Алорд замолчал, собираясь с мыслями. Все остальные тоже молчали, проникаясь осознанием того, какая трагедия разыгралась в прошлом из-за недомолвок и чьей-то злой воли.
- Когда я оказался в мире богов, - продолжил свой рассказ Алорд, - все уже было кончено. Богиня Судьбы рыдала, сидя у кровавого пятна на площади. Вокруг стояли боги и слуги. Там был и Омлиис с Наилой. Омлиис, принявший облик Наджи. Я прежде уже видел, как он это делает. И я знал, что бог Войны не мог быть там, так как только что оставил его прикованным в пещере в далеком мире. На лицах богов читался страх и растерянность. Казалось, они только теперь осознали где находятся и никак не могли понять, что происходит. Кровь, разлитая на мостовой, пугала их ещё больше. Рыдания богини Судьбы придавали картине завершенность. Я переводил взгляд с одного лица на другое, пытаясь разобраться в том, что же именно произошло, но понял, что никто не ответит на мои вопросы. Из-за страха, из-за вины, из-за непонимания происходящего.
Объяснить происходящее мог только Омлиис. Но он крепко держал за руку трясущуюся от страха Наилу и во все глаза смотрел на кровь. В тот момент поговорить с ним я не мог, поэтому тоже сосредоточил свое внимание на том, что осталось от моей богини. И тогда я увидел твое сердце. Оно все ещё существовало! И оно было целым! Ты действительно была верховной богиней! Незаметно для растерявшихся богов, я поднял его и спрятал у себя на груди. Я знал, верил, что моя богиня вернется! Вернется, чтобы завершить нашу месть! И теперь моя месть распространялась также на бога Обмана. Если бы он не принял облик Наджи, возможно, ты не приняла бы подобного трагического решения!
Я спрятался у подножия горы и стал ждать. Омлиис появился очень скоро. Наш договор давал ему некоторую власть надо мной, но и мне над ним тоже. Мы были связаны и должны были выполнять условия нашего соглашения.
Бог Обмана опустился прямо на землю рядом со мной. Я развел небольшой костер, который не был виден с дороги, ведущий в гору из города. Какое-то время мы оба молчали. Я понимал, что любое неосторожное слово может стать причиной ссоры между нами, а то и моей гибели. А я хотел выжить и дождаться твоего возвращения. А потом Омлиис заговорил. Я не сразу понял, что он снова плетет сеть морока обмана и попался, как дурак.
- Ты же не планируешь предать меня? – спросил бог Обмана.
- Предать тебя?! – слова об обмане, исходящие от него, казались злой шуткой, - не ты ли предал наш договор?! Не ты ли стал причиной гибели моей богини?!
- Я не виновен! – запротестовал Омлиис, - я следовал нашему плану и пытался отвратить сердце Алиши от Наджи. Кто знал, что она окажется такой хрупкой и слабой. Я даже пожертвовал своей свободой ради нашей мести. Мне пришлось при всех богах поклясться Наиле в вечной любви. И хотя тогда я носил лицо Наджи, мое слово нельзя обратить. Теперь мне самому придется стать её мужем!
- Ты это заслужил, - ответил на это я, - ты погубил Алишу! Что теперь нам делать? Как вернуть её к жизни?
- Выход есть, - закивал бог Обмана, - мы вернем её. Я знаю секрет Источника Вечной Жизни, прочитал об этом в храме богини Судьбы.
- Ты хорошо подготовился! – разозлился я ещё больше. Оказывается, Омлиис многое скрывал от меня, имея какие-то собственные тайные планы, - рассказывай! Немедленно!
- Нам нужно сердце бога Войны и сердце твоей богини!
Я догадался, что бог Обмана видел, как я прятал сердце и теперь обманом решил забрать его. Оставалось понять, зачем ему это нужно.
Наджи все так же оставался в тайной пещере. Забрать у него сердце было не сложно, он легко восстанавливался от любых ран. Тогда я не знал, что Омлиис говорил о божественном сердце, которое изъять из тела живого бога было бы проблематично. Ведь оно есть средоточие духовной силы. В то время я больше думал о том, как вернуть свою богиню и все остальное волновало меня мало. Я пропустил мимо ушей почти весь рассказ бога Обмана. Я только знал, что у меня было сердце богини и я легко мог добыть сердце бога Войны. Следовало только разобраться с тем, что делать дальше с этими двумя артефактами. Но Омлиис объяснял так сложно, так запутанно, чтобы я в итоге понял, что без него не смогу справиться. Поэтому я продолжил следовать за богом Обмана.
