(предыдущее http://proza.ru/2026/09/18/2020)
Спал, как потом мне сказали, чуть не сутки. Условные, конечно. То есть, они успели поспать два раза, пока я проснулся.
Мне дали поесть горячего, хотя не заметил, чтоб ели сами.
Поев, спросил:
- Что с продуктами?
- Плохо, Алекс, - сказала Эпиона, - Мы опять уменьшили порции.
- И с дровами не слишком, - добавил Махаон.
- С водой тоже, - это уже Телесфор.
- С огнём совсем швах, - Подалирий, - масло кончается, горного льна здесь нет и фитили тоже быстро сгорают.
Я выслушал их и распорядился:
- На дрова разобрать забор. Ясно? Теперь о воде. Сейчас слазаю с лестницей на крышу, там много его набралось, и сброшу оттуда снег - набирайте и топите. Кому подошли трофейные ботинки?
- Мой размер, - ответил Махаон, - а на вторые кинули монетку Телесфор с Падалирием. Будут носить по очереди.
- Молодцы, - сказал я, - Зря я, что ли, жизнью рисковал, в том числе, и ради этого.
И продолжил:
- Насчёт огня... нужно будет найти обычный лён. Посмотреть из чего скатерти, к примеру. Нужны смолистые лучины от ели или сосны, на худой случай, береста. Жиром пропитать ткань и обернуть.
Относительно продуктов я хочу поговорить с Эскулапом наедине.
Мы с ним вышли в гостиную и стали шептаться. Начал он:
- Алекс, по нашим понятиям, убитых нужно похоронить.
Я помолчал и сказал:
- Во первых, в этой промёрзшей земле сейчас не выкопать могил. До тепла, если оно наступит, эти бандиты прекрасно сохранятся в холоде. Факела кончились и тратить свет на поиски второго неразумно.
Но есть и вторая причина. Ты догадываешься: какая?
Эскулап с ужасом поглядел на меня. Он понял.
- Да, - сказал я, - Эпиона сообщила, что второй раз уменьшили порции. С остальным ты слышал, это решаемо.
Он долго молчал, явно борясь с чем-то внутри себя.
Я ждал его решения. Без такого сообщника ничего было не сделать.
Наконец, он заговорил:
Первое: я это есть не буду. Пожую свои корешки. Конечно, утащим труп якобы закопать. Второе: скажем, изобразим, что ты ходил на охоту, вот только на кого? Надо вместе подумать. Но как принести мясо разделанное, чтоб не догадались? Боюсь, не получится. Женщины поймут.
- Дорогой Эскулап, меня учили и на этот случай выживания. Главное, чтобы не было костей, опалить куски и тогда по вкусу напоминает свинину или ягнёнка. Мог же я убить свинью и отрезать от неё куски? Что-то слегка поджарив и согревшись. Затем можно сходить за остальным. Сварят бульон, мясо съедят. Без белка долго не протянем. Лучше бы ты съел тоже. Если ты думаешь, что мне это доставляет удовольствие... то сильно ошибаешься. Ты сам просил спасти вас, я пытаюсь это и сделать. Я люблю вас, вы - моя семья, без преувеличения. Если выживем, хотел бы не терять связи с вами.
Эскулап без слов обнял меня и поцеловал.
- Я ж вижу тебя, понимаю, чего тебе всё это стоило. Ты не глядел на себя в зеркало?
- Зачем? - спросил я, - Знаю, что оброс, бородат.
- Ты вернулся совершенно седой...
- Что? - переспросил я.
- Увы, - сказал он, - Поэтому я буду есть это мясо. Но тебе придётся идти одному. Ребятам ни к чему знать.
- Договорились. Если что, скажешь, беседовали об охоте. Просил у тебя средство, чтоб не утомиться при этом и долго не спать.
Он кивнул.
После сброса с крыши снега, я отдохнул, при этом приматывая к палке нож. На меня смотрели с удивлением: что б это значило?
- Алекс пойдёт на охоту, - сообщил Эскулап, - Я дам ему выпить средство, чтоб продержался подольше с нагрузкой.
Парни выразили готовность участвовать.
- Нет, ребята, - покачал головой я, - у меня высокие сапоги, а у вас лишь трофейные башмаки. Представляете, какой снег в лесу? Тут на улице-то не пройти. У меня ещё надежда, что с голодухи зверьё может из леса в посёлок прийти. Тут кабаны водились.
Заодно мне придётся уволочь труп этого бандита, чтоб упокоить где-нибудь подальше от нас.
Не исключено, что схожу зря. Попросите небеса, чтобы мне повезло.
-Нет, - это уже возразил Махаон, - охотничью молитву должен произносить ты, обещая часть добычи Диане, покровительнице охоты. После твоей удачи, разумеется. Это - договор, а не молитва.
