Повесть Пять шагов из детства, глава вторая

Яна. Осенний бал.
 По идее, этот бал надо было назвать уже не "Осенним", а "зимним". Школьная администрация дотянула дело до самого хвостика ноября. Желтых листьев для украшения зала взять было решительно негде, и всю неделю после уроков девчонки рисовали листья гуашью и вырезали их. Муторная и грязная работа.
- Девчонки, кто ходил в актовый зал, говорят, там Фафик крутит ту музыку, которая будет на бале? - спросила Светка. - Сань, сгоняй!
Сашка посмотрела на Свету с вызовом, и Света мгновенно притушила гонор.
- Вот возьми и сгоняй сама!
 Светка сидела на парте верхом, а Сашка на подоконнике. Сашка, конечно, в своих будничных китайских джинсах и старой братниной толстовке выглядела пацан пацаном. Но и Светочка красой не блистала. Глазки маленькие, нос уточкой. (Зато в ушах золотые серьги).
- Я же пошутила, Шурик! Сейчас Митенька сбегает, правда, Митенька?
 Митенька, очкарик - замстаросты, тотчас подорвался и пошел в зал. Он единственный из пацанов помогал девчонкам делать дурацкие листья.
- В жопу раненый джигит далеко не убежит, - изрекла ему вслед Яна. Девчонки все захохотали, даже Наденька, которая от Яниного прикола вообще - то покраснела.
- Не чмырите моего заместителя, - хихикнула Светка, - а то последнего пацана лишимся.
 Светка была бессменной старостой с третьего класса. А Митенька - ее постоянным заместителем. И он же играл принца в спектакле "Принцесса Турандот".
 Яна, принцесса, от такого принца была не в восторге. Она была фигуристая, модно упакованная, на вид казалась уже лет восемнадцати. А дохлый принц, даже сняв очки, очень невыразительно с нею смотрелся.
- Зато он текст вовремя выучил, - говорила Яне актриса Лерочка, которая репетировала с драмкружком "Турандот", - а ты, Яна, до сих пор в словах плаваешь...
- Ты слова выучила? - спросила Сашка, вспомнив про это дело.
- Да что мне их выучить, госпидя! - Янка потянулась так, что кости захрустели. И стал виден из - под дизайнерских штанов верх голубых трусиков - стринг. - Один вечер посижу, и все! У меня же память компьютерная...
- Компьютерная, ага, - поддразнила Светка, - со сломанным процессором. Смотри, завтра генеральная репетиция!
- Все хоккей будет, госпожа Староста, - сказала Яна, - а сейчас, пока вашего очкастого заместителя нема, позвольте нам с Саней принять по дозе никотина.
Дверь класса заперли на замок, потом Сашка встала ногами на подоконник, открыла фрамугу, и они с Яной, сидя на окне, закурили по LM. Светка тоже сделала пару тяжек от Сашкиной сигареты. Наденька никогда не курила. И Камилла никогда. Но - по разным причинам. Наденька полагала, что курить - плохо. Камилла презирала курение как вид зависимости.
 В данное время она рисовала на большом листе ватмана клены и рябины, и так увлеклась, что даже в разговоре не участвовала.
- Что я вам скажу, тетки, - мечтательно проговорила Яна, - сегодня мы с папой вечером едем в Москву. Кое - что такое хочу купить... короче, сюрпрайз вам будет!
- Нам? - спросила Светка. - Или тебе лично?
- И мне лично, и всем. Разве Супер - Яна - такая засранка, что забудет о подругах?
Девчонки в один голос сказали: "Нет!", потому что в принципе, Яна, хоть и понтовалась, но к подружкам относилась демократично.
- Девочки, Митька стучится, - сказала Надюшка.
- Стучится, но, надеюсь, не стучит? - сказала Яна, слезая с подоконника. - А то я этого принца! Наследства лишу, короче.
Через пару минут Митьку, пришедшего «с докладом», девчонки отправили погулять. Он тоскливо посмотрел на Яну сквозь очки, но покорно ушел.
Яна проводила бедолагу многозначительным взглядом и элегично изрекла:
– Вот так, девочки... Вот кто нас окружает! Либо вот такие, как Митька, малолетние ботаны, либо редкостные сволочи.
– И к чему это сказано? – удивилась Надя, проводя по уже готовому «осеннему листу» оранжевые полосы.
