## Глава 11. «Встреча»
### Часть 1. В машине
Чёрная служебная машина шла ровно, по зимней Москве. Снег за окном падал редко, мелкий, уже не хлопьями. За тонированным стеклом мелькали фонари, витрины, силуэты прохожих. В салоне пахло кожей и крепким кофе, который Пригов поставил в подстаканник.
Полковник ФСБ Пригов Владимир Викторович сидел рядом, расслабленно, но с тем выражением, которое Владимир уже видел у людей, привыкших держать паузу. Не торопил. Не давил. Просто ждал, когда собеседник созреет.
— Я наблюдал со времени произошедшего на лайнере «Великая Русь» за вами, капитан, — наконец сказал Пригов, глядя перед собой. — Действия ваши неординарны, быстро ориентируетесь в ситуации. Ваши таланты пропадают и не получают развития на вашей работе.
Владимир молчал. Не потому, что не знал, что ответить, а потому, что предложение свалилось на него неожиданно. Он сидел в форме, с повязкой на плече, с пластырем на ухе, и думал: вот он, обычный капитан полиции, который вчера был бабушкой с клюкой, а сегодня его приглашает к себе полковник ФСБ.
Пригов продолжал, поглядывая на Владимира:
— У меня к вам предложение: приходите к нам, там больше ваших талантов раскроются. Да и технических возможностей больше.
Владимир повернул голову, посмотрел на Пригова. Тот встретил взгляд спокойно, без вызова, без давления — как человек, который сделал ход и ждёт ответного.
— Вы подумайте, время есть. Да и подлечиться вам необходимо, — Пригов чуть усмехнулся. — А это, что вы учинили, переодевшись в бабулю с клюкой…
Он покачал головой, и в его голосе прозвучало что-то похожее на восхищение, тщательно скрытое за деловым тоном.
— Я, признаться, не сразу поверил, когда мне показали запись. Ковыляет бабка, бормочет, клюкой стучит… А потом — прыжок, удар, трое боевиков на полу. Это, капитан, не стандартная процедура. Это — мышление за рамками.
Владимир тихо ответил:
— Я подумаю, товарищ полковник.
Пригов кивнул, словно другого ответа и не ждал.
— Подумайте. Только не слишком долго. Такие, как вы, на дороге не валяются.
Машина свернула к его дому. Владимир вышел, кивнул на прощание. Дверь закрылась, и чёрная машина растворилась в потоке.
---
### Часть 2. В лимузине
Джеки Ли усадил Марию в лимузин Maybach S-Class бежево-золотистого оттенка, который ждал их у терминала. Салон был просторным, тихим, с мягким светом и кожей цвета топлёного молока. Чемоданы убрали в багажник, дверь закрылась, и шум аэропорта остался снаружи.
Джеки сел рядом, снял полупальто, расправил плечи. Помолчал, подбирая слова. Потом повернулся к Марии ища её взгляд:
— Владимир Соколов был там. Он видел, что ты сделала. Приехал случайно на своей старенькой иномарке, видимо, хотел сделать покупки. Вряд ли он тебя, Мария, узнал. Но он толковый, внимательный. Сумел обезоружить террористов на лайнере. Вот Пригов мог им заинтересоваться.
Мария чуть приподняла брови.
— Соколов? Полицейский с Пречистенки?
— Да. Он у «Олимпийского» побежал за тобой. Но, если хочешь, я прослежу за ним. Тем более сейчас ты будешь занята своей новой коллекцией.
Мария посмотрела на него. Лимузин шёл по заснеженной дороге, за окном мелькали фонари. Она положила свою руку на его ладонь сверху:
— Благодарю тебя, Джеки. Ты предугадываешь мои желания.
И лучезарно улыбнулась — широко, открыто, той улыбкой, от которой у Джеки защемило сердце. Он не подал виду. Только улыбнулся ей в ответ, мягко, сдержанно, как умел. Как всегда умел: не навязываясь, не требуя, просто будучи рядом.
Мария откинулась на спинку сиденья, закрыла глаза. Джеки смотрел на неё — секунду, не больше, — потом отвернулся к окну. Снежинки за стеклом мелькали в свете фонарей, как маленькие искры.
---
### Часть 3. Репортажи
На следующий день Джеки Ли работал. Не с Марией — она уехала в ателье. Он искал по своим каналам адрес капитана Владимира Соколова. Нашёл быстро: бывший следователь, а ныне оперативник на свободном режиме при посольстве КНР, он умел находить людей. Узнал, что капитан на больничном: огнестрельные ранения в ухо и мягкие ткани правой руки. Узнал адрес. Зашёл в интернет.
И замер.
Репортажи шли один за другим. Подряд случившиеся случаи, изумившие даже его — с большим стажем следователя, теперь уже бывшего.