- Но отдать ей кости, запах жареного мяса - вспомнил я, - ведь можно?
Махаон подтвердил:
- Ей нужно уважение твоё, а не еда. Питается она, как и другие боги, нектаром и амброзией. Удачи тебе, Алекс!
- Спасибо, Махаон. Желая мне в этом удачи, ты желаешь её для всех нас.
Однако в ходе моих сборов (к счастью или несчастью) выяснилось, что не только факела кончились, но и... спички! Без света, он же огонь, идти было бесполезно в этой тьме.
Я сказал, чтоб при горящей топке дежурили по очереди постоянно. На улице, похоже, градусов тридцать мороза - замёрзнем насмерть. Хоть и небольшой, но огонь держать постоянно.
- А чем топить, когда забор кончится? - спросил Телесфор.
- Двери в другие комнаты. Они из фанеры, в основном. Распилим, разрубим. После полы там. Завтра можно начинать. Потом сарай. Он - деревянный. Нет, лучше начать с него. Двери потом. Они с полами хоть как-то держат часть тепла. Делайте факелы пока. Моя охота накрылась.
Ко мне подошёл Эскулап, отозвав снова пошептаться.
- В чём дело, Алекс?
- Тело... - прошептал я, - при тридцати мороза замёрзло. Мне, да ещё на холоде и в темноте, не отделить будет мясо от костей. Его нужно погружать в сладкую воду в тепле, чтобы сначала разморозить. А где я это сделаю, спрятавшись? План был хорош, но не реален. Прости, Эскулап.
- Если им сказать эту идею, они есть не станут, - прошептал он, совершенно убитый моим известием.
- Что же там происходит? - показал я наверх.
И Эскулап оживился.
- Есть мысль. Может не сработать, как ты говоришь. Но другой нет.
- Я - весь внимание.
- Слушайте все! - сказал Эскулап, - Есть бог снов, Сомнус. Это первый муж Нокс (Ночи). Он живёт на небесах. Немножко, мечтатель. Пока они с Нокс жили вместе, то рождали тысячи сновидений. Только у неё, в силу натуры, получались кошмары, а у него... кое-что получше. Либо он приказывал смертным и богам забывать плохие сны. Но не она.
Эта пара распалась. Эреб показался ей ближе по характеру и взглядам. Вместе новая пара установила нынешний порядок и устранилась от дел.
Не думаю, что нынешнее положение Сомнусу нравится. К тому же, скоро будет некому посылать сновидения. Разве что самой Нокс и Эребу, что вряд ли Сомнуса радует. Им-то он как раз готов слать одни кошмары.
Мы поулыбались на эту его реплику, переглядываясь, хотя улыбки получились грустными.
- Тебе, Алекс, как участнику и отчасти виновнику этой трагедии, следует перед сном обратиться к Сомнусу, всё рассказав. Цель - сделать его союзником. Сам он повлиять на ситуацию не может, но во сне способен послать видение того, что там творится и чего ждать.
- Я понял. Так и поступлю.
- Постарайся не очень устать сегодня, - посоветовал Эскулап, - не то провалишься и сон не увидишь.
Я благодарно кивнул ему.
- Идём ломать сарай без огня, - сказал я.
Парни недоуменно переглянулись.
- Вы забыли, что я привязал верёвку от нашего дома к сараю? Чтоб идти туда в темноте. Заодно хоть случайно не сожжём его.
Дрова теперь мы складывали в гостиной, где они хоть слегка размораживались
Конечно, мы, слабые от недоедания, устали к "вечеру" смертельно, и каждый уснул, едва коснувшись головой того, что заменяло ему подушку.
Но потом я проснулся. Судя по звукам, все спали. Одна Эглая, кажется, дежурила у печи.
Я закрыл глаза и обратился к Сомнусу.
- О, бог сновидений! Я, к сожалению, далеко не самый достойный смертный, а скорее, наоборот. Но вышло так, что я полюбил. Впервые в жизни. И надо же было так случиться, что моей любовью оказалась одна из трёх сестёр парок, Морта. Но я называю её Морти, любя. И эта богиня ответила на моё чувство!
Я не мог поверить в это сначала, но потом мы были так счастливы... Это не описать, любезный Сомнус.
Сейчас её ломают уже и Нокс с Эребом, её родители, чтоб забыла свою блажь и отдала меня Плутону. Я готов умереть, если б это не огорчило мою богиню. Но я знаю, что это не так. Иначе бы свет уже вернулся вместе с прежним порядком, и она не упиралась бы, пытаясь спасти нашу любовь и друг для друга.
Если можно, уважаемый Сомнус, пошли сон о том, что происходит. Молю тебя... Ты ведь тоже любил, а тебя любят многие мечтатели, которых, похоже, скоро не останется.
