http://proza.ru/2026/02/11/551
51
Ума первая вернулась в Город, но, проскакав почти до самого дворца, она вдруг направила лошадь мимо его ворот. Послушный конь помчал ее дальше. Через некоторое время за домами показалась Холодная башня. Это было огромное сооружение, сложенное из больших белых камней, очень высокое и грозное даже на вид. Башня была построена в давние времена и служила горожанам для обороны от врага. В недрах ее когда-то хранился запас продуктов, на случай, если бы пришлось держать долгую оборону. А на верху все было сделано так, чтобы была возможность сопротивляться нападавшим. Теперь же надобность в этом отпала - уже много лет не находилось желающих воевать с Урганой, а значит, и нападать на Город. Свое название башня получила за то, что в любое время года внутри нее было очень холодно, даже самые жаркие солнечные лучи не могли прогреть ее толстые каменные стены. Да и светлые камни, из которых башня была сложена, придавали ей издалека вид огромной ледяной глыбы.
Слезы время от времени застилали глаза Умы, вот и сейчас из-за них она не сразу разглядела Холодную башню. А заметив, повернула своего коня в ее сторону.
Когда Брот увидела вбежавшую в дом девочку, она сначала испугалась. Ума бросилась к ней, прижалась всем телом и забилась в рыданиях.
- Что?! Что случилось?! - перепуганным голосом спрашивала Брот у девочки, но та не отвечала.
- Ты не не больна? - Ума только отрицательно затрясла головой.
- Ты не ранена? - снова тот же ответ.
- Что-то случилось во дворце? - и опять нет.
- Что же тогда? - но Ума ничего не говорила, лишь продолжала давиться слезами.
Брот позвала служанку и велела принести воды. Когда, наконец, слезы у Умы немного иссякли, Брот с трудом ее напоила. Через некоторое время это подействовало, Ума начала успокаиваться и заговорила.
То, что услышала от нее Брот, оказалось очень страшным. Как ни странно, но свой рассказ Ума начала именно с того, что на самом деле она хотела попасть в цель! Только это был не Даур и даже не олень... Эта Сибил - как же Ума ненавидела ее! Как же она была зла на нее за то, что Даур хоть и делает вид, что не очень-то обращает на Сибил внимание, но все равно относится к ней иначе, чем к Уме! И даже теперь он успел закрыть эту девчонку собой!
Брот, слушая исповедь Умы, мрачнела. Неужели чистый, обделенный любовью взрослых, и сам, казалось бы, требовавший сострадания и ласки, ребенок начинает чернеть душой? Неужели кровь матери начинает брать верх над этой девочкой?
Но, может быть, еще не все потеряно? Переживает же она, вон, как волнуется, плачет, бьется в истерике! И всю правду рассказала, с самого начала, а не отговорилась, что выстрелила по оленю и случайно промахнулась. А это значит, что Ума еще пытается противостоять тому недоброму, что родилось в ней, она хочет разобраться, понять, как ей быть, что делать... Бояться ведь ей все равно нечего - кто станет наказывать дочь самой Правительницы?
Брот обняла Уму, и некоторое время они стояли молча. Мудрая женщина сочувствовала девочке и тщательно подыскивала нужные слова.
- Скажи мне - сделала бы ты это снова? - тихо спросила она. Ума, не отрываясь от нее, отрицательно замотала головой.
- А если бы ты знала, что стрела попадет не в мальчика, а в Сибил?
На этот раз Ума некоторое время раздумывала, но потом глухо ответила:
- Нет.
- Ты бы не выстрелила? - переспросила Брот.
- Нет.
- Честно?
- Честно. Это так страшно, это так страшно... - девочка всхлипнула.
- Конечно! Разве убийство человека - может быть веселым занятием? - воскликнула Брот.
- Нет... - прохрипела Ума. - Я его все-таки убила, да? - голос девочки сорвался, и она заплакала, но на сей раз беззвучно, как-то совсем по-взрослому, с полным осознанием случившегося горя.
- Не знаю, Ума, - тяжело вздохнула Брот. - Очень хочется верить в чудо... Но даже если оно и не произойдет, запомни на всю жизнь, девочка! Не пускай в свое сердце злобу! Никогда не допускай! - Брот заговорила горячо, и в ее голосе неожиданно послышалась боль. - От этого не только другим плохо будет, от нее и тебе самой станет трудно жить. А она такая, она, словно змея, тонкой ниточкой протянется, проберется внутрь! И будет злоба тобой повелевать как ей вздумается, а потом убьет в тебе все хорошее... Чернота одна вместо сердца останется, ни любить, ни сострадать оно уже не сможет...
Брот глубоко вздохнула и с грустью посмотрела куда-то в сторону. Однажды она уже говорила эти слова одному человеку, да только он ее не услышал, не захотел слушать, только отмахнулся. Сейчас же к ней прильнула девочка, пусть не совсем маленькая, девочка-подросток, но и все же ее еще можно было спасти. Ума была ужасно напугана тем, что сама совершила, сейчас она уже жалела о содеянном и боялась того, что будет дальше. Но это и было самым главным - девочка, сотворив зло, испытывала целую бурю эмоций, однако НЕ БЫЛА РАДА случившемуся. И не от того, что стрела ее попала не в того, в кого она хотела. Ума испугалась, что она могла УБИТЬ ЧЕЛОВЕКА! Пусть поздно она это поняла, но поняла же!
Вот за эту крохотную ниточку надежды и собиралась потянуть теперь Брот. Тонка нить добра и человечности, но нужно набраться терпения и мудрости и сплести из нее прочное кружево, которое, словно самые крепкие доспехи, уберегут в дальнейшем Уму от черного мракобесия, от ненависти и зла. И сделать это могла только Брот. Лишь ей одной доверялась эта девочка...
http://proza.ru/2026/02/11/607