- Ты ей веришь? Хоть на йоту ей верить нельзя. – Андрей был в бешенстве. Они стояли посреди заросшей аллеи. – Я не знаю, что она от тебя хочет, вдруг, ты сделаешь её ещё опаснее?
- Я не знаю. Я вообще не понимаю ничего. А особенно, что он со мной такого сделал. И почему я тогда ничего не заметил?
- А сейчас? Сейчас ты замечаешь изменения?
- Нет. Ничего нового… Но… То, что я чувствовал когда смотрел на тебя, как на пациента, словами не передать. Знаешь, как учитель исправляет ошибки. И я видел, как рассасываются гематомы, как исчезают трещины. Под моими руками. Я не видел такого на операциях, под микроскопом. Это завораживающе. А Шатис? Она же нас отпустила…
- Господи, уйми дурака… Ну, что ей стоит растереть нас в пыль, всех? Ладно, пошли уж… - Несмотря на то, что все очень проголодались, и тёте Зине пришлось заново греть обед, Антон увёл хозяина в спальню и долго не выходил. А потом вышел один. Дед остался спать.
- Тёть Зин, ты его, пожалуйста, сегодня не трогай, пусть спит, сколько сможет. И, пошли со мной на веранду. А вы, ребята, ешьте, не ждите нас, мы потом поедим.
- Вы что-нибудь понимаете? – Рита налила борщ Андрею. – Я уже замучилась вас тут ждать, среди чужих людей.
- А что тут понимать. В кои-то веки людям удалось попасть к хорошему врачу, грех упускать. Давайте я вам сметанки положу. А долго? Так дела были.
Антон вернулся, когда все уже поели и посуду вымыли. Он был в странном состоянии. Побледнел, шатался, руки снова дрожали. На лбу собрался мелкими бисеринками пот. На столе оставался лишь кувшин с ягодным компотом, литра на два. Он был выпит за секунду, без стакана.
- Воды. Принесите, кто-нибудь… - И упал головой на стол. Если б Андрей не подхватил его, то и сполз бы на пол. Кое-как перетащили на диван.
- Что это с ним такое? – Рита искала пульс, которого, почти не было. Батюшка лишь молча вливал ему в рот воду. Ещё почти целый кувшин. Немного пролилось, из-за неудобства процедуры.
- Отойдёт сейчас. Он же болел долго, вы разве не знали? Переутомление, эмоции, всё такое.
Через несколько минут Антон открыл глаза и обвёл комнату взглядом.
- Воды. – Рита кинулась к крану. Потом, явно чем-то обиженная, отвернулась к телевизору.
Теперь он пил сам. А Андрей потихоньку просочился на веранду, и стоял уставившись на труп? хозяйки дома. Потому, что живой человек так выглядеть не мог.
Ещё полчаса назад дородная женщина, выглядела теперь так, будто её скрутили и выжали, как мокрую тряпку. Килограмм двадцать, а то и больше, лишнего веса, растекались теперь по старенькой, скособоченной софе, полу и ступенькам на улицу литрами вонючей серо-жёлтой слизи с покрытыми мелкой сосудистой сеткой комками.
Кое-как Андрей добрался до шеи тётки, не надеясь, впрочем, найти пульс. Но он был. Ровный, слабенький. Вернулся, закрыв туда дверь.
- Она выживет хоть? – Наклонился над ухом Антона.
- Теперь, скорее всего, да. Там такое из неё полилось… Грибы. Они проросли насквозь. Как их отторгало! Организм словно взбесился. Это ужасно. Я так испугался, а остановить уже не мог… - Его передёрнуло.
- Ей надо наверно как-то ещё помочь? Как ей теперь объяснить, что с ней случилось? Дед-то там такой же?
- Нет, там проще. Поспит и всё. А если тебе позвать своих, может, заберут на время, понаблюдают? Скажем Зимин сделал. Он подыграет, не сдаст меня. После такого если её увидят? Вопросы же будут.
- А ты думал, что делал?
- Я же не знал. Сам офигел. А ей воды надо давать, клетки строятся на воде. В ней информация. Надо перетащить её сюда, обмыть. Давай, помогай.
- Не, я на такое не нанимался, самого чуть не вырвало, когда увидел. Ты то врач, тебе полагается, в конце концов.
