Продолжение приключений Отрывкина
Иллюстрация обложки А. Митюкевич
1 часть
Глава 1.
Чьи в Доме тапки?
Как-то раз Олег Отрывкин — молодой ученый с весьма специфическим складом ума и неожиданно свалившейся на него способностью к интуитивной магии (об этом написано в первой книге об Отрывкине) — заперся в лаборатории и просил ему не мешать. А занялся он усовершенствованием жизненного эликсира (или, если коротко, живой воды): слишком много побочных явлений, если его без добавок давать пострадавшему, — и шерсть могла на носу вырасти, и уши в трубочку свернуться, да много еще разного. А когда Отрывкин так работал, он ни на что не хотел, да и не мог, отвлекаться — сказывался его научный склад ума. О чем и предупредил всех домашних, и Дом в том числе. Все согласились, только Дом обиделся: когда это он кому мешал? Стоит, поскрипывает, никуда не бегает — ну обидно же! Дом потом решил высказать все свои претензии, после окончания работы Отрывкина, а то вдруг у того образуется нездоровая привычка обвинять кого ни попадя.
Отрывкин, не подозревая, что он своим предупреждением мог кого-то обидеть, с головой ушел в работу. Поэтому не услышал, как на лужайке перед лабораторией стали раздаваться восторженные визги, писки и крики. Его опыт вошел в завершающую стадию — через несколько секунд должно было стать ясно, удался опыт или нет. Поэтому все внимание Отрывкина было приковано к колбе. И в этот самый миг, когда, по предположению Отрывкина, жидкость в колбе должна была из розовато - мутной стать прозрачной, раздался душераздирающий мяв с поляны. Он был такой громкий и горестный, что колба с экспериментируемым эликсиром чуть не упала на пол, а Отрывкин от неожиданности лязгнул зубами и прикусил язык.
Когда он немного пришел в себя от боли, ярость накрыла его. Выскочив из лаборатории и уже почти рявкнув: «Я же просил!» — Олег вынужден был захлопнуть открытый для крика рот. От увиденного его глаза широко раскрылись и стали похожи на две тарелки. Причем испуганные.
На поляне в глубоком обмороке лежала рыжеволосая мейн-кун Василиса (по совместительству супруга Левы — ипостаси Отрывкина в виде мини-льва, который раньше был меховыми тапочками с головой льва), а вокруг нее толпились котята — Матвей, Прохор и Ася. Матвей с Прохором странно мялись, переступая с лапы на лапу, а умница Асенька уже давала матери какие-то капли, пытаясь привести в чувство.
Отрывкин подлетел (в прямом смысле) к Васе, подул на нее, щелкнул пальцами, и она пришла в себя.
— Ну и что здесь происходит? — встревоженно начал Отрывкин. — Я ведь просил…
Договорить ему не дали. Вася, охая и плача, кое-как рассказала: услышав, что на поляне перед лабораторией слишком уж разыгрались дети и стало шумно, она пришла, чтобы угомонить котят.
— А тут такое, такое… — И Вася опять принялась рыдать.
— Ну что, довели мать?! — грозно спросил Отрывкин и опять дунул на Васю.
Она успокоилась, но глаза оставались испуганными.
Матвей, как самый храбрый, решил прояснить ситуацию:
— Да мы вообще ничего не делали! Мы просто вот…
Раздался негромкий хлопок, и на том месте, где стоял Матвей, образовалось розовое облачко, которое быстро растворилось в воздухе. Матвея на этом месте не оказалось, зато стояла пара детских меховых тапок с львиными мордами. Точь-в-точь, каким был когда-то Лева.
Вася, увидев сына в таком виде, опять собралась в обморок, но Отрывкин не дал. Он строго щелкнул пальцами, и Вася уже окончательно пришла в себя.
Тут на весь этот шум и гам выбежал из дома Лева, который восполнял свое магическое образование в библиотеке.
Увидев свое семейство в сборе, а вместо второго сына тапки, он радостно улыбнулся и не без гордости сказал:
— Весь в меня!
— А в кого он должен быть? — подозрительно спокойно переспросила Вася. — В дядю Петю?
— В какого еще Петю? — обомлел Лева. — Ты мне ничего об этом не говорила!.. — начал закипать он.
— Так, тихо! — решил вмешаться Отрывкин в назревающую ссору. — Лева, ты что, не видишь, что твои гены сработали? — спросил он Леву. — Ты не заметил, что твой сын как две капли воды стал похож на тебя того, что еще не перевоплотился? И прекрати мне тут жену тиранить, не потерплю! — уже пригрозил Отрывкин.
— Так чего она про Петю какого-то… — оправдывался Лева. — И почему только у Матвея мои гены? А у остальных?! — опять стал заводиться Лева.
Сегодня он был особенно вспыльчив: ему никак не удавалось уловить причинно - следственную связь между размером магического поля, состоянием погоды и разбитой в детстве банкой варенья.
— Наверное, только у меня нет твоих генов, па, — грустно брякнула молчавшая до этого Ася. — Мальчишки оба могут в тапки превращаться, а я нет… — И она громко заплакала.
Только Василиса хотела ее утешить, как раздался громкий хлопок и на месте Аси стояли две меховые тапочки, только с мордами мейн-куна.
На поляне воцарилась тишина, а потом очень громкий крик.
— Ура-а-а! Мои гены и никаких Петь! — ревел радостный Лева.
Но недолго. Послышался звук громкой пощечины, и крик радости затих.
— Это тебе за Петю! — рявкнула Василиса и скомандовала: — А ну-ка, все сейчас же превратились в нормальных зверей! А то мало не покажется!
Все знали, что, когда Василиса начинает командовать таким тоном, лучше ей не перечить. По полянке прошел легкий ветерок, и все котята встали по стойке смирно.
— Я вам покажу гены! — начала лютовать Вася. — Вы у меня вообще на всю жизнь кошками останетесь безмолвными!
Окончание http://proza.ru/2026/05/13/806