«Воскресение корсара» – продолжение романа «Ветер удачи»
10.КОНТРЕРАС НАЧИНАЕТ ПОИСКИ СОКРОВИЩА
В гостях у своего друга Даниеля Рута вице-губернатор Сен-Кристофера был уже после этого разговора с Бертезеном. Поэтому, он лишь намекнул ему, что собирается заняться поиском сокровища, и губернатор не возражает. Рут, прекрасно зная, что его приятель не склонен видеть разницу между честью и почестями, не мог сдержать усмешки, что задело его визави:
– Я посмотрю, Даниель, как вы будете улыбаться, если я найду этот клад! – запальчиво воскликнул испанец.
– Господь с вами, Рауль, я вовсе не хотел вас обидеть. Просто я не верю в успех этой авантюры… Золото губит гораздо больше людей, чем убивает железо.
– Это не авантюризм, я всегда играю с судьбой по её правилам. Не я прятал этот клад. И потом, разве все авантюры кончаются неудачей? Признайтесь честно, разве вы, помогая мне в гавани Марселя, верили, что я доберусь до Парижа?
– Я признаюсь честно, не верил, – отвечал бывший капитан флейта «Сен-Бертран», положив руку на грудь. – Более того, я боялся, что вас схватят сразу же, как вы покинете борт моего корабля. И до сих пор не представляю, как вы в чужой стране, почти без денег, почти без оружия, умудрились совершить такое путешествие!
– Вот, вот! И я об этом же…, – Контрерас был польщён. – Но, почему «без оружия»? Тот матросский тесак, что вы дали в дорогу, сослужил мне неплохую службу…, – тут его живая мысль сделала прыжок в сторону, как шахматный конь. – Кстати, мы с вами не тренировались в ножевом бое. Здесь, я уверен, дам вам сто очков вперёд!
Привыкший к хвастовству своего высокопоставленного друга, Рут в этот раз ухмыляться не стал, лишь заметив иронически:
– Что ж, я принимаю ваши сто очков…
– Но всё-таки, если говорить серьёзно, что бы вы предприняли, Рут, если бы занялись поиском сокровищ?
– Если говорить серьёзно, я бы ничего не предпринимал. Тогда, в Марселе, вам угрожала реальная опасность. Сейчас вы надёжно защищены своим положением и состоянием от всех превратностей, но ищете приключений. Что вам не даёт покоя? Фантазии вашей не желающей покоя души?
– Хорошо, пусть будет так. Но пофантазируйте и вы! Вам известно, как я ценю ваше мнение. Кроме того, вы знаете всех капитанов Берегового братства. С некоторыми даже близко знакомы. А с самым известным из них даже очень близко. Я имею ввиду Арно Мегеро, конечно. В гавани Бастер он был, по сути, вторым губернатором. То, что он задумывал не знал никто, зато он был в курсе всех дел. Как вы считаете, мог ли проскочить мимо него такой факт, как индейский клад на острове?
И тут Рут впервые задумался – капитан Клещ погиб, а что стало с его алмазами? Он даже замешкался с ответом. Но к поиску индейского золота камни Мегеро не имели никакого отношения.
– Вы знаете, Рауль, что на Тортуге не было никаких индейцев. Если допустить, что здесь каким-то образом, оказалось некое золото, то оно, конечно же, появилось не без помощи корсаров. Известен ли вам хоть один случай, чтобы капитан пиратского корабля спрятал клад, я имею ввиду не десять и не сто дублонов или экю, а большое количество золота, и об этом не знал никто из команды? Я лично таких случаев не знаю. А коли кому-то это было известно, значит, его по-просту там уже нет. Вот почему я бы не стал искать это сокровище. Потому что его нет! Остались одни воспоминания и слухи. А слухи гораздо живучее самого золота, потому что они распространяются всюду, проникают через каменные стены и корабельные переборки, как дым! – тут мысли Рута опять вернулись к пиратскому капитану. Доктор Рут говорил, а в голове его крутилось: «А ведь, интересно, где же алмазы?». Потому речь его была не очень убедительной.
