Немного побродив по этажам после несложной процедуры, в поисках обратной дороги в отделение, потрясенный больной пришел к выводу, что ремонтом в стационаре ни кто не занимался, со времен нашествия "Мамая", хотя самые явные косяки скрывали теже, не совсем понятные лозунги и плакаты, типа «Следуйте указанием Верховного Совета КПБР» или «Самостоятельно, не полагаясь на партийный контроль, поддерживайте дисциплину в трудовом коллективе», и еще были такие «Экономь голубое топливо, переходи на уголь и дрова», «Старшему брату поможем чем можем без Китая мы ничто, с Китаем мы все». Общее же состояние больнички, по мнению вот уже вторично стукнотого теперь уже шлагбаумом пассажира, стало еще гораздо хуже, чем было, в таком сейчас далеком и лохматом восемдесят втором году, когда Егоркины неокрепшие, можно сказать молочные жизненные опоры, по случайному стечению обстоятельств столкнулись с сим учреждением. После первого неудачного противоборства юной, шальной головы, с непреднамеренно, — со слов школьного приятеля и по совместительству хулигана-соседа Борьки или умышленно,— по мнению всех остальных присутствующих, брошенным в костер, газовым болончиком от бытового сифона. Который со страшным грохотом, под вопли соучастников происшествия, разлетевшись на десятки осколков оставил на ней, то бишь голове, небольшой шрам и много много неприятных от того трагического события последствий.
Перед входом в свое отделение, настальгируя Егор даже не поленился заглянуть под лестницу, где впервые в жизни целовался с милой медсестричкой, как там ее звали, Ирочка Атаманенко кажется. Она была студенткой на практике и подцепила юного пациента неврологии так, за компанию, паралельно встречаясь с еще с двумя ухажерами постарше. Но для вьюнца этот опыт был, как первый глоток шампанского на новый год, теребонькающий сердце, душу и еще кое чего пониже, долгие годы. Кстати обиженные конкуренты хотели даже набить ему физио, но посмотрев на удручающее состояние и внешний вид, решили отложить показательно-воспитательную процедуру до лучших времен. Которые кстати так и не настали, а всё по вине той же очаровательной шаболды, вовремя переключившей внимание суровых больничных мавров на молодого симпатичного хирурга практикующего этажем ниже. Коему и достались все плюшки и шишки от сладкого знакомства с Ирочкой и двумя ее трепетными ухажерами.
Опрокинув строительные носилки и споткнувшись о рваный мешок с цементом бывший влюблённый узрел воочию что, там под лестницей неуютно, тесно, пыльно, и абсолютно нет и следа никакой прежней, так раневший нежную душу романтики. Видимо годы берут свое, а память не удосужилась даже сохранить лицо, сконцентрировавшись лишь на размере молочных желез, соблазнительницы не только опытных корсаров, но и совсем незрелых пятнадцатилетних капитанов.
Еще раз убедившись в том, что со временем произошло что то непоправимое, очень аккуратно стараясь не привлекать внимания еще раз в виде шутки выспросив у дежурной сестры диагностического отделении о том, который нынче год и как теперь называется страна. Недовольный, озадаченный и усталый, весь в паутине и цементной пыли, исследователь вернулся в свою палату и снова молча улёгся на мятую кровать, накрывшись с головой белой простыней выполняющей роль покрывала , чуть было нерасплакавшись от столкновения с неизбежным фактом и полным непониманием, что нужно предпринять в первую очередь в данной, мягко говоря непростой, ситуации.
Продолжение будет.http://proza.ru/2025/11/21/944