Хотел папане на пса дворового пожаловаться, что гоняет меня, проходу не даёт, лает на меня постоянно. Зашёл к родителям в комнату и… сразу понял, почему не замечают они ни меня, ни своих родных детей. Папаня — в отключке, пьяный вдребезину, и лыка не вяжет. Ну, думаю, семейка, куда я попал? Хорошо ещё, что кормили. Вспомнил почему-то про супы ихние: надо что-то делать. Что я здесь вижу, — скотный двор, сопливых детей и пьяницу-родителя? Бежать надо отсюда, мир посмотреть, пока молодой. Только как бежать и куда? Днём дети их дошкольные присматривают за мной, ночью дворняга бешеная по двору носится, а вечером взрослые приходят.
Долго думал и придумал. Иногда по выходным родители на базар ездят курочек продавать, барашков, или купить чего-то для хозяйства ихнего. Едут они на машине с большим прицепом. Решил рано утром, пока все спят, влезть в этот прицеп и спрятаться: в нём всегда какие-то мешки лежат. Так и сделал.
Поездка была такая, что врагу не пожелаешь. Трясло сильно на всех ухабах. В мешке, куда я спрятался, поросят возили. С запашком ехал, ничего, думаю, со зловонием, зато к свободе. Как только машина остановилась и родители мои приёмные из неё вышли, вылез из мешка своего и дёру. Только меня и видели. Оказалось даже легче, чем я думал. Никто меня не искал, да и кому я нужен, у них своих восемь рыл, и мамаша, кажется, опять на сносях.
На свободе мне понравилось: никто не лаял, никто по двору меня не гонял, за хвост никто не дёргал, как дети их сопливые. Быстро нашёл себе друзей, таких же свободных котов. Потом эта компания мне надоела. Мысли у них только о еде и о кошках соседских. А мне уже тогда странствовать хотелось, мир посмотреть. Ведь живём только раз: это только люди думают, что у нас девять жизней.
И как это я раньше жил, неполной, несвободной жизнью, позволял себя в кукольные платья одевать, табаком в рожу дышать или баландой мерзкой кормить? Молод был тогда, жизни совсем не знал.
Так, минуточку, а кто эта рыжая кошечка, идёт так красиво, ножки переставляет? Что-то раньше я её не встречал. Кажется, она одна. Подвалю-ка к ней, а то уйдёт. Страсть, как люблю рыженьких!
(Июль, 2024)
Copyright © 2024 by Марк Лэйн