– По-моему, сволочи предпочтительнее ботанов, – объяснила Яна, снова затягиваясь сигареткой. – Хотя в нашем классе и таких тоже нет... Все какие-то сирые, вам не кажется?
– Кажется, – поддакнула Светка.
– Нас окружают дети! Тут любой секс будет выглядеть совращением, – продолжила Яна, с удовольствием наблюдая, как уши склонившейся над листьями Надюшки розовеют.
– Какой еще секс? – вмешалась Мила. – Не родился пока достойный!
Яна насмешливо посмотрела на нее и возразила:
– С такими оборотами ты умрешь старой девой, красавица. Оно тебе надо?
– Хочешь сказать, – встряла Сашка, – ты с любым готова, лишь бы старой девой не умереть?
Яна усмехнулась.
– Вроде того... С любым не с любым, а вот если попадется какой-нибудь интересный чувачок, то почему бы и нет? Трахнуться – это же просто весело время провести. Вроде как в клуб сходить или в кино смотаться... Не более.
– Надо знать себе цену, – сказала Камилла. По ее лицу было видно, что уж она-то точно себе цену знает. И абы с кем даже на свиданку не пойдет.
– Ян, – робко проговорила Надя, подняв голову. – А как же ты... Без любви, что ли?
– Здрасьте приехали, – засмеялась Яна. – Какая еще, бля, любовь? Хорошо хоть ты не сказала «только после свадьбы»! Глупости это все! Жить надо ради удовольствия, а не ради принципов! Вот мне так уже давно надоело целкой ходить, так я бы, знаете, хоть сегодня...
Она хотела что-то еще сказать, но в дверь неожиданно постучали. Хрипло матерясь себе под нос, Яна выкинула в окно бычок и открыла дверь.
На пороге стоял директор школы.
– Передельская, – вежливо проговорил он, – не стоит так кричать о глубоко личном. Девочки, как продвигается работа?
– Нормально, – нестройно ответили подруги. Яна молчала. Она смутилась немного, но вида не подала.
– Вот и славно. Я просто зашел узнать, все ли у вас хорошо...
– У нас все хорошо, – заявила Яна и решительно захлопнула за директором дверь. – Козел!
 В дверь снова постучали.
– Передельская, – вновь с вежливой улыбочкой сказал директор, – не стоит высказывать вслух свое нелестное мнение о человеке, который находится так близко... Но вернулся я не за этим. Уверен, что вам хотелось бы знать, что администрация школы пригласила на осенний бал группу... э-э... исполнителей музыки и песен. Это совсем новая группа, и мы решили, что им полезно будет это выступление – они покажут себя, раскрутятся... Да и нам музыканты понадобятся, живая музыка все-таки лучше, чем записанная. В общем, с минуты на минуту они должны явиться ко мне в кабинет, а репетировать они будут вот здесь. Правда, сегодня они всего лишь оставят здесь свои инструменты. Зачем им таскать такую тяжесть каждый день? Я бы вам не стал рассказывать, чтобы не испортить сюрприз, но не хочу, чтобы вы удивились, когда ребята сюда придут. Ладно, девочки, не буду больше вам мешать!
После этих слов директор действительно ушел (Яна специально ждала, пока его шаги затихнут, и только тогда разразилась ненормативами).
– Класс, – восхитилась Саша. – Слышала, Янка, как он с тобой сюсюкал? Меня за такие речи удавил бы лично, наверное...
Света засмеялась.
– Уделал он тебя, Янка...
– Пошла на хер, – огрызнулась та.
– Да тихо вам! – прикрикнула Камилла. – Вы что, не слышали, что он сказал?
– Он сказал, что у нас будет выступать какая-то рок-группа! – воскликнула Сашка. – Прикольно!
– Не рок-группа, а просто группа, – поправила Надя.
– Все равно классно, – не унималась Сашка.
– Ну да, если группа, то однозначно это парни, – задумчиво проговорила Милка, – и однозначно не малолетки...
– Не факт, – возразила Света. – Там почти наверняка есть девчонка. Стопудово есть. Иди даже не одна, а несколько... И не исключено, что они даже младше нас. Помните, как года два назад все наши пацаны болели идеей создать свою группу?
– Да какая разница? – удивилась Сашка. – Главное – это то, что они музыканты! А младше, старше...
