолять его вернуться? Или станут задаваться вопросами: если прежний глава государства был не вор и вообще оказался бесконечно добродетельным, а также проявил чудеса благородства и щедрости, зачем мы тогда свергли его и совершили нашу революцию? И если это случится, что мы тогда-то с вами будем делать? И вообще, подумайте сами, если бы экс-король каким-либо образом не надеялся вернуться или, что ещё хуже, не подложил своим якобы благородным поступком нам какую-то свинью, желая нас дискредитировать по полной программе, то никогда бы, я вас уверяю, такого не сделал, то есть не оставил бы нам такую кучу деньжищ.
- Мне кажется, шеф, вы всё-таки сильно преувеличиваете способность нашего народа к благодарностям. Ну, поплакали немного от умиления, а завтра все об этом забудут. И не так уж и много у Гессора Грандескки в нашей стране сторонников. По крайней мере на сегодняшний день.
- Нет-нет, Китесис, этот пройдоха уж точно чего-то задумал! – вскричал Мауэр и забегал между столами своего кабинета, где и происходил описываемый разговор, чем выказал своё крайнее возбуждение, - А я-то, дурак, израсходовал тонну бумаги, готовясь вступить с ним в словесные баталии, составляя черновик своих речей и подбирая колкие выражения. Я думал, что как только мерзавец Грандескки вырвется на свободу, тут же развернёт целую компанию, критикуя наше народное правительство: будет злобствовать, блистать красноречием и иностранных инвесторов отговаривать вкладываться в нашу экономику. И я очень надеялся, что всё это только ещё больше настроит наш народ против свергнутого монарха. Я же, споря с ним, буду выглядеть спасителем. Но вот все усилия мои, выходит, пропали зря?!
- И вы так переживаете из-за того, что вам жалко бумаги что ли, шеф? – недоумевал Китесис, который видел только положительные стороны в данном вопросе.
- Какой ещё бумаги? – раздражённо вопросил Мауэр, приходя в себя от своих гнетущих мыслей, в которые углубился минуту назад.
- Как какой? Той самой, тонну которой вы потратили, чтобы писать черновики для ведения словесных баталий? А всё было зазря, как выясняется?
- Нет, Китесис, вы точно совершенно тупой!!! – в сердцах взревел Мауэр, - Причём здесь бумага, в самом деле? Тут главный ужас в том, что Гессор Грандескки опять оказался хорошим, а я плохим и недальновидным.
- Да никто и не говорит такого, шеф, с чего вы взяли? У вас прямо паранойя какая-то разыгралась! А причин на это нет ровным счётом никаких, ведь согласно всем исследованиям и по всем рейтингам вы продолжаете оставаться народным любимцем, а Гессор Грандескки – свергнутым королём, не больше.
- А всё потому, что деньги из королевского бункера остались в моих руках. А это значит, что наш народ всё ещё надеется получить их от меня, потому и продолжает всё ещё меня любить.
- Ну да.
- Так зачем же Гессор Грандескки, понимая это, оставил в моих руках эти деньги? Как вы это себе понимаете?
- А я понимаю это себе так: то, что экс-король не стал вам вредить, означает лишь то, что просто он почувствовал вашу силу и отошёл в сторону, чтобы не выглядеть глупо и не потерпеть фиаско. И чем вообще Гессор Грандескки может вам навредить, шеф? Да и нет на это никаких у него способов.
- Нет способов?! – милорд фыркнул, - Вы только посмотрите, что делается с нашей экономикой. У нас же бешенная инфляция, и непонятно откуда. И это происходит в туристический-то сезон, когда богатенькие иностранцы везут к нам со всех концов земли самую разную валюту и сами скупают во множестве наши лиоры! Как такое возможно?
- Ну, не преувеличивайте, сезон ещё только начинается. И ещё впереди целых шесть прекрасных месяцев, чтобы поправить дела с нашей экономикой. Потому я уверен…
- Да прекратите вы ваше убаюкивающее блеяние, Китесис! Строите тут воздушные замки в то время, как свергнутый монарх строит нам козни!
- Но не думаете же вы в самом деле, шеф, что инфляцию каким-либо образом может провоцировать экс-король, когда не имеет уже с зимы доступа к делам и сам до недавнего времени находился под арестом? Что, Гессор Грандескки, по-вашему, экстрасенс? Сидит, распускает вокруг себя негативные флюиды и снижает себестоимость нашего лиора?