- Ладно, запомню. Рит, там надо с тёть Зиной помочь, её сильно рвало и… В общем, посмотри, где-то у них тут ванная. А я её принесу. Переодеть найди.
Но тётя Зина, уже полулёжа на кушетке, таращила глаза и пыталась подняться, развозя ногами жижу на полу.
- Тош, эт чё ж такое было? – Еле пропищала она.
- Ох, не знаю, тёть Зин. Я тебе дал таблетку одну, очень засекреченную, кремлёвскую, ты молчи, поняла? А то меня на всю жизнь упекут. Это для тебя только – все болезни выводит. Вот и вывело их все. Ты давай сейчас, с Ритой помоешься и переоденешься, и попить тебе надо. Много пить. Поняла?
- Ой, Антоша, стыд-то какой?! Как же это я так, а? – причитала тётка, пока её тащили в ванну. Потом оставили наедине с Ритой, и ушли в кухню.
- Пошли софу вытащим на улицу, её теперь только жечь. И я там шланг видел, надо хоть смыть с пола. А то ей и так совестно. Борщ надо отработать.
- Благодетель ты наш. Но, судя по тому, что ты с ней сделал, у моей Шурки есть шанс? – Они вышли на веранду и принялись за дело.
- Не знаю. Я пока ничего не знаю. Но, похоже, мне удаётся как-то настроить клетки, что они начинают сами себя реконструировать что ли. На таком уровне я не вижу, конечно, но, если верить Зимину… А с тёть Зиной, я вообще не знаю, я вроде ничего такого и не делал.
- Ну, так быть не может. Зимин сказал, что теперь ты – резонатор. То есть, работаешь, как патефон, грубо говоря. Задаёшь мелодию, которая делает всю работу. Тётка, после такого вон, как быстро оклемалась. Но, мой дорогой, пока ты не вылечишь мою Шурку, я не дам тебе работать с драконихой.
- То есть, у тебя чисто шкурный интерес…
- За такое, вообще-то полагается в морду...
- Прости, пошутил неудачно. Но жена твоя далеко а она здесь. И ты сам знаешь, что она из себя представляет. Она никуда нас не отпустит. А если учесть, что я чуть не сдох от этого сеанса, то, что будет со мной после работы с ней? И не представлю даже приблизительно, что я должен делать с её проблемой. Как этим управлять? Ты очень рано убрал Зимина. Мне необходимо с ним советоваться.
- Это да. Но ему грозила большая опасность. А туда ей не добраться. Никак. Но, я думал, что ты автоматически можешь теперь лечить. Например, как со мной. Со стариками.
- Вот не надо тебе думать. Думай, лучше, как жену свою сюда доставить. Прежде, чем сдохнуть, попытаюсь помочь хотя бы ей.
Андрей бросил шланг и достал телефон, отойдя в угол двора. По мокрым ступеням веранды, с поддержкой Риты спускалась хозяйка дома. Она была ещё очень бледной, осунувшейся. Но взгляд уже цеплял все непорядки.
Под сильным напором воды, слизь вымыло с веранды и почти полностью впитало в землю.
- Ой, ребята, ну и доставила я вам хлопот, старая дура. Вы уж простите меня, никто ничего не узнает, про таблетку вашу. Скажу, операция была срочная, и Ваньке накажу, чтоб молчал. С ним-то как?
- Нормально всё с ним, гоняй его побольше, тёть Зин. Возрастное. Мышцы атрофируются, сил меньше, слабость. Качалка нужна. Пусть тренажёр мой заберёт. С тобой было хуже. Антибиотики и гормоны спровоцировали рост грибов. Признавайся, сладенького хотелось?
- Ой, Тош, как хотелось! Как хотелось!
- Вот ты их и раскормила. А они слизь образуют, живут и питаются в ней. Но теперь с этим покончено. Всё будет хорошо. Но пока почаще отдыхай, восстанавливайся.
- И то правда. Ноги дрожат.
- Ну, нам пора. Только, тёть Зин, борща твоего знаменитого я так и не покушал ведь, нальёшь? – Улыбнулся Антон.
28.04.26 Внимание! Пишу дальше. Выкладываю по мере написания