Письмо из Какинады

Письмо из Какинады

Десять стрел на десяти ветрах,
Лук, сплетенный из корней и трав.
Он придет из далека,
Меч дождя в его руках...
БГ

Помнишь, Бхарата, как мы ловили бабочек? Когда кончался дождь, мы выходили из нашего воздушного дома на улицу, стараясь остаться незамеченными духами ветра; мы ждали солнца, становились прозрачными, чтобы не было теней, которых так не любят наши друзья. Облака разбегались в разные стороны, и те из них, что шли на Север, несли к домам Какинады апельсиновую печаль. Небо светилось невидимым костром любви к бессмертной тяжести жизни.

Тогда, Бхарата, мы выходили на улицу, где не было деревьев, кроме бронзовых чудовищ с серебряными силуэтами роз, к которым мы боялись прикасаться нашими руками рубиновых рек. Какинада засыпала на постели земли, и смуглые матросы курили, тревожно вглядываясь в тонкий край горизонта. Я говорил с ними об истории, философии и об их традициях разжигать словами тот костер, которым светится небо.

Помнишь, как я встретил тебя? Ты прибыл на жасминовой колеснице из Мачилипатнама, какого-то южного города, откуда ты вынужден был уехать из-за своего брата, который отнял у тебя твой дом. Ты попал в Какинаду уставшим молодым человеком, многое повидавшим на этом свете, но так и не нашедшим свой Путь... Ты играл на флейте, и большие фантастические птицы прилетали в наш город, а к берегам приплывали причудливые рыбы.

Мы ловили бабочек, когда кончался дождь. Было довольно шумно из-за проезжающих мимо торговцев из соседних городов, всадников в алмазных доспехах и черных жрецов. Нас удивляла особенная прохлада городских дворов и уют прибрежных хижин, в которых жили матросы. Весь берег был покрыт бархатным песком, по которому мы гуляли босиком. После дождя над городом поднималась восьмицветная радуга верхнего мира - по ней мы путешествовали по всей нашей земле.

Бхарата, я уверен, что все это было не зря. И бабочки были очень красивы, как девушки Какинады. Помнишь, ты влюбился в одну из них? Ее звали Ли Ло, она была родом из далекой восточной империи, где живут люди, совсем не похожие на тебя и меня. Тебе казалось, что Ли Ло - бабочка. Ты гулял с ней по нашему берегу, бродил с ней по восьмицветной радуге и показывал нашу землю. Ты говорил мне, что нет на земле человека более близкого и понятного тебе, чем она. Однажды, когда вы ждали Луну, подул северный ветер и унес твою бабочку в далекую восточную империю, о которой я что-то слышал от Хена, продавшего мне этот шелк. Я помню, как много ты думал о Ло, о всаднике шести ветров, о мече дождя...

Мы жили в уютной бамбуковой хижине, где жил когда-то мой двоюродный дядя. Тебе нравился наша деревня, которая сейчас, наверное, стала большим городом. У нас была великая свобода созидания; ее нет теперь... Вечерами ты говорил мне про мудрецов древности, про единорогов и ястребов, про воинов и жрецов. Бхарата, вспомни об этом! Мы сидели возле огня и молчали. Нам было о чем сказать друг другу, но тишина говорила больше. Я посмотрел на небо и увидело, как разжигается костер и как небо начинает светиться вечной любовью. Впрочем, об этом я уже вспоминал. Ты рассказывал о Багамуте - страшном и неизвестном существе, которого бояться везде, где я побывал за свои двадцать лет...

Вскоре к тебе пришла вторая любовь. Помнишь это? Ты встретил Раджастану около нашей хижины. Она держала в руках букет желтых мимоз, которые казались лучами солнца. Был полдень, и ты, как обычно, работал во дворе - что-то мастерил из пальмы дхани. Она подошла к тебе и попросила воды. Бхарата, ты обернулся и чуть было не ослеп от ее небесной красоты - той красоты, которая служит кремнем для расжигания костров. Я вышел из хижины с кувшином и дал Раджастане воды. Ты смотрел на нее безумными глазами, похожими на извержение вулканов в восточной империи или на красный снег вершин Каракорума. Она назвала свое имя и села на камень, лежащий возле хижины. Ты стал говорить с ней о любви, рассказал о Ли Ло, о всаднике шести ветров и мече дождя. Раджастана слушала тебя, Бхарата, с великим смирением, похожим на труд пчел. После того, как наступила тишина и я взглянул на небо, в надежде увидеть костер, наша гостья стала говорить о себе. Оказалось, что она - странница, гуляющая по миру и желающая найти свой Путь... С моря подул нехороший холодный ветер - ты дал Раджастане какую-то теплую рубаху без пуговиц и пригласил зайти в хижину. Никогда не забуду того чудного южного вечера! Странница поведала, что в нашей земле живут чудные животные - лангуры, куланы, носороги, многие из которых не бояться людей и дружат с ними. Ночью шел дождь и появилась радуга. Бхарата, ты взял Раджастану за руку и отправился с ней в путешествие по нашей земле...

Она ушла от нас на следующий день, растаяв в утреннем тумане Какинады. Я помню, как мы снова сидели у нашей хижины, и ты молчал. Боже! Где сейчас наш дом? Нам некуда возвращаться и неоткуда уезжать. Я думаю, Бхарата, что мы пленники времени, отнявшего у нас жизнь. А ведь никто и не вспомнит, как мы умерли тогда... Как молния ударила в нашу хижину ночью, пока мы спали; как мы пытались выбраться из нее, но не смогли... В ту ночь нас нашла третья любовь - смерть, которую нельзя было превратить в рассвет или в туман. От нас не осталось почти ничего; бамбук горел очень быстро и ярко. Наши крики слышала только темнота, и серая твердая вода убежала от берега, чтобы не видеть костра любви к бессмертным тяжестям жизни.

Теперь, Бхарата, я пишу тебе письмо, а точнее, уже написал. Надеюсь, ты вспомнишь обо мне и тоже черкнешь пару строк о себе, что бы я не нервничал. Говорят, скоро начнется время дождей и радуга будет висеть и днем, и ночью. Наверное, тогда мы сможем спуститься на землю и снова увидеть море, зовущие к себе паруса наших глаз...

Санкт-Петербург, 18-19 апреля 2006