Генерал предстал перед ним во всей своей парадной готовности. Блисс, отметив безупречность мундира и сияние орденской планки, ощутил легкую внутреннюю усмешку. Мысль о том, что офицер облачен в форму, находясь в стенах собственного дома, показалась ему весьма причудливой. Но, когда он посмотрел Прилсу в глаза, внутри у него всё похолодело. Во взгляде высокопоставленного офицера явственно читались перенесенные страдания. За его внешним спокойствием ощущалось плохо скрываемое волнение.
Гелм отдал ему честь и доложил о цели прибытия.
— Я готов ответить по всей строгости, — отчеканил генерал глядя в пустоту, — только у меня просьба — не надевайте наручники. Я никуда не денусь. Слово офицера.
Лейтенант посмотрел на Блисса. Тот держался молодцом и выглядел невозмутимо. Прилса без промедления доставили в броневик.
— Куда? — спросил Валисс.
— В штаб, — решил Блисс, — в космопорт ехать смысла нет.
Генерала отвели в комнату для допросов. Гелм кивком головы предоставил свободу действий своему напарнику. Блисс уселся за стол.
— Садитесь генерал, у меня ощущение, что вы хотите нам кое-что рассказать.
— Так точно, — ответил Прилс присаживаясь напротив.
— Я слушаю.
— Признаю свою вину в гибели «Селестии». Готов понести заслуженное наказание.
Гелм взглянул на товарища и у него похолодело внутри. Глаза сержанта побелели от едва сдерживаемого гнева. Лейтенант подошел к нему, но Блисс жестом руки его остановил.
— Всё нормально. Я контролирую себя. Рассказывайте по порядку, генерал.
— Я ненавижу морков, — начал тот, — во время первых бомбардировок погибла вся моя семья. Я чуть-чуть не успел. Прибыл, когда все уже были убиты. И тогда я решил отомстить. План мести обдумывался долго и тщательно. Очень много времени ушло на подготовку.
Генерал в подробностях рассказал, как проектировали орудие. Сколько средств он вбухал в детальную разработку чертежей. Потом придумали специальный кожух, который должен был скрыть пушку от всевидящих сканеров. Чтобы получить окончательный результат пришлось ждать несколько лет. Затем появилась идея.
— Когда морки объявили, что не будут атаковать гражданские суда, я решил подогнать устройство под стандартный пассажирский звездолет. Это мог бы быть любой корабль. Не обязательно «Селестия».
— В чем суть вашей мести? — бесцветным сухим тоном спросил Блисс. — Выстрелить по кораблю морков и погубить тем самым невинных пассажиров?
— Я не желал никому смерти. Автоматика была запрограммирована так, чтобы произвести точный выстрел во время перехода корабля в гиперпространство. Всё просчитано на математической модели. Ошибки быть не должно.
— Вы, Прилс, отстали от жизни. Слишком увлеклись созданием своего орудия. У морков очень мощные сканеры, и ни один корабль Содружества даже не предпринял попыток провернуть такое. Ваши действия расцениваются как преднамеренное убийство гражданских лиц из личных побуждений. При этом вы вовлекли в свой план огромное количество транидов.
— Они ничего не знали.
— А старший техник Клинд? Кто-то помогал монтировать орудие на корабль?
Генерала затрясло мелкой дрожью.
— Это мой племянник. Я сбил его с пути истинного. Уговорил его. Он… ни в чем не виноват.
Гелм покинул помещение. Он сообщил о результатах допроса и отдал приказ арестовать команду техников. Пока он отсутствовал, Блисс вынул из внутреннего кармана фотографию и подошел к генералу.
— Вы натворили достаточно. Обычно, офицерам высших чинов на Триидане оказывается милость. По вынесении приговора им выдается оружие с одним зарядом. Оставляют одного и дают право с честью покончить с собой. Но вы, Прилс, этого не заслуживаете. Вас расстреляют как самого последнего негодяя. Когда вы будете со страхом ожидать выстрела помните о ней! Смотрите внимательно и запоминайте. Я хочу, чтобы её образ навсегда отпечатался в вашей памяти. Её убили вы! В числе прочих пассажиров. Они все были сотрудниками института, в котором многие годы занимались поддержкой нормальных жизненных условий под землей. Помните это лицо генерал! Помните!
