В отделении милиции Олег попросил Руслана Викторовича и Викторию подождать его в коридоре, а сам вошёл в кабинет следователя. И прямо с порога заявил Анатолию Львовичу, что подозревает в отравлении парней сожительницу отца Златы.
– Вот так и подозреваешь? И у тебя есть факты и улики? Или ты возомнил себя Шерлоком Холмсом? Или в тебе дедуктивный метод разыгрался?
– Это неважно, что во мне разыгралось, но я улучил Викторию Степаненко в том, что она подбросила маску волка в погреб Смирновых, чтобы подставить Никиту. И даже уверен, что анонимку, о которой вы говорили, состряпала она, и клофелин в вино подсыпала она. Вы же сами сказали, чтобы я нашёл отравителя. Вот я и нашёл.
Он тут же достал из пакета маску волка и показал её следователю.
«А участковый молодец, – подумал Анатолий Львович, рассматривая маску. – Ведь именно три года назад были нападения на девушек. Они подвергались насилию парней, которые были в момент преступления в масках волка, но поймать их так нам и не удалось. Вот и пришлось приостановить дело «Масочников». Неужели это одна из тех масок? Следует немедленно отдать её на экспертизу».
И следователь, предчувствуя, что дело может возобновиться и быть раскрыто, слегка улыбнулся. Однако, как всегда, повёл себя с участковым сухо.
– Ну, мы ещё посмотрим, что это за маска, но про Степаненко хотелось бы послушать.
– Так, Анатолий Львович, я привёл её в отделение вместе с отцом Златы.
– Отлично. Давай их сюда…
Когда Вика с Русланом Викторовичем вошли в кабинет, следователь с интересом посмотрел на женщину и, поздоровавшись с ними, предложил присесть.
«Этого деятеля я и так хорошо знаю, а вот с его сожительницей, скорее всего, придётся серьёзно пообщаться. Да и вижу, что она совсем не ангел. Повидал я таких красавиц. И что нашёл в ней Руслан? Ведь невооружённым глазом видно, что она стерва», – так думал следователь, не отводя взгляда от Виктории.
Но женщину нисколько не сконфузил его взгляд. Руслан Викторович же присел на стул и тут же с нотками гнева в голосе спросил, на каком основании задержали его дочь.
– А что это вы, Руслан Викторович, возмущаетесь. Надо было лучше воспитывать дочь, тогда она и не травила бы своих знакомых, да и не сидела бы сейчас в камере, – назидательно ответил следователь.
– Моя дочь никого не травила! И не надо разговаривать со мной в подобном тоне…
– Я с вами разговариваю так, как положено следователю, – перебил его Анатолий Львович. – Здесь не дом благородных девиц, а отделение милиции. И ваша дочь задержана на 48 часов, как подозреваемая в совершённом преступлении.
– Но, Анатолий Львович, я же вам уже говорил, что Злата не виновата. Её подставила Виктория. И это она отравила парней. И я это докажу, – с досадой произнёс участковый.
От такого обвинения в свой адрес Виктория лишь усмехнулась и с сарказмом проговорила:
– А что я ещё сделала? Может быть, ещё кого-нибудь убила? Ты, участковый, говори, да не заговаривайся.
К её словам следователь отнёсся с безразличием, зато слова участкового поставили в тупик отца Златы. Он с недоумением посмотрел на следователя, а тот только пожал плечами. И теперь они оба ждали от участкового разъяснений всему им сказанному.
– Анатолий Львович, конечно, я поясню свои слова, но для этого вы должны спокойно меня выслушать, только прошу отдать маску волка, которую я принёс вам, на экспертизу…
– Конечно, обязательно отдам эксперту, но мне хотелось бы узнать от Виктории, где она её взяла?
– Я не понимаю, о чём вы говорите, – без малейшего возмущения сразу же ответила Виктория.