– Заткнитесь уже! Ща все узнаем, – буркнула Яна. Она подошла к висящему на стене зеркалу и самодовольно возле него покрутилась. Поправила длинным ноготком длинные, почти до самых бровей ресницы, расстегнула верхнюю пуговицу кофточки, даже подтянула бретельки лифчика.
Камилла приподняла одну бровь.
– И зачем все эти приготовления?
Яна снисходительно улыбнулась.
– Надо произвести впечатление... Убить их на месте! Уничтожить!
– И развести на секс, – захихикала Света.
– Ну да, – признала Яна, – если парнишки что надо, а не мудачье облезлое.
Качая бедрами, Камилла тоже подошла к зеркалу.
Она, в отличие от Яны, ежедневно покрывающей лицо килограммами «тяжелой» косметики – румянами, тоном, кремами, автозагарами и прочими штуками, была не накрашена. Во-первых, у Камиллы все равно не было денег на приличную косметику, а плохой портить внешний вид ей не хотелось. Во-вторых, у нее, в отличие от Яны, было очень красивое лицо с большими миндалевидными глазами темно-синего цвета, породистым римским носом, пухлыми изогнутыми губами и просто идеальной кожей. Такое лицо грех портить штукатуркой.
У Яны же лицо было простенькое, неизысканное. Зато фигура у нее явно была рельефней – практически 90–60–90, результат вечной диеты и упражнений на домашних тренажерах. Милка была как-то более хрупкой, хотя и плоской ее тоже назвать было невозможно. Вообще, в школе обе были общепризнанными красавицами, с этим никто не пытался спорить.
Руками Милка взбила копну каштановых волос.
– И не надоело тебе с одним цветом ходить всю жизнь? – поинтересовалась Яна, которая на своем веку перепробовала множество оттенков и в конце концов остановилась на цвете «платиновый блондин», который «добавлял» ей года два, не меньше.
Мила улыбнулась.
– Не-а, – ответила она. – Буду я еще краской волосы портить.
– А тебе так очень идет, – похвалила Надя. – Тебе бы другой цвет не подошел...
– Глупенькая, – снисходительно произнесла Камилла, – красивой девушке все идет, запомни это.
Надя покраснела. Она тоже никогда не красила волосы, но это потому, что мама не разрешала, говоря, что волосы следует красить только если без этого не обойтись – то есть когда седина лезет.
– И ты бы тоже перекрасилась, – Яна повернулась к Наде. – Что это за мышиный цвет? А?
– Не мышиный, – пробормотала Надюшка, снова пятнисто краснея. – Русый.
– Отвратительно, – припечатала Яна.
– Не обижай Надю, – вступилась Сашка. – Ей очень даже идет!
– Ладно вам ссориться, – примирительно произнесла Камилла, и тут в дверь требовательно забарабанили.
– Пришли! – подскочила Света.
– Сидеть! – рявкнула Яна и, пригладив распущенные по плечам волосы, распахнула дверь.

 Группа оказалась по всем правилам: солист, ударник, бас, клавишник и бэк - вокал. И роли их были так хорошо распределены, что девчонки поняли, кто есть кто прямо по внешности.
 Солист был такой, что Светка в тихом восторге прижала кулак ко рту, а Яна сделала самое голливудское лицо.
- Хай! - сказала она, глядя исключительно на солиста.
 Он был высокий, темноволосый, со стрижкой в "диком стиле", и на левом запястье - экстремальная татуировка в виде обвившейся змеи.
- Проходите. Располагайтесь. Вам чем - нибудь помочь? Вы из Москвы?
Сашка и Надя переглянулись и хихикнули над Янкиным монологом с артистическими придыханиями.
- Добрый день, - солист явно оценил Янкины старания. И особенно вылезающую из кофточки грудь. Видимо, ему невероятной казалась подобная грудь у десятиклассницы.
- Я - Антон. Это моя банда.
 Банда была представлена: ударник - Паша, бас - Андрей, клавишника все звали мультяшным именем Крош (он и правда смахивал на анимационный персонаж). А бэк - вокал никому не был особенно интересен, потому что оказался девушкой.
 Все музыканты были уставшие, какие - то помятые, в черных и невыразительных тряпках. Девушка, Ксюша, вообще была навроде парня - стриженая, с низким голосом, и тут же, не спрашивая, можно - нельзя, закурила крепчайший "Петр Первый".
 Антон вежливо спросил у Яны, где можно разложить инструменты, и есть ли в классе розетки, чтобы их проверить.
