Прыщик

1

 Дело было так… Как-то раз у Степана, молодого продавца в продуктовом магазине, вскочил прыщик. И не где-то там, а на животе. Прямо над, простите, пупком. Сначала он его даже не замечал, но через две недели прыщик настолько вырос, что стал выступать бугорком через футболку Степана. Это несколько расстроило и он решил идти на крайние меры — выдавливать.

 Поздним вечером, приняв душ с ароматными пенами и шампунями, Степан сел на краешек кровати и задрал футболку. Рядом на тумбочке стояли заранее заготовленные ради такого дела инструменты: ватные палочки, бутылочка со спиртом, бутылочка с нашатырём и бутылочка с зелёнкой. И не смейтесь, господа! Степан был очень чувствительным человеком. При виде крови его мутило и он мог даже потерять сознание.

 Внимательно исследовав прыщик, Степан обнаружил, что тот был с сантиметр в диаметре, абсолютно красный, без каких-либо признаков гноя внутри. Когда Степан легонько надавил на него, то ничего не почувствовал. Ну или почти ничего. Почему-то Степан ощутил лёгкое давление на мизинце левой ноги. Однако он не обратил на это никакого внимания. По ходу дела, здесь надо прокалывать,— решил Степан и полез в тумбочку за иголками. Из набора он выбрал самую маленькую и тоненькую. Окунул её в спирт. И замер в нерешительности.

 Ну, с Богом,— подумал Степан и ткнул себя иголкой прямо в середину прыщика. И тут же вскрикнул от боли. Похоже, совершенно случайно, Степан наступил левой ногой на что-то острое в ковре, ибо из мизинца потекла кровь. Ну, не потекла, разумеется, а так… Просто на мизинце образовалась большая кровавая бусинка. Точно такая же появилась и на животе.

 Степану стало не по себе. Он быстро схватил ватную палочку, окунул её в спирт и вытер кровь с мизинца и с прыщика. Затем обработал мизинец зелёнкой и кажется немного успокоился.

 Однакой, надо бы завершить начатое,— решил Степан и приготовился к тому, чтобы выдавить прыщик. Он аккуратно обхватил кожу вокруг проколотого места большим и указательным пальцами правой руки и начал потихоньку сдавливать её. Края дырочки раздвинулись и оттуда показалось что-то зелёное. „Зелёное?! Какого чёрта у меня из прыщика прёт что-то зелёное?! Нужно поскорей избавиться от этой мерзости!“— так подумал Степан и резко сжал пальцы…

 То, что предстало его взору, сначала заставило Степана нюхнуть нашатыря, а затем отхлебнуть спирта из бутылочки. Из проколотого прыщика торчал, блестя ровно подстриженным ногтем в свете настольной лампы, мизинец левой ноги Степана, намазанный зелёнкой.

 Икая от страха, Степан посмотрел на свою ногу. Как он и предполагал, на месте мизинца ничего не было. Как будто он провалился в ступню, или его кто-то отрезал.

 Промычав заплетающимся языком «Отче наш», Степан надавил большим пальцем правой руки на трочащий из его живот мизинец. Последний легко провалился внутрь, как будто там и было его исконное место. Степан снова посмотрел на свою ногу. Всё на месте. Может, почудилось? Молодой продавец отхлебнул ещё спирту, для профилактики, и откинулся на спину на диване, тяжело дыша. Он был бледен, как смерть.

2

 На следующее утро Степан ехал в набитом троллейбусе на работу. Прыщик на животе он заклеил пластырем и усиленно старался не думать о вчерашнем происшествии. Можно даже сказать, что у него это неплохо получалось. Но то, что произошло далее в троллейбусе, испортило Степану весь день и даже неделю, а может и целый месяц…

 Все мы с вами ездили когда-нибудь в городском пассажирском общественном транспотре в час пик. Поэтому не стоит мне описывать царившую в салоне обстановку вокруг Степана. Мягко говоря, была давка. Люди были злые, невыспавшиеся, отрыгивающие бутербродами с колбасой и совершенно не заботящиеся об окружающих.

 И совершенно случайно получилось так, что Степана с одного бока придавила крепенькая нехуденькая старушка, а с другого — молодой человек, судя по всему, школьник, с огромным рюкзаком за спиной. Можно было даже подумать, что юноша собрался в поход и не на одну неделю. Так вот этот самый рюкзак и упёрся в левый бок Степана.

 Незадачливый продавец попытался протиснуться в середину салона, где, разумеется, никого не было, да не тут-то было! Бабуля со словами «куда прешь» изо всех сил вцепилась в ручку и попыталась насмерь раздавить Степана. Школьник, который тоже принял на себя часть нагрузки от старушки, попытался выбраться из этой ловушки, но в салон через открытые двери вошло ещё человек пятьдесят, пресекая эту его попытку.

