Музыкальная шкатулка

"Все-таки этой крысе удалось меня заловить!" - мрачно подумала Лида. Ее глаза с холодной ненавистью сверлили стоящую напротив женщину, и если бы та умела читать взгляды, то прочла бы в Лидином ясное и неприкрыто-яростное обещание: "Я убью тебя!"

Но женщине было не до чтения.

- Ты что же, дорогуша, захотела одна в комнате жить?! Давай-ка открывай дверь, иначе выломаем!

Они стояли в коридоре общежития - Лида, комендантша и девочка с огромными баулами. Как ни старалась Лида избежать подселения - жила тихо, словно мышка, вилками не гремела, жарила-парила в комнате - однако коменда все же подкараулила ее. Лида вышла из лифта и направилась к двери, как из темного лестничного пролета, словно злая Фея Моргана, вынырнула эта тетка, размалеванная под дешевую проститутку. И - теперь эта цена.

Лида молча открыла дверь.

Коменда бесцеремонно оттерла ее в сторону, прорываясь первой. За нею дернулась было девочка, но Лида резко прошла вперед. Большим искушением было сразу же захлопнуть дверь, но часть врага уже проникла в помещение, поэтому сопротивление было бесполезным.

- Ты, моя милая, захотела красиво жить! - загорланила коменда. Она всегда орала - это был ее способ общения с проживающими. - А мне людей селить некуда!

Лида безмолвно стояла у стены, и вся ее фигура выражала презрение к этой орущей крашеной блондинке с телесами, словно у снежной бабы. Лида лишь меряла ее холодным взглядом. Надо уметь проигрывать.

Между тем раскрашенная фурия ходила по ее комнате, точно по своей собственной. Эта дурацкая привычка властьимущих - везде как хозяева...

- Сейчас спустишься, возьмешь матрац, - сказала коменда новенькой поспокойнее. - А я пока постою здесь, чтобы эта красавица никуда не смылась!

Девочка послушно кивнула и убежала за матрацем. Коменда и Лида встали в проеме распахнутой двери - друг против друга. От Лиды исходила тихая злоба, но эту прожженную тварь ничем нельзя было пронять: мало, что ли, сталкивалась с такими злобными студентами, не желающими жить с кем-то еще!

Однако дело было сделано, и теперь коменда взяла на себя роль любящей и заботливой мамаши.

- Что же ты не нашла "мертвую душу"? - проникновенно спросила она. - Если бы у тебя было заплачено за место. То все обошлось бы. Квитки есть, деньги есть.
- Все мертвые души давно расхвачены, - иронично заметила Лида.
- Надо было подсуетиться, - продолжала вещать тетка. - А так - прости, ничего не могу для тебя поделать!

Как будто Лида о чем-то просила! Прямо-таки добрейшей души человек эта гадина!

Прибежала девочка с матрацем. Они прошествовали в комнату.

- Ну, девушки, живите дружно, не деритесь! - заулыбалась коменда золотыми зубами. - Если какие проблемы - сразу ко мне!

И она вышла из комнаты.

Наступила гнетущая тишина. Девочка сидела на кровати, окруженная сумками. Лида смотрела на нее и - странно! - не ощущала ненависти. Лишь усталость. Девочка была данность, с которой нужно мириться. Действительно, она все-таки сама виновата - не нашла "мертвую душу", человека, за которого бы платила. Теперь придется привыкать к этой первокурснице. Главное - правильно расставить все акценты.

-Как тебя зовут? - спокойно спросила она.
- Света.
- Я - Лида, и жила здесь одна целый год. Так что нетрудно понять, кто в этой комнате будет хозяином.

Девочка кивнула.