- Мы прямо с клуба московского. Там концерт давали. Порастряслись порядочно. Вдруг чего законтачит.
 На Янку прямо прикольно было смотреть. Ни черта не понимая в электричестве, она бросалась ко всем розеткам, и при этом принимала самые выгодные позиции, чтобы Антон (и другие) могли видеть ее бюст и поясницу со стрингами, вылезающими из штанов.
 Пришлось вмешаться Светке.
- Эта розетка нерабочая, - объяснила она, - а эта - вам не подойдет, она для физических приборов, на очень мало вольт. Вот сюда можно!
 Очкарик Митенька тоже подключился. В итоге, из музыкантов инструментами занимались только Андрей и Крош. Сашка, Митенька и Надюша помогали им, просто жалко было смотреть, как двое кочевряжатся, а Антон, Андрей и Паша беседуют с Яной и Светой. При этом Света играла роль театральной декорации.
- А где вы ночевать будете? - спросила Яна.
- Здесь же и будем. Ваш директор сказал, что этот класс не используется.
- Ага. У нас классная наша, физичка, болеет. Так что пока уроков тут нету, - сообщила Света.
- Как тяжело, наверное, артистом быть, - сказала Яна поверх Светкиной реплики. И сделала большие и сочувственные глаза.
"Взгляд, как у больной коровы", - подумала Камилла, которую тошнило от Янкиного фарса.
 Камилла не принимала участия ни в переноске инструментов, ни в экскурсии по розеткам. Она вообще собралась уже домой (точнее, к бабушке), и повесила рюкзачок на плечо. Рюкзачок был смастерен когда - то Сашкой Морозовой, и очень сильно обращал на себя внимание. Поскольку был ярко - голубой и весь расшитый матерчатыми пухлыми цветочками.
- Всем пока, - сказала Камилла, - Сашка, ты не идешь?
- Нет, я еще побуду!
- Тогда до репетиции.
 И в дверях Камилла пихнула своим рюкзачком прямо в лицо светловолосого мальчика. Ненарочно, конечно. Мальчик казался на вид чуть постарше. И тоже уставший, помятый, в черном прикиде - определенно из той же банды.
- Извини, я нечаянно, - сказала Камилла.
 Мальчик понравился ей с первого взгялда, резко и бесповоротно. Он был симпатичнее любого из группы, даже симпатичнее слишком декоративного Антона. Именно поэтому Камилла немедленно ушла. Пробовать мерзкую Янкину тактику ей не прикалывало.

В семь вечера девочки собрались на репетицию. Надя и Сашка пришли под руку, обе хохотали и ухитрялись на ледяном ноябрьском ветру лизать мороженое. Светка уже была в школе, она сообщила, что вообще домой не ходила, за что ей, бесспорно, надерут жопу родители.
- А что ты делала - то?
- Листья с Митькой вдвоем развешивали, вам никому ничего не надо!
 И Камилла пришла, и Борюсик из восьмого класса, который играл слугу принца, и трое пацанов из девятого, которые были, соответственно Труффальдино, Тарталья и Панталоне.
- А где ваша принцесса? - спросила Лерочка.
 Лерочка была настоящая актриса. Реальная, из Москвы. В свое время она даже играла два спектакля в "Табакерке". А вот теперь торчала в крошечном подмосковном городишке, потому что муж у нее заболел открытой формой туберкулеза, и ему требовался свежий воздух.
 Девчонки поначалу даже поверить не могли, что актриса, которая играла в столичных театрах, способна бросить блеск и славу.
 - Я бы - ни за что! - говорила тогда Светка.
- Но это же не просто так. Это же из - за любви, - осмелилась сказать Наденька.
 Янка посмотрела на Наденьку как на дурочку из переулочка, и сказала, что любовь и слава - вещи несопоставимые.
Итак, Лерочку девчонки не до конца понимали, но все до единой доверяли ей свои секреты и спрашивали совета.
- Где Янка - то? - спросила Лерочка снова. - И так текста не знает, да еще и опаздывает!
- Она с отцом в Москву собиралась, - сказала Сашка.
- А по - моему, она в школе, - вякнул робко Митенька.
- Где?
 "Где?" крикнули все, включая Лерочку, потому что все были на нервах: Светка - с утра не жравшая, Сашка волновалась за свой танец, ребятам из девятого давно надоели Янкины заскоки.
 - В классе. С музыкантами.
 Митеньку откомандировали за Яной. И Яна нарисовалась - довольная, как будто торта объелась.
