Предыдущая сказка: http://proza.ru/2024/11/07/935
Солнечный зайчик
Наша с дедушкой вторая сказка
В одном диком, но волшебном лесу, который стал волшебным совсем недавно, жил юный зайчик, и звали его Васей. Жил он не тужил, бегал-резвился, засматривался на подружек, иногда дёргал их за длинные ушки, но не больно, а так, чтобы привлечь их внимание, потому как был он примерным зайчиком. Вася хорошо учился, слушался папу с мамой, много читал, особенно фантастики, и занимался спортом. А ещё он любил бабушку с дедушкой. В День зайца он обязательно навещал их, приносил им гостинцы от папы с мамой и лекарства, которые сам покупал в аптеке. Короче, Вася был зайчиком хоть куда, но иногда и с такими паиньками случаются неприятности. Не избежал их и наш Васенька. Нет, его не настигли лапы лисы или волка, в его родном лесу все жили дружно, недаром он слыл волшебным, неприятность его была иного рода – нравственного…
Однажды мама зайчиха послала его в магазин за хлебом, а он вместо хлеба взял и купил шоколадных конфет… себе одному. На первый взгляд – ничего страшного, с кем не бывает… но это, как посмотреть…
Когда Вася пришёл в магазин, конфеты только что привезли. Их выгружали из небольшого фургончика и укладывали на прилавок ровными стопками. Они были в разноцветных коробках и так изумительно пахли, что зайчик непроизвольно остановился и потянул носом.
«Неужели «Трюфели»!? – обрадовался он, и его косые глазки непроизвольно забегали. И пока они бегали туда-сюда, он стоял в раздумье и прикидывал. – Купить только хлеб или…».
Пересилило «или», хотя не сразу. Сначала он отвёл свой взор от коробок, гора которых всё росла и ширилась, и направил заячьи стопы в хлебный отдел, говоря при этом:
— Моим «хотелкам» не одолеть меня, я крепкий заяц!
Но потом в хлебном отделе всё пошло не по плану. Остановившись у стойки с батонами, ещё тёплыми – с пылу с жару, с хрустящей корочкой, он было потянулся, чтобы взять самый верхний… но… в этот момент распахнулась входная дверь, и шоколадный сквознячок потянул из кондитерского отдела в хлебный. Этой новой волны манящего аромата наш паинька-зайчик уже не вынес. Он отдёрнул лапку от батона с хрустящей корочкой, повернул свой мокренький носик по ветру и рванул обратно в кондитерский отдел. Там он уже мешкать не стал, схватил с прилавка первую попавшуюся коробку, расплатился за неё хлебными деньгами и выскочил на улицу. Такая вот история…
В оправдание Васи скажем, что конфеты он любил, особенно: «Белочку», «Кара-кумы», «Красную шапочку», «Мишку на Севере», но больше всего он любил «Трюфели»… обожал всей душой. Мама иногда их ему покупала за хорошие отметки. Получив из её лапок любимые «Трюфели», Вася шёл в укромное место и начинал священнодействовать. Достанет одну конфетку, развернёт обёртку, пошуршит для начала серебристой фольгой, потом потянет носом, вдыхая трюфельный аромат, закатив при этом косые глазки, и только после этого положит конфетку в рот, и пока она тает, блаженствует…
Иногда эти конфеты покупал ему папа заяц, и не только за отличные отметки, но и за примерное поведение (с недавних пор в их школе снова стали ставить оценки по поведению). Но два дня назад случился конфуз, на уроке географии Вася не смог показать на глобусе Австралию, где когда-то водились кролики, их ближайшие родственники. Учительница поставила ему за это тройку, чем лишила Васю не только конфет, но и хорошего настроения. Вечером он не решился сказать об этом маме, хотя за ужином она так на него посмотрела, что паинька-зайчик чуть было не подавился морковкой…
Да, в их большой и дружной семье всегда ели морковку, она была основным лакомством. Но иногда к ней добавляли белый хлеб, что для заячьего рациона было не совсем обычным. Впервые такую пищу попробовал Васин прадедушка Дмитрий, когда жил у людей… не по своей воле, конечно. Однажды его поймал в лесу школьник Петя – весёлый озорной мальчуган, и притащил домой. Прадедушка был тогда ещё совсем юным зайчиком и звался Димой. Петя запер Диму в сарае и стал кормить пленника белым хлебом, думая, что зайцы всё едят. Сначала Васиному прадедушке такая пища не понравилась, но затем, когда мальчик стал добавлять к ней морковку, пленник смирился и стал её есть. Со временем он привык к такому рациону, а ещё через какое-то время эта еда стала ему нравиться…
Долго ли, коротко ли сидел взаперти узник Дима, но однажды мальчик Петя прозрел и выпустил его на свободу. Точнее, не прозрел, а его в школе научили, что животных обижать нельзя, тем боле, держать их взаперти.
