Глава 27.Учение Христа и "войны за Иисуса". Теодицея Соборов
Контраст между учением Иисуса Христа и историческими «войнами за Иисуса» на Соборах 1У-V вв представляет собой один из самых глубоких парадоксов в истории религии. Это противостояние этики Нагорной проповеди и политической реальности имперской церкви.Проповедь Иисуса Христа о любви и мире спустя 400 лет превратилась в жестокую юридическую битву за термины.
Между словом Евангелия и постановлениями Соборов произошла огромная трансформация.
Иисус говорил притчами, образами и призывал к личным отношениям с Богом, Он не использовал философские термины вроде «сущность» или «ипостась», Его целью было спасение души и этика любви.
Соборы привели к тому,что Христианство стало государственной религией Римской империи. Империи требовалось единообразие:чтобы все верили одинаково, живую веру облекли в строгие греческие философские формулы.
Соборы пытались защитить «истину» от крайних взглядов ("ересей"), но в процессе часто теряли дух самого учения Христа.
В основе проповеди Иисуса лежат принципы, которые радикально противоречат любому насилию -любовь к врагам: «любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас» (Мф. 5:44) ; непротивление злу :принцип «подставь другую щеку» прямо запрещает месть и физическую агрессию ; отказ от меча: слова Иисуса в Гефсиманском саду «Возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут» (Мф. 26:52).
Иисус подчеркивал, что Его власть не политическая, а духовная . В основе проповеди Иисуса лежат принципы, которые радикально противоречат любому насилию:Царство Его не от мира сего, и последователи Иисуса не должны сражаться за Его земное господство.
В эпоху Вселенских соборов христианство из гонимой секты превратилось в государственную идеологию. Это привело к искажению первоначальных идеалов:
- от любви к догматическому фанатизму.
Вместо этики поведения на первое место вышла правильность формулировок.Спор о том, является ли Мария «Богородицей» или «Христородицей», приводил к уличным боям в Константинополе и Александрии, богословская ошибка приравнивалась к государственной измене.
На Соборах епископы проклинали друг друга и иногда доводили споры до драк и убийств , императоры диктовали богословам, во что верить, исходя из интересов государственной безопасности.
«Войны за Иисуса» показывают, как человечество способно использовать имя Того, кто проповедовал крайнее миролюбие, для оправдания крайней жестокости. Это высшее проявление человеческой свободы: способность превратить лекарство в яд: религия Иисуса призывала умирать за истину, а «войны за Иисуса» требовали убивать за неё.
Точкой невозврата, когда политика окончательно перевесила Евангелие,историки чаще всего считают период между 431 и 451 годами (от Эфесского до Халкидонского собора).До этого момента споры, можно сказать, были «интеллектуальными». В 431 году Кирилл Александрийский понял, что сила и деньги работают лучше аргументов.Кирилл отправил в Константинополь «благословения» (огромные тюки золота, слоновой кости и шелков) чиновникам, чтобы те повлияли на императора.В итоге «истина» стала зависеть от того, у кого больше ресурсов для лоббирования.
Императоры осознали, что религиозный раскол — это угроза национальной безопасности.На "Разбойничьем" соборе (449г) Феодосий II прямо поддержал одну партию, чтобы подавить оппозицию. Евангельский принцип «кесарю кесарево» был забыт: император стал верховным арбитром в вопросах о природе Бога.
После Халкидона вера превратилась в юридический кодекс:проклятие (анафема)оппонента стало способом политического устранения конкурента.
В «символическом» 28-м правиле Халкидонского собора было открыто сказано: Константинополь получает первенство потому, что это город императора и сената.Власть епископа теперь обосновывалась не преемственностью от апостолов или святостью жизни, а административным статусом города в империи.
Вера в Христа-Спасителя превратилась в обязанность признавать официальную «государственную идеологию».Христиане начали убивать христиан за неправильное слово в Символе веры.
Теодицея "войн за Иисуса"
Как религия любви могла породить массовое насилие и политические интриги?
«Войны за Иисуса» были временем,когда судьба христианского учения часто решалась не только богословскими спорами, но и подкупом чиновников ,вмешательством императоров и действиями банд «монахов-головорезов», которые
использовались епископами как частные армии.