 Степану сделалось нехорошо. Но не совсем не от того, что он попал в такие импровизированные тиски. Что вы! Он каждый день попадал в подобные ситуации и даже в какой-то степени наслаждался этим, так сказать, массажем. Но не сегодня. Ибо сегодня Степан почувствовал, как пластырь на животе отклеился и выпустил из прыщика наружу… Пока неизвестно что. Но бугор образовался такой, что Степан задумался, уж не кишки ли ему выпустила злобная старушенция? Однако боли он совсем не чувствовал, и это несколько успокаивало.

 Внезапно из динамика раздался голос водителя, который любезно сообщал, что троллейбус прибыл к станции метро Пионерская. Люди, как только двери были открыты, вывалились наружу одной слипшейся массой, затем оправились, рассредоточились и ринулись к метро, словно, атакующие чужой муравейник, муравьи.

 Степан сначала почувствовал, как его подхватили, затем вынесли на плечах наружу, а после бросили на землю. Обычно в этот момент он приземлялся на ноги, проверял, всё ли на месте и бежал дальше по своему маршруту на работу. Однако сегодня Степан повалился на левый бок, ибо его ступня куда-то подевалась. Вместе с носком и ботинком. ИЗ троллейбуса послышался голос кондуктора: „Чей туфля? Чей носок?“ затем двери захлопнулись и рогатой машины и след простыл.

 Степан дрожащей рукой расстегнул молнию ветровки, задрал на животе футболку и увидел там свою торчащую из огромной дыры ступню по щиколотку. Его зрачки сузились от страха. Степан заорал, как ненормальный. Все люди вокруг обернулись в его сторону, а затем пошли дальше по своим делам, как ни в чём не бывало. Степан пошевелил пальцами на торчащей из живота ноге и провалился в темноту.

3

 Очнулся Степан глубокой ночью. Кто-то уложил его на скамейку автобусной остановки и укрыл газетой. Прямо над его головой красовалась синяя надпись «Пьянству бой!» Он начал вспоминать последние события и со страхом задрал футболку. Из живота всё так же торчала нога. Степан собрал свою волю в кулак и попытался втолкнуть ногу обратно в живот. Ничего не получилось. Назад нога не собиралась, зато легко вылезла ещё на целый сантиметр, когда Степан легонько потянул её на себя.

 „Господи, за что же мне такое наказание?“— спросил в пустоту Степан и, не дождавшись ответа, поскакал на одной ноге к дороге, чтобы поймать такси до дома. Крепко вцепившись одной рукой в столб у шоссе, он поднял вторую вверх, голосуя. Через пару минут рядом остановилась синяя шестёрка какого-то частника. Степан пропрыгал к машине и завалился внутрь.

 —Куда едем?— водитель был лицом кавказской национальности. Небритым лицом, надо заметить. Но зато с добрыми серыми глазами.

 Степан назвал адрес и машина тронулась с места.

 —Слышь, друг, а что это у тебя с животом такое?— водитель периодически косился в сторону выпирающего из утробы Степана бугра.

 —Это? Лучше вам не знать… Приедем — может покажу.

 —У тебя там что, ствол что ли спрятан? Ты смотри, у меня весь Петербург за спиной стоит — бесплатно проехать не получится.

 —Ну что вы? Как вы могли такое подумать?

 И Степан покрепче прижал руками выступающий через ветровку бугор к животу. Минут пять ехали молча. Затем машина остановилась.

 —Ну давай, показывай, что там у тебя, как обещал. Мы приехали уже.

 —А вы уверены? Это зрелище не для слабонервных.

 —Слушай, ты это мне будешь говорить, да? Да я в армии такого насмотрелся — мама не горюй! Ну давай-давай — интересно же!

 Степан расстегнул ветровку и задрал футболку. Водитель сначала молча посмотрел на открывшуюся его взору панараму, а затем завизжал дурным голосом.

 —Слушай, выметайся отсюда, нечисть поганая! И денег мне твоих дьявольских не надо! У тебя, мать твою, нога из живота лезет!!! И держи эту гадость руками, чтобы она внутри сидела! Да вон же, я сказал! Вооон!!!

 И Степан выскочил на улицу. Шестёрка с визгом резины умчалась прочь. До дома нужно было пропрыгать добрых двести метров.

4

 Степан, тяжело дыша, повалился на диван. Это расстояние — от машины до дома — далось ему с огромным трудом. На пятый этаж пришлось карабкаться на четвереньках, ибо сил уже совсем не было. Однако, наконец-то дома!