Да и убедить Контрераса было невозможно. Ведь он уже принял решение и молча потягивал ром. Рут тоже взял стакан с вином и тут его осенило: «Да куда Клещ мог деть эти камни, кроме как спрятать их на Барбадосе! И лежат они сейчас спокойно в хижине какого-нибудь нищего бедолаги, на которого и не подумает никто, как лежали под каменным полом лесоруба Харберта. Поэтому, даже Дуболом никогда словом не обмолвился об алмазах… Потому что не знает о них ничего».
Наконец, Рауль Контрерас нарушил молчание:
– А я знаю, с чего начать. Нужно искать не сокровище. Надо установить слежку за теми, кто ищет сокровище. И когда кто-то выйдет на след клада, вовремя схватить мерзавца, и делу конец. Все полномочия для этого у меня есть, так что прочь сомнения. Удача будет с нами!
Рут покачал головой: «Наверное, этот человек произнёс те же самые слова, когда, почуяв ветер удачи, очертя голову бросился на штурм берберского порта с командой одного корабля, был разгромлен и попал в плен. Нет, жизнь ничему не учит, она просто спрашивает за невыученные уроки».
Вечером следующего дня, по настоянию гостя, они провели тренировку по ножевому бою, в котором Рауль Контрерас себя неплохо показал. Потом Даниель разоткровенничался и стал показывать приёмы, которым научился от пиратов, в том числе от Клеща. Тот любил говорить: «Не нужно давать противнику время обнажить оружие. В нашем ремесле это непозволительная роскошь. Лучший удар тот, что нанесён до того, как вам потребуется защита. А лучший из лучших тот, что мы, испанцы, называем «desjarretazo» — удар в спину, под последнее ребро, чтобы перерубить позвоночник и дело с концом».
Он показал Контрерасу три излюбленных приёма Арно Мегеро. Удар из-под плаща – плащ использовался для маскировки неожиданного выпада и в итоге смертельного удара. Слепой удар – атака осуществлялась без зрительного контакта с противником, из-за угла или из-за спины, что, собственно, вследствие фактора неожиданности тоже приводило к смерти противника. Наконец, он показал Раулю, как достать оружие, находясь в сидячем положении – приём, который может спасти жизнь, если тебя застали неожиданно где-нибудь за столом в слишком весёлом заведении.
– Но ведь это разбойничьи приёмы, Рут! – воскликнул Конрерас, после того, как добросовестно их повторил и усвоил.
– Разумеется, – ответил Даниель, – я ведь не говорил вам, что меня им научил учитель фехтования в университете. Мне и показали их настоящие разбойники. Тем не менее, эти пиратские приёмы могут спасти вам жизнь, если вас припрут к стенке в какой-нибудь таверне или в тёмном переулке. В тех дуэлях раненым жизнь не дарят, их обязательно добивают кабацкие мастера финального удара. Поверьте, ко мне на хирургический стол попадали многие, кто после удара в грудь получал прицельный удар в шею. И не многих удавалось спасти.
Даниель Рут показал эти приёмы своему приятелю зная, что занимаясь на Тортуге поисками мифического сокровища, тот весьма рискует своей жизнью, ибо в драке за приз корсары пощады не знают и благородных жестов не делают.
Контрерас, как искушённый фехтовальщик, вынужден был признать эффективность показанных ему приёмов. Прощаясь, он заявил своему другу:
– Мне казалось, я вас хорошо знаю, Даниель… Но сегодня я увидел вас с другой стороны, обнаружив нечто новое в вашем характере!
– Друг мой, – отвечал доктор, – то, что вы видите во мне – это не моё, это ваше. Моё – это то, что вижу я.
– И что же..?
И Рут, пожимая ему руку, повторил:
– Я бы не стал искать никаких сокровищ на этом острове…http://proza.ru/2026/01/11/356