(сериал Толкование дневников и писем АС Пушкина)
26 мая 1834 г. Петербург
Пушкин пишет письмо Натальи Николаевне Пушкиной в «Калугу на Полотняный Завод», куда отправил ее в изгнание, оскорбленный до глубины души новогодним подарком – званием камер-юнкера Двора ЕИВ, испрошенным женкой и высочайше пожалованным Тем, с кем она без устали кокетничала и «танцовала» .
В этом письме обиженного, униженного и доведенного почти до отчаяния мужа есть такие строки:
«Хлопоты по имению меня бесят; с твоего позволения, надобно будет, кажется, выдти мне в отставку и со вздохом сложить камер-юнкерский мундир, который так приятно льстил моему честолюбию и в котором, к сожалению, не успел я пощеголять»
Здесь и первый намек мужа на необходимость уйти в отставку с госслужбы Ему, и горькая ирония по поводу нового «говорящего» мундира, позорящего новоиспеченного царедворца истинной причиной пожалования = неуемного бессовестного похотливого желания императора видеть Натали в Аничковом при первом приступе обострения влечения. Этот намек – намек и на роль жены в этом приключении.
Это подтверждается следующим фрагментом письма:
«Ты молода, но ты уже мать семейства, и я уверен, что тебе не труднее будет исполнить долг доброй матери, как исполняешь ты долг честной и доброй жены. Зависимость и расстройство в хозяйстве ужасны в семействе; и никакие успехи тщеславия не могут вознаградить спокойствия и довольства. Вот тебе и мораль.»
Мораль. Мораль Добра и Зла. Мораль прозрачна, но не востребована или проигнорирована. Женка то ли беспечна, то ли бестолкова, то ли до забавности равнодушна к душевным треволнениям мужа и питерской молве. Тема этой фразы относится к классу «подумай хотя бы о детях» … Пушкин почему-то говорит о честности и связанным с ним спокойствием. Возможно черные мысли подозрений и догадок лишили мужа покоя и довольства семейной жизнью
Но это всё эмоции от встречи с тем, что не может не захватить внимание … Нас интересует в сей час иное:
«Ты зовёшь меня к себе прежде августа. Рад бы в рай, да грехи не пускают. Ты разве думаешь, что свинский Петербург не гадок мне? что мне весело в нём жить между пасквилями и доносами?»
ВОТ ОНО = СВИНСКИЙ ПЕТЕРБУРГ!
Он свинский потому, что Пушкину гадко от жития между пасквилями и доносами.
Так жить – это АД.
А раз есть поток этих пасквилей и доносов, то есть и их сценарист.
Таким сценаристом может быть только Дьявол (Смейся, Ангел Сатана!)
А значит свинский это адский
Доказательство такого вывода (свинский = адский) этой герменевтики подсказала спец-любительница французского романтизма пушкинской эпохи Тамара Жужгина-Аллахвердян. В ее статье «Рыцари Дюрера и Пушкина» http://proza.ru/2026/03/24/158 есть такое толкование символов гравюры Альбрехта (или такое декодирование символов гравюры и кодов ее кодограммы»:
«Дюреровский Рыцарь одет в железные доспехи, на голове – шлем с поднятым забралом; он вооружен двуручным мечом – прямым, длинным, обоюдоострым, размером от 75 см до 1 м, напоминающим римскую спату, которую использовали с I по VI в. н. э.; также копьем, с привязанным к нему лисьим хвостом [Aleksi M. Some typological features of Byzantine spatha // Зборник радова Византолошког института. 2010. Т. XLVII с. 121–136]. Он движется к неведомой цели на фоне дикого скалистого пейзажа. Рядом с рыцарем едет другой всадник – не явный, меньших размеров, скрытый за фигурами рыцаря и коня. Это аллегорический образ Смерти. За ними, по пятам, следует Дьявол. Его образ также выведен в средневековой аллегорической традиции: он изображен со свиным рылом (по другой версии – с мордой вепря), рогами барана, крыльями летучей мыши, козлиными копытами, птичьими когтями, ушами обезьяны, петушиным горлом и крысиным хвостом. В таком страшно безобразном виде показывали средневековые художники, миниатюристы сатану до того самого момента, пока Джон Мильтон не освободил этого персонажа от рогов и копыт, а романтики не вернули ему прекрасный лик утренней звезды Люцифер – Несущей свет.»
Итак, вот исток нашей идеи:
образ дьявола в средневековой традиции = существо со свиным рыло.
Прим.
только вот ножки у этого свинского существа на гравюре А. Дюрера не традиционно козлиные … не парнокопытные. Возможно ослиные. Или копыта донского жеребчика Женьки Онегина. Надо покумекать
Пасквили и доносы от Дьявола-Свиньи!
Дьявольские козни во истину свинские …
Свиное рыло.
Рыло, рыло и могилу вырыло …
Финал письма Пушкина к женке-жене и плясунье:
«У меня желчь, так извини мои сердитые письма …
Цалую вас и благословляю»
Желчь была у Пушкина и в проклятом городе Кишиневе, и в Одессе пыльной, когда он писал первую главу «Хандра» байронической сатиры нравов (тогда еще) Евгений Онегин о героическом житие (Деяниях как в Шансон де жест) денди с именем, заимствованном у Стерна, и о муках болезни любви диковатой Тани с изнемогающим от половой истомы рассудком с судьбой русской Золушки (или царевны Лягушки?)
***
О дьяволе в образе свиньи сделаем приложение …
Бувайтя!
PS
Гибель Пушкина обусловлена (в известной ему мере) житием в адски свинском свинарнике - Петербурге
Пушкин был предельно наивным: он хотел быть (казаться) Рыцарем, а его жена чтоб была Святой Девой