Видя, что с женщиной предстоит долгий разговор, следователь вызвал эксперта. После того как эксперт забрал маску и ушёл, участковый обратился к следователю:
– Анатолий Львович, у меня есть доказательства вины Виктории.
С этими словами он отдал следователю протокол, составленный у Смирновых. Потом он показал ему съемку изъятия маски из погреба и запись с камеры видеонаблюдения, что взял у Смирновых, на которой хорошо была видна Вика и её действия. Следователь с интересом просмотрел запись, взглянул на Викторию хитрым взглядом, но не прокомментировал увиденное. И хотя женщина не могла видеть саму запись, но догадалась, что на неё есть компромат, который трудно будет опровергнуть. А Олег дал ещё следователю послушать диктофон с показаниями Никиты, которую услышали все присутствующие в кабинете.
– Анатолий Львович, вы же слышали, как парень говорит о том, что видел на берегу человека, который был рядом с местом их отдыха…
– Лейтенант, но в показаниях парня ничего не говорится о Виктории. Поэтому не стоит делать скоропалительных выводов, – резко остановил следователь Олега.
Естественно, он понимал, что женщина может быть причастна к отравлению парней, но нужны доказательства. А вот с маской – это совсем другое дело. Запись с видеокамеры как раз является доказательством её действий. Только с каким умыслом она подкинула маску – было непонятно. Но следователь надеялся получить пояснение от самой Виктории. И он снова мысленно похвалил участкового за его оперативность. Да и уже предчувствовал, что сегодня прольётся свет на дело «Масочников», которое его сейчас волновало больше, чем отравление парней клофелином.
Анатолий Львович имел отличные качества для следователя, но и не гнушался взятками. Злату же он посадил в одиночную камеру за буйное и недостойное поведение по отношению к нему, и чтобы она почувствовала вкус жизни. Следователь недолюбливал новых русских, но они всегда были готовы оплатить за послабление в криминальных делах или за небольшую фальсификацию в деле. Однако он не переступал черту закона и со злостными преступниками был суров и справедлив, хотя и находил возможные лазейки для получения взятки.
Конечно, следователь хотел немедленно услышать объяснения Виктории, но чувствуя, что немного обидел участкового, решил дать ему слово:
– Хорошо, лейтенант, изложи свои подозрения по поводу Виктории. Ну а потом я послушаю, что скажет она в своё оправдание.
– Да, я изложу, – с готовностью внести ясность, проговорил участковый. – Только скажу одно, что отравление, или другой способ мести, непременно должен был случиться. Ведь отравление парней это очевидный результат мести. А вот кто мстил и кому, то в этом следует разобраться. Хотя я предполагаю, что источником всему является неприятный случай со Златой, который произошёл три года назад. Да и маска волка имеет большое значение в этом деле. И если маска оказалась у Виктории, то она наверняка владеет информацией о тех парнях, которых так и не смогла поймать наша доблестная милиция…
– Постой! Какой случай? – перебил участкового отец Златы, которого как ножом резанули слова об его дочери. – С дочкой тогда было всё нормально, а вот жена моя умерла. И это был несчастный случай, а для меня большая трагедия.
– Да, такая трагедия, что уже через полгода после смерти жены вы привели в дом молоденькую сожительницу, – не удержавшись, упрекнул участковый отца Златы.
От услышанного упрёка, лицо Руслана Викторовича вмиг покраснело, и он воспринял слова Олега оскорблением:
– Да как ты смеешь, мальчишка, рассуждать о моих чувствах и поступках! Если бы не Вика, то мне было бы не выйти из депрессии после смерти Мариночки. И это не твоё дело, с кем я живу.
Но следователь не дал Руслану Викторовичу продолжать распыляться о своих чувствах, а предложил дослушать Олега. Да и смерть жены Руслана показалась ему ещё тогда совсем неслучайной, хотя криминалист с судмедэкспертом настаивали на ненасильственной смерти. И так как речь сейчас зашла о Марине, то следователь надеялся получить хоть какую-то информацию об истинной причине её смерти.