- И еще, Света: я очень не люблю, когда трогают мои вещи. Если тебе что-то нужно - спроси у меня, я дам. Но сама лучше и не касайся. - Лидин голос звучал ровно и даже гипнотически. Света смотрела на нее, втянув голову в плечи.
- Я человек спокойный и мирный, - продолжала Лида. - Но лучше меня не доводить - терпеть я могу долго, а потом просто прибью тебя сковородкой.
- Да что ты! - заговорила Света. - Я тоже спокойная, я вовсе не буду тебе мешать...
- Все мы спокойные до поры до времени, - невозмутимо перебила Лида. - Я привыкла жить одна - так что извини. Никаких мужиков: встречайся с ними где хочешь, только не здесь. Друзей приводи, но в пределах разумного. Гулянки - где-нибудь в другом месте.
- Да я буду учиться! - снова вставила Света.
- Посмотрим, как ты будешь учиться, - усмехнулась Лида. - Итак, главные условия: не трогать мои вещи, не приводить парней и не устраивать пьянок. Поняла?
- Поняла.
- Прекрасно. Теперь я покажу тебе, чем и как пользоваться.

-2-

- Только, ради Бога, ничего не трогай! - бросила Светка вошедшему вслед за ней парню-второкурснику. - Моя половина комнаты как бы левая, здесь можешь брать что угодно. А так, в принципе, все соседкино. А она ненавидит, когда трогают ее вещи.

Она швырнула сумку на кровать. Парень между тем подошел к одной из полочек.

- Это не мое, - сразу предупредила Светка.
- Вещица красивая, - указал парень на маленькую шкатулку из светлого дерева, покрытую лаком. Конусообразная резная крышечка шкатулки увенчивалась небольшим острым шпилем с петушком.
- Соседкина шкатулка, музыкальная, - пожала плечами Света. - Вечно заводит эту волынку на ночь. Она мне осточертела уже, а что делать - любимейший ритуал, понимаешь. Ты, Андрей, лучше не трогай.
- Почему? - парень взял шкатулку в руки и нажал на кнопочку. Отскочила крышка, выпуская наружу колокольчикового Баха.

- Ой, ну сказала же, не трожь! - раздраженно дернулась Светка. - Думаешь, она не заметит, что брали? Эта стерва вечно все замечает. Кресло передвинешь на миллиметр - и то увидит. "У меня, - говорит, - прекрасная зрительная память."
- И что, это правда? - Андрей захлопнул крышку, перекрыв кислород Баху.
- Еще бы! - Светка нервно копалась в сумке. Давай, ставь ее на место и пошли. У тебя все прошлогодние лекции есть?
- Все, - ответил Андрей. - а почему ты у Лиды не попросишь?
- Да не хочу я к ней обращаться! Мы с ней живем поскольку-постольку - подселили, вот и терпим друг друга. Со мной она говорит исключительно по великой надобности.
- Неужели все время молчите?
- Да нет, болтаем иногда, - обувалась Светка. - Но это так, когда найдет. А в основном - каждый сам по себе. Ну все, выходим.

Она закрыла за собой и Андреем дверь.

- 3 - 

Жалкая провинциалка! Чертова кукла, прельстившаяся пустотой ярких огней большого города!

Лида и сама не знала, кого она ненавидела, кого ругала - себя или Сетку-соседку. Ненависть плотно засела в ней тупым холодным огнем. Это была даже не ненависть, а глухая бетонная стена, выросшая за эти годы, слепившаяся из всевозможных примесей адского городского жернова.

Когда-то она любила людей. Когда-то... когда жила дома с мамой и папой, не заботясь о завтрашнем дне, кушая вдосталь и забывая мелкие неприятности. Тогда было легко любить людей.

Теперь же все иначе. Нужно уметь выживать в огромном городе, которому совершенно наплевать, как ты это будешь делать. Нужно уметь учиться и работать одновременно, потому что стипендия мизерная, а обдирать родителей стыдно - не маленькая уже, не та девочка-глупышка из провинциального городка. Чтобы чего-то добиться, нужно много работать и мало развлекаться. Иначе - смерть, посредственное гниение здесь и позорное возвращение на родину.