Обретя свободу, Васин прадедушка рванул обратно в лес, который тогда ещё не был волшебным. К этому времени он уже подрос и превратился в настоящего зайца: сильного, красивого и ушастого, поэтому вскоре обзавёлся семьёй и народил вместе со своей зайчихой зайчаток. Им он и передал позаимствованные у людей вкусовые привычки и теперь, когда его потомки садились за стол, то следовали этой традиции, особенно в День зайца. В этот день всё происходило торжественно, сначала мама зайчиха расстилала на столе чистую скатерть, потом папа заяц нарезал белый хлеб тонкими ломтиками, натирал на тёрке морковь длинной стружкой и приносил из погреба баночку мёда.
— Это для сладости, – говорил он, бросая на отпрысков косые и в тоже время нежные взоры, – кушайте на здоровье. Моему отцу, а тем паче деду, не всегда доводилось вот так вот запросто посидеть за столом и попробовать подобные яства. В те времена наш лес ещё не был волшебным, по нему бродили охотники с злыми собаками, да и лисы с волками нас не жаловали. А сейчас!? – папа заяц поднимал кверху переднюю лапку и оглядывал всех довольными косыми глазками. – Сейчас – живи и радуйся!
Едоки-зайчата молча внимали речам главы семейства и кивали головами, хотя не во всём были с ним согласны и не всему верили, потому как не застали тех времён, когда все друг друга ели поедом и только этим бывали сыты. Но после отцовского напутствия, сидя в удобных креслах, они вкушали необычную пищу с огромным удовольствием. Вкус моркови с хлебом, чуть приправленным мёдом, был неподражаем.
Иногда папа заяц натирал морковку на мелкой тёрке для Васиных младших сестрёнок и братьев, у которых только-только прорезались молочные зубки, и им было не одолеть нарезанную стружкой морковь, те ели эту оранжевую массу и причмокивали, им это пока разрешалось. Потом в конце трапезы вся семья пила чай с чабрецом и мятой, и ела пирожные с сахарной пудрой, а закончив трапезу, дети-зайчата благодарили папу с мамой за вкусный обед…
Вскоре и другие семейства последовали такому примеру. Да, они по-прежнему продолжали есть обычную пищу: капусту, морковку, молодые побеги растений, иногда разбавляли их дикими злаками и одуванчиками – этого добра тоже хватало в их волшебном лесу, но с определённого времени и у них на столе появились: белый хлеб, пирожные с мёдом, и липовый чай. Хороший пример – заразителен.
Но вернёмся к нашему зайчику и к его проступку. Выйдя из магазина, он поспешил домой. Сначала шёл бодро, уверенно, что-то напевал себе под нос, глазел по сторонам, наслаждаясь ярким солнцем и синим небом, но потом вдруг резко остановился.
«Что я маме скажу!? – пришла внезапная мысль, и под шубкой у него захолодело. – Как объясню ей, почему вернулся домой без хлеба?».
И эта мысль, словно невидимая преграда остановила его и не позволила идти дальше, хотя до его родной норы оставалось уже совсем чуть-чуть. Уже был виден вход, прикрытый кустом барбариса, и липовое дерево, склонившее над ним свои ветви.
«Скажу, что потерял деньги… или… что они сами потерялись, – придумал оправдание Вася и двинулся дальше, – что в этом такого!?».
И действительно, что!?
Но врать зайчик Вася пока не умел, а потому стал переживать ещё больше. Шёл и переживал, шёл и переживал. И чем ближе была его нора, тем медленнее он переставлял ноги.
«Хоть бы встретить кого, – терзался он, – кого-нибудь из друзей-товарищей, кто бы смог меня выручить…».
