## Глава 32. «Голос из глубины веков»
Ольга, Михаил, герцог и граф Эдуард переоделись в те самые одеяния, что были на них на балу — на этом настояла Ольга, будто хотела, чтобы даже в подземелье они оставались не просто искателями приключений, а хозяевами судьбы. Ткань шуршала, тяжёлые складки ложились иначе, чем в привычной одежде, и в этом ощущалась особая торжественность.
С фонарями в руках они спустились в старый подземный ход. Пахло затхлым воздухом, веками, запертыми в этих стенах, пылью, которая лежала здесь, не тревожимая ничьим шагом. Они нашли обычный вход без дверей, за которым начинался спуск по лестнице — ступени давно покрылись слоем пыли, будто сама земля хотела скрыть этот путь от чужих глаз.
Эдуард шёл первым, уверенно, но без спешки, держа фонарь так, чтобы свет не терялся в тенях, а прокладывал им дорогу. За ним шли Оля с Михаилом. Он держал её так крепко, словно боялся, что она возьмёт и исчезнет в этой тишине. Часто поворачивался к ней, смотрел с болью, будто пытался запомнить каждую черту на случай, если тьма всё же заберёт её у него.
Оля прижалась лицом к его плечу и прошептала:
— Не отпускай меня, любимый. Бог нам поможет. Я, конечно, сама боюсь. Но моё сердце подсказывает, что нас ничего страшного не ожидает, что всё будет хорошо.
Они дошли до низа и увидели проход в зал, залитый странным молочным светом. Эдуард притормозил и обернулся к ним:
— Что-то не по себе. Это может быть ловушка.
Но Оля молча пошла вперёд, прямо к свету, будто он звал её по имени. Михаил подбежал, взял её лицо в ладони и быстро, горячо поцеловал.
— Госпожа моя! Может, не стоит? Я очень боюсь потерять вас. Да и самому потеряться, и больше не вернуться…
Оля положила ладонь ему на грудь, туда, где билось сердце, и тихо, но твёрдо сказала:
— Михаил, верь моему сердцу. Через него Господь говорит тихо, кротко и даёт успокоение.
Она повернулась к Эдуарду:
— Идёмте. Я не испытываю страха.
Михаил сжал её руку, и они вдвоём первыми вошли в зал.
Внутри всё было залито тем самым молочным светом, и стен почти не было видно — только мягкое сияние, которое не слепило, а будто обнимало. Они видели только друг друга, и в этой светлой тишине их дыхание звучало громче любых слов.
И тут со всех сторон прогремел голос — не громкий, но такой, что пробирал до мурашек:
— Наконец-то меня кто-то да нашёл.
Михаил побледнел и инстинктивно прижался к Ольге, закрывая её собой, хотя защищать от голоса было бессмысленно.
Оля спокойно подняла голову и сказала:
— Не бойся, это искин. Похоже, древний.
Голос отозвался почти с облегчением:
— Вы правы, Ольга — Ольгерта. Я вас сейчас просканировал, снял отпечатки вашей памяти. Герцог, вам не стоит меня бояться. Ничего плохого с вами не произойдёт.
В тот же миг в полумраке вспыхнула дорожка — бордовая, с золотыми полосами, будто сотканная из света и времени.
— Я вам сейчас освещу дорожку. Михаилу надо пройти через небольшое обучение: чтобы он смог понимать вас, да и ещё кое;чему научится — это ему тоже пригодится. Вы после полёта и не поели.
Они пошли за светящейся дорожкой. Молочное сияние здесь почти рассеялось, оставляя лишь редкие искры, будто звёзды, упавшие на пол. В центре зала стоял накрытый стол: молочный коктейль с мороженым и ванилью, сверху посыпанный измельчённым шоколадом, свежий батон и ломтики сыра.
Коктейль оказался не просто вкусным — он был питательным, будто в нём была заключена сама энергия этого места. Они все наелись, и даже тревога немного отступила, уступив место простому человеческому чувству — сытости и близости.
Голос искина снова раздался со всех сторон:
— Герцог, прошу вас сесть в это кресло. Надо начать ваше обучение. Эдуард, Ольга, пока присядьте. Это может занять больше, чем час.
Михаил посмотрел на кресло — оно казалось обычным, но в то же время в нём было что-то древнее, будто оно видело больше веков, чем любой из них. Он глубоко вдохнул, сел и закрыл глаза.
Когда он снова их открыл, в его взгляде было удивление и восторг.
— Я теперь понимаю то, что вы говорите. А ещё… какой-то английский язык. Как будто он всегда был во мне, а я его не замечал.
Оля улыбнулась:
— А это интересно. Может, здесь есть выходы в другие миры?
Искин словно проснулся от долгого сна:
— Ольга, тут есть возможность выходить в те миры, где вы уже были. А наверху время не будет идти. Чтобы вас не потеряли.
Перед ними появилась дверь — не из дерева и не из металла, а из света, будто нарисованная на воздухе. Около неё возник пульт.
— Стоит нажать на кнопку, и вы увидите дверь, — пояснил искин.
Эдуард взял пульт. Его пальцы дрогнули, но он всё же открыл. Дверь раскрылась, и за ней оказался совсем другой мир. Такой родной.
---
Платвийский парк, город Санкт-Романовск.
Одноэтажный дворец с окнами до пола производил странное, неназываемое впечатление — будто земная и инопланетная природа решили однажды помириться и поселиться вместе. Дорога перед длинным зданием, скамьи, декоративные фонари… Земные деревья — особенно голубые ели, кусты, цветы в больших посадочных местах — прижились хорошо. Рядом с ними росли инопланетные деревья: с бордовыми, синими, золотистыми, серебристыми листьями, а на ветвях гроздьями сидели птицы, которых не было ни в одном атласе Земли.
Водопады падали с невысоких уступов, речки бежали по камням, через них были перекинуты лёгкие мостики. Дороги для транспорта, велосипедные дорожки, стадион, больница, где работали старшая дочь Николая и Александры… Всё это жило, дышало, двигалось.
Кружевная беседка была окружена местными растениями, среди которых уютно устроились земные кедры и сосны. Внутри стоял стол и мягкие скамьи. Воздух был таким чистым, с примесью смолы и чего-то пряного, что хотелось просто стоять и дышать.
— Какая тут красота! Ох, и воздух… Конечно, воздух пьянящий. Смотришь на горы — дышишь полной грудью и любуешься видами. Такого я нигде не видела, — сказала Настя, выходя из беседки.
Семья собиралась здесь на чаепитие. Зажигали большие цветные свечи, и в такой атмосфере обсуждали важные вопросы. Сегодня подводили итоги. Большие золотистые свечи горели, красиво отбрасывая тёплые блики на лица. Николай, Алексей, Сергей сидели за чаем. Горный воздух, смешанный с запахами речек и озёр, кружил голову, пьянил. Неспешно велась беседа, и в ней было столько покоя, сколько редко встретишь в мире, где всё торопится и спешит.
Ольга и Эдуард смотрели на них с такой радостью, будто нашли то, что давно потеряли и уже не надеялись отыскать. Ольга всё искала глазами свой дом — тот, что ей и её сыновьям построили из серого песка-наноботов. Город ещё больше вырос, стал шире, светлее, будто сам тянулся к солнцу.
Наконец она заметила своих сыновей с молодыми женщинами. И тут словно время затормозилось, сжалось в одну яркую точку. В этот момент все увидели их и радостно закричали:
— Мама! Оля! Эдуард!
Иногда приключение — это возвращение туда, где тебя ждут.
1 глава http://proza.ru/2026/10/29/2026
33 глава