Мауэр кинул презрительный взгляд на своего помощника и заметил вполне серьёзно.
- А вот я на вашем месте не смеялся бы так, Китесис. И я не удивлюсь совсем, если дело тут и правда окажется в какой-то чёрной магии. Может, деньги из сейфа были проклятыми? Некоторые так и говорят. Особенно эта, модная теперь предсказательница… как её – та, что гадает на картах и хрустальном шаре – Лучезара Прозорливая об этом часто вещает. Многие ей верят.
- Да вы ещё глупее меня, шеф! – рассмеялся помощник главы народного правительства.
- На себя посмотрите, Китесис! А я вот нюхом чувствую и совершенно уверен, что Гессор Грандескки какими-то тайными методами исподволь влияет на ситуацию с нашей экономикой, воздействуя на рынок ценных бумаг какими-то сверхъестественными методами. Но даже если не так… он вполне бы мог решить проблему с инфляцией, да только не хочет. Да он и сам намекал мне об этом. И я уверен, что знает гораздо больше, чем говорит.
- Но если дело действительно в чёрной магии, шеф, то я даже не знаю, как мы сможет от этого защититься? Разве что святой водицей? А может, к Папе Римскому обратиться за советом?
- Да не нужен нам никакой Папа. Нам нужен этот мальчишка, принц Эммануэль.
- Зачем он вам сдался, шеф?
- Как зачем? Как только щенок Грандескки будет у нас в руках, то и Гессор сделает всё, что мы захотим, только бы получить назад своего любимого отпрыска живым и невредимым…
- Так отпрыск же уже утонул, шеф, как выяснила полиция.
- Да не утонул он! - Мауэр твёрдо в упор посмотрел на Китесиса и уверенно закивал головой, как упрямый барашек. - Я прямо всем своим нутром это чувствую!
- Тогда сбежал за границу, потому находится вне зоны нашего влияния.
- А если нет? Сами подумайте, Китесис, если бы принц Эммануэль сбежал бы за границу, то о нём давным-давно дошли бы до нас какие-то известия от наших шпионов. А ведь нету никаких известий… Впрочем, об этом мне лучше поговорить с тем, кто поумнее вас, господин болван.
Говоря так, милорд конечно же имел ввиду Херра Шнайдера, а кого же ещё?
- Решить поставленную задачу, то есть найти принца Эммануэля, если он, конечно, ещё жив и не сбежал за границу под крыло мамочки, - отвечал ему тот, - нам наверняка смогут помочь Джордж Вашингтон и Жанна д;Арк, а также их хозяева Люк и Лея Скайуокеры, - на полном серьёзе высказал свою идею великий расследователь.
- Кто??? – безмерно удивился Мауэр.
- Джордж Вашингтон и Жанна д;Арк – это лучшие в мире поисковые собаки. А Люк и Лея Скайуокеры – это их хозяева, брат и сестра из американского подразделения Интерсес, то есть международной сыскной службы, - как всегда, с чувством осознания собственной значимости пояснил Шнайдер в то время, как лорд Мауэр слушал его с великой надеждой и затаив дыхание. - Если, сбежав с острова ХХ-13, принцу Эммануэлю всё-таки удалось достигнуть берега и остаться неузнанным, то след его вполне могут взять указанные талантливые поисковые псы, имеющие воистину удивительные способности. Про этих двух собачек рассказывают просто какие-то чудеса. Их слух, зрение, а более всего обоняние, ну просто удивительны. Говорят, что на открытой безлюдной местности Джордж и Жанна способны учуять запах разыскиваемого человека на расстоянии от полутора до двух километров. И это если он и не проходил даже поблизости от того места, где находятся собаки. А уж если возьмут след, то никогда его уже не потеряют, хоть зарывайся человек под землю километра на два. Конечно, розыски пойдут труднее, если принцу удалось затесаться незамеченным в ряды многочисленных туристов, понаехавших к началу туристического сезона в курортный городок Сусум и в его окрестности.
- Но ведь так, скорее всего, и есть. Городок Сусум ближе всего к острову ХХ-13. И именно к его берегам очень вероятно и прибыл принц на своей лодке.
