Всё это время как участковый привёл парней, Виктория старалась не смотреть на них, а теребила шарфик, словно очищала его от грязи. Зато у Златы было желание растерзать их. Она смотрела на парней, словно разъярённая рысь готовая в любой момент напасть на них. И напала бы, но участковый вовремя удержал её, чтобы в кабинете не началась потасовка. Вольдемар с сожалением посмотрел на племянницу и с возмущением обратился к парням:
– Неужели вам самим не было жалко девчонок?
– А что, было прикольно, – ответил Степан, продолжая старательно писать показания.
– И по кайфу, – добавил Гриша.
Такой ответ парней ошеломил всех присутствующих, кроме Вики. Следователь же был готов оторвать им уши, но сдержавшись от рукоприкладства лишь выматерился, а Руслан Викторович крепко прижал к себе дочку, словно хотел защитить её от этих уродов.
Немного успокоившись, Николай спокойно задал им вопрос:
– Так получается, что Вика встречалась с Михаилом до самого дня его смерти?
– Ты что сам не понимаешь? Нам же о его смерти Вика сказала. Значит, встречались. А мы его после того случая со Златой больше и не видели. И не мешай нам писать показания. Я и так уже ошибок наделал, – возмутился Гриша и шмыгнул носом.
– Но, Анатолий Львович, я не из праздного любопытства задал парням этот вопрос. Ведь когда я увидел Вику в доме Руслана Викторовича, то мне показалось, что я уже где-то видел её. Ну и вспомнил, что видел два месяца назад в кафе, в котором часто бываю, но не одну, а с каким-то парнем. Возможно, это и был Михаил…
– Да мы уже знаем, что Вика встречалась с ним до его смерти. У меня даже есть тому доказательства – это фотографии, что принёс Владимир Викторович, – перебил его следователь и показал Олегу снимки.
Участковый посмотрел фотографии и лишь пожал плечами. Больше у него вопросов не было. А следователь, ни к кому не обращаясь, устало произнёс:
– Да, чем дальше в лес, тем больше дров.
Получив от парней письменные показания, следователь задал им последний вопрос:
– Скажите, кто вам дал маски волка?
– Вика, – ответили они в один голос.
Такой ответ ничуть не удивил следователя, и он отправил их в камеру. Перекрёстный же допрос этой троицы он решил провести позже и без присутствия Руслана с Вольдемаром.
Переведя взгляд на Вику и, не скрывая к ней презрения, Анатолий Львович с пренебрежением проговорил:
– Да, Вика, поражаюсь твоей выдержке. Молчала, как партизанка, когда твоя банда «топила» тебя. Да и оказывается, что Михаил, возможно, умер не без твоей помощи. Конечно, это я всё проверю. Ведь преступление всегда оставляет след. Так, может, сейчас скажешь что-нибудь в своё оправдание?
– Я имею право не свидетельствовать против себя, – вызывающе ответила Вика. – И прошу предоставить мне адвоката.
– Да я смотрю, ты не так проста, как хотела казаться. Но адвокат тебе будет. Хотя и так уже всё ясно.
Женщина мельком взглянула на Вольдемара, Руслана и Злату, и заметила на их лицах счастливые улыбки. Да и Руслан был уже уверен, что она беременна не от него, чему был очень рад. Зачем ему ребёнок от садистки.
«Как я вас ненавижу! – подумала Вика. – Зря я выпустила Злату из сарая. Ведь ещё тогда можно было от неё избавиться. Вот к чему приводит минутная слабость. Да и Миха мне все карты бы спутал. Грозился всё рассказать Руслану про мою беременность, да и про Злату. Вот и получил сладкую дозу. Жаль, что так быстро закончилась моя роскошная жизнь. Да, не следовало мне заморачиваться с клофелином и маской. Понадеялась, что всё пройдёт гладко как со смертью Миши. Ну а от Златки можно было бы и потом избавиться».
Но пока женщина была погружена в свои мысли, участковый неожиданно для себя вспомнил разговор со стилистом жены Руслана Викторовича. Он вспомнил, что тот говорил о странных звонках Марине Дмитриевне.
«Ведь он сказал, что Марине Дмитриевне показалось, что ей названивала неизвестная женщина и молчала в трубку. Да и встреча, в тот злополучный для неё день, должна была состояться с женщиной. Попробую-ка я обыграть этот момент, чем чёрт не шутит!» – подумал Олег и обратился к следователю:
– Анатолий Львович, можно я задам Вике один вопрос?
– Задавай. Только что это даст?
Участковый даже встал с места и, улыбаясь, спросил:
– Вика, а зачем три года назад ты звонила жене Руслана Викторовича и назначила ей встречу? Ведь мне о вашей встрече поведал её стилист.
Вопрос участкового показался странным для всех, но Вику заставил напрячься. Она никак не ожидала услышать его, поэтому не сразу совладала со своими эмоциями. Правда, от следователя снова не ускользнула эмоциональная в ней перемена, и он заметил страх в её глазах, который быстро исчез. Анатолий Львович прекрасно понял замысел участкового и, перехватив его инициативу, правдоподобно заявил:
– Да и я этот вопрос оставил, как говорится, на закуску. Я ведь не сказал сразу, что тогда наши эксперты полностью обследовали не только скамейку, о которую ударилась Марина Дмитриевна, но и весь участок около неё. Так вот моя, дорогая Виктория, твои отпечатки на бутылке, маске волка и на скамейке идентичны. То есть полностью совпали. Ты же видела, что ко мне заходил эксперт, который принёс заключение. И там об этом написано крупными буквами. Тебе показать?
Слушая следователя, Вика уже чётко понимала, что полностью разоблачена, да и с экспертизой ей не тягаться. Ведь она действительно встречалась с женой Руслана, но смерть той была случайной.
«Попробуй, докажи теперь, что я её просто толкнула, а она упав, стукнулась виском о край скамейки», – подумала Вика и с ненавистью выкрикнула:
– Как вы меня уже все достали с вашими допросами, свидетелями и выводами!
Ей было уже всё безразлично: кто находится в кабинете, что ей предъявляют и даже то, что её подельники дали против неё показания. Женщине хотелось сейчас лишь одного – уйти в камеру.
– Значит так, ещё раз повторюсь, что свидетельствовать против себя не буду и протокол не подпишу. Мне нужен адвокат.
После этих слов Вика демонстративно отвернулась от следователя, показывая всем видом, что разговора не будет. Но ему было достаточно того, что наговорили парни. Правда, он для себя отметил, что парней следует показать психиатру.
В кабинете наступила тишина, которую прервал звонок эксперта:
– Анатолий Львович, как вы и просили, я проверил своё заключение с места смерти Петровой Марины Дмитриевы, делу которому так и не дали ход. Так отпечатки пальцев со скамейки, как вы и думали, принадлежат Виктории.
Эта новость обрадовала следователя. Он с улыбкой посмотрел на участкового, но ничего не сказав, выписал Злате пропуск на выход. Потом, вручив ей и её родственникам повестки на завтра, сухо попрощался с ними.
Конечно, Руслан с Вольдемаром не привыкли к такому обращению, но были рады, что их Злату освободили, поэтому закрыли глаза на недружелюбное к ним отношение следователя. Зато тот с горечью подумал, что остался без денежного вознаграждения от отца девушки.
Дежурный сержант сопроводил Викторию в камеру, и Анатолий Иванович остался вдвоём с участковым.
– Вот видишь, Олег, как получается в нашем деле. Кажется, что всё уже ясно: преступник изобличён, свидетели есть и можно передавать дело прокурору, но не тут-то было. Показания тают на глазах, появляется новый подозреваемый и начинай всё заново. И эти словесные перебранки ничего путного не дают. Один говорит одно, а другой – другое. А ведь что главное в следствии – это вещественные доказательства и наша правдивая экспертиза, против которой не попрёшь. Но и, безусловно, должен быть мотив преступления. Понял?
– Да, понял. Однако и предчувствия следует учитывать. Да и если бы не случай с отравлением парней клофелином и маска волка, которую нашла Злата, то не поймать нам было бы «масочников».
С этими словами он отдал следователю заявление, которое получил от Златы, когда был у неё дома. Ведь раньше он не решался этого сделать, пока девушка сама не рассказала всё следователю. Тот бегло просмотрел заявление и сказал:
– Ладно, ступай. Не будем сейчас вступать в дискуссию. Но вот тебя я хотел бы видеть своим помощником. Ну, об этом потом.
Следователь углубился в чтение письменных показаний парней и уже не обращал внимания на участкового. Тому ничего не оставалось, как удалиться.
– Да, запутанное получилось дело с этими «масочниками», да и с клофелином тоже, – произнёс Анатолий Львович. – И если бы парни не попались сейчас, то наверняка Вика нашла бы способ, как от них избавиться. Получается, что мы спасли их от смерти… Но эта фифа для меня не кремень. Посидит в камере и выдаст всё на блюдечке с голубой каёмочкой. Она ведь беременная. Так зачем ей нужна лишняя нервотрёпка. И девушкам, заявления которых имеются в деле «Масочников», завтра же отправлю повестки. И прослежу, чтобы все явились на очную ставку..
Следователь убрал в папку показания парней, заявление Златы, результаты экспертизы, неподписанный Викторией протокол и подписал её: Дело «Виктории Степаненко».
Окончание.