Питер одурманил лишь в самом начале - дворцами, фонтанами и красочными вывесками, зазывающими неоном. Но это быстро прошло. Дождь, слякоть, бурая снежная каша, ветер, дующий неизвестно откуда и куда. Тоска. Безработица. Безденежье. Унылые постперестроечные студенческие годы, когда всем плевать на тебя и твою жизнь, нет ни интересных лекций, ни шумных веселых компаний, а лишь сплошные "мажоры", тусующиеся в университете как на рейв-пати. Тоска. Проливной снег. Безденежье. Хочется убивать старушек.

"Любить? Но кого же? На время - не стоит труда." У нее всегда получалось "на время"  - и действительно, труда не стоило. Неместные мало кому нужны. Конечно, можно было продаться какому-нибудь "новому русскому" - легальный способ проституции - но. Во-первых, не одна она такая умная, а во-вторых, и ноги не те, и рост неудачный. Да и затея глупая - все то же "на время".

Получилось, что она - совсем одна. Внутренне. Друзья - не те, не то: приходящие-уходящие. Однокурсники, одним словом. Для ее борьбы друзья - обуза. Одиночество-обида-ненависть - ключ к ее успеху... Тяжело-то как...

А эта... Лида ненавидела все, что нарушало ее спокойствие. Любой жест, любой взгляд - это вторжение. Лида ненавидела вторжение. Лида ненавидела глупость. Эта же фитюлька то и дело трещала о каких-то глупостях, восхищалась банальностями и вела пошлую штампованную жизнь провинциалки, недавно приехавшей в град Петров.

- Нет, я обожаю Питер! - амбициозно восторгалась Светка. - Он такой красивый, такой сказочный, в нем столько всего интересного!
- И опасного, - вторила ей мудрая Лида. - Не стоит витать в облаках.
- Я и не витаю. Это ты слишком уж стоишь на земле.
- В жизни всегда надо стоять на земле. - Лида повесила пальто на вешалку. - Хорошо, что я успела понять это сейчас. И тебе советую.
- "Не учите меня жить!" - спародировала Светка Эллочку-людоедку. - Я не дура. Я учусь в универе. У меня есть знакомые парни, которые защитят, если что...
- И кто это такие?
- Крутые, достаточно крутые, чтобы перерезать человек десять.

Лиду передернуло. Вот и еще одна тупица, ослепленная крутостью и попавшая на крючок бандюганов. Ну что за идиотка!

- Ты хорошо знаешь своих друзей? Пойми, это тебе не деревня, здесь за просто так не дружат, за все надо платить. Причем уметь платить...
- Ты-то чего дергаешься? - раздраженно мотнула головой соседка. - Тебе, что ли, придется платить? И потом, кто это тебе сказал, что я буду платить? Я развлекаюсь, я молодая, приехала в большой город - кто, блин, знает, останусь я здесь или нет! Почему мне нельзя оторваться как следует? Какого ляда ты меня вечно пугаешь?

Лида безразлично пожала плечами.

- Ты-то как маленькая старушка! - продолжала раздражаться Света. - Учишь меня, советы даешь - с чего ты взяла, что умнее меня?!
- Не знаю, - спокойно ответила Лида. - Просто умнее, и все.

Она не собиралась давать отчет этой новоявленной примадонне отбросов. Она строит свою жизнь на жестких законах воли и разума, иначе давно бы уже пустилась во все тяжкие - стрессы снимать. А потом бы закончила универ, вышла замуж за какого-нибудь Василия Иванова, родила бы детей... Но на хрена было тогда уезжать из родных пенат?!

Лида подошла к своей полочке... Стоп.

- Где моя музыкальная шкатулка? - повернулась она к Свете.

Та подняла на нее глаза.
- Как где? На полке.
- Нет ее здесь. - жестко сказала Лида. Ее глаза холодно сверлили девицу напротив. Где моя музыкальная шкатулка?

У Светки внутри все оборвалось. Вот черт!

- Я не брала, - быстро ответила она.
- Тогда где моя вещь? - с расстановкой отчеканила Лида.
- Может, упала? - предположила девушка.
- Нет, не упала.
- Ну, не знаю я, - нервно заговорила Света и закопалась в памяти. - Может, ты дала кому-нибудь... поставила на другое место...