- В толпе отдыхающих розыски пойдут, конечно же, сложнее, потому что смешение запахов путает след. Однако различить запах нужного им человека из множества других запахов Джордж и Жанна способны примерно метров за двести в толпе, направив своих хозяев, лучших поисковиков Американских штатов, в нужном для них направлении. Найти беглеца эти псы способны также и по запаху предметов. А этими указующими ориентирами может стать великое множество вещей: ручка двери, за которую держался разыскиваемый; денежная купюра, которой он расплачивался в магазине; камешек, который он случайно бросил, а также многое-многое другое. Естественно, подобные предметы могут и не помочь поисковым собакам взять след, но методом дедукции Люк и Лея Скайуокеры вполне способны будут по собранным данным вычислить местонахождение принца Эммануэля. Тем более, что на своих компьютерах по специальным программам для сыщиков вполне способны просчитать примерное местонахождение беглеца. И даже выбрать из множества предлагаемых искусственным интеллектом вариантов им сможет помочь разговор со своими подопечными псами, которые тоже участвуют в обсуждении стратегии и тактики поиска.
- О, боже! Разговор с собаками? Как такое возможно?
- Люк и Лея – великие сыщики – настолько сроднились со своими псами, что понимают их язык во всех деталях, зная во всех тонкостях повадки своих подопечных, потому понимают язык их тела и воспроизводимых ими собачьих звуков. Да и Джордж с Жанной понимают своих хозяев буквально с полуслова. Так и проходит их беседа.
- Но всё-таки я не понимаю, как же псы могут разговаривать с людьми?
- Есть великое множество способов, милорд.
- Я понял уже, что эти талантливые собаки общаются со своими хозяевами посредством языка тела, мимики и звуков. Но участвовать в обсуждении вариантов поиска? Это же слишком сложно! И на каком языке разговаривают эти четвероногие сыщики, действительно на собачьем что ли? То есть, я хочу спросить, если человек использует в повседневном разговоре до тысячи слов, что же конкретно заменяет собакам такое количество языковых элементов.
- Этими языковыми элементами становятся разные типы рычание и лая, эти собаки способны скулить и подгавкивать как-то по-особенному, выражая тем самым радость, страх, агрессию и великое множество других самых разных эмоций, тем самым передавая хозяевам ценную для них информацию, добываемую ими из окружающего пространства в основном по запаху.
- Но откуда же псы вообще узнают, как пахнет этот Эммануэль?
- Странный вопрос! Нет ничего проще, милорд. К нашему счастью, в особнячке на острове ХХ-13, где прима-принца держали в заложниках, полным-полно осталось всяких разных его вещей, испускающих чёткий запах, как я думаю. Потому, обнюхав эти вещи, наши замечательные Джордж и Жанна запомнят его надолго и вполне имеют шансы взять след, отыскав нашего злополучного принца к вашему удовольствию. Остались вещи и в особняке Грандескки, в комнате принца. И хоть прошло с момента того, как он ими пользовался, немало времени, но наши замечательные пёсики настолько чувствительны к запахам, что для них подобные предметы вполне подойдут, чтобы использовать их в розыске.
Представьте себе следующую ситуацию. Лежит себе в мусорной корзине пластиковый стаканчик с запахом принца. И попал этот объект в радиус возможностей наших замечательных псов. А он составляет, как я уже упоминал, двести метров. Псы ведут своих хозяев к мусорной корзине, роются там и достают со дна стаканчик. Двуногие сыщики смотрят на него и понимают, что скорее всего разыскиваемый купил сок в киоске напротив. Они идут к продавцу, показывают ему фотографию принца и спрашивают: «А вы не видели случайно этого парня?» Продавец им отвечает: «Видел. Он живёт в доме напротив» или «каждый день проходит по этой улице в 10 часов утра». И уже этого достаточно, чтобы поймать беглого мальчишку. Или ещё проще, Джордж и Жанна со своими хозяевами просто идут на прогулку по берегу моря и находят то место, где сошёл на берег со своей лодки принц. Собаки берут след, отправляются в нужном направлении и находят беглеца.