И что же!? Небеса вняли его мольбам. Едва он об этом подумал, как увидел зайчика Колю, идущего ему навстречу. Коля был его одноклассником, сидел за соседней партой и частенько списывал у него математику. Шёл Коля вприпрыжку, размахивая пакетом.
— Привет! – окликнул его Вася. – Что там у тебя в пакете?
— Хлеб, – ответил Коля, – два батона. Мама попросила купить один, а я купил два… задумался, наверное. Помнишь, – прибавил он, – на прошлой неделе я был у вас в гостях на дне рождения твоей младшей сестрёнки Даши. Ты тогда ещё угостил меня белым хлебом с морковкой. Так вот с тех пор, – Коля радостно повёл косыми глазками, – и мы едим хлеб с морковкой. Очень вкусное оказалось кушанье.
— Помню, – бодро ответил Вася, – Даша тогда обрадовалась твоему приходу… и твоему подарку – засахаренному капустному листику, но сейчас, – Вася неожиданно сменил бодрый тон на жалостливый, – сейчас у меня проблема. Я деньги потерял, –выдохнул он, – мама мне дала их на хлеб, а они взяли и… и потерялись… сами собой, – неуверенно закончил он.
— Не переживай, – успокоил его зайчик Коля, – ты мой друг, а друзья должны помогать друг другу. Ты мне помог с математикой, а я тебе помогу с хлебом.
С этими словами он полез в пакет и достал оттуда батон белого хлеба.
— На, держи! На обед нам и одного хватит. Как-нибудь сочтёмся.
— Я тебе завтра отдам, – тут же пообещал Вася, – а, если хочешь, верну деньгами. Но только завтра.
— Не суетись, – успокоил его Коля и похлопал друга по русой спине (была середина мая, и они уже месяц назад оба сменили белые шубки на серые), – я тебе верю. Ведь, не просто же так мы с тобою друзья.
Получив заветный батон, настроение у зайчика Васи сразу улучшилось, и он весело поскакал домой.
«Завтра же раздобуду денег и верну их Коле, – подгонял он себя, подскакивая всё выше и выше, – обязательно их найду… где-нибудь…и верну».
Но завтра наступило быстро, а вот места под названием «где-нибудь» также быстро не нашлось. Оно будто спряталось от незадачливого Васеньки. Чего только он с утра не предпринял: вытряхнул карманы курточек, проверил подкладку в старой белой шубке, не закатились ли туда денежки, осмотрел ящики письменного стола, за которым делал домашние задания, но денежек нигде не было. Да и как иначе – деньги сами собой не заводятся, их надо либо заработать, либо попросить у родителей. Пригодилась бы копилка, которая ещё недавно была у зайчика Васи, но он её опустошил два дня назад, истратив всё содержимое на заиньку Лену…
Вообще-то, Васина семья не была бедной, и у него водились карманные деньги, но с тех пор, как ему понравилась одноклассница Лена, водиться они перестали. Заинька Лена сидела за партой впереди и, когда, невзначай, оборачивалась и бросала в его сторону косые взгляды, а глазки её косили чуть больше, чем у других заинек, и это многим нравилось, не только Васе, то у него перехватывало дыхание и начинали дрожать ушки. Смотреть-то она смотрела, а вот нравился он ей, или нет, понять было невозможно. Зато было понятно другое, за ней ухаживал зайчик Петя, у родителей которого была самая просторная нора в лесу, не уступавшая медвежьей берлоге (так судачили старые зайчихи, сидя на завалинке), и самый большой огород с капустой и морковкой. О том, что Петя провожает Лену из школы, Вася знал не понаслышке и от этого сильно расстраивался, но вида старался не подавать.
«Придёт мой час, – думал он, грозя кому-то лапкой, – и все увидят, кто я такой!».
И такой час настал. Два дня назад Лена сама подошла к нему и попросила проводить её до дома. По всей видимости она была ветреной заинькой, но Васенька в таких делах ещё не разбирался, он был простодушным зайчиком, поэтому обрадовался приглашению и сразу обо всём забыл: и о просторных норах, и о больших огородах с капустой, и о дрожании своих ушей. Он схватил портфель заиньки Лены, свой портфель закинул за спину и был неимоверно счастлив, идя рядом с ней, с самой красивой заинькой в мире. А когда они проходили мимо кафе, и Лена предложила зайти и поесть мороженого, то Вася, уже ничего не соображая, не посмел отказать ей, хотя денег у него в тот момент не было ни копейки.