Они терроризировали оппонентов, разгоняли соборы и физически устраняли несогласных.Вера насаждалась указами, а несогласные ("еретики") лишались прав, имущества и жизни.
Это превратило «веру» в инструмент подавления, что прямо противоречило образу Христа как «Агнца».
Вопрос о том, как в Христе сочетаются божественное и человеческое, стал поводом для раскола империй и уничтожения целых общин.Религиозные лидеры, проявляя жестокость ради «истины», оправдывали насилие защитой чистоты веры, что ставит под удар саму этическую основу христианства.
Теодицея пытается ответить на вопрос: «Если Бог благ и всемогущ, почему Он допускает зло?». В случае с «войнами за Иисуса» проблема усложняется, так как зло совершается именем Бога.
Аргументы теодицеи часто сталкиваются с тем, что участники соборов считали свои действия необходимыми для спасения человечества. С их точки зрения:
ложное учение ("ересь") ведет к вечной гибели миллионов душ;
физическое насилие над еретиком -«меньшее зло» по сравнению с духовной смертью.
Насилие воспринималось как святость: монахи, совершавшие нападения, считали себя «воинами Христа», а насилие — защитой Бога от оскорблений.
Считалось, что ересь губит душу для вечности, поэтому физическое уничтожение еретиков — это «хирургическое» спасение общества.
Победа в битве воспринималась как «Божественное одобрение» , т.е. как прямое доказательство того, что Бог на стороне конкретного догмата.
Императоры видели себя орудиями Бога, обязанными мечом поддерживать единство церкви.
Классическая теодицея утверждает, что зло — это результат злоупотребления человеческой свободой.Бог даровал людям свободу, включая свободу ошибаться и быть жестокими. «Войны за Иисуса» демонстрируют, как человеческая жажда власти и фанатизм искажают божественное послание.В этой логике вина за насилие лежит не на Боге, а на людях, которые выбрали путь меча вместо пути любви.
«Войны за Иисуса» служат мощным аргументом для скептиков: если плоды веры — это кровь и раздор, то какова ценность самой веры? Однако для сторонников теодицеи этот исторический опыт является уроком о несовершенстве человеческой природы, которая способна превратить даже самое светлое учение в инструмент угнетения.
Склонность к насилию и гонениям появилась у христиан еще на раннем этапе развития Церкви, до наступления Средневековья. Соборы вызывали ужасающие вспышки насилия во многих частях империи – от народных восстаний и переворотов до массовых убийств и гонений. Историки говорят о том, что Церковь стала более нетерпимой после того, как она получила официальное признание в империи, и это проявлялось во враждебном отношении к еретикам, язычникам и иудеям, когда бывшие гонимые стали гонителями. В годы Великих соборов, между 410 и 460-м, уровень нетерпимости стал особенно высоким, - и это было прямым и естественным последствием богословских сражений.
Связь между «войнами за Иисуса» — церковными соборами 4-5 века и последующими войнами (включая Крестовые походы и религиозные войны в Европе) строится на
юридическом обосновании убийства :праве на насилие.Соборы превратили догмат в государственный закон.Если До соборов считалось, что ересь — это заблуждение души, то после соборов ересь стала уголовным преступлением.
Раз нарушение закона Собора карается смертью внутри страны, то и война против «неверных» или «еретиков» за её пределами становится законной. Соборы дали правителям «священное право» применять меч для защиты чистоты вероучения.
Соборы ввели практику анафемы (проклятия).Когда собор проклинал целые группы людей (несториан, монофизитов), они переставали быть «братьями во Христе» и становились «слугами дьявола». Убивать человека — грех, но убивать «врага Божьего» — подвиг. Эта логика, отработанная на соборах против своих же христиан, позже легла в основу идеологии христианских войн.
Несмотря на множество канонизированных Церковью воинов-мучеников, Церковь так и не дает ответ на вопрос: может ли христианин участвовать в войнах, убивать?
На последней трапезе с учениками Иисус дал им заповедь, которую назвал "Новой": "Да любите друг друга , как я возлюбил вас..Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих"(Ин 13, 34-35, 15:12-13). «Вооружившись» этой заповедью, Церковь оправдывала участие христиан в войнах и благословляла на смерть и убийства отправляющихся на войну.
В христианстве существует следующие взгляды и практики в отношении насилия и войны: христианский пацифизм, справедливая война и священная война..