Летописи не горят. Четыре школьные тетрадки

Андрей Жеребнев
Рукописи не горят...

О, сколько б я дал за те четыре двухкопеечные школьные тетрадки, что либо сгорели  в  нашей печке в одну из суровых зим, когда навсегда пропало отопление в трубах, либо просто были утеряны в переездах.

Летописи Челотяпии - моей стране детства. Больше напоминавшие спортивные протоколы и расписание футбольных чемпионатов. Ибо, страна пластилиновых человечков, оловянных и пластмассовых солдатиков, деревянных шахматных фигур возникла как-то вполне синхронно с моим увлечением футболом.

Летом того, тысяча девятьсот семьдесят девятом года первоначально даже существовала амнистия для заключенных в каталажку пластилинового города ( Пластилинса) бузотеров - до первого футбольного матча по телевизору. А так как футбольными трансляциями тогда баловали народ по несколько раз в неделю, то и срока сидельцев были от двух до трех дней. Впрочем, преступления их на большее и не тянули - банальный обоюдный мордобой, каждый раз отягощенный сопротивлениям властям - полицейским.

Сам город прятался за деревянной стенкой двухъярусной кровати - в самом уголке нашей детской. И возвышался на четырех ножках стола. На подложенной фанере и вылепились в самый короткий срок строения без крыш. Каталажка с двухъярусными нарами из красно-коричневого пластилина, как и полагалось, располагалась на задворках.

Само собой, одними стычками и  бытовым мордобоем не могло развиваться  пластилиновое племя, доходившее уже до четырех десятков человечков. Конечно футбол - спорт № 1 - поселился совсем скоро в стране Челотяпиков. Название было взято из повести серии книг " Для детей и юношества", так что все жители мой страны впредь именовались челотяпиками.

Еще зимой того года я чудно приспособил детский настольный биллиард под футбольное поле. Смонтировал из конструктора пару футбольных ворот, приторочил - пришил к штангам и перекладине марлю - бей, не хочу! Ну а уж скрупулезно нанести с помощью мела и линейки разметку стало просто плевым делом.

В дальнейшем я даже не раз окрашивал сукно биллиарда, что было изначально розовым, зеленым - так еще и перемежая светлыми и темными полосами: как на заграничных стадионах модно было.

Стадион не долго думая был назван "Чайка". Почему? Этого я доподлинно сказать теперь не могу  - скорее всего, внятно бы и тогда не ответил, что есть, мол,  у бразильцев "Маракана", у англичан "Уэмбли", а у меня и у челотяпиков - "Чайка".

Логично, в общем...

Впрочем, полноправными-то хозяевами стадиона были железные балтийские матросы - солдатики, опоясанные  пулеметными лентами , и красны молодцы - чудо-богатыри из пластмассы. Рассыпанные по футбольному полю, здесь они обретались постоянно, освобождая периметр только для футбольных баталий. А по окончание скопом сваливались обратно, и вместе с полем - биллиардом задвигались под нашу двухъярусную кровать: самое укромное, словно для того и предназначенное, место. Никому там биллиард не мешал, кроме старшего брата во время субботних общесемейных уборок.

 - Блин, как-нибудь разозлюсь - разгромлю, да выкину твои городки, на фиг! - частенько грозился он.

Однако, привез мне с работы невесть откуда взявшуюся в природе нашего  города пластмассовую фигурку ковбоя в шляпе, метящегося в кого -то из ружья.

Брат дорабатывал месяцы, оставшиеся до армейского призыва киномехаником в Строительно- Дорожном институте. Он же привезет мне в дембельском чемодане уникальный набор индейцев  из ГДР. Так что через два года ковбою было бы в кого метиться, да уж не было из чего...

А все оттого, что ковбой почти сразу  занял место в воротах красных богатырей. Потому как имел и достаточный, для отражения пластилинового мяча, вес и удобную вратарскую фигуру: в падении он повторял настоящего вратаря, в броске вытянувшего руки вперед для поимки мяча. Естественно, ствол мешающейся винтовки пришлось обрезать ножницами. Якобс -  так нарек я ковбоя по запомнившейся фамилии игрока западногерманского "Гамбурга" - команды, не пропустившей-таки великолепное тбилисское "Динамо" в Кубке Европейских чемпионов поздней осенью 1979 года.

Забегая вперед - Якобсу суждено было стать не только лучшим вратарем всех челотяпинских времен и народов, но и вообще самым легендарным футболистом Челотяпии.

(продолжение http://proza.ru/2026/11/07/1300)