В кафе они заняли свободный столик, и заинька сделала заказ.
— Мне, пожалуйста, ванильного мороженого с шоколадной крошкой, – сказала она подошедшей официантке-лисичке, которая встала в выжидательной позе, – а моему другу, – Лена показала взглядом на Васю, – фисташкового с малиновым джемом.
При этом она мило улыбнулась лисичке, и та отправилась выполнять заказ.
Оставшись вдвоём, зайчик с заинькой стали мило беседовать, сидя на удобных стульях. Они болтали ногами, Лена листала меню, называя цены, отчего Вася морщился, а, когда принесли мороженое, красноречие Лены удвоилось. Она начала рассказывать, какие ей мама покупает обновки, и как ей все завидуют. Вася сидел, не дыша, смотрел на фисташковое мороженое, которое уже начало подтаивать, и единственная мысль билась в его заячьей голове: «Кто за всё это заплатит?».
— Мне надо в туалет! – неожиданно выдал он, вспомнив о своей копилке. – Я быстро.
Он спрыгнул со стула, проскочил незамеченным через запасную дверь и выскочил на улицу.
Ему было всё равно, что подумает Лена, главное, скорее достать денег и вовремя вернуться, пока не растаяло мороженое.
Почему-то это было важным – вернуться, пока не растает мороженое. Позволить заплатить за заказ Лене он не мог. Это было выше его сил. Настоящий кавалер так не делает, он всегда платит за даму.
«Как я тогда посмотрю в её бездонные косые глазки!? – думал он, – нет, я всё для неё сделаю».
Домой он летел, как на крыльях. Словно в омут нырнул в барбарисовый куст и, оказавшись в норе, проследовал в свою комнату. Там он схватил со стола копилку и вытряхнул из неё всё содержимое.
— Теперь скорее обратно, – подгонял он себя, – главное, чтобы мороженое не растаяло.
И он успел, и у него хватило денег, правда, копейка в копейку: и на мороженое, и на чаевые официантке-лисичке, и ещё на сдобный пряник для Лены…
*****
Сейчас, вспомнив позавчерашний день, Вася улыбнулся. Да, тогда у него всё получилось, но теперь взять денег было совершенно негде.
«Скоро вечер, – думал он, – мама придёт с работы и тогда… тогда ей надо будет обо всём рассказать – и пусть будет, что будет», – решил он, но тут же изменил своё решение.
«Она опять на меня так посмотрит, словно пронзит. Нет, пойду-ка я лучше в лес, поброжу там, соберусь с мыслями, может быть, что-то надумаю… или клад найду!?».
От этой мысли он встрепенулся.
— Клад – это хорошо, – сказал он сам себе и отправился на его поиски. Искал он его долго: смотрел и под кустами, и под деревьями, засовывал лапки под листья лопуха, но клада нигде не было.
«Наверное, он заговорённый, – успокаивал он себя, вспоминая всё то, что когда-то читал о кладах, – так просто его не найти. Но я везучий зайчик. От меня он никуда не денется».
Вдоволь набродившись по лесу, но всё ещё не разуверившийся в своей затее, он присел отдохнуть. Прислонился спиной к развесистому дубу, и о чудо – ствол дуба неожиданно раскрылся, и Вася оказался в огромном дупле.
«Не меньше моей комнаты», – восхитился зайчик, стал озираться по сторонам и у противоположной стены заметил сундук, обитый бархатом.
— Обычно в таких хранятся клады, – обрадовался он, – сейчас проверим.
Он подошёл к сундуку, откинул крышку и заглянул внутрь.
От увиденного у него перехватило дыхание. Сундук был доверху набит золотыми монетами. Они были уложены ровными стопками и светились притягательным жёлтым огнём, и на самой верхней стопке лежало волшебное зеркальце. То, что оно волшебное, зайчик понял сразу, потому как в дуплах столетних дубов обыкновенных зеркал не бывает. Он судорожно схватил зеркальце лапкой и посмотрелся в него.
«Мне сегодня везёт, – улыбнулся он своему отражению, – надо этим воспользоваться».
Другой лапкой он взял золотую монетку и положил её в карман.
