Содержит сцены насилия, психологического давления, криминальную тематику. Не рекомендуется лицам до 18 лет.
Кира открыла глаза.
Белый потолок, стены.
Черные плинтусы.
Она лежала на полу, рядом с кроватью.
Голова была тяжелой, во рту – сухость, будто внутрь насыпали песка.
Кира села, огляделась.
Дыма не было.
Воздух – обычный, свежий, без запаха.
Свет все так же лился ровно откуда-то сверху, без теней, без намека на время суток.
Она перевела взгляд на тумбочку.
Поднос.
Пластиковый.
На нем – пластиковая ложка, пластиковый стаканчик с теплым молоком, пластиковые тарелки и миски.
В тарелках была еда: кусок хлеба, суп-похлебка, салат из помидора, огурца, зелени, со сметаной и нарезанным яйцом вкрутую.
Кира смотрела на еду и не трогала.
Мысли ворочались медленно, тяжело.
А вдруг отравлено?
Вдруг это снотворное?
Вдруг ее хотят усыпить навсегда, а потом сделать что-то?
Вдруг это проверка?
Она отвернулась, обхватила колени руками.
И тут накатило.
Кира чувствовала, как эмоции вырываются из-под контроля, ломают все барьеры, которые кто-то выстроил в ее голове.
Сначала просто дрожь.
Мелкая, противная, бегущая по пальцам, ногам, спине.
Потом слезы – не тихие, не сдерживаемые, а дикие, рвущие горло.
Потом крик.
— Зачем?! — закричала Кира, ударяя кулаком по полу. — Что вам от меня нужно?!
Она била по полу, по кровати, по собственным ногам.
Плакала, задыхалась, выла.
— Ася... Ася... прости... я не смогла... я не уберегла...
Слова тонули в рыданиях, перемешивались с бессильной злобой.
Кира ненавидела этот белый свет, эти черные плинтусы, эту дверь, которую нельзя открыть.
Ненавидела себя.
Ненавидела того человека с чёлкой на лице и светло-голубыми глазами.
А потом все закончилось, резко – как обрубили.
Кира сидела на полу, опустошенная.
Дышала тяжело, с хрипом.
Слезы высохли, оставив соленую корку на щеках.
В голове снова стало пусто.
Она посмотрела на поднос.
Живот урчал.
Кира подумала: "Если бы хотели убить – уже давно бы убили. А если это снотворное... плевать. Лучше спать, чем так".
Она взяла ложку, зачерпнула суп.
Похлебка была теплой, наваристой, с кусочками картошки и моркови.
Кира съела несколько ложек, потом принялась за салат.
Овощи были свежими, сметана – чуть кисловатой.
Хлеб оказался мягким, не черствым.
Молоко – сладковатым, успокаивающим.
Кира съела все.
До последней крошки, до последнего глотка.
Поставила пустой стакан на поднос, вытерла рот тыльной стороной ладони.
Вкусно.
Она не знала, кто это приготовил.
Не знала, зачем ее кормят.
Не знала, сколько еще будет сидеть в этой комнате.
Но сейчас ей было все равно.
Она отодвинула поднос, легла на кровать и уставилась в белый потолок.
Глава 21 – http://proza.ru/2026/04/19/2126.
Глава 23 – http://proza.ru/2026/04/19/2234.