Страх Дымова перед прыжком заметно нарастал, голос ослаб, тело обмякло. Опытный инструктор с первого взгляда мог определить поведение новичка перед прыжком, и когда оператор начал громко и участливо задавать вопросы Дымову, африканец, положив свою широкую ладонь на его плечо, сжал так сильно, что Дымов невольно съёжился, и, превознемогая страх, открыл рот и промямлил в объектив камеры что-то глупое.
Парашютисты были опытными прыгунами, ещё на взлётной полосе он разглядывал их яркие причудливые комбинезоны, обшитые окантовочными лентами, с толстыми, похожими на сардельки, захватами вдоль предплечий и колен, с маленькими плоскими ранцами-парашютами за плечами. Выстроившись в ряды, группы отрабатывали общее отделение от рампы, они подходили к нарисованной краской на лётном поле черте и подпрыгивали, добиваясь синхронности. Затем каждый из них ложился на низкую деревянную платформу на колёсиках, и, вслух отсчитывая секунды, смешно вертелись на них, собираясь в довольно внушительную паутину из человеческих тел. Не проходило и двух секунд, как они, отталкивая тележки товарищей, разъезжались в стороны. Дымов смотрел на этих людей с удивлением, искренне не понимая, как можно так хладнокровно вертеться на этих штуковинах, когда его самого пронизывает смертельный страх. «Боже, не мой мир, не мой мир!»
Каждый из них держал в руках шлем со встроенным в него звуковым высотомером в дополнение к основному, с массивным круглым дисплеем на запястье. Опершись ногами об ограничитель рампы, спортсмены спокойно смотрели на быстро удалявшуюся от них полоску земли, молча сверялись с приборами. Удивительным для новичка было то, как люди справлялись с боязнью высоты, раз за разом поднимаясь в небо и выпрыгивая в холодную бездну, получая впрыск адреналина от короткого свободного падения и парашютирования.
Самолёт поднялся достаточно высоко и уже кружил в зоне выброски. Над головой Дымова замигала большая зелёная лампа. Спортсмены начали быстро вставать, разминали ноги, притаптывая, надевали шлемы, затягивали комбинезоны. Инструктор жестом приказал Дымову надеть защитные очки и подняться, затем, шлёпнув ладонью по его кожаному шлему, продублировал: - Встаём! Готов?
Дымов встал, скорее, его приподнял инструктор, оставив стоять на ватных ногах. Оператор навёл на Дымова камеру, и африканец короткими отработанными движениями руки указывал на карабины и соединения подвесной системы, подтянул ножные ремни, немного освободил грудные, и каждое кольцо, на которое наводил двумя пальцами инструктор, сопровождался коротким подтверждением оператора: «Check!».
Лампа перестала мигать и теперь горела безостановочно.
- Помни про позу отделения, mate - прокричал в ухо Дымову инструктор. – Сейчас все повыпрыгивают, мы подойдём к рампе. Точка безвозвратного решения, mate! Когда будешь готов, поверни голову вправо, я ударю тебя по плечу, тогда отделимся, мы несколько секунд покувыркаемся, красивое зрелище, mate. Потом я выброшу дрог, стабилизирую нас с тобой и мы 60 секунд в свободном падении кайфанём. Got it, mate?
Внутри Дымова всё остановилось, накатила апатия, взгляд ловил лишь светлое пятно рампы. Он вспотел и, набирая в грудь больше воздуха, пытался зацепиться мыслью за что-нибудь успокаивающее, но в шумном самолёте это было невозможно сделать. Понимая, что назад пути нет, Дымов всё же не мог себя заставить сделать шаг. Внезапно раздалась команда: - Go! Go! Go! Go! Головы впереди Дымова зашатались, спортсмены, подбадривая друг друга, скакали к рампе, и не прошло и десяти секунд, как нутро самолёта опустело.
- Go! – подтолкнул африканец Дымова, тот, едва не опустившись на колени от страха, шагнул к открытой рампе. – Только бы не намочить штаны, - думал Дымов, - Только бы не опозорить себя перед этими незнакомыми мне людьми. Страх парализовал мозг.
Возможно, Дымов на несколько секунд отключился, потому что следующее, что он увидел, был сумасшедший оператор, стоящий спиной к открытому пространству. – Пошли! – Заорал инструктор в ухо Дымова, как только в проёме рампы исчезла тень оператора, и, резко толкнув, утащил их обоих в поток воздуха.
Если бы не этот жёсткий африканец, то отделяющего его от четырёхкилометровой пропасти шага через рампу Дымов никогда не решился бы сделать. Но опытный инструктор, давно изучивший психологию трусоватых клиентов, не оставил и доли секунды на принятие иного решения.
Дымов падал спиной вниз, прямо над ним в голубую небесную даль беззвучно и очень красиво уплывал самолёт. Его сознание наполнило умиротворение, высота перестала пугать, облака скрывали землю, и ему не хотелось думать, как возникло это чувство спокойствия и радости. - Жив, жив! Господи, как же хорошо! - пульсировала в голове единственная мысль. Падения как такового тело не ощущало, паника, возникшая перед рампой, исчезла. Инструктор изменил положение их тел, теперь они опускались лицом вниз, быстро приближаясь к огромным белым облакам. Отработанным движением африканец вытащил дрог, падение стабилизировалось. Через несколько секунд из тумана возникла фигура оператора и почти моментально показалась земля. Оператор, маневрируя руками, плавно подплыл к тандему и выровнял себя так, что буквально мог коснуться лица Дымова шлемом. Дымов смотрел в камеру и старался улыбаться. По сигналу инструктора он выставил руку и показал кулак с поднятым кверху большим пальцем, мол, у него всё отлично. Оператор улыбался, его лицо было спрятано за широким прозрачным забралом, кожу на лице Дымова расплющило и растащило по скулам так сильно, что собрать мышцы в улыбку не представлялось возможным. Глаза, спрятанные в защитные очки, сильно слезились, и всё же Дымов успевал видеть всё, и оставшиеся над ними облака, и квадраты полей, полоски автострад и дорог, и тёмные островки леса. Оператор посмотрел на высотомер, затем, показав знак ОК, отдалился, и уже вскоре инструктор ударил Дымова по плечу, обозначая, что сейчас он раскроет парашют.
Мягкий толчок и вот уже ярко зелёный прямоугольник купола красиво раскрылся высоко над его головой. В эту секунду Дымов провалился в серую пелену. Возможно, это было связано с недостатком кислорода, выбросом адреналина или просто потому, что его организм испытал шок свободного падения. Инструктор быстро привёл его в чувство и, подняв руки к стропам, заставил управлять движением парашюта.
- Смотри, какая красота вокруг! - прокричал он в ухо Дымова.
На лавочке у ангара было тихо, так тихо, что Дымов слышал стрекотание цикад. Самолёт улетел. Берник что-то оживлённо рассказывал у двери в конторку. Дымов, как в детстве, болтал ногами и смотрел в небо. Впервые за долгое время ему не хотелось никуда бежать.
Продолжение http://proza.ru/2025/08/01/828