 Степан стянул с себя футболку и сидел в таком виде минут десять, разглядывая себя в зеркале на стене. Да, теперь ему было понятно, отчего так испугался водитель. Не всякий человек переварил бы увиденное.

 «Налюбовавшись» собою, Степан решил позвонить Васе, своему другу детства. Вместе с Васей, плечо к плечу, они прошли и детский сад, и школу, и институт, и армию. В общем, были очень близкими друг-другу людьми.

 —Василий? Привет. У меня ЧП. Не мог бы ты приехать? Поздно? Ну и что? Я же говорю — у меня ЧП. Хорошо. Спасибо тебе. Жду. Пока.

 Перед приездом друга Степан надел широкий сольшой свитер, чтобы не шокировать его своим видом. „Я его сначала грамотно подготовлю к тому, что он увидит, а затем поделюсь с ним своим горем. Вася наверняка что-нибудь придумает“. Так подумал Степан и стал дожидаться друга…

5

 В дверь позвонили. Степан открыл. На пороге стоял Вася. Небритый и заспанный. Но с взволнованным, а не злобным, как вы подумали, выражением лица.

 —Что случилось, друг?

 —Вот. Смотри!— выпалил Степан и задрал свитер. Василий отпрянул от неожиданности.

 —Стёпа, мать твою, предупреждать же надо! У тебя нога из живота лезет! Зашибись! Умереть — не встать!

 —Ага. Это и есть моё ЧП. А ещё там, где должна быть моя левая ступня — ничего нету.

 Вася пару раз глубоко вдохнул, пережёвывая и усваивая увиденное, а затем спокойным голосом спросил: „Как это произошло?“

 Степан без утайки рассказал всю историю от начала до конца.

 —Так это что получается — ты из прыщика свою ногу выдавил???

 —Да не я, а бабка — я же тебе говорю. В троллейбусе.

 —Мдааа. Дела.

 —Ты знаешь, что теперь мне делать?

 Вася задумался. Начал мять свою нижнюю губу и расхаживать взад-вперёд по комнате. Через пять минут он остановился с поднятым кверху указательным пальцем.

 —Придумал!— радостно воскликнул он.

 —Что?

 —Мы тебя всего сейчас выдавим, и ты снова станешь нормальным!

 —Чегооо??? Нееет… Я на такое не согласен. Увольте!

 —Ну, не хочешь — как хочешь! Наше дело — предложить. Можешь прыгать остаток своей жизни на одной ноге — пожалуйста.

 Степан задумался. Подумал о своей будущей жизни. О возможной жене. Детях. От этих мыслей чувствительный Степан даже прослезился.

 —А, ладно! Была — не-была! Давай попробуем!

 —Как? Командуй, шеф!

 —Смотри: я сяду в кресло и ухвачусь за ручки, а ты тяни меня за ногу, понял?

 —Что ж тут непонятного? Только надо нам с тобой сначала треснуть для бодрости.…

 —Верно говоришь. Сейчас принесу.

 Друзья осушили на двоих литр Столичной и приготовились к ответственной операциил. Степан, покачиваясь проскакал к креслу, чуть не упав пару раз, и грузно плюхнулся в него.

 —Васёк. Друг. Сделай это быстро. И желательно не больно. Я верю в тебя.

 И Степан зажмурился, предвкушая нечто страшное и необъяснимое. Вася полил себе спирту из бутыля на руки и, чувствуя себя настоящим опытным хирургом, приблизился к Стёпе. Крепко схватил его за торчащую из живота ногу и резко дёрнул на себя. Раздался страшный хруст, и нога, как по маслу, вылезла из живота Степана.

 —Тебе не больно?— сочуствующе спросил Вася.

 —Нет, продолжай!— героически ответил Степан. Он и не догадывался, что это его последние слова.

 —Странно, ты что, ноги что ли бреешь?— и Вася, не дожидасяь ответа, изо всех сил потянул на себя нижнюю конечность друга.

 Затем всё произошло очень быстро. Раздался чавкающий неприятный звук и вторая Степанова нога исчезла и снова появилась из живота. Затем руки, спина, плечи, груди, шея… Груди??? Василий очень удивился, увидев роскошную женскую грудь. Затем голова Степана тоже провалилась в пустоту и вылезла уже не из живота, а невесть откуда. Только это уже была не Степанова голова. На Василия с удивлением смотрела молодая голубоглазая и белокурая женщина.

 —Сте-пан?— Вася начал икать от удивления,— это ты?

 Женщина посмотрела по сторонам, очевидно не понимая, где она находится. Затем заметила, что стоит обнажённой перед незнакомым мужчиной, от которого к тому же страшно разит перегаром, и завизжала…