Глава вторая http://proza.ru/2026/08/07/1106
глава 3.
К вечеру пыль в Филиппах становилась плотной, как шерсть. Лидия шла и чувствовала её на зубах, на складках столы*, в уголках глаз. Корзину с образцами второй месяц таскал Деметрий. Служанка занималась работой по дому, а у него был талант отличать оттенки ткани. Лидия устала, а до дому было ещё далеко.
— Деметрий, — негромко позвала она своего юного помощника,— Принеси воды. Горло пересохло от этой пыли.
Он кивнул, перехватил корзину поудобнее и зашагал к источнику. Лидия проводила его взглядом и свернула к беседке у стены — виноград там давно высох, но тень ещё держалась.
В тени уже сидели две местные женщины и рядом с ним старик Симеон иудей.
Женщины подались к Симеону, как тянутся к огню в холод. Одна, помоложе, тронула старика за рукав:
— А тех троих, в печи… правда не тронуло? Как так, Симеон? Огонь же.
Старик не сразу ответил. Провёл посохом по земле, будто чертил что-то.
— Огонь был. Печь была. Жар такой, что стражники, которые их бросали, сами попадали. А они стояли. Трое. Посреди пламени. И не одни.
— Не одни? — переспросила вторая женщина.
Симеон кивнул. И замолчал. Будто сказал больше, чем хотел.
Лидия сидела на скамье в двух шагах и слышала каждое слово. Руки лежали на коленях, пальцы сжимались. Ей нужны были цифры, вес, проба, цена за локоть. А тут — трое в огне и кто-то четвёртый, невидимый. Она отвела взгляд.
Топот. Деметрий влетел в беседку, красный, кувшин расплёскивает воду на песок.
— Госпожа, вот, вода…
Женщины дёрнулись, будто их застали за воровством. Симеон просто перестал говорить.
Лидия встала. Взяла кувшин. Не выпила.
— Сказки, — сказала она. Не громко. Не для Симеона даже — для себя. — Красивые. Пустые.
Старик поднял голову. Посмотрел на неё без обиды. Без вызова. Как смотрят на человека, который ещё не дошёл.
— Госпожа Лидия, — произнес он тихо, но так веско, что слова повисли в воздухе, — мы собираемся у речки Гангит. Там, под открытым небом, мы читаем по субботам. Тору. Пророков. Приходите, госпожа Лидия. Послушайте. А потом скажете — пустые или нет.
Он встал, опёрся на посох. Ушёл, не оглядываясь. Женщины засеменили за ним.
Лидия ничего не сказала старику. Посмотрела на Деметрия — мальчишка едва переводил дух, прижимая к груди кувшин, из которого она так и не сделала ни глотка.
— Идём домой, — бросила она, не оборачиваясь.
Лидия шла быстро. Не так, как ходят после удачной сделки — ровно, не торопясь, — а рывками, будто дорога под ногами была чужая. Деметрий семенил следом, корзину прижимал к боку, кувшин в ней позвякивал. Мальчик старался не дышать громко.
Старик Симеон со своим рассказом о печи не выходил у неё из головы. Глупости. Сказки для тех, у кого нет дела до завтрашней выручки. Она поправила тяжелую столу, чувствуя, как ткань неприятно липнет к разгоряченной коже.
В торговых рядах пахло сушеной рыбой и дешевым вином, но в ушах всё ещё стоял тихий, сухой голос старика. Лидия резко дернула плечом, словно пытаясь стряхнуть с себя наваждение, и зашагала быстрее. Она привыкла доверять только тому, что можно взвесить на весах, но сегодня весы в её голове почему-то предательски дрогнули.
Примечание
Стола*-В Древнем Риме стола — это длинная верхняя одежда, которую носили матроны поверх нижней туники. Она доходила до лодыжек, не имела рукавов и подпоясывалась высоко, образуя складки. Стола считалась символом законного брака и респектабельности римской матроны.
Продолжение глава четвёртая http://proza.ru/2026/08/08/693
Картинка И.И.