Первое видео: захваченный террористами автобус. Снег, бетонный забор, спецназ в маскхалатах. И вот — бабуля. Скорченная, с клюкой, что-то бормоча, не замечая ни автобуса, ни сигналов спецназа, бредёт прямо на автобус. Джеки вглядывался в экран и не сомневался: видит настоящую бабушку. Клюка, платок, потёртое пальто, сгорбленная спина, тяжёлый шаг. Всё — настоящее. Ковыляет, бормочет, идёт себе и идёт.
И каково было изумление, когда бабуля остановилась, уронила клюку, выпрямилась — и влетела в салон, разбив ногой стекло. На следующем кадре — тот же человек, уже без парика и грима: Владимир Соколов, с ранениями, прижимает платок к уху. Террористы лежат на полу салона, связанные. Дети плачут, но живы.
Второе видео: двухпалубный самолёт на выставке в Домодедово. Мужчина в белом костюме, автоматы, дети, заложники. И снова — Владимир Соколов, раненый, в повязке, один. Без оружия, без поддержки. Ползёт под сиденьями, обезвреживает двоих, затем — главного. Быстро, тихо, без лишнего шума. Самолёт освобождён, скорая вызвана.
Джеки откинулся от экрана, потёр переносицу. Он повидал многое: Гонконг, оперативная работа, следствие, задержания. Но такого подхода — переодевание в старуху, чтобы подобраться к террористам вплотную, или освобождение самолёта из-под сидений — он не встречал. Русские, оказывается, могут быть изобретательны и быстры на неординарные действия до такой степени, что даже его, с его опытом, это удивило.
— На 99,9 уверен, что Пригов приглашает к себе на работу, — пробормотал Джеки по;китайски, обращаясь к самому себе. — Так сказать, сватует. Очень перспективный и правильный.
Он выключил ноутбук, оделся. Пора было познакомиться с капитаном поближе.
---
### Часть 4. Слежка
Джеки поехал вечером к дому Владимира. Не на лимузине — на обычной иномарке: серый Volkswagen Passat, неприметный, с тонировкой, очень подходящий для слежки. Такая машина не привлекает внимания, сливается с потоком, а двигатель работает тихо. Идеально.
Он припарковался за углом, заглушил мотор, стал ждать. Прошло около часа. Снег то начинался, то прекращался, небо было низким, тёмным. И наконец из подъезда вышел Владимир — в полупальто, натянутом поверх повязки, в перчатках. Правую руку старался держать неподвижно, прижатой к телу. Пошёл прогулочным шагом.
И тут началось.
Снег повалил хлопьями — крупными, густыми, кружащимися. Джеки смотрел и не мог отвести глаз. Снежинки кружились в тёплом золотистом свете фонарей, и каждый фонарь будто окружал себя сияющим ореолом. Деревья, покрытые словно снежным пледом, стояли вдоль дороги, белые, тяжёлые, притихшие. Снежинки сверкали, ловили свет, переливались, падали на ветки, на асфальт, на плечи Владимира — и казалось, что весь мир замер, чтобы показать эту красоту.
Владимир остановился. Протянул левую ладонь — и снежинки ложились на неё, крупные, резные, каждая неповторимая. Он рассматривал их, наклонив голову, и улыбался — тихо, почти незаметно, как человек, который только сейчас понял, что мир умеет быть красивым. Правой рукой он старался не двигать.
— Ранение сказывается, — подумал Джеки, наблюдая из-за угла дома.
Снегопад кончился так же быстро, как начался. Небо прояснилось, фонари засветили ровнее. Владимир натянул перчатки, расправил плечи и пошёл дальше. Медленно, наслаждаясь прогулкой, дыша холодным воздухом.
Тут он вышел на длинную освещённую дорогу. И его шаг чуть изменился, взгляд стал внимательнее, сосредоточеннее. Джеки почувствовал это сразу — профессиональная привычка: человек что;то ждёт.
— Владимир явно тут что;то ожидает, — подумал Джеки.
И не ошибся.
Владимир остановился, достал телефон, повесил его на верёвочке себе на шею — для удобства съёмки, чтобы руки были свободны. И стал снимать.
Джеки проследил за направлением камеры. Впереди, у автобусной остановки, группа молодых людей. Накаченные, в дутых красно-чёрных куртках, в свободного кроя брюках и кроссовках с толстыми современными подошвами — таких, какие Джеки видел на Викторе Цое на том концерте. Парни запрыгнули на стоящий автобус — просто, с использованием выступов кузова, как будто это была лестница.
И среди них, сняв верхнюю куртку и оставшись в толстовке, с чёрными кудряшками — то ли парень, то ли девушка. Что она творила: подпрыгивала, делая кульбиты через голову в воздухе, падала и снова прыжком вставала. Движения были лёгкими, точными, мощными — словно тигр в человеческом теле. Другие почти не отставали, но она была быстрее, точнее, легче.
