Дитя понедельника

 

Холодно… Холодно и сыро… Но сыро не от дождя, третий день льющего свои слёзы на хмурые и пустые человеческие души. Сыро внутри, огромные лужи грязи заливают до края всё пространство мысли. Пустая комната, забитая хламом полумрака скрывает в глубине своей маленькое сердце уставшее биться и бороться. Кажется, будто вода грязных луж души, добравшись до глаз, вырвется за грань и зальёт едкой солью щёки. В чём дело? Так глупо, немыслимо непонятно устроен мир. Мир человека бегущего в храм вечной жизни, по дороге отмеренных лет. Кто мы - блуждающие в пространстве ядовитого бытия? О чём думают наши сердца и что чувствуют наши души???

Привычный день, распахнув окна иглами призрачного света, даёт новый шанс. Открыв глаза, с грустью понимаешь, что лучше не стало. Гнусное отражение кого-то чужого, так не похожего на тебя, мелькнёт в ещё одном зеркальном мире. Ты бросишь тусклый взгляд на прожитый календарь и невольно отметишь дату своих лет, мысленно вспоминая вчера…

Снова бежать, бежать неровным шагом, втаптывая асфальт и стирая каблуки. Где он?! Где мир, которого ты достойна? Где радость и трепет волнения, любовь такая красивая и волшебно чувственная, где твоя сказка - хрустальная туфелька и…тыква!?…
Наверное часы отведённого тебе счастья начали свой ход с полуночного боя и с первой секундой всё превратилось в лохмотья! А может, вовсе ничего и не было? Ещё не было!?...
 
Смятение, пробуждающее тебя, опережая небесное светило, превратилось в камень намертво упавший с горы надежды. Каждый день ты начинаешь побитой и израненной, словно тот камнепад должен был, как и положено, убить тебя, прежде чем разрушиться надежда, но волей судьбы ты осталась жива – безнадёжно жива…
 
Чёрный терпкий кофе потерял свою утреннюю необходимость за неимением должного аромата. Хотя ты прекрасно понимаешь, что просто разучилась его готовить, так же как перестала быть хозяйкой другой кухни.

Однообразие «пищи» представляет собой пресную, отвратительного вкуса (но пока без запаха!) недоваренную и местами заплеснелую жизнь. Ежедневно погружаясь в это меню, ты заказываешь себе всё сразу и получаешь настолько огромные порции, что порой живот, крутит и режет от перенасыщения. Хотя ты называешь это - ежедневным отравлением с пожизненным осложнением.

Печальная участь постигла и твой платяной шкаф. Ему уже давно не приходилось принимать и сокровенно хранить в своих объятьях новые и ещё ни разу не одетые на чьё либо тело вещи. А с тем хламом, аккуратно упакованным и щедро засыпанным нафталином, сей пенал для хранения одежды в пору назвать «бабушкиным сундуком». Меланхолия вызывает в тебе некое чувство заброшенности и отрешённости, что полностью соответствует твоему жизненному кредо.
 

Закрыв за собой дверь ты проникаешься дрожью от соприкосновения с инородным пространством. Это подъезд – некий переход от заброшенности и отрешенности к волнению и бессмысленности. Трудно ступая, перебираешь чистые ступени тёмного туннеля. Кто - то опять разбил окно, наверное, тоже не смог выдержать давления лестничной пустоты. Маленькие обрывы равномерно спускаются и доводят до выхода. Открыв его, вторгаешься в шумный поток бесконечных посторонних глаз.
 
Сотни угасших огоньков осыпают золой подножья улиц, спины впереди идущих, витрины магазинов, силуэты проезжающих машин. Но не один взгляд не уронит своей искры в сердце ступающего рядом, дабы возродить спасение... От этой жадности тлеет не только взор, от холода в глазах стынет душа. Только никто не понимает, какой малости не хватает миру, чтобы вновь разжечь пламя жизни.
 
Ты не любишь улицу. Её мелькание больше походит на мир насекомых, где час за год. А ты… ты не можешь и не умеешь жить пока есть время.
Там - в четырёх стенах твоего пристанища нет чужих. Ты укрыла свой мир москитной сеткой. Там нет пепла, нет холода, нет бессмысленности... Они за мраком плотных гардин. Так ты живешь – пусть безнадежно…
Ты не спешишь и не тлеешь, спасаясь мелкой дрожью шагов. А сколько тех, кто хотел и не смог, кто бежал и не успел остановиться!? Сколько их упало в пропасть в попытке опередить свою судьбу?! Нельзя жить тем чего ещё нет, а создать это самому…
 

Город людских душ всё мокнет... Страшно проснуться однажды...

В чём смысл жизни? Где? За какими страданьями, вечными поисками и утратами, скрыта эта тайна? Наверняка всё просто. Рождается новый человек и вот она, еще одна жизнь! Малыш вздохнет и ему сразу станет больно… все уже определено. Он скажет первое слово и сделает первый шаг. А потом? Потом все с точность… наоборот… последний шаг, последнее слово и последний вздох. И что бы ни было сделано в промежутке между первым и последним финал не изменен. Умирают все - и великие и недостойные жить. И нет разницы, так же как нет выбора…
 

Ещё до рождения человек надежно спрятан. Он бережно храниться в сокровенном и недоступном. Вот и я… словно ещё не родилась, ёще не сделала первый вздох, и не сказала первое слово, а меня всё время пытаются вытянуть на свет чтобы разглядеть... Всякий раз врываясь в мой мир – они рушат стены, тепло уходит… и мне становиться холодно…холодно и сыро…