«Её я отдам Коле за хлебный батон, – решил он, – ну а зеркальце верну потом, – он подмигнул своему отражению, – когда вдоволь в него насмотрюсь»…
На самом деле зайчик Вася был нежадным зайчиком, ему были не нужны все монеты. Во-первых, они не его, а во-вторых, любой волшебный клад всегда таит в себе опасность, и с ним надо обращаться аккуратно. Ведь заранее никогда не угадаешь, чем всё закончится. Да и долги отдавать надо, как говорил персонаж известного мультика. Без этого в лесу никуда, и не только в лесу.
У Васи даже на секунду мелькнула мысль, что не худо бы вместе с зеркальцем вернуть и монетку, но об этом он решил подумать потом, когда всё уляжется. А пока он поспешил к другу Коле, спрятав зеркальце в другой карман.
Дупло за ним сразу же захлопнулось, и дуб этот стал неотличим от других деревьев.
«Как же я его найду потом?» – мелькнула мысль, но он её отбросил и рванул по лесу во весь опор.
— Я хороший зайчик, – шептал он, – не жадный, хорошо учусь, маме по дому помогаю. Я не хуже других! Даже лучше…
Коля монетке обрадовался.
— Где ты её взял? – поинтересовался он.
— Нашёл, – соврал Вася и сразу перестал себя чувствовать «лучше других».
— Ладно, – сказал Коля, – нашёл так нашёл, хотя в нашем лесу я ничего такого не видел. Но денежка красивая, – улыбнулся он, – постараюсь её не истратить. Может даже коллекцию начну собирать.
— Спасибо, друг, – поблагодарил его Вася и потрогал в кармане зеркальце.
«Показать-не показать? – засомневался он. – Ладно. В другой раз покажу».
Коля в это время повернулся к нему спиной и разглядывал монетку. И пока он её разглядывал, Вася не утерпел, выхватил из кармана зеркальце, поймал в него солнечный луч и направил его на спину друга. Солнечный зайчик заплясал по серенькой Колиной шубке, отчего та стала переливаться разноцветными блёстками.
Вася тут же спрятал зеркальце, но за то короткое время, пока солнечный зайчик плясал на шубке его друга, он много чего о нём узнал. Он увидел, как зайчик Коля прилепляет жвачку к портфелю заиньки Маши, как потом на переменке дёргает её за длинные ушки и как потом долго смеётся.
«Всё это я видел на прошлой неделе, – вспомнил Вася, – значит, это волшебное зеркало, оно показывает дурные поступки тех, на кого его направишь. Завтра возьму его в школу».
На следующий день на переменах он стал направлять его на всех подряд, и, как только солнечный зайчик касался кого-нибудь, Вася видел все его дурные проступки. Сначала он направил его на Петю, своего соперника, и увидел, как тот хвастается богатством родителей, потом на пухлого Лешу, тот ел втихаря морковку, потом на заиньку Машу, та ябедничала на свою подругу, и на зайчика Мишу, тот таскал у старшего брата капустные листья. В конце последней перемены он не выдержал и направил зеркальце на свою ненаглядную Лену и долго смотрел и слушал, как та говорила маме неправду, рассказывая ей, где была вчера.
«Один я безгрешный, – радовался Вася, – никого не обманываю, не ябедничаю и не ем втихаря капусту».
Придя домой, он взял волшебное зеркальце, подошёл к трюмо, стоявшем в маминой спальне, и стал себя разглядывать.
«Какой я красивый, – восхищался он, глядя в зеркальце, – и моя шубка самая нарядная!».
В этот миг из-за туч выглянуло солнце, отразилось в большом зеркале, чиркнуло лучом по маленькому-волшебному и, превратившись в солнечный зайчик, коснулось довольной мордочки Васи. Улыбка тут же исчезла с его лица, потому что в волшебном зеркальце он увидел себя, покупавшего вместо хлеба конфеты, и потом, как он дрожит и придумывает ложь для мамы.
Сказать, что зайчик расстроился, значит ничего не сказать. Ведь до этого ему казалось, что купить вместо хлеба конфет – это ерунда, и взять из сундучка монетку – тоже, а направить на кого-то волшебное зеркальце – так это просто прикол. Но за всё в этой жизни надо платить…
Осознав, что он такой же, как все, и, может быть, даже хуже, Вася опустил голову и пошёл куда глаза глядят. А так как глаза у него были косые, то он просто петлял по лесу, пока, наконец, не набрёл на тот самый дуб с сундуком. Но в нём не было дупла, поэтому, походив вокруг дерева, Вася отправился к другу Коле попросить у него монетку обратно.