- Яна! Совесть есть? - крикнула Сашка.
 Яна всю репетицию загадочно улыбалась. Но никто не имел повода ею возмущаться. Она играла отлично, и текст знала назубок.
- Если ты не была дома, - спросила Светка, - когда ж ты слова выучила?
- А я с Антоном учила, - ответила Яна, - он за принца, я - за себя. Вот это принц, я понимаю!
 И она сидела на парте, помахивая ногами, и вся сияла.
 На километр видно - у Янки с Антоном складывается. Девчонки просто разрывались от желания спросить.
Но Янка после репетиции позвала Камиллу и пошла домой только с нею, чем очень обидела Светку.
 Они жили в коттеджах рядом. И всегда Передельская ходила со Светкой.
- Коза какая! Жопа с ручкой! - вслух сказала Светка.
- Ага, - поддакнула Сашка, - сама сюрпризы обещала! Ни сюрпризов, ни фига!
- Понимает о себе много! - почти со слезами сказала Светка.
 А Наденька промолчала.

- Милка, что я тебе скажу! Тобой интересовались, - сказала Янка, едва девчонки завернули за угол школы.
- Кто?
- Я не знаю, ты видела его или нет. Он позже пришел, но он с группой. Пацаны его Сэмом зовут. Семен то есть.
- Светленький такой? - спросила Камилла как можно спокойнее.
 Зато Янку всю прямо знобило.
- Видела, да? Он с "Резонансом" вместе ездит, как бы на технике у них. А папа его - ихний спонсор. Богатый очень дядечка, как я поняла.
- А, - Камилла нарочно стала смотреть на товары в палатках. Янка поняла это как стоп - сигнал. Притормозила, купила две пачки чипсов и две банки пива "Клинское".
- Ты пиво будешь перед домом? - ужаснулась Камилла.
- Мне требуется адреналин. На, пей, тебя бабка нюхать не станет. Итак, Сэм про тебя спрашивал - а кто, говорит, та девушка с таким симпатичным рюкзачком? Из вашего класса? А она будет на вечере?
- Понятно. А у тебя с Антоном как?
 Камилла лучше послушала бы про Антона, чем показать Янке, что Сэм ей понравился тоже.
- С Антоном все чики - пики. Я думаю, завтра все получится. Только бы родаки завтра уехали! Они собирались к дяде.
- А при чем тут родаки?
- Ну, как? Неохота вообще - то расставаться с девственностью на грязной парте. Лучше дома, с комфортом!
 Камилла постаралась не показать Янке своего ужаса. У Янки в голове идиотская каша из реклам, журналов "Кул - гел" и эротических фильмов типа "Слияния двух лун". Своих мозгов ей не вставишь, а Камилле не хотелось бы планировать лишение девственности, как будто это покупка туфель на осень.

Папа у Яны был замечательный. Он не только не обиделся, что Яна с ним в Москву не поехала, но даже прикупил все, что единственная - любимая - драгоценная доча попросила.
 Яна рассматривала "сюрпрайзы", и глаза у неее блестели от будоражащего чувства. Никогда еще такого не было. Чтобы все - все сбывалось, как задумано!
 Подарки девчонкам были дивные. Сашке - коробка из московского магазина "Фенечка". Чего только в коробке не было: бусины, шнурочки, цепочки, короче, Сашке хватит для рукоделия на три года. Светке - черные гольфы выше колена, о которых та просто бредила. Яна в душе полагала, что на Светкины ноги такие гольфы надевать - преступление против человечества. Ну, да бог с ней! Наденьке предназначался костяной кулон на длинном шнурке. Классика - экзотика, даже серой мыши Надьке пойдет. Наконец, Камилле - книжка. Милан Кундера "Невыносимая легкость бытия". Милка только и говорила об этой книжке, а в маленьком городе нельзя купить подобного бестселлера.
 Яне исключительно приятно было одарять и делать счастливыми.
 Весь класс признавал, что Янкина широта души закрашивает другие корявые черты ее личности.
Янкины мечты нарушил звонок.
- Алло? - спросила Яна, схватив трубку. Она уже знала, кто это.
- Яна? - Антон, конечно.
- Тони? Ну, как вы там в школе, не скучаете?
- Скучаем. Сидим на раскладушках в вашей физике. Ксюшка телевизор смотрит в канцелярии со сторожем. А я тебе из учительской звоню...
