Предыдущая сказка: http://proza.ru/2026/01/21/1159
Хитренький медвежонок
(Пятая сказка)
Посвящается медвежонку Маше
– Ну не скажите, я очень симпатичный медвежонок, – говорил сам с собой Тёма, упитанный бурый медвежонок, в то же время бойкий и сообразительный, – других таких нет в нашем лесу.
Спорить не будем, действительно, Тёма был достойным представителем своего вида, к тому же он любил лазать по деревьям, разорять дупла диких пчёл и лакомиться их душистым мёдом. Кроме мёда он обожал землянику, чернику, находил в самых непроходимых и колючих зарослях малину, которую тоже обожал. При этом всегда умел выходить сухим из воды. Прежде чем лезть на дерево, Тёма намазывался сосновой смолой, и пчёлы не могли его прокусить, увязнув в липкой смоле, а когда забирался в малинник, то предварительно вываливался в грязи и потом обсыхал на солнце. Зарослевые колючки тогда до него не доставали, а только соскребали засохшую грязь, поэтому спелой малиной Тёма лакомился вволю. Обожал он не только сладенькое, кисленькое ему тоже очень нравилось, частенько он находил клюкву, бруснику, чёрную смородину, не брезговал Тёма молодыми побегами и клубнями диких растений. Короче, мишка наш был медвежонок – хоть куда. Вдобавок он был общительным, дорожил дружбой с товарищами, всегда мог прийти к ним на помощь или поддержать в нужный момент беседу. За это все его любили и уважали.
Но нет в нашем мире ничего идеального, не был идеальным и наш мишка. В чём это выражалось? А в том, что у него была такая черта характера, не совсем свойственная медведям – Тёма был хитреньким. Не хитрым в прямом смысле этого слова, то есть, тем, кто пытается вас обмануть или сделать какую-то гадость, нет, у него такого и в уме не было. Не был он и эгоистичным, то есть, таким, кто всегда настаивает на своём, веря в свою непогрешимость, и себялюбивым он не был, кто ставит себя выше других. Нет, он был хорошим, простым, скорее даже простодушным, если не сказать, наивным, но в то же время хитреньким. Если находил чего-нибудь, что плохо лежало, то не мог удержаться, чтобы не прибрать его к рукам, при этом никогда не задаваясь вопросом: а чьё это!? Ему казалось, что это «чего-нибудь» он просто нашёл, даже если оно «плохо лежало» возле чужой берлоги. А ещё он любил рассказывать небылицы, любил прихвастнуть в разговоре, и опять же, не для того, чтобы извлечь из этого какую-то выгоду, а просто так. По большому счёту это и враньём-то нельзя было назвать, но после такого общения Тёма чувствовал себя не в своей тарелке. Он всё время пытался избавиться от этой своей бесхитростной хитрости, пытался бороть её, но, кажется, делал это не совсем основательно…
И вот однажды эта его простота и бесхитростность, а также рассказывание небылиц ему аукнулись. В лесу тогда проходило собрание, на котором должны были выбрать нового Председателя, старый уже не справлялся с обязанностями. Было предложено две кандидатуры: его двоюродного деда Топтыгина и недавно перебравшегося сюда лося Сохатого. Пока совещались, кому предоставить слово, Тёма заметил в толпе свою подружку Машу, к которой неровно дышал, первым взобрался на трибуну и начал речь. Но не о начальственных кандидатурах, а совсем о другом.
— Вчера я спас одного зайчика, – начал он, поглядывая на собравшихся, но в основном, бросая взгляды на Машу, – зайчик этот убегал от лисы и, улепётывая от неё во все лопатки, угодил в болото. Он хоть и был лёгким, но всё равно провалился в трясину, так как слишком высоко подпрыгнул. Лиса, конечно, не стала прыгать следом за ним, а, заметив меня, и вовсе ретировалась. Зайчику б закричать «Помогите! На помощь!», но он, обнаружив теперь, кто вместо лисы, онемел от страха и стал тонуть молча. Я не долго раздумывал, для начала огляделся, нет ли кого полегче, чем я, и, не найдя такового, смело шагнул в болото…
Тёма смолк и посмотрел на собравшихся. Все они притихли и с придыханием внимали рассказчику. Маша сидела, не шелохнувшись, и ловила каждое его слово. А он, довольный произведённым эффектом, продолжил историю
— Я шагнул и тоже провалился, – продолжил Тёма, – пришёл мой конец, думаю, но я не таковский, чтобы сдаваться, – он победно посмотрел на слушателей, – я всегда нахожу выход из положения. Я взял себя в руки, осмотрелся, вижу, рядом со мной берёзка, которая нависает над трясиной. Одной лапой я ухватился за её ветви, другой за длинные уши бедолаги зайчика и вытащил нас обоих.
Вот такой я молодец! – закончил он.
*****
— А где же спасённый зайчик? – робко поинтересовалась Маша. – Можно на него поглядеть?
— Сегодня нельзя, – отрезал Тёма, – сегодня он с родителями убирает капусту у своих дедушки с бабушкой. А они живут в соседнем лесу и вернутся только завтра к вечеру.
А ты часом не придумал всю эту историю, – вставил своё веское слово медвежонок Гоша, который сам неровно дышал к их общей знакомой, – может, ты просто хвастаешься? Вот вернётся спасённый заяц, тогда и будем петь тебе дифирамбы. А сейчас, – медвежонок Гоша скептически усмехнулся, – сейчас рано.
— Не рано, – возразил Тёма, – и не поздно.
Он терпеть не мог своего соперника, тот выглядел старше и в школе лучше учился.
— Я знаю, вы мне не верите, – медвежонок поднял вверх мокренький носик и правую лапку, – тогда я… тогда я…
Что хотел тогда сделать Тёма, никто не узнал, но всем вдруг стало ясно, что он всё придумал: и несчастного зайчика и его чудесное спасение.
— Не переживай, – сказала Маша, когда он спустился с трибуны, – с кем не бывает. Напиши лучше об этом рассказ, и если он выйдет забавным, то я тебя прощу.
— Напишу, – пообещал Тёма, – и тебе посвящу. И тогда вы увидите, что всё было правдой. И не только про спасённого зайца, – прибавил он, – я ещё и про мёд напишу, который добуду в дупле самого высокого дерева.
— Посвящение одобряю, – засмеялась Маша, – а вот про мёд не надо, а то ещё упадёшь с дерева. Кто тогда за мной ухаживать будет!?
24 января 2026 года
* Картинка из интернета из свободного доступа.
Продолжение следует: