В приглушенном свете я сбросила с себя шёлковый халат и медленно подошла к Степе. Наша новая ночь, новая глава, которую я так ждала. Нежные руки ласково обнимают меня, манят в свою бездну. Прикосновения такие осторожные, словно я что-то значимое, ценное. Степа был совершенно другим человеком. Я всё забыла: наши ссоры, недоговорённости и глупую ревность. Он любил меня, простил даже то, что я «повесила» на него ребёнка, ведь он был так счастлив стать отцом.
— Не бойся, я не сделаю тебе больно, — прошептал он и мягко покрыл мою кожу поцелуями.
Это было незабываемо! Совершенно здоровый, полный сил, он так мечтал ко мне прикоснуться, что не было возможности ждать. Я отдалась ему без остатка, залезла сверху и наслаждалась им внутри себя, запрокидывая голову. Он медленными движениями поглаживал мою грудь, притягивал к себе и крепко обнимал, не забывая аккуратно двигаться. Степу волновал мой комфорт, состояние и то, какие ощущения я испытываю, когда нахожусь рядом с ним.
– Самые что ни на есть прекрасные! — глажу его по щекам я и не могу оторваться от его губ.
Чуть смеясь, он перекинул меня на подушку и продолжил снова двигаться. Обнимаю его ногами и чувствую себя самой счастливой.
На секунду забылся Антон, его слова, а возможно, и пожелания быть рядом со Степой, так как интуитивно он видел нас вместе, или же речь шла обо мне. Есть вероятность, что Степа говорил ему о своих чувствах ко мне, оттуда и выводы. Стала как-то свидетелем их разговора обо мне.
Валя решила оставить Полину у себя. Хотела, чтобы мы уже помирились бесповоротно и окончательно. Честно, я не узнавала своего Степу. Весь такой романтичный: в кино позвал, ресторан, а после устроил вечер при свечах, а теперь мы предаёмся любви, уставшие, но зато вместе.
Когда всё закончилось, я обняла его за шею и посмотрела в глаза. Мне не верилось, что мы вместе, но уже по-новому. Положив голову ему на грудь, я с придыханием спросила:
– Почему ты захотел вернуться? Тебя тронула моя забота, что в трудные времена была рядом? А ведь я тоже хотела того же, что и ты, но по итогу выбрала тебя. Знала, что тебе гораздо тяжелее, чем мне.
– Перестань! Я поймал себя на мысли, что не могу оставить тебя одну. И знаешь, я был неправ, когда выгнал тебя. Хотел, чтобы ты не мучилась со мной… А потом я узнал, что ты разводишься с Антоном, ещё и про Полину кольнуло сердце.
– Так это Антон тебе рассказал?
– Я давно знал и поведал о появлении Полины ему.
– Как это?
– Да у нас был как-то вечер откровений по телефону. Так я узнал, что он не в Мурманске, а с бывшей женой. Я тогда так оскорбился за тебя, что устроил ему такой разнос, и это всё было ещё до того, как его Любочка пришла к тебе. Антона мучила совесть. Он сам позвонил мне и признался, и ещё сказал, что ты меня до сих пор любишь, просто не можешь себе в этом признаться. Ну, скажи, это же правда? Я же вижу, что так.
Я молчала, переваривая информацию, и понимала, что тайны раскрываются, но не таким способом. Я ощущала, что путала своё человеческое отношение к болезни Степы с любовью и не знала, как сказать, что он мне нужен.
– И ты понял, что всё должно быть на своих местах? — вздохнула я.
– Послушай, Антон всё равно любил свою жену, да не сознавался. Но я сделал ему ещё больнее, сказал, что ты столько всего пережила, что и Полину выдала за мою дочь. Он тогда просто проглотил язык и не знал, что мне на это ответить. Я только дал ему понять, что женщина пошла на обман ради себя и будущего семьи. Я видел твою боль, ложь и отказ от брака. Совесть замучила. Не хотела ты со мной жить, или просто я был лучшим вариантом, который поверил. Но старался подстроиться, что да, я отец и ребёнка не оставлю, как бы ты не отнекивалась. Я сказал Антону, что ты в тот момент была очень сложной и отталкивала меня, как могла. Хотел же, чтобы мы были вместе. Но наши конфликты всё разрушили. Ну и отношения давно были на нуле. Господи! Да всё, что я сделал, это было ради дочери! Не нужен тебе такой муж. При этом Антон тебе тоже многое недоговорил! Ну посмотри на меня! Как я мог простить ему обман? Ты же так надеялась, ждала, как и ребёнка… Кстати, я боялся спросить… Где твой живот?
– Тест был ошибочный. Забыла тебе рассказать, но тогда я считала, что тебя не интересуют мои дела, и… Продолжала дальше о тебе заботиться.
– Я, если честно, допускал не очень хорошие мысли.
Улыбаюсь и смотрю на свои пальцы. Степа, может, и сделал правильно, что высказал Антону за всё. И тогда у бывшего мужа был повод развестись со мной. Возможно, Степа отвоевал меня и рассчитывал на то, что отношения ещё можно восстановить, только в другом формате.
Только мне не нравилась эта борьба, и я высказала свою версию:
– А что, если Антон вернулся к жене после того, как поговорил с тобой?
– Ты что, мне не веришь? — опешил Степа и подскочил.
– Охотно. Вы плели свои интриги.
– Может, спросишь у Антона? Хотя вряд ли он тебе расколется.
– Просто я хочу знать правду! Ты мне не договариваешь! Я же вижу, как прячутся твои глаза!
– Хватит! Твоё место рядом со мной! Полины тоже! Если ты требовала мужского внимания, так и скажи, но мы прожили вместе очень долго и через многое в этом году прошли! Ты не оставила меня прозябать в кресле, а морально поддерживала! Я только ради тебя и дочери согласился на операцию и захотел вновь попробовать жить семьей. Завтра же мы подадим заявление в ЗАГС! И без разговоров!
– Я не сказала своего «да».
– Скажешь. Или ты по-прежнему любишь того, кто выбрал другую женщину?
Недолго думая, я отвернулась и сказала, что мне нужно время, чтобы подумать. А может быть, я люблю обоих? Нет. Антон отпустил меня, Степа пытался, но в отсутствие двух мужчин я искала других. Вместо того, чтобы и правда восполниться женской энергией с Валей и плюнуть на всех. Выход бы нашёлся сам собой, и время всё расставило бы по своим местам.
Разворачиваюсь, завлекаю Степу в поцелуй и понимаю, что бесконечно ему благодарна и планирую дать отношениям шанс.
На удивление, всё у нас было хорошо. Полина привыкла к нему, называла: «папой». Нас уже не тревожили убийства, подставы. Всё проходило тихо и мирно. Степа гордился моей новой должностью, был идеальным родителем для Полины и играл ей на скрипке, устраивая бесплатные концерты. Однажды у него был тур в Стамбул на три дня, и мы полетели с дочерью. На такой случай мы заранее оформили документы. Степа продлил нам на неделю каникулы в отеле, а сам уехал дальше гастролировать. Говорит, что раз Полине понравилось тут, то шоу должно продолжаться. Он стал идеальным мужем. И я уже не могла отказать и согласилась быть его женой.
Турецкие мужчины, конечно, клеились ко мне, но я показывала, что замужем. Степа купил нам обратный билет на родину, и мы отправились с дочкой домой, отдохнувшие. Нас встречала Валя.
Мы с мамой до сих пор не общались. Она не приняла мой брак и сказала, что он ничего хорошего не принесёт. Я пробовала наладить контакт, высылала фото с отдыха, но ответа не последовало. Она и не читала мои сообщения, отчего становилось горько. Только папа звонил. Ему было без разницы, кто у меня — Степа или Антон, лишь бы счастлива была. Все ему нравились. Даже когда мама возмущалась за Степу, он махал рукой и говорил, что мы сами разберёмся, для него все мои мужчины одинаковы. Со всеми находил общий язык и говорил, что раз я бросила и сошлась, значит, была причина. Видимо, с личными границами у него всё в порядке. Не собирается вмешиваться, как и в мамино отношение ко мне. Но это сильнее всего меня и ранило. Я просила его поговорить с ней, сказать, что Степа для меня всё делает, на что он ответил, что это её выбор так себя вести и переубеждать нет смысла.
Папа жил по той теории, что женщина меняет настроение раз на дню. Сегодня она против, завтра будет «за». Давал ей возможность побыть в разных настроениях. Наверное, уже смирился с её характером. Такой пофигизм о многом может сказать.
– Ну, пап, сделай это ради внучки. Ей так не хватает бабушки со стороны мамы, — отчаянно говорила в трубку я.
– Ещё есть со стороны папы. Разве Полине этого мало?
– Почему ты такой? Что вообще у вас происходит?
– У нас всё нормально. В твоих мечтах тоже хочется такого мужа, чтобы давал тебе свободу выбора и прикидывать разные мысли.
– А как ты отнёсся к тому, что Полина не…
– Я думаю, ты любила, а зачем бранить девушку за её чувства? Главное, что тебе хорошо было, а то, что он так поступил… Бог ему судья.
Вздыхаю. От этого разговора мне не стало легче. Если бы моя бабушка только подействовала на маму, это открыло бы все двери, но и её собственная дочь не послушала.
У меня жутко разболелась голова, и когда Валя отвезла нас домой, а вечером приехала с ночёвкой, я почувствовала себя значительно лучше.
Мы перебирали шмотки из Турции, которые я привезла для неё и себя, говорили про косметику, мужчин. Персоны Антона она старалась не касаться и всё говорила, что мне очень повезло, ведь второй шанс на отношения выпадает не многим.
– Ой! В следующий раз, как Степа отправится давать концерты в жаркие страны и оставит тебя кайфовать, позвонишь мне? Я тоже присоединюсь!
– Да без проблем!
– Ах, и всё-таки ты меняешь мужчин. Они для тебя теперь на многое способны, а всё почему? Потому что ты сделала себя сама!
Я смутилась:
– Ну что ты? Совсем нет! Я просто была собой и не применяла никаких чар.
– Это ты сейчас так говоришь. На самом деле от тебя излучается невероятная энергетика.
– Я же не послала Степу, когда он приходил, и не показала, как мне без него было хорошо. Не тот случай.
– Если посмотреть на ситуацию под другим углом, то ты была с ним, когда у него уже опустились руки. Он понял, что должен встать на ноги ради тебя и Полины, и с Антоном поговорил по-мужски!
Недолго радовалась я. Всё равно от упоминания кольнуло. Сказав, что я больше не хочу вспоминать про того, кто меня предал, и пожелав счастья, я предложила попить чай, и подруга охотно согласилась.
А ночью каждый раз я ловила себя на мысли:
«Куда пропал Олег, которого обвинял Степа? А тот оказался ни при чём».