Гелм вернулся и заметил, что из глаз Прилса текут слёзы. Блисс стиснув зубы молчал.
— Всё в порядке? — спросил лейтенант.
— Да, — кивнул Блисс, — можно уводить. Состав преступления на лицо. Осталось допросить всех свидетелей.
Вошли двое бойцов и под конвоем увели генерала.
— Ты молодец, Блисс. Держал себя в руках.
— Мне это стоило невероятных усилий. Клинда пусть допрашивает капитан Пордс. Он в этом деле мастер. Я боюсь, что не выдержу. Зайду позже, когда допрос закончится.
Гелм понимающе кивнул. Не прошло и получаса, как техников в полном составе доставили в штаб. Старшего из них привели в допросную для рецидивистов. С виду это было обычное помещением. Клинд остался стоять в ожидании. Вошел Пордс и уселся на единственный стул. В руках он держал небольшой пульт.
— Начнем с чистосердечного признания? — спросил капитан.
— Я ничего не знаю! — заявил техник.
— Хорошо. — пожал плечами Пордс и нажал что-то на пульте.
С потолка спустились два манипулятора и в одно мгновение вывернули Клинду руки. Не ожидавший этого техник заорал не своим голосом.
— Ты чего кричишь? — спокойно спросил капитан. — Я ещё не начинал.
— Н-не надо. Я всё скажу! Только отпустите!
— Что, память проснулась? Думаю, нужно её немного расшевелить.
Когда Блисс вошел в камеру Пордс протянул ему распечатку всех причастных к так называемой «модернизации» звездолета.
— Спасибо! — поблагодарил его Блисс и подошел к болтавшемуся на манипуляторах технику. — Что-то он совсем без чувств.
— Слабак, — пожал плечами Пордс, — всего-то пару раз руки вывернул.
— Понятно. Мне бы ему несколько слов сказать.
Капитан взял пульт и в лицо Клинда брызнула струйка нашатырного спирта. Этого хватило, чтобы он мгновенно пришел в себя.
— Я… я всё сказал. Пощадите! Это генерал! Старый дурак Прилс обещал, что никто не узнает. Мы думали, что это безопасно.
— А если бы он заставил тебя спрыгнуть вниз головой, ты бы стал? — спросил Блисс. — Ты погубил почти сотню невинных пассажиров. Из-за таких как ты введут новые правила проверки судов и техников.
— Если бы не Прилс этого бы не произошло!
— Если бы все были честными транидами, то действительно ничего бы не случилось, — парировал Блисс, доставая фотографию Литы, — смотри кого ты убил! Запомни её! Она много сделала для Триидана. Никогда бы не предала!
Техник вдруг вспомнил эту девушку. Она пришла на посадку последней. Клинд стоял неподалеку от аппарели. Транидка с фотографии помахала ему рукой и улыбнулась. А он помахал ей в ответ.
— Прости! — прошептал Клинд со слезами на глазах. — Я…не думал, к чему приведет мой поступок…, прости.
— Пощадить тебя может только Азумаривисс. Но он убийц не прощает.
Блисс повернулся и собрался уходить.
— Что со мной будет? — пролепетал техник.
— Сам-то как думаешь? По закону военного времени.
В ответ послышались рыдания. Блисс вышел и коридоре встретил Гелма.
— Ну как? — спросил он.
— Дело раскрыто. Пордс выудил целый список фамилий причастных. Материалы можно передать в трибунал.
— Хорошо. Этим двоим точно высшая мера. Для остальных наказание будет равным степени их вовлеченности в это дело.
Блисс кивнул.
— Сообщишь, когда исполнение?
— Да. Думаю, ждать недолго. Сейчас с этим не тянут. Будешь присутствовать?
— Только в самом начале. Покажу им напоследок фотографию Литы. Остальное смотреть не обязательно. Смертей я нагляделся по горло. И ещё. Пойду в канцелярию и напишу рапорт на отпуск. Мне необходимо минимум две недели.
— Понимаю. Тебе нужно. Главное, возвращайся в строй. Буду тебя ждать.
Гелм протянул руку. Блисс ответил крепким рукопожатием и отправился в канцелярию.