Глава 7.299. Начало у вина
— Не поняла, Николенька.
—Всё ты понимаешь, родная!
—«Знакомое чувство. Постоянно чувствуешь себя виноватой перед любящими сердцами. Сдерживаешься чаще, в силу разных причин, но приятно, когда через условный "роман" что-то получается».
Эдик прочитал Вересову с вызовом, но с улыбкой, в которой столько глубины. Как же мужчинам хочется иногда понять нас, женщин.
— Хорошо! Слушайте! Это было после окончания школы. Я готовилась к вступительным экзаменам в университет. Сидела на лавочке возле дома. Мимо проходят два мажора, как я потом узнала. Один под два метра, рост 1,95, а второй шире в плечах, но пониже, где-то 1,80. У одного папочка занимал высокую должность. Вижу, что Дианочка уже записывает.
Никто даже не среагировал на улыбку в ожидании продолжения моего откровения.
—А у второго папа был профессором, преподавал математику в одном из университетов. Мальчики, действительно, в буквальном смысле были мажорами. И не подвели своих высокопоставленных родителей.
—Надо заметить, что у тебя, Виктория, других знакомых среди сверстников и не было, — с улыбкой заметил Вересов.
—Мама, все с тобой соглашаются.
—И что было дальше?
—А дальше я пошла с ними на футбольную площадку, где была дворовая игра. Расстались мы мило. Пока я была рядом, ребята постоянно шутили. И от их шуток исходило столько оригинальности и интеллекта, что я не смогу забыть их никогда. Бывают судьбоносные встречи, которые потом остаются в твоих воспоминаниях.
—А телефон ты им дала?
—Конечно, нет, Николай! Тебе ли этого не знать, Эдик. Но тот, которого я сразу назвала акселератом из-за его роста, позвонил мне в тот же вечер. О втором мажоре я узнала позже, через нашу соседку. Они не были навязчивы.
—Но забыть тебя не могли!
—Угадал, Вересов!
Все улыбаются, понимая, сколько я вложила в это обращение.
— Поэтому, Марина, и была вынуждена отправить доченьку из Москвы в Петербург? — Альбина Николаевна сказала с восхищением, глядя на маму и Александра Андреевича, которые появились сегодня в Сен-Тропе с испанцами на самолёте Майкла.
—Тебе наша соседка по площадке рассказала, что второй парень приходил.
—Тот, у которого папа профессор математики, мама?
—Сочувствую тому молодому человеку.
—Николай, посочувствовать можно не только ему.
Эдик заметил с приятной улыбкой, как и все, сидящие на вилле в Сен-Тропе, в гостиной, из которой прекрасный вид на винный завод Вересовых и виноградники. Дядя Дима с ребятами перестроили двухэтажный дом, сделав его трёхэтажным. Поэтому из гостиной на третьем этаже просматривается прекрасная панорама.
Все невольно смотрят на Вересова. Женщины — с уважением и улыбкой, а мужчины принимают как должное поступок Николеньки, когда он увидел меня, не задумываясь, и купил эту виллу, которую и сегодня дядюшка перестраивает по-своему, облагораживая её соответственно статусу хозяев.