Отец Златы успокоился, а участковый продолжил:
– Да, Руслан Викторович, с вашей дочкой случилось несчастье, но вы об этом не знали. И случилось оно именно три года назад. Злата скрыла этот факт от вас, так как в тот же день умерла её мать. И, как я думаю, то Марине Дмитриевне в этом помогли. Потому что не бывает таких совпадений, когда в один день несчастье постигает сразу двух членов семьи. И если, как вы говорите, хорошо осведомлены о делах своей дочери, то почему не заметили в ней перемен? Ведь можно было невооружённым глазом увидеть её потухший взгляд, а то, что она ушла в себя, вас это даже не встревожило.
Руслан Викторович хотел снова возмутиться, но передумал, так как доводы участкового заставили его крепко задуматься.
«Да, он прав. Действительно, как только я привёл в свой дом Викторию, то перестал уделять дочери прежнее внимание. Да и сразу после похорон жены в основном занимался бизнесом», – подумал он и с виноватым видом опустил глаза.
Олег же взял паузу, думая, как правильно ему поступить.
«Могу ли я открыть сейчас всю правду, что касается Златы? Нет, не могу. Она сама должна всё рассказать следователю», – мысленно решил он…
А в это время Злата неподвижно сидела на койке, обхватив голову руками. Серые стены одиночной камеры давили на девушку, и словно тиски готовы были раздавить её. Небольшое же окно с решёткой подавляло интерес к жизни. Успокаивало лишь то, что в камере постоянно горел свет, в которой она провела уже пять часов.
Злата подошла к окну и стала всматриваться вдаль, так как из-за высокого окна не могла видеть, что делается внизу.
Конец июля выдался тёплым, но уже чувствовалось приближение Ильина дня – 2 августа, когда лето идёт на убыль. Высокие тополя с раскидистой зелёной кроной радовали глаз. И девушке казалось, что их ветки, раскачиваясь на ветру, приветствуют её. Словно в ответ их приветствию, она грустно улыбнулась.
Девушка понимала, что попала в камеру из-за того, что её подозревают в отравлении парней клофелином, с которыми она была на берегу, да ещё из-за грубого обращения со следователем.
«Я же знаю: травила я или не травила, – с возмущением думала Злата. – А этот упырь сверлил меня своими маленькими глазками, выражая своё презрение ко мне. Вот я и пришла от этого в ярость».
Девушка испытывала жалость к себе, понимая, что никто не сможет ей помочь. Она снова села на койку и стала вспоминать вчерашний вечер вплоть до минуты. Злата перебирала в памяти всё до мелочей, что происходило до того момента, когда накупавшись, она продолжила общение с парнями на берегу. И неожиданно для самой себя Злата вспомнила, что мельком видела на берегу человека, как раз в тот момент, когда они все вчетвером купались. И ей ещё тогда показалось, что его фигура ей знакома.
Злата стала усиленно тереть виски, как будто это помогало ей лучше вспомнить человека. И вдруг перед глазами, словно вспышка, встал тот злополучный день, когда её изнасиловали, и спаситель, что вывел её из сарая.
– Так это же один и тот же человек: та же фигура и тот же рост. Вот только не заметила, какие у него волосы. Но это точно он освободил меня, а вчера был на берегу. В самом деле, не зря же показался мне знакомым. Конечно, и тогда и вчера я не видела его отчётливо, да и снова не поняла: мужчина это или женщина. Ведь уже темнело, а он быстро скрылся за кустами. Но я уверена, что это один и тот же человек.
Злата быстро подошла к двери и стала в неё стучать. На стук пришёл охранник и принялся ругать девушку, но та потребовала, чтобы её отвели к следователю.
Охраннику ничего не оставалось, как позвонить Анатолию Львовичу. И тот распорядился, чтобы девушку привели к нему…
Продолжение следует...
http://proza.ru/2026/02/27/770