 Яна говорила с Антоном так долго, что в дверь заглянула удивленная мама. Но доча махнула рукой, и мама скрылась. Родители у Янки были хорошо дрессированные.

От Янкиного наряда принцессы вся школа прибалдела слегка. Папа приобрел "Принцессу Турандот" в московском театральном магазине. Стразовая пыль на малиновом тюрбане блестела, как настоящие алмазы. А шаровары были газовые, прозрачные насквозь.
- Янка! - вскричала Светка. А Сашка молчала, и Яна тотчас поняла. Конечно, наряды, которые Сашка сшила себе и Камилле для спектакля, даже рядом с Яниными не валялись. Из старых мамкиных халатов и занавесок.
- А вот и сюрпризы! - крикнула Яна. И стала одарять подружек, как фокусник, моментально Сашкина неприязнь испарилась, моментально Сашка снова Яну полюбила. Такую добрую, такую честную.
 Не виновата ж Янка, что у нее родители богатые!
 Во время спектакля музыканты группы "Резонанс" сидели в первом ряду. Яна играла исключительно для Антона. Вообще, кружок играл этим составом уже третий спектакль. Но сегодня было просто брильянтово!
 Янины стразы сверкали так, что Антон почти реально влюбился. Она не сняла принцессин наряд и потом. Всю дискотеку в нем ходила.
 "Резонанс" озвучивал половину вечера.
- А эту песню, - сказал Антон, глядя в зал, где поблескивали стразы, - мы посвящаем самой красивой девушке школы, великолепной Принцессе Турандот!
 - Янка! - пропищала Света, и приобняла Яну за талию. - Я фигею!
 Антон допел, а далее сошел в зал, взял Яну за руку и танцевал с ней, а песню по второму разу исполняла одна Ксюша.
 Яна через Антоново плечо подмигнула Светке, которая рядом танцевала, обнявшись, с Борюсиком из восьмого.
Ёлки! Там, где потемнее, в самой гуще пар, Яна успела заметить Камиллу с Семеном. Семен вел Милку в танце куда культурнее, чем Антон Яну. Руки - строго на талии, а не ниже.
- Можно, я тебя провожу? - спросил Антон.
- А разве вы после вечера не уезжаете?
- Нет, куда, поздно уже. Завтра утром поедем.
 Янка визжать готова была от восторга. Они с Антоном уходили, когда вечер закончился, и весь вестибюль был набит народом. Школа, разинув рты, наблюдала, как солист "Резонанса", такой весь московский и стильный, вел Янку за талию.
 Янка думала, как высоко подскочит теперь ее рейтинг. Потому что на вечере были не только школьники, но и вполне взрослые парни из города. А еще она подумала, что надо было бы почитать вчера какие - нибудь статейки про секс из "Кул - гел" или "Лизы". Ей делалось страшновато, и даже мелькнула мысль послать все к чертям.
- А где Милка? - удивленно спросила Саша.
- Она с этим ушла. С Семеном. Еще в середине вечера, - сказала Надя.
- Ого! - Сашка многозначительно посмотрела на Светку. Светка кивнула.

Яна позвонила Светке в десять утра. Благо, была суббота, не в школу. Но Светка еще валялась в койке, и Янин голос вытащил ее из бездельной неги.
- Можешь меня поздравить, - начала Янка без приветствия.
- С чем?
- Ты совсем дура, Карпова? Или прикидываешься?
- Было? - затаив дыхание, спросила Светка.
- А то!
 Яна подержала паузу, как Лерочка учила. И продолжила:
- Все так классно получилось! Мы купили бутылку вина. Сначала посидели, поболтали. Антон мне стихи свои почитал. Он же все тексты для группы пишет. Потом взял мою руку и стал целовать.
- Руку? - Светка полагала, что Янка все - таки врет.
- Да. А потом реальные поцелуи как понеслись! Чувствую, он уже лифак мне расстегивает...
 Яна пересказала с мельчайшими подробностями. Когда она упомянула про то, как "он кончил мне на живот, ты знаешь, такой своеобразный запах...", Светка поверила. И ощутила неслабое отвращение.
 Яна не рассказала, конечно, про прямо - таки кинжальную боль. Это испортило бы картину. Основной эффект был достигнут.
 Она - взрослая.
 Она - женщина.
 Она - на ступень впереди их всех.
 А Светка немедленно стала набирать Сашкин номер.