Лида смотрела на нее очень спокойно и молчала. Но лучше бы она закричала. Потому что тихая ярость в ее глазах наводила на Светку оцепеняющий ужас.

- Может, заходил кто... - продолжала рыться она в сундуках памяти.

Стоп. Черт. Вот скотина!
- Погоди, сморщилась Светка. - Я, кажется, знаю, что случилось.
- Что? - угрожающим шепотом спросила Лида.
- По-моему, один парень взял твою шкатулку. Да, да, знаю, - скривившись, закивала Света, - парней не водить, но это не то: он мне должен был лекции дать, мы с ним забежали на минутку - переобуться и все такое - а потом сразу к нему. Я и подумать не могла. Он смотрел твою шкатулку, но поставил вроде бы. На кой черт она ему сдалась?!
- Не знаю. - в голосе Лиды звенело железо.
- Честное слово, я разберусь. Может, это и не он вовсе, проверить надо. Хотя больше некому. Блин, прости, а - ну не думала я, не думала! Клянусь, найду я тебе и парня, и шкатулку.
- Парня оставь себе. - Лида поджала губу.
- Да ладно, ладно. Ты подожди немного, а я все переверну.

Лида отвернулась.


- 4 -

- Вот черт, а! - подытожила Светка. Она была так раздражена этой дебильной ситуацией! - теперь из-за козла этого она на меня всю жизнь коситься будет! Так что, Санек, я тебя прошу.
- Может, проще девочку из комнаты выкинуть? - спросил Санек, крупный парень годков этак двадцати пяти. Прилично одетый, с приличным выражением лица.
- Да на фиг с ней связываться, я ее не знаю совсем - мало ли что!
- Проще купить такую же шкатулку...
- Сань, ты пойми, тут не столько в шкатулке, сколько в воровстве дело. Эта скотина меня подставила. И ведь как спер - я и не заметила!

- На хрена ей эта шкатулка? - поинтересовался Санек.
- Не мои проблемы, пусть она хоть трахается с ней, мне все равно, лишь бы я к этому отношения не имела. Саня, найди мне его чем раньше, тем лучше. Я, блин, даже не знаю, где он живет. Знаю, что на курс старше, зовут Андрей, черненький такой, потом покажу.
- Так, может, у нее самой  и узнать?
- Ой, ее не впутывай: чем меньше знает, тем лучше. Я валить ни на кого пока не собираюсь. Вот буду отдавать - скажу, кто взял: сейчас это не ее проблемы... Вы с ним сначала поговорите спокойно - скорее всего, обкакается и сразу отдаст: вещь-то фиговая, на хрен вообще стащил. Ну, а если заартачится, то прижми. Но не сильно. И проверь все. Хотя уверена, что это он.
- О-кей, - кивнул Санек. - Проучить маленько.
- Чуть-чуть. Он меня подставил, но не по-крупному же. Хоть не золото-брильянты украл...
               
   ***

Сегодня особенно тоскливо. Серое небо. Серый дождь. Нет никого и ничего. Раньше по вечерам был колокольчиковый Бах, но теперь и его украли у ней. Неужели вот так и приходит конец всему?