Джеки пришлось припарковаться получше, чтобы не терять их из виду. Он смотрел и узнавал. Приглядевшись, он увидел много схожего с Марией. Много общего: в толстовке их почти не различить, и прыгает — словно тигр. Та же грация, та же точность, та же лёгкость, будто гравитации не существует.
— Хорошая подготовка, — подумал Джеки. — У этих ребят явно один учитель. А ведь Владимир мог просто перепутать парня? Девушку? — с Марией Вацлавской.
Он покачал головой. Сколько же в России непредсказуемого.
Все спрыгнули с автобуса и пошли обратно. Владимир спрятался за деревом, надел очки с зеркальным покрытием и натянул капюшон от толстовки. Явно, ребята его уже видели и раньше: не хочет, чтобы они его узнали.
— А теперь — за ним и за ребятами, — подумал Джеки. — Явно нет и двадцати. Но рост — каждый не ниже Марии.
---
### Часть 5. Дорога
Владимир шёл, совсем не замечая слежки. Серый Volkswagen Passat держался на расстоянии, за поворотом, за соседней машиной — Джеки умел.
Сначала Владимир шёл и думал о красоте снегопада. Раньше он не подмечал этого. Уходил с головой в работу: протоколы, рапорты, вызовы, драки, кражи. А сейчас остановился, смотрел на снежинки на ладони, и сердце было спокойным и тёплым.
А теперь надо было тщательно взвесить и принять решение. Предложение Пригова. ФСБ. Новая работа, новые возможности, новые риски. Смена — или не смена — всей жизни.
И он изменился. После того, как Анатолий… то есть батюшка Флавий — ухаживал за ним, спас его от гибели, увёз его в село. Владимир помнил запах ладана, тишину сельского храма, святую воду и молитвы Флавия, от которых та девчушка, которая лаяла и выла, перестала лаять, а от креста обмякла. Бедные они с мамой. Если бы он сам не увидел — не поверил бы. От святой воды и молитв — и собачий вой прекратился. Владимир тогда стоял и смотрел, и мир в его голове сдвинулся, будто показали ему то, что раньше было скрыто.
Так за мыслями, но не упуская из виду группу молодых людей впереди, он почти дошёл до недостроенного дома. Того самого, который просто не достроили. Где был вход в убежище Марфы Тимофеевны.
И тут произошло то, что навсегда изменило его, да и не только его, жизнь.
---
### Часть 6. Встреча
Дверь недостроенного дома открылась. Вышел Джеки — учитель, не актёр, не тот, что прилетел с Марией. В графитовой куртке, спокойный, собранный. И обнял по-отцовски ту самую Марусю, которая только что прыгала по автобусу и делала кульбиты в воздухе. Обнял крепко, заботливо, как отец обнимает дочь после долгой разлуки. Маруся прижалась к нему, что;то тихо сказала. Он ответил, погладил по голове.
Владимир продолжал снимать: телефон висел на верёвочке на шее, камера работала. Руки были свободны, и он не дёргался, не прятался — стоял за углом соседнего дома, фиксировал.
И тут Джеки — учитель — случайно оглянулся. Не в сторону Владимира. В другую. И замер.
Из серого Volkswagen Passat, припаркованного у обочины, Джеки Ли выскочил. Быстро, резко, будто увидел что-то, чему не мог поверить.
Джеки Ли стоял у машины и смотрел на свою копию.
Разница была только в росте. Учитель был выше. Но лицо, осанка, черты — всё было почти одинаковым. Два Джеки. Один — учитель, живший в недостроенном доме, обучавший подростков. Другой — бывший следователь из Гонконга, работавший на посольство КНР, сопровождавший Марию Вацлавскую.
Взгляды пересеклись. Любопытство. Непонимание. Напряжение. Два человека, похожих как братья, стояли друг напротив друга, и каждый пытался осмыслить то, что видел.
Джеки Ли сделал несколько шагов вперёд. Учитель не отступил, но чуть подобрался. Между ними было метров пять, не больше. Снег лежал ровным белым слоем, и на нём чётко отпечатались следы обоих.
Владимир стоял у угла дома, опустил телефон, и камера перестала снимать. Он смотрел на двух Джеки и думал: «Два. Я был прав. Их два».
Джеки Ли подошёл ближе. Остановился. Несколько секунд тишины, в которой было слышно, как скрипит снег под ногами и где-то далеко сигналит машина.
Джеки Ли повернулся к Владимиру. Потом снова к другому- и видя в нем самого себя. Владимир на одного и другого Джеки.
Немая сцена. Встреча состоялась.
1 глава http://proza.ru/2026/09/03/2037
12 глава http://proza.ru/2026/09/08/83