— Я её потерял, – сказал неожиданно друг Коля и отвернулся.
Вася не ожидал такого ответа.
«Он её не потерял, – расстроенно подумал он, – он её припрятал. Ну и я хорош – обманул и его, и маму».
Слёзы навернулись на его косые глаза, и он побрёл домой совершенно расстроенный.
Шёл-брёл и вдруг услышал позади себя голос.
— О чём плачешь, Васютка!? – спросил голос.
Вася сразу узнал, кому он принадлежал, так к нему обращался только дед Пантелей, их сосед.
Дед этот был очень старым, даже древним зайцем с облезлой шубой и редкими жёлтыми зубами. От него всегда пахло затхлым, как из старого чулана, и его все сторонились. Жил он один, и была ли у него когда-то семья, никто не знал.
— Расскажи, что случилось? – попросил Пантелей, и Вася поведал ему всё как на духу.
— Я маму обманул, – начал он, всхлипывая, – вместо хлеба купил конфет, и потом, когда нашёл клад, взял из него монетку… и волшебное зеркальце, – прибавил он, шмыгая носом, – и потом…
Он опять шмыгнул носом и уткнулся в старую шубу деда Пантелея.
— Не плачь, – успокоил его дед Пантелей и погладил по длинным ушкам, – твоё горе – не горе, его можно поправить. На, держи рубль, – старый заяц вытащил блестящий кругляш из кармана и протянул его Васе, – пусть он не золотой, а серебряный, но ты всё равно отнеси его к дубу и положи в сундучок, туда же верни и зеркальце. Негоже подглядывать за чужими проступками, надо своих не совершать. А, вообще-то, ты хороший зайчик, – прибавил дед ласково и потрепал Васю за ушко, – совестливый…
К дубу Вася летел как на крыльях, но не добежав несколько метров, наткнулся на Колю, который его поджидал.
— Вот твоя золотая монетка, – сказал зайчик Коля, – я её зажилил… нечаянно. Но теперь хочу отнести её обратно. На то место, где ты её нашёл, – прибавил он, – и, чтобы мы снова были друзьями.
— Я тоже этого хочу, – обрадовался Вася и рассказал другу про деда Пантелея, который дал ему серебряный рубль, – я его отдам тебе, – пообещал он, – за хлеб.
Когда они приблизились к дубу, дерево перед ними раскрылось, образовав дупло, и они вошли в него. Открыли сундучок, положили в него золотую монетку и зеркальце, и, как только вышли наружу, дупло за ними захлопнулось, и всё стало, как было.
— Какие мы молодцы, – выдохнул Коля, – всё сделали правильно.
И он предложил Васе на сэкономленный серебряный рубль купить деду сочной морковки.
— Мне этот рубль ни к чему, – сказал он, – и он, скорее, твой, чем мой, а дед Пантелей в кои-то веки поест вкусненького.
Вася поддержал друга, и они поспешили на рынок. Там они купили морковки – крупной, сочной, оранжевой, с зелёной яркой ботвой, натёрли её на тёрку, чтобы она стала мягче, а сверху полили мёдом.
Старый дед Пантелей, увидев всю эту вкусность, расплакался.
— Многое я повидал на своём веку, – всхлипнул он, глядя подслеповатыми косыми глазками на молодых зайчат, – но таких верных и добрых друзей вижу впервые. За вами будущее в нашем лесу, – провозгласил он, – я в этом уверен. А теперь все за стол! – приказал он. – Сегодня День зайца, будем пировать и праздновать!
И они уселись на удобных стульях, изготовленных ещё во времена оны молодым Пантелеем из высохшего дерева, и стали вкушать морковь с превеликим удовольствием. Потом Коля откуда-то вынул батон и положил его на стол. От этого дед Пантелей ещё больше растрогался, ведь морковь с белым хлебом – это нечто неподражаемое.
16 января 2026 года
* Картинка из интернета из свободного доступа
Следующая сказка: http://proza.ru/2026/01/19/1646