Мы отправились в его храм в одном из диких миров. Это был один из первых храмов с его искаженной божественной энергией. Молящиеся в таком храме не только отравлялись сами, но и разносили скверну по миру людей. Когда я понял это, то испугался, но в то время я больше переживал о судьбе моей собственной богини и надеялся разобраться со всем этим позже.
В том храме был источник. С виду обычный водоем, но жидкость в нем была ядовита. Отравление источника произошло давным-давно, и вода уже превратилась в густое зеленое желе. Оно было смертоносно, уничтожая все, с чем соприкасалось. Только камень был способен удержать в себе этот яд. Все это мне не нравилось, потому, что явно сочилось злом и обманом. Тебе бы это тоже не понравилось, моя богиня. Но именно в этом месте мне пришлось временно оставить твое сердце. Омлиис убедил меня в том, что там оно будет в безопасности. А главное, не погибнет, погруженное в дымку призрачного обмана.
После этого мы вернулись к Наджи. Он уже полностью восстановился, но освободиться все так же не мог, хотя по кровавым следам на руках было ясно, что пытался.
- Сломать кости не проблема, - с усмешкой ответил он на незаданный нами вопрос, - но эти браслеты были благословением моей матери, они так просто не отпускают меня.
- И это хорошо, - с улыбкой ответил Омлиис, удобно располагаясь напротив пленника, - мы пришли сообщить тебе печальную новость. Алиша умерла.
- Кто это? – спокойно спросил бог Войны.
- Это моя богиня! – не выдержал я.
После этих слов Наджи замер. Он как будто превратился в камень. Совсем, как недавно. Казалось, из него вышла вся жизненная сила и он умер. Глаза его были открыты, но грудь не шевелилась, и он повис на оковах, как мертвец. А через мгновение дернулся всем телом с такой силой, словно хотел сдвинуть с места гору. Лицо его горело огнем, глаза сверкали. Он был поистине страшен. Но браслеты надежно сдерживали его.
- Нам нужно твое божественное сердце! – закричал Омлиис, не пытаясь что-то объяснить, но я хотел, чтобы Наджи понимал, что нам нужно.
- Оно вернет к жизни мою богиню, - добавил я, дрожа от страха. Я думал, что бог Войны испепелит нас на месте, но после моих слов он сразу сник.
- Забирайте, - спокойно ответил он, - оно и так принадлежит ей.
- Именно это нам и нужно! – рассмеялся бог Обмана, - твое добровольное согласие. Потому, что для возрождения богини, нам нужно твое сердце бога, отданное добровольно! Вся его духовная сила.
- Хорошо, - спокойно ответил Наджи, - я бы сделал все сам, но руки скованы.
- Не переживай, - с усмешкой ответил ему Омлиис, - я с удовольствием сделаю это за тебя. Но для начала тебе придется принять лекарство.
Бог Обмана достал из одежды каменный сосуд и, откупорив его, с усилием влил зеленую жидкость в рот богу Войны. Яд окрасил губы Наджи в зеленый цвет, тут же обжигая их и иссушая. Только усмешка, продолжавшая играть на его губах, говорила о том, что бог все ещё с нами. Омлиис достал из одежды сияющий кристалл и им вскрыл грудную клетку Наджи. Горящее духовное сердце бога Войны своим светом озарило темноту пещеры. Бог Обмана вынул его и спрятал у себя на груди. Все это время Наджи тяжело дышал, яд продолжал проникать в его тело, иссушая и уничтожая его божественные силы. Вскоре он повис на оковах, словно мертвый.
- Можешь освободить его, - приказал Омлиис, прижимая к груди руку с окровавленным кристаллом, - теперь он безопасен. Когда очнется, ничего не вспомнит. Его тело скоро трансформируется, и он станет младенцем. Забери его и не забудь браслеты. Они могут нам ещё пригодиться.
- Что ты собираешься делать теперь? – спросил я.
- Мы вернем тело богини и вложим в него живое сердце бога, - объяснил бог Обмана, - Алиша совершила преступление в отношении своей божественной сущности и теперь будет проходить испытания. Чтобы снова стать богиней, ей придется переродиться множество раз.
- Что делать мне?
- Будешь контролировать Наджи. Не спускай с него своего взгляда. Память может вернуться к нему в любой момент и тогда следует снова отравить его. Если бы не его способность к самовосстановлению, у нас не было бы никаких проблем. Но бог Войны особенный, не такой, как все прочие боги. Это будет непростое и ответственное задание. С ним сможешь справиться только ты.
- Хорошо, я сделаю это, - быстро согласился я, - а как быть с сердцем моей богини? Неужели отныне в её груди будет биться два божественных сердца?
- Нет, - покачал головой Омлиис, - её сердце следует надежно спрятать. И от неё самой и от всего мира.