Вскоре уснув после этого, я увидел сон. Точнее, во сне я мало что видел, больше слыша. Как понимаю, Нокс с Эребом, но в основном, Ночь строго говорила с Морти.
- Девчонка! Что ты себе придумала?! Ничтожный смертный, заслуживающий кары и спрятавшийся за тебя от неё! Тебя используют, дурочка.
(Речь обо мне, ясное дело. Хитро заходит).
Морти молчала. Она-то знала, что это - неправда.
Её мамаша не успокоилась:
- То, что ты этого не понимаешь, ничего не меняет. И тем более, заведённый порядок на земле. Твой смертный или уже умер или вот-вот умрёт.
Морти подала голос:
- Без меня он не умрёт, как и остальные. А если умрёт, то убейте и меня, мама!
Я ни за что не соглашусь. Неужели вы с отцом не любили и не любите друг друга? Если нет, то вам не понять, что это такое и почему я готова скорее умереть, чем отказаться от него. Больше я не скажу ни слова...
Она оборвала фразу, всхлипнув.
Настала тишина. Потом Ночь обратилась к мужу:
- А ты что молчишь? Избаловал её, свою любимицу... она из тебя верёвки вила... и вот к чему это привело!
- Нок, дорогуша... - это уже Эреб, - есть выражение, что исключения лишь подтверждают правило. То есть, исключения имеют право на существование. Давай позволим это исключение и все будут довольны. Никто не пикнет, понимая с кем и чем имеют дело. Ведь то, что дозволено Юпитеру, как говорится, не дозволено быку. В чём смысл нашей верховной власти, если всё само идёт без нас?
- И ты... - от возмущения задохнулась Ночь.
На этот раз молчание было ещё более продолжительным.
Потом Ночь заявила:
- Раз так, то я ухожу, а тебе придётся решать с этим. Закрой вопрос.
На этом сон оборвался.
Я проснулся и подумал, что даже самоустранение Ночи - не конец истории. Ведь Эреб - это Мрак. Да и Ночь может передумать. Даа...
Но мысленно поблагодарил Сомнуса.
У печки дежурила уже Акесо. Это позволили установить отсветы пламени.
Она заметила, что поднял голову, вглядываясь, и тихо спросила:
- Удалось узнать?
- Да. Но ещё ничего не кончилось.
- Разбудить всех? - спросила она.
- Нет, зачем. Попробую снова уснуть. Вдруг позже смогу сказать больше.
Но я зря старался, пытаясь уснуть. Пришлось подняться и пойти продолжить ломать сарай.
Когда вернулся с охапкой подходящего для топки, то все уже ждали моего рассказа.
- Сомнус помог, - начал его я, - Я слышал, как Ночь сначала нападала на мою богиню, требуя отказаться от любви, иначе...
Я выдержал паузу.
- Потом моя богиня сказала, что скорей умрёт, чем откажется. Пусть тогда родители её убьют.
- Ужас... - не выдержала Ясо.
- Тогда Ночь воззвала к супругу, который, по её мнению, и избаловал дочь. Чего, мол, молчит?
Он вступил в разговор, любопытно обосновав почему можно сделать исключение в этом случае. И это всех устроит.
- Ууу... - послышалось мне на это.
- Ночь его речь поразила. Она долго молчала, потом заявив, что раз так, то пусть он и решает с этим. Пусть сам закроет вопрос - вот её слова.
- Однако... - только и сказал на это Эскулап.
- Но сколько "закрытие вопроса" может занять времени? - риторически спросил Падилирий. И его вопрос повис в воздухе.
В этот "день" все работали молча. Только Эпиона сказала, что еды хватит ещё на три дня.
Я подумал, что без еды можно протянуть неделю-другую, от силы три. Ничего, это меньше, чем уже прошло. По крайней мере, всё станет ясно.
На этот раз я уснул без обращения к Сомнусу. Но сновидение он прислал.
Оно было продолжением предыдущей сцены. Как я понял, когда Ночь оставила их, то Эреб прижал плачущую дочь к груди и принялся успокаивать:
- Доча, не кисни и не дожди, а то сейчас утонем от твоих слёз. Всё будет хорошо. Отправляйся к своему, успокоить. Я пока соберу богов. Пора заканчивать это представление. Иди-иди, глаза на мокром месте!
- Папа, спасибо...
И снова слёзы.
- Я люблю тебя...
- Я тоже. И не только себя.
(Да этот Эреб, хоть и Мрак, но с явным чувством юмора и не такой уж плохой мужик).
На этом сновидение кончилось.
Если я правильно понял его, то следовало вскоре ждать тут Морти.
Я благодарил Сомнуса, Морти, Эреба... сбиваясь и снова говоря.
(продолжение http://proza.ru/2026/09/20/1598)