Но это, конечно, идеальные варианты. И вряд ли всё пройдёт так уж прямо гладко. Однако при множестве попыток, мы наверняка сможем получить удовлетворительный результат. Мне думается, достаточно будет нашей замечательной четвёрке походить по городку Сусум пару-тройку дней, и если принц именно там, его обязательно почуют и отыщут рано или поздно собаки. Да-да, на этом пути, конечно же, возможны всякие непредвиденные сложности, а дело может запутаться по каким-то причинам до невероятности. Но ведь в помощь нашей замечательной четвёрке ещё прилагаются не менее замечательные программы по розыску людей, которые способны моделировать самые разные варианты. Они и станут подсказками в розыске. Да, я думаю, очень вероятно, что принц Эммануэль каким-либо образом осел именно в городке Сусум, ибо для того, чтобы свободно передвигаться по стране у него нет необходимых документов. А на дорогах везде стоят блокпосты, обыскивая буквально все проходящие мимо машины. В аэропортах и на вокзалах ходят патрули, проверяя у всех подозрительных документы. И они бы уж точно обнаружили принца, если бы он вздумал куда-то бежать. Так что не волнуйтесь, милорд, круг поиска небольшой, А ситуация под нашим контролем.
- Как звучит заманчиво! – воскликнул незадачливый глава народного правительства и глаза его просто засветились от счастья. - Да, но поедет ли к нам эта великолепная американская четвёрка? Они ведь, наверное, находятся на государственной службе и не принадлежат себе.
- Об этом не волнуйтесь. Наши великолепные Люк и Лея, а также их не менее великолепные четвероногие подопечные, уже давно заняты только расследованием частных дел БОЛЬШИХ людей, ну вы меня понимаете.
- Но судя по тому, что вы мне только что рассказали, желающих воспользоваться их услугами, наверняка, и на их родине, в Американских штатах и по всему миру полным-полно. И без сомнения гонорар, который они запросят, выполняя мой частный заказ, настолько велик, что даже не знаю, как мы с ними будем расплачиваться.
- Вы правы, милорд. Но я уверен, что уговорить Люка и Лею мне всё-таки удастся, причём на условиях, которые станут для вас не особенно обременительными. Ну, а если они согласятся, то собаки, разумеется, тоже, движимые чувством долга и с великой радостью, последуют за своими хозяевами, чтобы заняться вашим делом.
- Если вы и правда смогли бы уговорить Люка и Лею Скайуокеров заняться нашим делом и привести с собой своих прославленных подопечных, милейший мой Шнайдер, то встали бы в моих глазах в один ряд с Господом Богом!!! – вскричал Мауэр, - Но всё-таки, как же насчёт гонорара? Как думаете, он не слишком меня шокирует?
- При определённых обстоятельствах услуги великолепной американской четвёрки для вас могут оказаться и вовсе бесплатными.
- Но как такое возможно??? Я вас не понимаю. Вы имеете, дорогой Шнайдер, какие-то возможности уговорить этих суперпрофессиональных сыщиков работать на меня бесплатно???
- Конечно, уговорю, - заверил милорда его собеседник, - ведь я-то тоже супер-сыщик, а на вас как-то работаю… и почти бесплатно, между прочим, не в обиду будет вам сказано. Потому и не сомневайтесь даже и насчёт великолепной четвёрки. Я же упоминал уже, что у меня очень большие возможности и чрезвычайно обширные знакомства. И более того, я вам обещаю, что буквально в течении суток, все четверо, то есть Люк, Лея, Джордж и Жанна, оставив все свои дела, прибудут в Пронсельвани, чтобы заняться вашим, милорд, наиинтереснейшим делом. И если принц Эммануэль жив, будьте покойны, они его обязательно отыщут, причём в самый короткий срок.
- Но в чём же здесь подвох, я не понимаю? – всё-таки усомнился в сказанном милорд, - Уж больно, как в сказке, всё получается. Самые лучшие специалисты по розыску со всего мира без звука съезжаются ко мне по первому моему зову. А я – всего лишь скромный глава маленькой незаметной страны, экономика которой трещит по швам и в которой даже совершенно нет никаких полезных ископаемых.
- А нет никакого подвоха, милорд, - сообщил ему Шнайдер. – Открою вам тайну. Просто в мести экс-королю заинтересованы не только вы, а кое-кто из людей, чьё влияние в мире оказывается выше всяких ваших смелых предположений.
- Ах вот, значит, как?! – воскликнул Мауэр, совершенно поражённый подобной новостью, - Значит у меня есть какой-то всемогущий союзник?
- Считайте, что так. Вообще, этих союзников даже несколько. Но только даже не просите меня открыть вам их имена. Это слишком большая тайна, которую я не выдам вам даже под страхом смерти, потому что я – не враг сам себе. Разве что эти люди сами захотят вам открыться. Тогда другое дело.
Продолжение здесь http://proza.ru/2024/09/25/1585