- 5 -

- Слушай... по поводу шкатулки...
- Ну? - приподнялась на кровати Лида.
- Помнишь, я тебе говорила про одного парня? Я, наверное, ошиблась.
- И что?
- Да понимаешь, - наморщила лоб Светка, - я-то думала, что это Андрей взял...
- Что за Андрей? - поинтересовалась Лида.
- Да с твоего курса! Ты его знаешь, наверное - брюнет, волосы вьются... Очень похож на испанца.
- Ах, этот! - удивилась Лида. - Он украл?
- Да вот теперь не знаю. Ребята на него насели - но он, естественно, отпирался. Они у него дома все перевернули - действительно, нет шкатулки.
- А он, что, дал вам ключи?
- Ну, как сказать? Пришлось надавить - мне же надо вернуть тебе вещь! Правда, ребята немного перестарались...
- То есть?
- Да, - махнула Светка рукой. - Я просила, если что, прижать его, но не сильно. А Саня то ли забыл, то ли это у него и есть "не сильно". Вроде сотрясение мозга, перелома два, еще что-то - не помню.
- Ты с ума сошла! - выдохнула Лида. - Он хоть жив?
- Конечно. Полежит в больнице - и все, - спокойно пожала плечами девушка. - Только вот со шкатулкой неудобно получилось. Я все же думаю, что это он взял, а потом дел куда-то. Я же не брала!
- Если не он, то кто?
- Не знаю. Но узнаю обязательно. Кстати, тебе посылка пришла, - и Света небрежно протянула извещение.
- Надо же, местная! От кого бы это?

Лида вертела в руках бланк. Светка пожала плечами и, пообещав еще раз, что непременно найдет шкатулку, куда-то удалилась.

Лида засобиралась на почту. История с Андреем не давала ей покоя. Если это он взял, то тогда так ему и надо: будет знать, как таскать чужие вещи! Ну, а если не он?

Ясно одно: шкатулка пропала безвозвратно. От досады Лида чуть не расплакалась. Она привыкла, что каждый вечер незамысловатая мелодия Баха желала ей приятных снов, а теперь... теперь ее вечера были пусты, словно черепные глазницы, они были безжалостно оборваны, обворованы кем-то чужим и враждебным. Теперь ничего нет. Шкатулка была чуть ли ни единственным украшением ее жизни.

На почте Лида получила небольшой ящичек. Она сгорала от любопытства и нетерпения узнать, что там. Придя домой, быстренько отодрала крышку и заглянула внутрь.

...Там стояла музыкальная шкатулка.
Под ней лежал небольшой конверт бумаги...

Лида отодвинулась от ящика. Вероятно, это было чудо. Или же глупый розыгрыш - да, скорее всего ее кто-то разыграл: украл шкатулку, а затем прислал по почте, заставив Лиду промучиться все эти дни. Сегодня же она выгонит Светку...

Лида взяла из-под шкатулки бумагу и медленно развернула.

Это было письмо. Письмо ей. От похитителя.

"Ты, конечно, удивишься, - писал он, - а затем и разозлишься, но я заранее прошу прощения. Я знаю, как дорога для тебя эта вещь, поэтому надеялся, что ты заметишь ее отсутствие. Не знаю, зачем я ее взял - вероятно, чтобы хоть как-то быть ближе к тебе и иметь право писать это письмо. Ты такая неприступная, ты такая строгая, я столько раз пытался общаться с тобой вне универа - но разве ты позволяла! Вот я и решил сделать какую-нибудь необычную глупость - чтобы ты накричала на меня, чтобы ты вышла из себя, а я бы тоже вышел из себя и смог наконец-то сказать тебе, как ты мне нравишься или, даже, как я тебя люблю. Но ведь это было бы нереально, правда - я подхожу к тебе и сообщаю, что украл твою шкатулку, затем возвращаю ее, объясняюсь в любви и жду от тебя благосклонной реакции. Смешно! Поэтому я решил послать ее по почте, чтобы у тебя было время успокоиться и подумать. До воскресенья посылка, наверное, дойдет, и ты уже решишь, приходить ли тебе в 14.30 к фонтану Казанского собора или нет. Если ты решишь не в мою пользу, то лучше ничего не говори мне в понедельник - я все пойму. Но пойми и ты, что я люблю тебя и только поэтому поступил так... необычно. Приходи, пожалуйста, я буду тебя ждать.
                Андрей"

Сначала у Лиды закружилась голова. Потом запрыгали строчки. Потом все пришло в порядок, но она уже не могла смотреть на эту бумажку. Что-то сдавило ее всю от макушки до кончиков пальцев на ногах - смяло и куда-то швырнуло. Она сползла по стене на пол и горько заплакала. Она плакала и плакала.
               
13 августа 1997 года.