К мечте

 Город погружался в свое обычное состояние угасающего торжества. Это как всегда восхищало ее. И схватив на лету папку с нужными ей бумагами, она, направлялась к месту, где ей всегда тепло и уютно, оборачиваясь, чтоб хоть еще на несколько мгновений запечатлеть солнце, прощающееся с крышами домов. Слабость к расставаниям. Тонкое, щемящее чувство прощания и трепет ожидания – кажется, – это главные ощущения, которыми она жила.
Там ее работка, – место отдыха от ежедневного одиночества и скуки.
– Здравствуйте, Кристина, добрый вечер, Сергей, Юрий... В течение часа я буду у себя! Мне необходимо подготовить документы к поездке.
Заблестели глаза сотрудников. Они видели в ее лице не только строгого начальника и хорошего руководителя, а и понимающего и сочувствующего человека и, конечно же, чувственную женщину. Для девушек она была примером для подражания, а для мужчин – недостижимой целью. И отнюдь не потому, что она слишком свысока смотрела на них, нет. Они попросту не уверены были, что смогут сделать счастливой такую странную, как она… А она была искренне несчастной.

 Встречи, поездки, договоры с иностранными компаниями и снова поездки. Нравится… Как же ей все это нравится. Тут так легко спрятаться за маской занятости и обеспокоенности исходом дел, что ни один мужчина не в состоянии даже на миг представить, что эта женщина одинока. И совсем некогда расслабиться и дать слабинку чувствам… Чувствам к нему единственному, рожденным еще в годы учебы. В ее голове мелькало иногда: «Вот бы он гордился мною…», но быстро проходило, потому что на самом деле это уже давно было не важно…

 Двадцать семь…Им уже давно по двадцать семь. Она боится даже представить встречу с ним. Боится снова оказаться девочкой…той, такой пушистой, которая сводила с ума одной улыбкой и невинным искренним взглядом. Потом это была роковая женщина, страсть к которой делала его безумным и заставляла чувствовать слабость. Он знает все о ней. Вернее знал…
Огромная вереница мужчин, которых она встречала после него – разные по темпераменту и социальному положению люди – прошла мимо, не оставив в душе ни малейшего отпечатка, ни капли надежды на счастье, ни крупинки сожаления…
«Посидеть бы в парке на лавочке…да так, чтобы никто меня не видел…Вот здорово было бы…», - мысли, такие вот странные, время от времени посещали ее. «Забылась…Я же на работе!!! А это мое любимое место! Чего это я грустить решила?»

 Завтра поездка в Австралию. Впервые она едет туда, пусть по делу, - а это значит кусочек мечты осуществится… «Интересно, там есть поля такие, как в ее снах…а лошади? Да, да коалы, панды, кенгуру...Но лошади…», - мысли мелькали перед глазами словно наспех протянутая и кем-то вырванная из объектива пленка. Эти гордые животные – она всегда восхищалась ими. «Хоть бы были! Кусочек счастья…», - утопая в собственных сказочных образах, она тихонько закрыла глаза. И ночь унесла ее туда, где пара лошадок, - белая и ярко-коричневая - резвились, как дети: пили воду у озера, купались, мчались галопом… И казалось какая-то величественная сила связана с этим божеством. Они прекрасны. Бог, наверно, придумал рай только для тех, кто не умеет лгать, скрывать; для тех, кто горд, но не завистлив, кто не гневит его и чьи похоть, лень и ненасытность давным-давно превратились в тонкий изгиб на туловище, легко развивающуюся гриву и косматый хвост...

 Шесть утра… Такое раннее и солнечное утро. И вдруг дождь…сменяется на снег. Зябко. «Чудеса, да и только! А ведь весна…Ранняя, но все-таки весна!» Странное сумбурное утро захватило все ее внимание. Странности и вообще всякие вещицы, из ряда вон выходящие, всегда увлекали и полностью поглощали ее. Но ведь она едет в Австралию! А там… теплее не придумаешь. Так что погода больше не заботила ее.

 Авиалайнер с готовностью смотрел на нее, такую маленькую девочку, которая мчалась на лошади галопом по полям в своих собственных снах, и в то же время - взрослую женщину, решающую сложные задачи, ради которых, собственно она и отправляется сейчас в путь.
Ее место у окна. Соседнее пока еще не занято. «Чье оно, интересно…», - но утренняя усталость не дала больше не одной идее появиться в голове. Кресло так комфортно обняло ее тельце, что она не сдержалась от искушения закрыть глазки и посмотреть на лошадок…

 – Проснитесь, вы в Австралии, Ms… Приятно провести время! – мягкий голос стюардессы разбудил, но ничуть не встревожил. «А кто рядом сидел?», – промелькнуло вопросом у нее в голове.
 – Молодой человек, что летел рядом с вами, попросил передать вам это…
Она улыбалась, а ее выражение недоумения сменяло ощущение странности происходящего и паники по поводу того, что рядом был человек, оставил какой-то клочок бумаги и исчез.
«Ну и дела…билет на эподром - поездка на лошади без проводника… Кем бы мог быть этот случайный спутник?»

 Теплый денек. Летнее платье развивалось на легком весеннем австралийском ветру. А на плече льняная сумка со всем необходимым для поездки верхом. Она шла на свидание, на встречу, на назначенное кем-то приключение и на душе было как-то совсем спокойно. Странно…
Без пяти минут написанного на билете времени. Ее встретил молоденький мальчик, видимо ухаживавший за лошадями.
 - Do you want to change your clothes, Ms?
Он предложил одеть более подходящий для езды костюм и с проворством молодого юнца показал ей, куда она должна пройти.
Она молча последовала за ним. Потом так же молча к загону. Но он показал ей пальчиком на дальний луг за холмом и она почувствовала, что ей туда…
С такой легкостью и желанием она давно уже никуда не шла и тем более не летела на крыльях неизвестного щемящего чувства. Холм врезался изгибом в облака. И казалось, что это все не настоящее, нарисованное, установленное в качестве декораций для какого-нибудь художественного фильма. Две лошади вдали… Одна пурпурно белая подошла, как будто знала, что она пришла к ней, что она восхищается ею. «Кто держит вторую там вдали? Он…»


 – Моя мечта…это же моя мечта… Спасибо, – кажется, она знала всегда. Так легко ей было благодарить его в тот момент.
 – А ты – моя… Прости за разлуку в вечность…Если сможешь, прости… – его голос дрожал, а лошадки давно забыли об их присутствии и, слегка пофыркивая, наслаждались обществом друг друга. Как же они были прекрасны сейчас. Видимо слишком долгой для нее показалась разлука с ним...